Лидуха привезла мне из Парижа бутыль настоящего сидра. Хехеей! Она всегда мне что-нибудь привозит из поездок. Мне безумно нравится её дружеское внимание, мы настоящие друзья. Раньше мы много ссорились, но в том лишь моя вина была - я не понимала многих вещей. Психическая неуравновешенность многое скрывала от моих глаз. Сегодня посмотрела фильм о "себе". В героине было, пожалуй, всё от меня. Вспомнила, как в ссоре с мамой от психа ногой оттолкнула кухонный стол так, что всё стекло со стола упало и разбилось в вдребезги, разлетевшись по всей кухне. Проорала, что больше так не могу. Мама даже ничего не сказала, Инна промолчала. Минут двадцать в тишине они убирали осколки. Но это было, было. А я хочу жить. Я уже вылезаю из пластикового плена мусорного мешка. Хотя путь еще не закончен и, может, долог, потому что с мамой я всё же еще не научилась уживаться. Самое ужасное, что её психика тоже хромает из-за этой работы. Надеюсь, уход уже скор.
Мне нравится, что я сама из этого выбираюсь. Уже положен фундамент и небоскрёб стремительно возвышается. Меня это радует. Значит: я сильная. Значит, я могу. Я еще сгожусь на что-то. Спасибо одному человеку за то, что я не начала пить препараты, потому что тогда её слова ценились на вес золота. Спасибо тебе, это многого стоит, многое для меня значит. Не важно, что было и чего не было, главное, что не с пустыми руками.. не с пустыми руками. Это может погасить все задолжности.
С Лидочкой мне очень повезло, можно только позавидовать нашей любви и дружбе. Человек знал меня с пятого класса, видел весь мой путь. Знал обо мне столько, сколько не один человек обо мне уже не знает, а если и рассказать - не прочувствует этого. Пятый, шестой класс я практически каждый день проводила у Лидусика вечера. Мы очень много разговаривали. Мы вообще всегда находим темы для разговоров. (К слову, в учаге наши однокурсники стали этому поражаться уже к концу второго курса - глупышки. А мы могли разговаривать часами, днями!) В те годы мы познавали себя в этом мире и этот мир в нас. Много говорили о душе и о теле, о собственной сексуальности и о чужих душевных муках. Я, в основном, уходила в глобальное, Лида же наоборот возвращала нас в "здесь и сейчас". Как-то она мне сказала: "Если б я так много думала, я бы сошла с ума". А мне тогда было этого не понять, как могут не волновать проблемы нищеты, проблемы брошенных детей, войны и катастрофы, проблемы искалеченных душою и телом. Лида учила меня думать о себе. Так мы учили друг друга: я её - недостающей душевности, она меня - недостающему эгоизму.
Ливень действительно даёт мне сил. Крепит. Вот сейчас, чем больше я заползаю себе в душу - тем сильнее хлещет он по асфальту. Осень. Наконец-то пришло это время года, которое я всегда жду и с упоением проживаю. Осень - пора гениев. Гении творят осенью, весной они отдыхают. В этом я согласна с Пушкиным. Я безумно люблю эту пору, очей очарования. Я закончила писать. Ливень утих. Но запах остался... Запах впитавшей влагу земли.