У нас есть возможность выкарабкаться из неведения, нам надо осознать собственную исключительность и разумность. Мы способны обрести свободу. И мы можем научиться летать! (с)
В последние два дня трудилась на фронтах заготовок, не скажу, что на зиму, сомневаюсь, что не схаваем раньше, но все же два дня посвящены здоровой пище, без всяких "Е" добавок, причем очень простые рецепты, но вкуснотища ...прямо ням-ням-ням
Семь лет назад мы расстались... Семь лет... Знаешь, ты не отпускал меня долго - ты снился мне с такой пронзительной ясностью, что ещё несколько мгновений после пробуждения мне казалось, что я чувствую твой запах.
Я пытаюсь разобраться - чем, кроме долгих лет, проведённых с тобой, ты так приковал меня к себе? Ведь, между нами говоря, - ты совсем не подарок.
Ваше положение на шкале результатов (+) :
0-------------------------------+--------------------60
Ваш бал - 37
Вы умеренно агресивны, Вам сопутствует успех в жизни, поскольку у Вас достаточно здорового честолюбия. К критике относитесь доброжелательно, если она деловая и без претензий.
Штурман пилоту:- Тормози!!! Убьёмся на хрен!!!Мать твою, тормози, тормози же, полоса заканчивается, тормози-и-и ... - А-а-а-а.
Вжик, сели Пилот: - Чего ж она такая короткая-то? Штурман: - Зато какая широкая...
Ты знаешь то, что нужно знать, чтобы полноценно и с удовольствием вести дневник. Высшие силы не напрягаешь, сначала сам десять раз подумаешь, а потом только задаешь вопрос.
1 апреля
Хозяин пропадал где-то три дня. Я в это время был прикован цепью к батарее и умирал от голода. Сегодня он вернулся пьяный и сказал, что о чем-то там с кем-то добазарился и завтра сдаст меня на мясо. Потом пошел в ванную играть в кораблики, напевая “Что тебе снится, крейсер Аврора…”. Там и уснул вместе со своим крейсером. Проснулся в шесть вечера, пнул меня мокрой, мыльной ногой и сказал, что утром пошутил насчет мяса, все-таки первое апреля. Поцеловал в нос.
Любимых наших имена.
Несложное слогов сплетенье.
Но в горле тонкая струна
уже дрожит от нетерпенья
назвать, сказать, произнести,
как будто причаститься к чуду.
И потому на всем пути
мне откликать тебя повсюду.
Приблизивши лицо в упор,
сомнений собственных превыше,
зову тебя, -
но до сих пор
все кажется, что ты не слышишь…
И все мучительней, когда
в ответ на отклик мой дрожащий
твое рассеянное «да»
все неизбежнее,
все чаще.