О, да..Нежное, такое нежное…как парное молоко твоих мыслей, твоих скитаний, твоих желаний. Желаний ко мне.
Я так рада тому что ты – есть. Я обещала тебе заснуть, но у меня пока не получилось. Знаешь, я опять стала бояться.
Здравствуй. Посмотри на меня. Смотри в самые глаза. Гляди в самые зрачки. Видишь? Там написано: Умоляю тебя, здравствуй пожалуйста. Это маленькая моя к тебе просьба. Держи на плаву тело своё и дух. Знаешь, когда-то ещё в институте, появился у нас новый предмет. Обзывали его «валеонтология». Такая наука о здоровье. Всяком здоровье, понимаешь? Ты понимаешь меня… Иногда мне кажется, ты так хорошо меня понимаешь. Иногда мне даже чудится, что ты и вправду меня понимаешь…
Безысходность всегда ищет выхода. Боль – это отвратительная мразь. Она подстерегает, предательски обрубая все каналы желаний. Совершенно ВСЕ. Желание есть только одно: Только бы это кончилось – я отдам ЧТО угодно... Мир слоился бы в твоих глазах, если бы ты мог видеть этот мир… Ничего совершенно нет. Потом будет рай. Только подожди – наступит рай, он – буквально за порогом, это блаженство, немое блаженство отсутствия чёрной красноты за веками.
О, да..Страстное желание остаться в тебе, как-будто чем-то очень важным, и шептать при этом: Прости меня за всё, прости, я дышала так, как умела…
Я так рада тому что ты – есть. Гляди в окно. Смотри, там – белое. Белое – это всегда чистое. Чистое – это – незыблемое. Незыблемое – это недотрожное, единственное в своём роде, неприкасаемое, безысходное, а значит – ВЕЧНОЕ. Давай сегодня мы с тобой станем вечным? Давай так поиграем… Пусть это будет на сегодня и назавтра. Ну, может быть, ещё на послезавтра…
Безысходность всегда ищет выхода. Страх – это такая странная штука. Всего минуту назад ты клялся себе, что сделаешь всё, совершенно ВСЁ, чтобы этого больше не повторялось! Не верьте тем, кто рассказывает об уходе своём небылицы. Что-то типо того: «И тут я понял, что ухожу и я вспомнил, что не сделал ещё кое-что…» Ничего ты не вспомнил. Ты просто не умел вспоминать. Панический страх – это только когда теряешь сознание, но медленно, и потом.. я не знаю что это больше – страх или наслаждение. Но слабо где-то глубоко желание, которое я шепчу безостановочно: Возьми меня за руку Возьми меня за руку Возьми меня за руку держи меня за руку...
О, да..Немыслимое тепло твоих ладоней, которое чувствуешь, стоит прикоснуться к ним, чтобы обо всём забыть. И вот, я уже не сильная. Я ею никогда не была. И видимо, уже не стану…
Я так рада тому что ты – есть. Дни катятся в тартарары. Сегодня я случайно разбила свою аромо-лампу, ту, тёмно-синюю, в виде башни, куда в моих мечтах стремился Роланд. Она разбилась совершенно случайно, а я не могу заставить себя собрать её осколки. Возможно, это – просто страх? Я говорила тебе уже, что я опять стала бояться?
Безысходность всегда ищет выхода. Есть ещё мерзопакостные штуки в поднебесном. Например, отвратительные запахи… Даже если запаха нет – ты его чувствуешь. Потому что СЛЫШИШЬ… боль запах грязь – «я видела её отвратительные инструменты»(с) Ни хрена ты не видела, девочка моя)))))) Отвратительные инструменты – это… Ты ненавидешь этих разных людей уже много лет. С самого до-взросления. С самого первого узи. Ты ненавидишь их, боишься их, и часто – надеешься на них, как на родителей: А что вы сейчас будете делать? А это как? А это – очень?.. Ты научишься – ещё больше… Ты научишься узнавать – к чему готовиться, чтобы уметь сжимать зубы тогда, когда это будет нужно…И через минуту снова люто ненавидеть их. Ни за что.
Я так рада тому что ты – есть. Я опять стала бояться. Того, что этот день не будет для меня уже таким важным. Что следующий таким важным не будет, потому что я отдаляюсь от них… От всех этих дней. Никто не может представить себе, что его не будет завтра. Поэтому и я буду завтра. И ты. И они. А после? Послезавтра… Что-то останется от меня? Что-то такое же незыблемое, как этот снег? Что-то, что будут помнить… Хотя бы – слова.
Если послезавтра…то – что? Пусть будет мой дневник.(точка)
