Карлсон, который жил на небе
Борис Куприянов (10/06/04)
Пятьдесят лет назад, в июне 1954 года, Астрид Линдгрен начала писать книгу о Карлсоне. Книга вышла через год. Линдгрен была в это время на пике популярности, все ее книги пользовались спросом, переводились на иностранные языки. Книга о в меру упитанном мужчине в самом рассвете сил не стала лучшей книгой, по мнению автора, Линдгрен искренне удивлялась ее популярности в Советском Союзе. К нам Карлсон прилетел в 60-х годах, но подлинно воспарил в 70-х.
В послевоенные десятилетия истерзанный мировой войной Запад переживает разочарование во всех так называемых «великих нарративах». Люди устали от социального служения, им нужен комфорт и домашний уют. Выжившие в бойне мужчины и женщины прячутся за работой, покупками и телевизором от мира, политики и общественной жизни. Больше всего их пугают глобальные идеи: коммунизм, фашизм, и так далее. События 68 года, восстание и поражение следующего послевоенного поколения только подтверждают общую апатию масс.
К семидесятым годам уже не испуг движет людьми, потребляют они не ради защиты. Потребление из средства превращается в цель. Потребление становится новым «Великим нарративом».
Стремление к сытости, устроенности, удобству начинает превалировать над устремлениями духовными. Массы отмахиваются от религии. В Швеции, на родине Карлсона, церкви посещают менее 5% населения, и священники получают государственную зарплату. Времена атеизма закончились, немногие берут на себя смелость отстаивать свои атеистические или религиозные убеждения. Западная демократия после Второй Мировой превращается в строй Бодриаровской имплозии. Вспоминая Апостола, можно говорить о «власти теплых». Обыватель — типичный представитель Масс — бесконечно далек от Религии. Он не выступает за зло или добро. Просто Бог и Дьявол не входят в сферу его интересов. Сатана не починит телевизор, а Господь не сгоняет в супермаркет. Непонятно, почему в 60-е в США обиделись на Леннона: ведь действительно повседневные истины «Битлз» победили истину Иисуса Христа. На церкви сатанистов смотрят, как на клубы по интересам. Черт не страшен, веселого чертенка, дельфина или бабочку можно выколоть на попе или на пояснице. Тату в моде.
Россия за пятнадцать лет капитализма догнала Старый и Новый свет если не по уровню жизни, то уж точно по уровню массового сознания. Можно сказать, что Россия — страна победившего постмодернизма. Раньше в эту формулу пытались вставить разные значения: Социализм, Коммунизм, Капитализм, все как-то было не убидетельно. Теперь правильное значение найдено. Вы никогда не были перед Пасхой у церкви? Посмотрите: толпа народа, да все молодежь, возрождение ли это религиозности? Спросите это у полупьяного до крестного хода молодого человека. Рыгнув, он без раздумий ответит — да.
Консьюмеризм, Гедонизм, Неприкосновенность Собственности. Вот столпы новой религии, еще не оформленной, пока ей приходится прятаться за старые формы «архаичных» мировых религий. Но недалек тот час... Уже при дверях... так сказать.
Кстати о Карлсоне... Он вполне подходит на роль мессии новейшего завета. Карлсон — сбежавший с неба ангел, именно сбежавший. Его предшественник — гордый дух, почувствовавший волю и свергнутый с небес. Но если Сатана — враг, то друг Малыша просто дезертир.
У ангелов, как известно, воли нет, и у смешного существа с пропеллером, приглядитесь, тоже. Карлсон прекрасно существует между небом и землей — на крыше, не обремененный райскими заботами. У Карлсона нет возраста (мужчина в полном рассвете сил), нет родственников (бабушка его, явно мифическая, придумана для объяснения отлучек), он не совершает ни злых, ни добрых дел. Даже его разборка с грабителями — чистое хулиганство, а не борьба за справедливость — так, подурачиться захотелось. Карлосон лишен чувств, ему наплевать на тоску и ожидание Малыша. Девиз Карлсона — потреблять, и потреблять без неудобств. Он даже неудобные крылья заменил на пропеллер, куда более приспособленный для условий современного мегаполиса.
