Вот не помню я, писал ли я или нет о своих шрамах? Ну даже если и писал, то можно и повторить.
Шрамов на моем теле мало... Почти нет... Да в принципе они и не оставались до какого-то времени. И падение с мотоцикла по щебенке, и от ножей порезы, и от строительно-дачной деятельности... Ничего нет... Может они и остались но найти их очень сложно. Самые видные шрамы это только на животе от операции и над правой бровью, о котором я вам щас и поведаю... Блюз помнит эту историю, произошедшую на даче в году 2000-м...
Суббота. Вечер. Мать уехала вечером предыдущего дня. Отец приехал после работы. Я как человек хозяйственный принялся готовить ужин. Стою на терассе на против плиты где все жарится, парится, готовится. Стоит жара. И тут нежданно негаданно приходят моя "как бы девушка" на то время Аня и ее подруга и моя хорошая знакомая Вероника с бутылкой минералки и полотенцем.
- Пошли купатся, Дэн! - сказала Вероника весело.
- Не могу, - сказал я хмуро. - НЕ видешь что ли, что я сегодня за повара?
- Да ладно тебе! Отставить нельзя что ли?
- Нет нельзя... У меня отец приехал с работы уставший, а если мы пойдем купатся так это часа на полтора, а кто ему пожрать даст?
- Да пойдем уже! Отец и так сам все сделает! - сказала она, начав брызгать меня из бутылки.
- Блять! Вероник, отъебись!
- Ну пойдем! - протянула она, продолжая меня опрыскивать как цветок. - Ты вон весь мокрый от пота! - сказала она смеясь.
- Как же ты меня заебала! - Сказал я выходя из терассы и направляясь в душ. По пути она выпрыскнула на меня всю бутылку.
- Вероник! - сказал я выйдя из душа. - Видишь? У меня мокрые волосы, мокрые плавки. Ты мои принципы знаешь: пока не высохнут плавки и волосы я не купаюсь!
- Ах так! - сказала она подходя к бочонку с водой и беря эмалированый ковшик. - Тогда ты не войдешь в дом! - с этими словами она начала меня брызгать из этого бочонка при помощи ковшика.
- Блять! Заебала в натуре! - я достал тазик, поставил его на землю, налил из этого бочонка в тазик воды и решил ее мокнуть из тазика. Но наклонившись, я вижу, что из тазика мне в нос летит ковшик С ВОДОЙ, из тазика зачерпнутой. Но только не успел я осознать сего факта, как в лоб что-то ударилось. Сказать. что искры из глаз полтели - не сказать ничего. Я увидел звездное небо с мириадами звезд! Секунд наверное на десять я потерял ориентацию в пространстве, но все же из тазика ее мокнул. За этим всем следила Аня с лицом железного Феликса. Я чувствую, что по лицу течет что-то теплое, а на вкус соленое...
- Кровь! - Вероника зажала рот ладонью, выронив ковшик.
- Ну кровь, а хули..? Зови отца с перекисью и пластырем...
Я подошел к умывальнику и начал споласкивать лицо. Крови действительно было много, будто прошибли череб до мозга. Место удара ощущалось хорошо... Даже виднелось, если поднять взгляд наверх.
Прибежал отец:
- Блять! Да что у вас тут творится?!
Я поворащиваюсь:
- Сущие пустяки. Дело житейское.. Чем дите не тешилось...
- Лишь бы мозги были на месте - продолжил отец, промакивая рану перекисью. - Пойдем в дом.
Заходим в дом, он внимательно осмотрел рану.
- Ну чо там? - спросил я.
- Да ничо особенного... Обычное рассечение.. в виде трещины и пятиконечной звезды. - с улыбкой произнес отец. Потом взял за края раны и начал ее раздвигать и сдвигать. - Ух как прикольно-то! Вероник! Иди посмотри!
Подбежала Вероника он ей продемонстрировал тоже самое, что его так завлекло. По глазам Вероники можно было прочесть, что там что-то ужасное и гадкое.
- Ну все! Испортила мужика! Теперь шрам останется.. - сказал отец, наклеивая пластырь. - Теперь только замуж! - Вероника рассмеялась.
"Замуж, - подумал я. - Нахуй-нахуй! Это она мне так случайно заехала! А если она специально вдарит, да еще и сковродкой?!"
- Неееет! Лучше сразу алименты!
Прошло минут 10-15 после сего события. Я у плиты. Жарко. Пот стекает по лбу и пластырь постоянно отклеивается. Я режил посмотреть, что же такое завлекло моего отца и испугало Веронику. Подойдя к зеркалу, я усмехнулся. Ибо там было на чо посмотреть. Отец зашел в дом.
- Па! Я думаю пластырем тут не отделаешься. Рана рваная. Тут либо шов нужен, либо стяжки. (Забегая вперед скажу, что наложили три шва).
- Ну тогда поехали в город.
Приезжаем мы в город... в больницу. Объясняем толстому и бородатому хирургу (у меня сложилось такое впечатление, что хирурги все такие, вспомнив хирурга-зверя из военкомата) в чем дело, он смотрит:
- Да! Не плохо так! Ну пошли в операционную!
Лежа на столе мы мило беседовали. Разговор был примерно следующего содержания:
- Ну и где тебя так угараздило?
"Блять! - подумал я. - Сказать, что девчонка ударила ковшиком - не поймет!"
- Да так... Об стол ударился... Со стола вилка упала, я отвлекся, хотел поднять и со всего маху об угол стола...
- Вот блять лето! Все на баб смотрите! Как жеж вы меня этим заебали! Тебе не больно? - спросил док, начиная зашивать.
- Ну не то чтоб, больно... Не приятно.
- Хех, - хрюкнул док.- Еще б тя приятно было, бля...
- Док, а вы портным не пробовали стать?
- Пробовал... Не получилось...
- Почему?
- Да швы расходятся.
Вот так за такими разговорами и прошло время. Пролетело я бы сказал.
Возвращаясь на свой участок, отец сказал:
- Прикольный хирург.
- Я знаю, - сказал я улыбаясь. - Что он тебе сказал?
- Ну когда он вышел из операционной я спросил как там что... Он ответил: "Жить будет, но херово, а ходить только под себя.. А так ничего страшного"
Всю дорогу мы смеялись, когда я рассказал отцу наш разговор в операционной.
