Твое тепло, идущее от тел,
любым другим теплом незаменимо.
Другие руки, проносимы мимо,
погладят не того, кто так хотел
поглаженным остаться.
Только к тем
упрямо мы стремимся отпечаткам,
с которыми соединили нас
однажды в нужный час мигнувший глаз,
невовремя упавшая перчатка
и теплый нос, уткнувшийся в плечо.
И только тех мы любим горячо,
кто вынимает душу без остатка
из нашего усталого "еще".

Не всегда, известно всем, мечты сбываются,
Но в любви такое чудо получается.
Это счастье, и отрада, и горит день ото дня
Свет души моей – доченька моя.

С Днем рождения, моё все!!

Меня любят толстые юноши около сорока,
У которых пуста постель и весьма тяжела рука,
Или бледные мальчики от тридцати пяти,
Заплутавшие, издержавшиеся в пути:
Бывшие жены глядят у них с безымянных,
На шеях у них висят.
Ну или вовсе смешные дядьки под пятьдесят.

Я люблю парня, которому двадцать, максимум двадцать три.
Наглеца у него снаружи и сладкая мгла внутри;
Он не успел огрести той женщины, что читалась бы по руке,
И никто не висит у него на шее,
ну кроме крестика на шнурке.
Этот крестик мне бьется в скулу, когда он сверху, и мелко
крутится на лету.
Он смеется
и зажимает его во рту.

Когда мужчина что-то не понимает он начинает копать, сопоставлять, открывать велосипеды и другие законы притяжения. Это рождает термины: любящая мать, подруга, наивная девочка, роковая женщина и еще много... Но в копании и поисках все ищут просто Женщину. И только самые честные и свободные могут в этом признаться и себе и всем остальным...
Короче... :) Читаю Коэльо "Одинадцать минут". Самое интересное в этой книге - посвящение.
А женщина любит целиком, без препарирования.
"Не думай, милый..." :)

А к лампе садовой летят мотыльки.
Встают на колено, и просят руки.
И в городе каждая кошка беременна...
И сыграно лето в четыре руки.

И мальчик на плечи сажает орла,
С усатым почмейстером пьёт из горла...
И едет троллейбус по улице Ленина,
Где алый закат догорает дотла.

А в гавани прочно встают корабли,
И якорем тянутся к центру земли...
И, не дотянувшись, рыдают бессильно
И смотрят, как годы мелькают вдали.

И маленький кто-то на круге луны,
Спиной оттолкнется от желтой стены,
И снимет большие пушистые крылья,
И в шкаф их упрячет до новой весны.

Дача...
У меня дача всегда ассоциируется с сорняками, гамаком, шашлыком и нежной кисейной занавесочкой, которая тихо колышется на ветру. Было все! И даже занавеска, подаренная еще бабулей - белая, х/бумажная вся в нежных цветах. Она очень пригодилась, когда началась грозища, загремело, засверкало и две нежные тойки Варя и Зося полезли на меня прятаться от всего этого "ужаса". А занавеска дрожала, колыхалась, но отгораживала нас от стихии... :) Ну шаллык и гамак - это тоже лирика, которая всем знакома и понятна, сорняки - та же фигня (сколько не рви, все равно лезут!), а вот полив грядок из шланга...
Что-то меня очень тот полив растрогал, может старею. Вечер, шланг, сухая и потрескавшаяся земля и я, в купальнике и резиновых тапках... Таскающая по грядкам шланг, стараясь не задеть и не смять растения, полить все как можно лучше, отбивающаяся от оводов и комаров. Ощущаешь себя не амазонкой в бронзовых латах загара, а лошадью амазонской! В "сбруе" из налипшей земли от шланга и "подковах" из той же земли на тапках. Наслаждение для мазохистов...
Но вот что интересно - не смотря на все ужасы о даче, запоминается и вспоминаетася прежде всего легкая кисейная занавеска колышащаяся на ветру... :)

Клико в канавах водосточных
И чернь лазоревых кровей
Я греюсь у костров полночных
Под арками твоих бровей
Твой взгляд – прекрасный и беспечный -
Звезда, летящая по встречной
Комета с огненным хлыстом
Монах с рогами и хвостом
Любви испанская армада
Блаженство неба, муки ада...
Упасть в такую пропасть взгляда
Легко – как в прорубь под мостом

2.

Твои глаза яснее неба
Прекраснее, чем запах хлеба
Они просторнее, чем море
И глубже, чем любое горе
Все остальное – вне картины
Зачем мне плечи, руки, спины
Затылки, щеки, животы
Когда достаточно мечты
Судьбой на пол-лица разлитой...
Все, кроме глаз, навек забыто
Когда в глаза мне смотришь ты

часы пробьют - и все преобразится:
расколется как тыква мерседес,
любимец женщин, мастер джиу-джитсу
лишится покровительства небес
и обернется крысой...

часы пробьют - и это неизбежно:
рассыпется постройка в кирпичи,
красавица в причудливых одеждах,
увидев отраженье, закричит
и превратится в ведьму...

часы пробьют - и пошагают дальше
наматывать круги на циферблат,
не отличая истину от фальши...
часы бесстрастны, как сто лет назад.
и слава богу.


Дожди, косые дожди... За(пи-пи-пи)али!!

В городе жить одном - на разных планетах,
Порознь глядеть в окно на одно лето...
Бросили кость судьбе: разделила - властвуй!
Но я должна тебе еще одно "Здравствуй!"...

Из телефонного разговора:
М - Привет! Как ты там? Как работается? Устала? (деловито)
Ж - Номано... Маленько... Чего-то хочется... (расслабленно)
М - Так я приеду! Увезу...! (деловито)
Ж - Я вообще-то про персики! (смеется)
М - Аааа... Тогда до вечера и до персиков! (смеется)

Новый секретарь... Сказать, что сразу поняла, что с девочкой что-то не так, не сказать ничего. Юная, мягкая и пушистая особа в глазах которой отчетливо, как мультяшный доллар читается слово "замуж". И все, что проходит через эту славную голову фильтруется именно через это слово, а некоторые данные не проходят вовсе. Работе это точно не помогает. Помогает-ли вообще - затрудняюсь сказать, т.к. сама полна непонимания и раздражения, да и подзабыла уже подобные "стремления". Короче гламур жру через край и полной ложкой. Начала воспитание на тему: работа есть работа и хоть сдохни! Посмотрим.
Некоторых девушек точно не учили, что для достижения необходимого и желаемого не всегда нужно раздвигать ноги и открыв рот хлопать глазками. Иногда достаточно просто подумать чуток.

...Ты перестанешь жить спешно, тряско, поймешь, насколько
была глуха; с тебя облезет вся эта краска, обложка, пестрая
шелуха; ты сможешь сирых согреть и слабых; и, вместо
модненькой чепухи -
Когда-нибудь в подворотне лабух споет романс на твои стихи...

Придется быть для тебя шелком,
быть для тебя кашемиром,
быть для тебя музыкой,
быть для тебя островом и вечным путешествием.
Придется вдыхать в тебя жизнь.
Если я смогу всем этим стать и всё это сделать,
я и думать забуду о том, любишь ты меня или нет.

С новым Новым годом...! :)

В каком-то захолустном старом тире
Прицелились, нажали на курок.
И вот, крутясь, мелькает в светлом мире
Планета-пулька. Кто же был стрелок?

Храним молчанье, если что-то знаем.
Не зная же, стремимся говорить.
Живем себе. Но чаще проживаем,
Как будто вечна жизни нашей нить.

Учил недаром Будда полуголый,
Что лишнего нам лучше не иметь.
Вотще колеблют мудрые глаголы
Струн мировых отзывчивую медь.

Уже не помня прошлых воплощений,
Рифмуем мы горячий ток крови
С потоком времени и гулом превращений
Скрещений судеб в крестики любви.

А кто-то эти крестики наносит
На мастерски пробитую мишень.
И радостно ее в кармане носит
Пол-Вечности, короткой словно день.
(с)

Жарко-то жарко, но зачем так душно... Кондер в кабинете работает с утра до вечера, но воздуха мне маленько не хватает. Сижу и мечтаю о купании вечером :)
Из рассказов Галы:
Вечер-ночь на пляжной дискотеке. За столом сидят два местных "крутых" (которые "держат" этот пляж и дискотеку), девушка Оля (которую они наняли всем этим бедламом руководить), девушки Наташа и Гала (которые приехали к девушке Оле на викенды отдохнуть). "Крутые" - мужчинки в возрасте и с горящими, через призму выпитого глазами. Один из них активно приударяет за Наташей со всем пылом своей потертой шевелюры. Ната не рада и делает знаки Оле :)
Оля олигарху приватно: Вы бы не очень Наташу беспокоили.... У нее муж олигарх, денег помойка...
Мужик поверил, остыл, а минут через надцать Оле на ухо: а почему у нее купальник в горошек, если у нее муж олигарх???
Во как... И при чем тут горошек?? :)
Допрыгаются мои девки в своих "походах"! Кстати, Ната по приезде заявление сделала: не пойду я в замуж никогда! Насмотрелась на отдыхающих и противно!
Во как... Оно понятно - город хоть и большой, но маленький, круг общения один, а наблюдать за "двойной моралью" (а иногда и за двойными семьями) - удовольствие небольшое.
Гала дипломатично молчит... :)))
Развить бы мысль.... Да сил нет писать про любовь-измены.

самое красивое яблоко
при ближайшем рассмотрении
чаще всего оказывается червивым
даже если есть его
с закрытыми глазами


Две природы мои, две крови, два сока вязких
от случайных корней, неслиянные два потока:
след зари на крестовой луковице - кровь славянская
и багульниковая, острая, нежная кровь Востока.

Так и вижу вас, две чужие в единых жилах,
во грехе от которых которым не будет спасенья.
Так земля, проросшая телом моим, решила,
что она с ее полушариями - двудольное семя.

Лен мой, тело мое, полотно на станке покорном;
кровеносные линии кисть гениальная будит
и в сплетении их проступает лицо Джоконды,
наделенное всепрощающей улыбкой Будды.
(с)

...к сезону дождей остывают любые слова,
но сильный туман твоих рук захлестнет мою шею,
затянет, вопьется, и выдержать я не сумею,
и даже потом не пойму, почему я жива...
(с)

я готова поверить во все, что ты делаешь плохо
понимая, что это лишь свойство твоей прямоты
если дерево в самом расцвете безжалостно сохнет
то ему, безусловно, уже не достичь высоты
ты решаешь делемы и знаешь, чем кончится повесть
не стремясь, не форсируя и никогда не спеша
если строишь, то так, чтобы дом получился на совесть
зубы стиснуты. ты их боишься разжать
я не знаю, где ключ от замков на твоих многоточиях
где искать потаенную дверь в твой серебряный день
каждый раз как смотрю на твою безупречную копию
вижу в грусти ее твою быструю светлую тень
в темноте долгих лун очертания зыбкими станут
раз уж им не случилось собрать всю палитру огня
и уже не узнать, чем лечить эту старую рану
и лечить ли ее, если боль все равно не унять.
(с)

В телевизоре сказали, что любовь в человеке живет ровно столько, сколько нужно времени для того, что бы зачать, родить, вырастить и поставить на ноги ребенка. В среднем для всего этого у древних людей отводилось 3-4 года.
Видимо я произошла от очень старательных обезьян.... :)

Так и будет. Вымокнет сирень,
смолкнут скрипки, выгорят обои,
и поманит пением сирен
этот мир, покончивший с тобою.

И не хватит воска. А дожди
не способны вылечить от жажды.
Я когда-то вспомню - подожди -
это тело, данное однажды.

Заструится сладкое вино,
наполняя жертвенную чашу,
дух поймет, что так заведено,
и ягненок удалится в чащу.

Тело оправдается строкой;
угадать в любимой Саломею
и познать от рук ее покой
только этим телом и сумею.

Не затем ли в небо нас вели
медленные скрипки на концерте,
чтобы притяжение земли
нам понять, как притяженье смерти,

мне понять, от смерти уходя,
что любовь страшнее и священней.
И последним выдохом дождя
оборвать цепочку воплощений.
(с)

- Ты так тверда -
до хрупкости,
как хрусталь.
- Все – ерунда,
глупости,
перестань.

- Ты так добра, -
до нежности,
как сестра.
- Не смей играть
верностью –
боль остра!

- Ты так сладка –
до горечи,
словно мед.
- К твоим рукам -
дочерью –
все пройдет.

- Клянусь, тебя,
милая,
я люблю.
- Беги, ведь я -
сильная, -
погублю.
(c)