В колонках играет - Черный Кузнец - Черный КузнецНастроение сейчас - воспоминательное и металличное.Была когда-то на той неделе суббота. По недавним волчьим наблюдениям, суббота - это такой замечательный день, когда все идет прахом, все интересно или все интересно идет прахом, что клинично, но бывает. К счастью, прах решил повременить с прилеплением к волчарьим лапам, и данная пациентка была просто напросто интересной.
День. Станция метро Библиотека Вождя. У основания левого поворота лестницы:
- Опоздал. Прости...
- У тебя оставалось еще двенадцать минут.
- Извини.
- Не извиню.
- Ну извини!
- Не извиню.
- Лучше залезь ко мне в торбу.
Рысь забирается в алисаманскую
барсетку.
- Извиняю!
Торба содержала дневной запас мандаринов.
Прямо оттуда - на Горбушку, навестить Иронд с Металлургом и еще за какой-то посредственностью, которая не запомнилась. До станции Студенческой довольно таки заполненный вагон был свидетелем того, как двое нефоров, сидя на полу спиной к двери, пожирают мандарины. Дальше ехать пришлось стоя, что, впрочем, волка не особенно расстроило. Расстроишь эту скотину, как же!
Горбушка - это такая вещь, которая всегда населена толпой, продавцами и мусором. Красивым таким, блестящим и даже дорогим. Куда не приведет дивная тропа коммерциализации... Притом, никто не знает не то чтобы окрестные ларьки - в своем разбирается только по сбоящему наитию. Ну, ладно. Иронд и Металлург разочаровали малым количеством русского, но порадовали новым альбомом славной республики Марий-Эл, сидишками Heavenly и (тройной радостный лай с добивающим "Гау!") тремя альбомами Святых Драконов! Жгуче пожалел, что оборотнявское подземелье собирается выдать стипендию лишь в понедельник.
Дальше обе пары лап направляются в Филевский парк. Для одной простой вещи - поиска дерева. Определенного. Для вполне определенных амулетов, которые эта ленивая волосатая тварь все никак не начнет делать. Итогами прогулки становятся два куска берестяной коры и кусочек сосновой. В форме щита, что характерно.
А еще прямо перед нашим приходом, совсем незадолго, какой-то ублюдок порезал кору на одном из деревьев. Жестоко и глупо - сока зимою все равно не бывает. Убить, если найду (заметка в мысленную записную книжку). Ррр!
Потом МХЫУ... и рядом с ним не без странностей. Еще на той замечательной аллейке, которая ведет от метры Университета до первого ГУМа к чешущим тихомирно нам привязался какой-то пес. Крутился-крутился рядом, потом начал делать вид, что хочет играть. На попытку начать игру откатился назад с видом "брат, ты совсем того или еще не совсем?" и побежал медленным сяпом дальше по аллее, оборачиваясь и смотря, туда ли мы идем.
Пошли следом. На пущеную руну псина обернулась и серьезно посмотрела Барсову в глаза, после чего ускорила темп, не переставая оборачиваться. Один раз поджидала, пока подойдем... Вотщем, довело это стремное существо нас почти до Главного Здания, где остановилась у одной из ёлок, опять посмотрела долгим человеческим взглядом и умотала уже явно без какой-то цели.
Дерево было больным. По прикосновению это стало ясно. Причем болезнь не была физической, что-то другое. В кустах рядом лежали... клавиатура и мышь. Целые и почти как новые, только грязные. Кто положил, кому могло понадобиться вот так бросить? До сих пор не знаем. По наитию отнели от дерева подальше. Боль дерева, хотя и не исчезла (видимо, этот гад уже успел навредить), сильно уменьшилась. Что такое? Шиза. Она самая.
Пробежались до самого входа. У входа встретили хорошую девушку Лиду, и появившееся при выходе из метры желание встретить в серой массе слипшихся индивидов что-то оригинальное своим знакомством с волком исчезает. После - безумное чаепитие в уютной комнатке на филфаке, о которых вообще стоит рассказывать отдельно. Весело это)) А еще там тепло...
Дальше рассказывать не слишком интересно - дорога домой, тоже со своими радостями, но не особенно поддающимися записыванию. Рассуждения о язычестве и рассказах, которые оба грозятся написать. Рряв!)
Вот такие пирожки с гвоздями)