-Фотоальбом

Фотоальбом закрыт всем, кроме хозяина дневника.

 -Подписка по e-mail

 

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в murashov_m

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 09.06.2005
Записей:
Комментариев:
Написано: 20647

La fanciulla del West, Wiener Staatsoper 3.12.2016

Дневник

Понедельник, 05 Декабря 2016 г. 13:06 + в цитатник
Fanciulla Wien003 (495x700, 101Kb)
Умопомрачительные венские выходные позади, как стремительный метеор, как невероятно утрамбованная и сконцентрированная метафора самой жизни, мимолётное учащение всех самых благородных и светлых впечатлений: встречи с прекрасным, встречи с друзьями, встречи с незнакомым в обличьи знакомого. О моих немузыкальных впечатлениях будет отдельный пост, а сперва о "Девушке с Запада", которая грозит для меня стать едва ли не любимейшей оперой Джакомо Антонио Доменико Микеле Секондо Мариа Пуччини. Эту последнюю крупную оперу лукканского волшебника я припас "на сладкое", решительно отказавшись знакомиться с нею по записям. Принцип, которому я не всегда так строго следую, хотя и считаю, что всевозможные DVD и CD должны ложиться на уже завязывшиеся после посещения оперного дома отношения с произведением. В искусстве как в личной жизни — после личного знакомства можно и виртуально ворковать, а вот обратная практика зачастую чревата разочарованиями и муками, чтобы ни обещали нам эти дигитальные сводни-сайты знакомств.
Нет, нельзя сказать, что "Girl", как сам Пуччини называл своё детище, мне была совсем незнакома. Арию Дика Джонсона кто только не пел, и она давно у меня на слуху, да и первое действие я всё же немного погонял в плеере, дабы составить весьма общее впечатление того, что меня ожидает, но в целом, знакомство состоялось именно в субботу вечером. И надо сказать, что она было ошеломительным. Прежде всего меня потрясло насколько "Девушка" сочетает несочетаемое: нескрываемое родство с обрывочным и слащавым мелодизмом "Баттерфляй", жанровыми сценками, приготовляющими возню мандаринов в "Турандот", внутренний костяк и корсет интриги "Тоски", одним словом уже бывшее, более или менее оправдавшее себя в творческом развитии композитора Пуччини, ибо даже последняя незавершённая "Турандот" в плане музыкального письма явилась скорее возвращением к веристским корням, к системе отдельных арий и других элементов эпохи бельканто и то новое, никогда ни доселе, ни после не подхваченное, забытое. Во всяком случае в его крупных вещах. Новые для пуччиниевского арсенала позднеромантические гармонии, сложная, порой кажущаяся перегруженной вязь окрестровки, требующие от исполнителей максимальной собранности и широкой палитры эмоций партии, из которых Минни наверное наиболее совершенная сопрановая партия у Пуччини вообще, с которой разве что Турандот можно сравнить, но Турандот поёт достаточно мало — одна ария с финалом второго действия и дописанный Альфано пошловатый финал третьего. А Минни, появляясь в середине действия первого, поёт до самого конца.
Кстати, первое действие не показалось мне таким уж убедительным. Да, в нём есть чудные моменты: песнь Джека про стариков родителей, оставшихся на родине, подхваченная хором, ссора и попытка линчевания шулера, но как и во втором акте "Тоски" подчас слишком много суеты, материала, где мелодическому дару Пуччини негде развернуться, где происходящее на сцене заслоняет музыка, которая деградирует до сопровождающей звуками кавардак, как бывало при дублировании фильмов, когда в студии стучали по кастрюлям и звенкяли о тарелки столовыми приборами. В драматическом плане всё первое действие — некая экспозиция расстановки сил. И с началом второго действия кажется, что ничего не изменится. Весьма унылая колыбельная работников, их разговор с Минни — второстепенное для главного действия. Неужели для сцены между Минни и Джонсоном была так уж необходима такая прелюдия? С приходом Джонсона в дом Минни по сути и начинается самая сильная как музыкально, так и драматически часть "Девушки с Запада". И да, тут много от "Тоски", только вместо веера Аттаванти у Минни в руках портрет Джонсона, вручённый ей Рэнсом-Скарпией. Но тут и нечто другое. Рассказ Джонсона о своём прошлом, тяжёлое детство, отец-бандит, исцеление растленной души святой Минни, в которую он влюблён. И ведь правда, золотишко старательское он так и не украл, хотя вполне мог. И вообще повинную голову меч не сечёт. И что же Минни? Тут она единственный раз за всю оперу изменяет себе, действуя не как библейская святая, а как языческая богиня: она изгоняет покаявшегося и раскаявшегося Джонсона за порог под пули притаившегося шерифа. Чтобы немедленно пожалеть об этом, впустив его обратно. И тут раненый Джонсон опекаем как Каварадосси после пыток в застенках палаццо Фарнезе. И тот же элемент игры, который впервые блеснул ещё во втором акте "Богемы", зазвучал мрачным аккордом в приказе расстрелять художника-вольтерянца "холостыми" пулями come Palmieri, а потом грянет апофеозом во втором действии "Турандот" в знаменитой сцене трёх загадок. Вот какова эта игра в покер, когда на кону жизнь возлюбленного — игра, в которой можно выиграть только смухлевав. Но ведь и царь Давид смухлевал, чтобы заполучить Версавию! Не зря в опере вся эта сцена уроком закона Божьего и упоминанием библейского царя.
Третье действие "Девушки" кому-то покажется наивным и шаблонным. Такой дешёвенький хэппи-энд, только подчёркнутый в венской постановке Марко Артуро Марелли. Мне же в связи с этим финалом вспоминаются утверждения, что Пуччини так и не дался финал "Турандот" именно по причине его ходульной позитивности. Мол, трагическая смерть a la Manon Lescaut, Tosca или La Bohème ему была бы больше по душе. Думается, что прогрессирующий недуг , подорвавший силы композитора, и лишь он один виноват в том, что "Турандот" осталась незавершённой.
Музыкальный уровень спектакля был в общем и целом весьма высок. Если в первом действии ухо несколько раз резанули смазанные вступления духовых, расколбас отдельных групп в оркестре, то после антракта дирижёр Микко Франк видимо приструнил своих подопечных аки тренер в раздевалке в перерыве футбольного матча, ибо второе и третье действия были сыграны замечательно. Полнозвучный пуччиниевский оркестр, играющий всеми красками его богатого письма!
Впрочем, и певцы зазвучали после антракта лучше. Ева-Мария Вестбрёк, несмотря на определённые проблемы на самом верху, обладает впечатляющим по полноте и густоте тембра драм-сопрано, которые прекрасно льётся в зал. Эмоционально заряженное пение, настоящая пуччиниевская героиня. А партия чертовски непростая. Так что простим ей отдельные косяки.
Польский баритон Томаш Конечны по началу вызвал недоумение, прежде всего каким-то полухарактерным тембром, каким-то я бы даже сказал антиитальянским звучанием. Впрочем, во втором и третьем действии эта особенность не столь резко бросалась в уши, а в сцене с покером он составил достойную пару с Минни-Вестбрёк. Во всяком случае, в Дрездене такого драмбаритона я бы с удовольствием послушал бы ещё. Не Вратонья, конечно, но весьма слушабилен.
Наконец, Хосе Кура, о котором я недавно писал в рецензии на дрезденскую "Тоску", которого мне посчастливилось слушать в третий раз за полтора месяца, прекрасно слушался в партии раскаявшегося разбойника. Жаль, что ария Ch'ella mi creda столь коротка и жаль, что сейчас так редко просят бисировать что бы то ни было. Кура — на сцене как рыба в воде. Просто удивляешься той лёгкости, с которой он не только поёт, но и живёт на сцене. Как он чувствует музыкальную фразу, как чётко пропевает каждое слово так что я, неноситель итальянского языка понимаю каждое questo и quello, как напрочь лишён вот этого тенорского самолюбования, не выпячивает бессмысленные с точки зрения драматургии ферматы на верхних нотах. Послушал урывками певшего три года назад на премьере Кауфманна. Всё не то. И сказать даже больше нечего.
Осталось обмолвиться о постановке. Только она при таком составе могла бы омрачить посещение венской государственной оперы. Но не омрачила. Пускай по сцене не скачут ковбои. Эта привязка к "дикому Западу" мне не кажется какими-то альфой и омегой. Главное что соблюдено — показан мир социального авантюризма, но без сгущения красок. Рабочий городок, контейнеры, простецкая обстановка в домике у Минни. Всё в духе либретто, никакого утрирования. Яркие краски, объёмная мизансцена, осмысленные движения певцов. Постановка живёт. Желающие могут убедиться в этом, посмотрев выложенную на youtube телетрансляцию с пресловутым Кауфманном. Что до финала, то он мне понравился. Да, в нём есть наивность, но это не наивность бездарности, которая пришивает кобыле хвост, а наивность ребёнка по своему понимающего сказку. Радужный воздушный шар уносящий возлюбленных не в смерть, как могильная плита "Аиды" или телега с осуждёнными на гильотину в "Андреа Шенье", а в счастье. И только в таком детско-наивном исполнении в оптимистическую, несвойственную операм вообще концовку "Девушки с Запада" начинает вериться. И это прекрасно.
Рубрики:  Оперно-музыкальные рецензии

Метки:  

 Страницы: [1]