Из сводки погоды в Севастополе на сайте Turist.ru:
«…Морозы внесли коррективы и в движение общественного морского транспорта. Во вторник из-за обледенения не работал паром. Льдины также помешали катерам пробиться из Севастополя к Инкерману. По прогнозам синоптиков, морозы в пределах 15-17 градусов, продержатся как минимум до пятницы…»
Таких морозов не было с 40-го года. Но совсем недавно, году эдак в 1996-ом в Севастополе тоже было приостановлено движение морского транспорта по Инкерманской бухте.
А все потому, что…
Есть в Севастополе такое место. Голландия. Абсолютно реальная географическая единица. А стоит в Голландии «Голландия», или «Галоша» - Севастопольское Высшее Военно-Морское инженерное, нахуй, училище. И учат в нем первостатейных инженеров- подводников. Чтобы не париться подробностями, как выглядят сыны Отечества, воспитанные этими стенами, просто зайдите в дневник к Пану Годзику. Это он. Инженер. Подводник. Химик, бля…
Я не знаю, умеет ли он обеспечивать необходимые проценты кислорода в вонючем пространстве чрева субмарины, но вот травить народ он научился. А было это так...
Для Севастополя морской транспорт- это как метро в Москве. Город разорван надвое длинной, как гандон Петра Первого, бухтой.
Приблизительно в середине этого «гандона» на горе и располагается училище. Система, как говорят в ВМФ.
Третий курс… Толпа мудаков медленно поднималась в гору, попеременно волоча перед собой ДШМ. Это была тема практического занятия - «Дымовая шашка морская, 60 кг».
Преподаватель, капитан третьего ранга, бывший майор -сухопутчик, остановился, ткнул пальцем в землю. Группа мудаков, в простонародье именуемых курсантами, обступила волшебное место. Годзик и Твикс устало опустили на землю бочку, похожую на глубинную бомбу, одеревеневшие в икрах ноги дрожали.
-Итак, товарищи курсанты, - каптри снял очки, близоруко сощурился, осмотрелся, -Тема практического занятия -ДШМ. Порядок применения и…
Офицер замолчал… Поводил носом, как вынырнувшая из полыньи нерпа и скомандовал:
-Отставить! Я сейчас узнаю метеообстановку. Вроде ветер меняется. Никому ничего не трогать!- и направился к корпусам училища.
Курсанты закурили.
Годзик, по праву сидевший на половине бочки, встал.
-Мудак какой-та…,-он обслюнявил палец и поднял над головой,- хуле думать, ветер с моря, нихуя страшного. Понаприсылают пехоту…Ну че, мужики, палим?!
Класс переглянулся и дружно бросил окурки на землю.
Годзик делово склонился над бочкой. Открыл две крышки, потом еще одну, пробил штырем фольгу и снова закрутил.
Результат был почти молниеносен ( для такого уровня последствий). В течение последующих 10 минут бело-желтый дым, воняющий палеными кузнечиками, ненадолго повис над бочкой, и, как джин, получивший задание, направился в бухту.
Откуда-то снизу послышался вопль каптри:
-Отставить! Бляди полосатые! Отставить!
Но было поздно…
Майор, несмотря на свое плебейско-сухопутное происхождение, был настоящим майором. Быстро оценив, что искать виновного сейчас не время, а насиловать будут непременно его и очень скоро, выкрикнул:
-ЕБАНАЯ МАТРОСНЯ!!!! ВСЕ У ВАС НЕ КАК У ЛЮДЕЙ! СЪЕБЫВАЙСО, ЛЯГУШКИ ПОЛОСАТЫЕ!!!!
Все рванули к корпусам. Майор получил всю порцию курсантского уважения, на которую мог рассчитывать только морской волк.
Бухту заволокло дымом на 3 часа. Движение пассажирского морского транспорта было прекращено. Город парализовало. Портофлот выставил счет за нанесенный ущерб командованию СВВМИУ. Их незатейливо послали нахуй.
Никто не был наказан.

Быть может, некоторые заблуждаются, полагая, что Краснознаменный Черноморский флот был варварски поделен между братскими народами силами пузатых дядек в галстуках за мраморными столами президентских дворцов.
Нихера.
Флот делили все.
Например, Пан Годзик, обычный курсант 4 курса, находящийся на практике в одной из воинских частей Севастопольского гарнизона. Училище уже давно было украинским и носило гордое имя Военно-Морской Институт.
Обычным летним утром командир части отправил Годзика и Малого ( донецкий шварценеггер) на дальний хим.склад Российского Черноморского флота для осуществления передела имущества и территории, как таковой.
-Так, бойцы, пиздуйте сюда,- капитаны первых рангов двух флотов держали в руках листы бумаги, на которых был нарисован склад будущего - тоже самое, только разделенное пополам.
Забора между двумя частями не было ни в натуре, ни на бумаге, но каждый из флотоводцев четко видел границы своей бескрайней Отчизны.
В центре двух «отчизн» возвышалась гора дымовых шашек ДШМ и ДШМ102м - гигантские тюбики «зубной пасты» в человеческий рост.
-Так, бля, воины! Быстра начертить границу согласно чертежа!
Годзик и Малой, неестественно вывернув свои ступни, расчертили 20 соток пыльной крымской степи флотскими «гавнодавами» путем шаркания в разные стороны от 6-метровой «дровни» шашек в разные стороны.
Пол-.дела было сделано. Капразы удовлетворенно кивнули. Всем понравилось.
За происходящим внимательно наблюдал единственный не имеющий никакого отношения к обоим флотам человек – толстая бабка из ВОХРы, стоящая на вышке и крепко сжимавшая в руке ружбайку. Она сторожила имущество двух держав.
Пришло время делить имущество. Гора добра, сваленная на холме, завораживала…
-Так, бля, бойцы! Забираетесь наверх, чтоб яйца над границей воинских частей висели, и попеременно перемещаете ДШМы на оба склада. В помощь возьмете матросов. После обеда проверим.
Капразы ушли выпивать.
4-ый курс- это почти молодой офицер. За 5-ый он уже ничему не научится и не поумнеет. Пока не попадет на флот. Поэтому решение было принято молниеносно. Надо сделать дело и не работать при этом вообще. Годзик и Малой залезли на дровню и стали скатывать бочки вниз. Опытные матросы ловкими ударами гавнодавов отправляли мчащиеся с неимоверной скоростью 60-ти и 102-килограммовые бочки в российский и украинские овраги. Все было на потоке, исполнители вошли в азарт (хуле пиздато-нихуя не напрягались, так сказать, "ступайте ведра сами к речке..")
С вышки смотрела толстая тетка с ружбайкой и багровела от этого распиздяйства.
Вдруг кто-то из исполнителей хуево дал направление одному "тюбику". Стокилогромовая "колгейт" поебашила точно в вышку из серого гнилого дерева. Бабка увидела, шо бля, ща она, блять, научится летать...
Товарищи курсанты и матросы в ужасе присели, взявшись руками за пилотки ( не путать с пелотками!)...
Бабка заорала на всю часть: «СУКИИИИ!!!» и еще что-то про родителей. Очевидно, этих децибел хватило на то, чтобы «тюбик» перед вышкой подскочил на кочке и снес деревянный забор поодаль, точнее положил его, как ковролин, и где-то в кустах остановился.
На крик ВОХРы прибежали флотоводцы и остальная пузатая хуйня с звездами. Сначала Годзика и Малого выебали российские, а потом хохляцкие нахимовы.
Остальные бочки курсанты и матросы уже носили..
Толстая сука с ружьем просто упивалась этим театром силами каторжан...
Передел флотов перестал приносить радость…
Вдруг будущие химики- подводники увидели стопки кассет, а точнее ящичков с регенерацией для подводных лодок. Решать даже было нечего. С помощью арматурин курсанты стали раскурочивать ящики и извлекать ядовито-желтые регенеративные пластины.
ВОХРа напряглась. Ничего не понимающая в процессе регенерации воздуха на подлодках, бабка все же смекнула, что нихуя хорошего из этого не выйдет.
Все гражданское население в ее лице напряглось в страшном ожидании.
Воды не было (шоб вылить на пластины, шоб кислород выдилилсо, ну и, канешна, шоб горело).
Малой ( донецкий шварценеггер) положил пластины, наглядно развернувшись в сторону вышки (до нее было метров 5), снял портки с трусами до колен, достал свой "черноморский флот" и демонстративно начал ссать на пластины.
Бабка, как сирена, протрубила с вышки про «блядей таких, хохлов ебаных и т.д.».
Она не докричала…
Пластины начали пузыриться, шипеть, реакция пошла.
Курсанты беззаботно хохотали... Их знаний не хватило понять, то ли кислорода дохуя получилось, то ли кто-то спичку кинул.
Раздался хлопок…
Малой подлетел, как подстреленный сайгак, его яйца опалились под корень и частично подкоптились.
Годзик и матросы уссались.
Всех немедленно выебали и отправили в часть.
Больше делить флот им не доверяли.

4 курс. Инкерманский склад РХБЗ Украины. Нач. склада -мой кореш, каплей Миногин. У Миногина на складе помимо химзащиты были регенеративные патроны РП-2(та же регенерация для индивидуального дыхания в спецпротивогазах).

Командир части (кап 2) поехал в город на доклад и оставил Миногу старшим. При этом не забыл ему сказать, чтоб огромную мусорную кучу в части усилиями практикантов-курсантов убрали, т.к. 2 дня назад командир за эту гору говна делал минет Экологу флота. Минога откозырял, щелкнув каблуками турецких макасинов.

Минога заорал в каптерку: "Год! Малой! Сюда нах!" Мы пришли. Минога сказал, что т.к. мы его друзья и нам еще вместе пить и пить,.то задачу по мусорке надо как-то решать

Батрачить мы на него естественно не собирались. Он сам это понимал. Вдруг он сказал: Давайте ее нахуй сожжем!

Мы переглянулись. Был февраль. Минога вошел в коптерку и вышел оттуда в летной форме в бандане с черепами. Куча была сырой и разгораться совсем не хотела. Затея была, канешна, дурацкая. Куча в диаметре была метра 4 и высотой такая жо.Минога:"Бля! У меня ж патроны регенеративные на складе. Айда!"

Мы знали что патроны стоили очень дорого. Ему было пох, нам - тем более. Минога вытащил четыре патрона размерами с противогазную коробку. Раскурочили три патрона высыпали регенерацию на кучу. Минога притащил машинное масло и плеснул. Куча засияла огнем голубого цвета

Вдогонку полетела еще регенерация от трех патроноф. Минога тока успевал бегать в свой сарай. Куча горела, но не сгорала. Время поджимало, командир должен был вернуться.

Минога, выжив из ума, открыл крышку последнего патрона, плеснул туда то ли масла, то ли воды и закрыл крышку. Мы знали , что взрыв такова патрона приравнивалсо к кумулятивному снаряду. Часть разбежалась. Послышался звук би-бики уазика за воротами. Ворота открылись командир ехал к штабу. Вселенная содрогнулась.

Над частью зависло говняное облако из бумажек и медленно оседало по всей территории. Командир бежал к нам. Минога, как летчик, переживший катапультирование без раскрытия парашютного купола, бежал навстречу командиру и орал:"Тащ командир! В мусорке что-то пиздануло!". Кэп, не поняв доклада, спросил живы ли "головастики"(это про нас).Минога сообщил, шо все спались. Миногу лишили 33-ех процентов, дали наряды на все выходные. Кучу мы уже сами убирали по всей территории.

- Все, Сань… Завтра все кончится. Поедешь домой,- зам нервно курил, изредка поглядывая по сторонам, - Но…Есть решение - если при задержании они окажут сопротивление, их будут валить. Доказухи ты собрал достаточно, они в крови по плечи. Запомни, если начнется карусель, ты должен выпрыгнуть через заднюю левую дверь. Заднюю левую. Местных предупредят, в тебя стрелять не будут. Всех, что будут справа- положат. Всё. Удачи!
Зам вышвырнул окурок и исчез в подворотне.
Саня, старший оперуполномоченный по особо важным делам ГУБОП МВД России, полгода назад приказом начальника Главка под грифом «сов. секретно» был откомандирован в Энск. Он должен был внедриться в банду бывших сотрудников милиции, войти к ним в доверие и, в конце концов, спровоцировать их на совершение сделки по продаже оружия «своим» клиентам. В этом городе Саню никто не знал. Ни по имени, ни в лицо. Ни о его существовании в принципе. Все контакты осуществлялись через его заместителя начальника отдела, временно прикомандированного в энский УБОП. Полгода постоянного напряжения. Без звонков и писем своим. Это трудно. В милиции не учат нелегальной работе, до всего приходится доходить самому, многое делая «по наитию». Он очень устал.
…Саня сидел слева, поглаживая ручку двери. Машина остановилась. Все, кроме него, вышли. Он дернул ручку- дверь не открылась. Только сейчас Саня понял, что садился в машину через правую дверь, не проверив, открывается ли левая. Дверь была заблокирована. Наглухо.
Вдруг включился мегафон, кто-то невидимый дунул в него, но ничего сказать не успел. Недавние пассажиры открыли беспорядочную стрельбу. Местный СОБР ответил таким же беспорядочным огнем.
Сашка упал спиной на сиденье, поджал колени к груди и ударил двумя ногами в дверь. Она не открылась. К противному автоматному треску добавился звук пробиваемого заднего стекла и подголовника переднего сиденья. Саня просто не успевал оценить обстановку. В машине оставаться было уже небезопасно. Он оттолкнулся ногами от заблокированной двери и с силой выбросил свое тело через открытую правую дверь.
Через мгновение его застрелили. Свои.

Феликс и Леха выпили. Нет, не в том смысле, что пригубили во время беседы о бабах и машинах. Они нажрались в жопу и, как обычно, стали решать глобально-материальные задачи. Сотрудник ОБЭП и зав.складом с торговым образованием , оба почти с 12 –летним опытом работы « в торговле» в условиях рыночной экономики по разную сторону прилавка, решили выяснить, кто кому и сколько должен.
На этот раз победил бизнес. Фела, непрерывно матерясь, отсчитывал Лехе 500 баксов. Вдруг он запнулся.
-Э-э-э-э..бля,Лех, не торопи. У меня тут 200 баксов фальшивых, щас по ошибке суну тебе, потом влетишь.
-Откуда они у тебя?
-Не поверишь, сунули где-то, пидорасы!
Лешкина рожа растянулась в улыбке:
-Бля, Фела, тебя развели, как лоха?- он заливисто заржал.
-Иди на хуй!- Фела сопел над лопатником.
Леха немного помолчал, а потом предложил:
-А дай их мне, я «черным» на рынке впарю. Прибыль пополам. Идет?

…Утром здорово болела голова.
Едва Леха приехал в контору, на него набросился Феликс:
-Ты взял вчера «фальшивки»?
Леха взорвался:
-Да иди ты нахер! Мы поговорили, но так и разошлись. Ничего ты мне не давал!
В течение двух часов в кабинете Фелы периодически поднимался дикий ор. Леха был в полном отказе.
Неожиданно зазвонил телефон. Звонила Лехина жена. Было хорошо слышно, и он держал трубу в стороне от уха.
-Леш, наш сын попал в милицию. Его задержал ОБЭП, когда он в «обменнике» пытался поменять фальшивые двести долларов. Надо ехать!
Она еще что-то говорила, но Леха ничего не слышал из-за хохота Фелы…
…
-Вот, блядь, воровская семейка,- Феликс с довольной рожей пил чай,- Папа спиздил у меня, а сынок спиздил у пьяненького папы…Лана, Лех, одевайся, поехали за твоим воришкой. Теперь ты мне должен двести баксов!
У Фелы заметно поднялось настроение. Ему снова было все пофиг.

Среда, 14 Декабря 2005 г. 10:48

Сева, начальник Оперативно-розыскной части, был в бешенстве- все кабинеты закрыты.Сотрудники, как тараканы, разбежались по территории, чтобы, пол-дня просидев в какой-нибудь бильярдной, вечером на совещании рассказать, как они безуспешно пытались всучить кому-то повестку или что-то в этом роде. По коридору с печальными лицами слонялись "терпилы". Им так же не с кем было поделиться своими похожими друг на друга, как две капли воды, историями.
Сева поравнялся с дверью Феликса, и, не останавливаясь, ударил по ручке . Дверь не открылась, но... Он услышал какой-то шорох. Эта дверь отличалась от всех остальных огромной, диаметром сантиметров в пять, дырой на месте верхнего замка. Наступив на горло собственной важности и значимости, Сева принял позу жирафа, пытающегося взять апельсин из рук ребенка. Увиденное едва не парализовало начальника.
2-дюймовый "телевизор" показал Севе страшное кино: за столом напротив двери сидел Феликс и чистил..."парабеллум"! Самый настоящий, как у фашистов в фильмах из детства.Через пару секунд Сева стал "отходить". Страшная мысль , как пуля, выпущенная из этой "машинки", вошла в голову руководителя: ведь так наклониться мог любой посетитель, и даже начальник Управления!
Сева стал истерично колотить руками и ногами в дверь с воплями "Фела, сссука,открывай!"
Феликс привстал, накрыл газетой пистолет, и через секунду распахнул дверь.
Сева одним прыжком добрался до стола и, сорвав газету, завопил "Что это???!!!"
Фела был спокоен:"Дык...Это мне Васька дал, а ему прокуратура Западного округа. Говорят, никто чистить не умеет, а до суда надо довести этот вещдок в исправном состоянии."
"Врешь, сука, врешь...ууууууу...." Сева выскочил из кабинета, закрылся у себя и стал раскладывать "косынку". Он не мог успокоиться весь день...

Вторник, 13 Декабря 2005 г. 15:11

-Почему ты надо мной издеваешься?-молодая лейтенантша-опер ОБЭП ревела у Фелы в кабинете.
Фела тем временем внимательно рассматривал на ноутбуке фотографии с "египетского отпуска" своей коллеги. Он был невозмутим:
-Я издеваюсь? Да пошла ты нахер! Вот...Посмотри!..Вот что это за пидор черномазый рядом с тобой?
-Это..это...наш организатор, он...вечера и конкурсы организовывал.
-Какие нахуй конкурсы?! Блядь, у меня жена и двое детей, а ты жрешь в моем кабинете и пьешь из наших кружек!Пока не принесешь справку из КВД о проверке на СПИД и прочую хуйню, можешь не появляться.И никаких анонимных осмотров! С фамилией! Ясна?
Аллочка рыдала два дня. Потом принесла справку.
Фела разрешил ей пить чай из его куллера. Теперь ему было все пофиг.

Ему было всего четыре года. Полтора из них - в больницах.Во время последней операции врачи совершили ошибку- ему повредили сухожилия на правой руке. Никто не заметил. Через месяц его выписали. Мама купила мороженое. Он взял "лакомку" в руку и уронил на землю.Его отругали..."Безрукий..." Потом он уронил огурец и еще что-то. Мать, заподозрив неладное, попросила его сжать ей руку. Ничего не произошло.Она не почувствовала никакого усилия от детских пальцев.
Его снова "положили". Еще на месяц.
После выписки назначили упражнение для развития сухожилий- укладывать спички в коробок. По одной. Одна к одной. Он делал это часами. Он ненавидел спички.Особенно хозяйственные, в больших коробках.Когда коробок наполнялся,любой взрослый, проходя мимо, специально ногой опрокидывал его. И все начиналось сначала. Он плакал, и все повторялось.
И так несколько лет...

… Посольских повезли на пляж. Обычное дело - всех сажали в автобус и централизованно вывозили на песчаный берег. Туземцы сидели вдалеке на деревьях и смотрели за купающимися белыми женщинами. Жена шифровальщика - обладательница двух чудовищных «кокосов» нравилась им больше всех.
В этот день штормило. В воду пошли не все. Жены посольских сидели на берегу, кутаясь в полотенца. Неожиданно «шифровальщица» встала и направилась к воде. Туземцы замерли.
Первая же волна подбросила ее, как мячик, перевернула через голову и бросила о песок. Стихия сорвала с плеч лямки закрытого купальника и скатала его до пояса. Туземцы увидели ЧУДО. Они кричали и тыкали пальцами в «шифровальщицу». Ее муж влетел в воду и стал запихивать огромные сиськи в набравший несколько килограммов песка купальник, как огромные арбузы в маленький непослушный пакет. Туземный берег кричал от счастья, некоторые падали от смеха с пальм, как подбитые кокосы. Рядом с ними катались от хохота посольские…

…В дежурке под пультом был тумблер. Заступая в первое в жизни дежурство по криминальной милиции, КАЖДЫЙ ОБЭПовец замечал его не раньше, чем через час, после ухода старшего. Высшее образование плюс природная любознательность делали свое дело. Десять минут стараешься не думать о нем вообще. Потом силишься вспомнить, зачем он ( мож говорили, да забыл?). Потом минут десять ковыряния в неприличных местах и…ЩЕЛК!…Нихуя… Полное разочарование, флажок- в исходное, ноги на пульт. Но ровно через 3 минуты… «ВСЕМ ЛЕЖАТЬ! НИ С МЕСТА!». Помещение дежурки заполняется ребятами в полной экипировке, в сферах. Падаешь со стула, оправляешься, прислушиваешься к своему запаху… «Вроде не обгадился…» И ко всем: «Какова рожна!?!»Старший снимает каску и говорит, что им поступил сигнал о нападении на дежурную часть. Осматривается… «Вы не трогали тумблер?» «Да вы чо?!» «Сука, опять ложное срабатывание…И всегда в дежурство ОБЭП…»
Вот такая фигня…

-Давай жри быстрее!
-А что?
-Стол занимаешь!
-А что?
Оказывается, сейчас придут кастрировать кота, а я занимаю кухонный стол, который на какое-то время станет операционным...

… Он лежал на соседней койке. Санёк. Водила с пожарки. В первые дни на него было страшно смотреть. Потом привык. Даже как-то смешно было- стоит парень с обожженным лицом, как у Фреди Крюгера, перевязанные от плеч до пальцев руки – в стороны, как у пугала Джиперса Киперса. И вообще, он был весь перевязан. От коленей до подбородка. Вместо губ- два жгута келлоидных рубцов .Молодость его оборвалась в 27. А потом он в один день стал старым. Или нет. Не старым. Просто огромным страшным человеком неопределенного возраста. Изуродованным огнем. Он постоянно просил доктора выписать его. На все мольбы Николай Маркович отвечал: «Я выпишу тебя, когда ты сможешь работать и зарабатывать!» После этого приговора Санёк каждое утро встречал его «по-новому». Это могло быть полотенце, переброшенное через забинтованную руку. Тогда Саня говорил Марковичу, что есть люди, готовые взять его официантом в ресторан. Или к нему прислоняли швабру (сам он, надо сказать, ничего не мог делать, т.к. был похож на забинтованный крест), и он клялся, что в родной пожарке его ждут сторожем, уборщицей, начкаром… Мы хохотали, а Саня маялся. Мы видели в нем героя и были уверены в абсолютно героической причине его пребывания в ожоговом. Обгоревший пожарный… Иногда представлялось, что в палату обязательно войдут люди с лампасами на брюках, и мы станем свидетелями его награждения какой-либо медалью. Никто не приходил…
…Кожу на его лицо Маркович снимал с бедер тонкими лентами, тщательно выискивая не тронутые огнем участки. Он срезал их обычным лезвием «Нева». Машинке, вырезавшей, как пельменница, круги из кожи, он не доверял. Маленькие полосочки будущего Сашкиного лица врач складывал в майонезную банку и убирал в холодильник…
После очередной пересадки Саня сел на кровать, свесив ноги. Бинты на лице зашевелились: « Да хуле я?… Сам мудак…» Немного помолчав, он вдруг спросил у всех и ни у кого: «Знаете, почему я здесь?» Все молчали. Правда шокировала больше, чем каждый себе мог её представить. Не было никакого подвига. Сашка шел по территории пожарной части с двумя ведрами бензина. Хотелось курить… Он поставил ведра на землю, подкурил «Золотой пляж» и ловким щелчком выстрелил горящую спичку вперед. Он не видел, что она повисла в пушистых ветках огромного кипариса. Спичка продолжала гореть. Она упала в его ведро, когда Сашка проходил в тени старого южного дерева. Вспышка застала его врасплох. Инстинктивно он попытался отбросить вперед от себя ведра. Получилось еще хуже… Расплескавшееся горючее окатило Саню огненной волной. Его потушили не сразу. Просто никто не видел…
В этот день я поверил в судьбу.

Андрюха был тоже знаменитейшим персонажем отдела. Как человек безумно азартный, он постоянно попадал в переделки, связанные с чьими либо попытками обогатиться, что называется, «в легкую». Его жизнь была полна таких событий, как побег через окна бильярдной в Парке Культуры, куда он случайно вошел и обыграл всех кривым казенным кием. Денег ему не дали, но на нож едва не напялили. Андрюха не расстроился. Бывало и хуже, когда его обворовали в поезде в командировке (спиздили штаны и туфли вместе с носками). Проводница тогда сжалилась над ним, нашла огромнейшие портки, которые он подвязал двухжильным электрическим проводом вокруг тощей талии, а также калоши, в которых она гребла уголь в тамбуре. Сами понимаете, этот кадр, как Перепелица после падения в колодец, заебался в тот день вынимать ксиву и объясняться патрульным ментам. Путь в Долгоп был неблизок…
…Когда он учился в Риге на бортпроводника, они с корешем снимали дом-времянку у какой-то недобитой фашистки. С бабкой они не ладили. Оплату задерживали, т.к. пили, разумеется, нехуево. Но все равно платили.
Однажды Бог послал им бутылочку самогона. Головы студентов кружились от счастья.
Поставили на плиту макароны (больше нихуя не было ) и стали ждать. Ждали, пока Андрюха не произнес: « А может ну их нахуй? Начнем так, а потом закусим..» Они въебали пузырь без закуски и вскоре им захотелось женщин. «Ну че, в общагу?». Снялись мгновенно, вышли, чтобы не натыкаться на бабку, через задворки и ломанулись к девкам.
Когда они вернулись, двор был полон пожарных машин и пены. В этой пене металась бабка. Они забыли выключить макароны.
«Похоже, надо съебывать…» Андрюхина мысль сразу понравилась корефану , и они, стараясь не попасть на глаза погорелице, попиздили искать ночлег в институтской общаге.

Андрюху Бог наделил самой обыкновенной, мягко говоря, внешностью. Стопудово, когда он вот-вот должен был появиться на свет, Господь посмотрел на место его будущей прописки «г. Долгопрудный» и принял свое командирское решение. Поэтому, когда понадобился кандидат на «короткое» внедрение, роль грузчика вне конкурса досталась Андрюхе. Начальник сразу отмел романтичных молодых очкариков, начитавшихся книжек про бандитов.( Ясный перец, всем хотелось в пекло). Андрюху одели в грязный халат, сунули «початую» водку в карман, и он стал грузчиком. За три часа «внедрения» Андрюха проклял все. Количество разгруженных грузовиков с рулонами ткани уже не фиксировалось в уставшем мозгу.
…Все три часа, до синяков вокруг глаз, начальник смотрел на своего «внедренца» через единственный в отделе бинокль (и тот Сашки Веселовского, личный). Вот- вот должны были подъехать мошенники. Все шло как по маслу. Целая шобла оперов напряглась – в разгрузке образовалась нехорошая пауза. Чувствовалось, что скоро начнется…
…Грузчики устало разбрелись по пятачку перед складом. Замелькали стаканы. Андрюха отсел в сторону на торчащий из земли бетонным прыщом канализационный люк и вытащил из-за пазухи…книжку! Через секунду он «провалился» в роман.
Бинокль в руках начальника нервно подпрыгнул, а ногти воткнулись в черную краску оптического прибора: « Бляяять! Откуда у него книжкаааааа?!»
Злодеев взяли все-равно. Андрюху шеф хотел расстрелять перед строем.
Все уссались…

Служил у нас в Конторе Вася. Целый год, пока не попался на взятке и был тихо и благополучно вышвырнут на гражданку ( иногда думаешь, вот здорово, твори, что хошь, если потом всего-лишь уволят!). Но не об этом разговор. Первый год очень хочется служить, ловить и возвращать. Очень-очень.Это уже потом хочется просто ходить на работу, сидеть, принимать и отбирать. Т.е заниматься перераспределением награбленного. Вася своей бурной деятельностью откровенно раздражал как молодых, так и старых. Он открыто всех называл мудаками. Сам он был, разумеется, Д,Артаньян.
И вот однажды, в безумно жаркий летний день, когда после обеда не хочется ничего, даже женщину, в здание влетел Вася и со всего маха ударился в закрытую дверь своего кабинета ( напарник его днями напролет драл своих любовниц, которых у него было штук 8). Вася схватил огромную связку ключей, суетно нашел нужный, стал пихать в скважину... не тот.. потом еще... В итоге он влетел в соседний открытый кабинет. Там ,разлившись по креслу, как нагретый пластилин, ждал пенсию ветеран БХСС Дима. Вася подскочил к краю стола и дико заорал"ТЕЛЕФОН, БЫСТРААА!!!" Дима медленно сунул руку под столешницу и поставил перед Васей красный аппарат. Путаясь пальцами в маленьких дырках наборного диска, Вася бешено крутил цифру за цифрой. Когда он менял дырку-цифру, телефон поднимался вместе с пальцем . Это еще больше раздражало начинающего борца с экономической преступностью. Вася приложил телефон к уху. Было тихо. Вася бешено заколотил по клавише и заорал:" БЛЯДЬ, ДИМА, ОН У ТЕБЯ НЕ РАБОТАЕТ!! КАК ТЫ СЛУЖИШЬ?!" И Дима спокойненько ответил :"Вась, он ДЕЦКИЙ !" Вася посмотрел на телефон и у-ви-де-л наконец-то "веселенькую" фурнитуру, пропиленное над диском окошко, в котором на жестяном вращающемся барабане были изображены потенциальные собеседники: жаба, собачка и прочая хренота. Настоящий телефон "Панасоник" висел на стене рядом. Ржали все. Вася не оценил шутку и молча пошел ковыряться в своем замке. Он уже никуда не спешил.

«Отвечаешь за них головой!» С этими словами зам передал Марату ключи от своего кабинета. Это означало одно- 45 суток замовского отпуска Марат должен ухаживать за двумя красноухими черепахами. Одна из них было подарена заму начальником отдела. «Вот… блядь…» подумал Марат, принимая хозяйство- аквариум литров на пятьсот, двух уродов юрского периода и холодильник, в котором хранился кусок старой, уже серой вареной колбасы.
На следующее утро Марат порезал на доске мороженую колбасу и бросил ее черепахам. Через мгновение вода закипела, как в фильмах –ужасах об амазонских пираньях. Панцирные чудовища, каждая размером с два кулака, бросились на жратву. Это забавляло только миг. Тортилла зама вдруг обратила внимание на уже проглоченный кусок колбасы, выпиравший на шее черепахи начальника, и в страшном броске вцепилась своим клювом ей в горло. Кровавое пятно стало медленно расползаться по воде. У Марата затряслись колени. В висках застучала кровь. « Пиздец, мне пиздец…» Чтобы спасти свою карьеру он, бросившись к аквариуму, двумя руками вырвал из воды черепах. Майорский китель мгновенно намок до локтей и почернел. Два урода не расцеплялись. Марат тянул из изо всех сил, от чего лужа крови на линолеуме росла еще больше. Отпустив черепаху- «терпилу», он стал бить страшные щелбаны по башке замовского зверя. Не помогало. Марат швырнул черепах обратно в аквариум, выплеснув на пол еще литров 50 воды и со страшным воплем « Серге Палыч, черепаха Сергея Михалыча перегрызла горло вашей черепахе!!!!!» взлетел на этаж выше и выбил дверь в кабинет начальника ОБЭП. Через секунду, сметая всех на лестнице, подполковник и совершенно мокрый и наполовину седой от ужаса майор бежали к аквариуму. Там было уже тихо… Замовская тортилла жрала всё, что выблевала черепаха начальника. Потерпевшая лежала на камне, окрашивая воду красным. «Жмот Михалыч,- резюмировал начальник,- до чего зверей довел…» Марат постоял минут пять перед аквариумом, посмотрел на себя, на лужи в кабинете и попросил отгул.

Саня вывалил две зарплаты за новый звукосниматель для гитары. Единственным способом прожить месяц была «бомбежка» на его старой «восьмерке»…
…С виду абсолютно нормальный кавказец махнул с тротуара и через секунду озвучил своё желание: «До ВэДэ-эНХа, тры тысячи!» Сашка кивнул. Остановились возле палаток, торгующих кожаными куртками. Пассажир молча вышел, даже не закрывая дверь. «Э, а деньги!?» окрикнул его Саня. «Радуйся, что жыф!» Такой ответ был совершенно понятен, но для Сани совершенно неприемлем. Кавказец подошел к палатке, кивнул хозяину и что-то быстро сказал, смеясь и показывая на «восьмерку». Они заливисто заржали, после чего оба закрылись внутри палатки. Сашка сдал назад, оставив машину за стрижеными кустами, взял из - под сиденья сигнальную ракетницу и подкрался к палатке. Недавний пассажир распахнул в руках кожаную куртку, только что извлеченную из целлофанового пакета. Шел активный торг. Саня выпрямился, просунул ракетницу в палатку и выстрелил в распахнутую спину продаваемой куртки. Жуткие свиные вопли испугали всю торговую площадь возле метро. «Сдачи не надо!» -улыбнулся Саня и поехал на работу. На сегодня он «отстрелялся».

Саня Веселовский был героем отдела. Возглавляя группу отделения по пресечению преступлений в сфере потребительского рынка, он умудрялся раскрывать просто экзотические для ОБХССника дела. Контрабанда оружия, торговля наркотиками, изготовление поддельных ценных бумаг и т.д. и т.п. С оружием он не расставался никогда. И ему это было официально разрешено начальником, сидевшим, кстати, в соседнем кабинете. Кабинет Сашки напоминал что-то среднее между помойкой, складом спецтехники могущественной антитеррористической организации, гаражом, публичным домом и студией звукозаписи. Саня был талантливый музыкант, а авторские магнитоальбомы записывал прямо в кабинете. Приборы ночного видения могли лежать между вскрытыми консервными банками и деревянными горбушками хлеба. На стене висела нагайка (подарок родственников- казаков) и связка пряников. Под этим панно красовалась надпись «Не всегда молчанье- золото». Это касалось задержаных, которым кнут и пряники сразу бросались в глаза.
Отдел занимал первый этаж старой пятиэтажки. По вышеупомянутым антисанитарным причинам крысы со всей улицы тусовались в Сашкином кабинете, съедая порой важные документы. С августа по сентябрь количество замеченных в отделе крыс значительно увеличивалось, т.к. везде валялись арбузные шкурки. Арбузы, ясное дело, ОБЭПовцы в жизни ни разу не покупали.
В один из тихих рабочих дней, через час после обеда в кабинете Веселовского раздался выстрел. Первым в его кабинет влетел начальник, за ним весь отдел. Их встретил Сашка с счастливой рожей, держа в одной руке «Макаров», а в другой крысиный хвост, прикрепленный к кровавой каше. Все оказалось просто и смешно. Саня положил пол-арбуза под батарею отопления, лег на диван, нацелился на арбуз и стал ждать. Через 40 минут, когда плечи уже онемели, к арбузу подошла огромная крыса. Оставалось только нажать на спусковой крючок. Саня так и сделал.
«Сдохнешь старлеем!»-орал начальник 36-летнему герою отдела. Он был почти прав- капитана ему дали под «сорокет».

Как и всякого молодого опера, Диму гонял весь отдел развозить повестки и запросы. Он успевал сделать вдвое -втрое больше, чем это было под силу матерому сотруднику, перемещающемуся по Москве на машине. Дима ездил на метро. В метро пробок нет.
В понедельник он проснулся раньше обычного. Страшно болел живот. Вчера они здорово отдохнули с бывшими институтскими друзьями. Жрали все подряд, без разбора.
Дима уже трижды бегал в туалет, но лучше не становилось. На какое-то короткое время вдруг пришло облегчение, и Дима принял решение идти на службу.
Как назло, Контора встретила его тремя запросами. Два банка и налоговая. Все- центр. Выйдя из первого банка, Дима вдруг понял «Пиздец!». Он мозгом почувствовал, как огромная масса внутри него мгновенно рухнула куда-то вниз и на мгновение замерла у «выхода». Дима влетел в ближайший магазин и попросил воспользоваться их туалетом. Не пустили. «Сссссукккииии….» стонал Дима и озирался. Перед ним был еще один магазин. «Детские товары». Расчет оказался верным. Женщина, приносящая своей работой радость детям, почти не слушая объяснений и не заглядывая в распахнутое удостоверение (последний отчаянный шаг) показала на волшебную дверь. Дима влетел в туалет, долго не мог закрыть диковинный замок…
Он почти успел снять брюки… Диму немного спасло то, что наклон его туловища был «предельный» из-за чудовищных болей. Но желто-коричневая масса не вышла из него плотной струей, как это могло произойти с каким-нибудь счастливчиком. Эффект был подобен взрыву осколочной гранаты. Бачок, стены туалета, равно как и одежда Димы от множественных прямых попаданий и рикошетов были окрашены неровным колором. Сейчас бы это назвали венская штукатурка. Дима, обливаясь слезами, истратил последние магазинные запасы туалетной бумаги, размазав все ровным слоем по стенам. Стало еще хуже…
Вариант был лишь один – бежать. Дима долго стоял, прижавшись ухом к двери и вытирая слезы. Когда в коридоре стало тихо, он рванул дверь на себя и побежал. Он бежал через торговый зал, стараясь никого и ничего не видеть. Ему было стыдно перед доброй женщиной, которую по воле судьбы -злодейки он не смог даже поблагодарить…
Дима шел домой пешком больше двух часов. Общественный транспорт сегодня был не для него. В этот день он больше ничего не сделал.

Васин напарник, носивший просто неприличную для рядового опера фамилию Семеневич, занимался штангой и бабами. Вася тоже пробовал, но уже через месяц загремел на три недели в ментовской госпиталь со смещением дисков. Баб, правда, он там драл. В клизменной. Но не об этом разговор. В их кабинете тусовались все. Почему - не понятно. Наверное, из-за первого в отделе 286-го копьютера. Однажды, когда ни Васи , ни Миши Семеневича не было на месте, в их кабинете скучал еще один, не менее знаменитый персонаж – Марат, молодо выглядящий, с двумя «высшими» , красавец майор. От скуки он крутил в руках пустую бутылку от «пепси». От той же скуки он проткнул пластик ножницами и нарезал кучу маленьких «месяцев» из этого пузыря, разложил их на листке бумаги А4 и написал сверху маркером «НОГТИ СЕМЕНЕВИЧА». После этого аккуратно, чтобы не рассыпать, переложил всё это на Васин стол. Коллектив замер. Все ждали приезда жутко брезгливого Василия…
Сейчас я даже не помню, побежал ли он блевать, но крики « я убью эту ж…довскую морду», попытка одним махом все сбросить со стола и долгие истерики – всё было!