Ффух, появилось немного свободного времени. Залез я сюда, и настроение изгадилось моментом… Смотрел я, да… люди-люди-люди-люди… или нелюди, ух. Такое впечатление, что есть только мои следы, но если пойти по ним, то ничего ведь не изменится… Только корректнётся фриендлист. Сделай мне хуже, красивые глаза, - ударься в блядство. Даже дрова рубить сложнее. Ладно. Времени – нет. В сутках всего ничего – 24 часа. С ошибками стал печатать, да… Короче, меня мало здесь. Я весь в записи.
Из текущего. Приехал Ромка из Питера. Нашёл. Поначалу обозвал нас всех идиотами, потом согласился. Полялякали. Потащил. Встретились с Рисей, переговорили, наконец. Ну, надо было же… Да… Ладно, попустились. Мне о нём рассказывают. Ему обо мне. Посмеялись. Глупые, мы же всю жизнь дружим, в конце концов. Сотню раз уже говорил – не люблю, когда меня неправильно цитируют, не люблю… Не нравится мне. Я же да - ого – рвано-рано… Да ладно, я и так всё знаю, естественно, просто хотел от него это услышать – кто, куда и зачем… Договорились о записи басовых партий на следующей неделе. Может быть, на этой неделе, если успею, запишу вокал на первую песню. Он прикидывает горловскую студию, может вместе с ним съездим – мне нужна студия, где могут сделать нормальный премастеринг. У меня нет соответствующего оборудования…
А ещё пил я тут недавно водку с другом (пускай он даже и прокурор), делился событиями… Он мне и говорит человечьим голосом:
- Странно,- грит,- Удивляюсь. Раньше ты не был таким.
- Каким?
- А таким, - грит,- Да пошли ты их всех на!..
- Прям на?..
- Ну, конечно!..
Я подумал: и, действительно, на…
«Сын мой, зло победить нельзя, потому что борьба со злом и есть жизнь». Это Дюма написал, который Александр. Прочёл я и подумал, что классики тоже временами прогоняли нехило… Сегодня среда? Летит время, однако. Вылез я из ванной, где меня врасплох застала очередная муза-зараза (пришлось просидеть аж полчаса, пока писалось) и вдруг меня как озарило – я понял как оформить альбом… Но для этого нужен был один рисунок, который мой друг нарисовал ещё на лекции в институте, году, эдак, помнится, в 94-м... И я самоотверженно полез в свой бумажный архив. А там есть всё – от моих рисунков (а их несколько тысяч) и самой первой истории «Полигона» до последних песен, которые, в принципе, хранятся на компе, но на всякий случай дублируются на папир… Рисунка я почему-то не обнаружил, зато нашёл одну папку, с которой в Душе уже с тихим отчаяньем попращался. Это 1995 год и частично 1997. Она небольшая – судя по описи, там около 50 песен, но!.. Почему-то в ней завалялась полудохлая тетрадка с поэмой, которую я написал для пьесы – ну, пропёрло меня как-то на это дело… Перечитал – понравилось (хотя это странно, потому что всё старое, что не реализовано до сих пор, обычно бракуется и продолжает с большим успехом пылиться дальше). Так вот. Теперь я озадачен… Раньше у меня не было возможности записать это всё, а со временем я забыл об этом проектике. Теперь очень хочется поработать в этом направлении… Блин, я разорвусь, наверное, скоро. И ещё нашёл пару песен своих друзей, которые тоже смертельно захотел записать… Включу я их в альбом, а что?.. Хорошие темы, прекрасные, я бы даже сказал. Почему нет?..
Да и ещё раз на с удовольствием…
Сидим-звиздим с кумой, она мне рассказывает про женщин. Я, конечно, постарше буду, но беременные всегда говорят правду, не замечали?.. По крайней мере, хотят.
Жалуюсь. Сердце болит. Сдохну на хер. Саня отпаивает меня коньяком.