В колонках играет - the ProdigyГолливудские правила секса, интимная раскрепощенность Западной Европы, да экзотическая камасутра — те немногие образчики интимной жизни, с оглядкой на которые строят постельные отношения влюбленные современной России. Одно время в получившей свободу стране, в том числе — свободу сексуальную, только и слышно было: индийская камасутра, французская любовь, шведская семья. Неужто на Руси не было сексуальных традиций?
Были! Традиции, в том числе — сексуальные, есть у любого народа.
Но, с одной стороны, на Востоке куда бережнее относились к письменным источникам, потому и дошли до нас в девственном виде древнеиндийские трактаты интимного свойства, с другой — на Западе реклама куда лучше, чем в России, поэтому в представлении многих мы только и делаем в постели, что копируем европейцев.
Да и российские историки не торопятся защищать докторские диссертации по теме блуда на Руси — в первые же десятилетия правления династии Романовых по ряду политических причин были уничтожены бесценные свитки и летописи древнейших времен. Вот и приходится многое из истории и традиций славянских народов (в том числе — развитие интимных отношений) восстанавливать по «косвенным уликам» — свидетельствам чужестранцев.
Древнейшие вакханалии
Византийские историки считали славян ветвью гуннов. Прокопий Кесарийский описывает наших предков как людей огромного роста, мощного веса и громадной силы с цветом кожи… золотисто-красным. Но волосы у славян уже в VI веке были в основном русыми. Преобладали на Руси в ту пору патриархальные отношения и многоженство (обычно — от двух до четырех жен). При этом ни в одном из племен жены в рабском подчинении мужей не были. Более того, «нелюбимые» жены могли почти официально, не таясь, изменять мужьям. И если находили кавалера, который «предлагал им свое сердце», обещая сделать «главной» женой, древнеславянские барышни меняли супруга.
У Маврикия Стратега, другого византийского историка того же VI века, удивление вызвал излюбленный славянами способ совокупления — в воде: на озерной или речной отмели, а то и наплаву среди широкой реки. Изумился Маврикий и тому, что славянская молодежь еще до замужества и женитьбы развлекалась групповым сексом во время праздников — о девственности никто не думал.
Сексуальность долгое время (вплоть до XII века) ассоциировалась у наших предков с праздником, смехом, песнопениями и неким музыкальным сопровождением. Так, один из такого рода праздников древних славян — в честь бога женитвы Лада — позднее стал днем Ивана Купалы. Трудно даже вообразить сексуальное раздолье в честь бога Лада, если вспомнить, что о куда более пристойном празднике Ивана Купала в XVII веке православные монахи писали: «Тут же есть мужам и отрокам великое падение на женское и девичье шатание. Тако же и женам мужатым беззаконное осквернение тут же».
Понятие блудницы возникло примерно в VII веке и означало лишь то, что девушка ищет мужа (блуждает). В конце VIII века, когда волхвов подрядили на трудную роль дефлораторов — в «девичьей бане» за день до замужества они лишали девственности тех невест, которые по каким-то причинам не лишились ее ранее, — понятие «блудница» изменилось. Им стали называть всех дам, лишившихся девственности. С XII по XVII век блудницами считали незамужних девиц, вступавших в интимную связь, и вдов, принимавших у себя мужчин. Лишь в XVIII веке, благодаря титаническим усилиям церкви, слово блудница стало ругательным. Но не оскорбительным, чего очень бы хотела церковь. Соответственно, в языке и в юридической практике степень греховности подразделяли. Блуд — это связь с незамужней женщиной, прелюбодейство — с замужней. Проституток называли срамными девками.
«Фирменным» же знаком древнеславянских интимных отношений было отсутствие традиций скотоложства и гомосексуализма, а также категорическое нежелание мужчин выносить свои победы над дамами на всеобщее обсуждение. Бахвальство же успехами у дам практиковали и древнеиндийские герои, и западноевропейские рыцари.
Сексуальные запреты
Основателем борьбы «за моральные устои» на Руси следует, вероятно, считать… княгиню Ольгу. В 953 году она издала первый известный нам указ (1050-летие, между прочим, можем отметить) на сексуально-свадебную тему — о денежной или вещевой компенсации за бездевственность.
Однако волхвам запретил заниматься дефлорацией лишь князь Святослав в 967 году, провозгласив, что отныне лишение девственности — прямая обязанность мужа и его достоинство. Святослав попытался запретить и танцы «в непотребное время», то есть в дни, когда всерусских праздников не отмечалось. Дело в том, что танцы у многих народов мира, в том числе и у славян, считались забавой эротической — во время прыжков и подскоков оголялись интимные места, в обычное время прикрытые юбкой, хламидой (накидкой) или кофтой. Но это было явным перебором сексуальных реформаторов — народ начал бунтовать. Пришлось указ отменить.
Сатанинские страсти
Главную же лепту в обуздание «сатанинских страстей» на Руси внесла православная церковь, начавшая реально утверждаться на Руси в XII веке.
Как класс, были ликвидированы волхвы. Акушерок-знахарок объявили «бабами богомерзкими», подлежащими полному изничтожению. Даже защита от зачатия путем приема трав считалась «убивством тяжким».
Татаро-монгольское иго не помешало православию начать борьбу с такими видами мылен (бань), как девичья (за день до свадьбы) и брачная (совместная баня супругов сразу после бракосочетания). Их подменили обязательным раздельным омовением супругов после «греха соития». Секс даже между супругами стали считать греховным, исключение составляло только соитие ради зачатия.
Церковь запрещала женщинам «возводить брови и краситися, дабы не прельстити человекы во погыбель сласти телесныя». Многочисленные посты и постные дни (среда и пятница) оставляли супругам зазор лишь в 50 сексуальных дней в году. Причем в каждый из тех дней, хотя бы и свадебный (!) — не более одного акта.
Ввели запрет на позицию «стоя» — забеременеть в ней трудно, а значит она «не чадородия для, а токмо слабости ради», то есть во имя удовольствия. Тех, кто совершал половые акты в воде объявляли колдунами и ведьмами. Нормы христианства предписывали женщине во время соития лишь одну позицию — лицом к лицу, неподвижно лежа снизу. Возбранялись поцелуи тела. «Доброй женой» считалась асексуальная супруга, испытывающая отвращение к половой жизни.
Жестоко карались и молодожены, которые во время свадебного пиршества использовали старославянский обряд, — брались за куриные лапки и разрывали курицу пополам. Олицетворявший лишение девственности обычай был признан «бесовским действом».
Во время исповеди каждый должен был отчитаться об интимных делах своих. Попам предписывалось задать мирянам массу вопросов на эту тему, в том числе и такой: «Не влагали ль вы уста и перста свои ближним своим в места непотребные и куда ненадобно?»
Сиськастая Россия
Русский народ, однако, подозрительно вяло реагировал на поповские проповеди. Как самое доступное средство выражения эмоций в нечеловеческих условиях жизни, креп и развивался матерный сленг. Причем из всего-то шести-семи неоднокоренных слов грязно-сексуального характера было насочинено такое количество вариаций, что по сей день не приснится всем языкам мира, вместе взятым. Из них слагались частушки, потешки, пословицы, поговорки. Ими пользовались и в лихих ссорах, и в шутейных разборах, и в бытовых разговорах.
Что же до церковных запретов на сексуальные радости, то уже к XVIII веку бытовала поговорка: грех — когда ноги вверх, а опустил — Господь простил.
Примечательна, в частности, и реакция народа на «роль груди на Руси». Церковь во все времена высмеивала и охаивала большую женскую грудь, вплоть до того, что блудниц на иконах писали с лицами страшными и грудями огромными. Люди же на подобное реагировали одинаково — старались брать в жены девок дородных, с бюстом размера седьмого-восьмого. Да и девицы применяли массу ухищрений, чтобы сделать грудь побольше.
До наших дней дошел рецепт зелья, который применяли в деревнях Центральной России те, у кого грудь была менее четвертого размера. Три ложки женского молока, ложка меду, ложка растительного масла и кружка отвара мяты перечной. Грудь, сказывают, росла, как на дрожжах.
Рискну предположить, что в XVI веке следует искать и истоки странных отношений между зятем и тещей. В ту пору отцы стремились выдать дочерей замуж как можно раньше, девственницами — в 12 — 13 лет. Сердобольные же мамаши, дабы обезопасить своих девочек от фатальных исходов, в первую же брачную ночь сами ложились под зятьев. И затем, продолжая бережно охранять здоровье юных дочек, года 2 — 3 делили ложе и с мужем, и с зятем. Подобные сношения-отношения до такой степени превратились в норму, что церковь пошла напопятную! Если за обычное прелюбодейство могли дать до 10 лет каторги обоим, за блуд, как правило, карали 10-15 годами ежедневных покаяний в церкви, то за прелюбодейство между зятем и тещей самым суровым наказанием было 5 лет епитимии — ежедневных покаяний в церкви (то есть человек приходил из дома в храм, вставал на колени и часа два бил поклоны, прося прощения у Господа).
Бесовской разгул
По мнению этнографа Николая Гальковского, «сексуального пика» наша страна достигла в XVI веке — «простой народ погряз в разврате, а вельможи изощрялись в противоестественных формах этого греха при попустительстве, а то и двойственной позиции церкви».
Совокуплениями занимались не только в кабаках, но порой и на улице. Главными же борделями стали бани, общие в то время для мужчин и женщин. Свадьбы имели обыкновение отмечать два-три дня, причем уже во второй день невозможно было найти ни одного трезвого и совсем немногие гости к этому времени не имели половых связей с тремя-четырьмя представителями противоположного пола.
Еще круче кутили богачи. Их свадьбы длились неделю. И тон, как правило, задавали опричники — главные виновники проникновения на Русь содомского греха (гомосексуализм). Число извращенцев росло и в монастырях. Дело дошло до того, что замечен был в скотоложстве глава русской церкви митрополит Зосима (еще в XV веке).
На свадьбах же в царских семьях гуляли по две недели. И единственное, чего боялись на них — сглаза. Например, третья жена Ивана Грозного Марфа Собакина скончалась через две недели после бракосочетания. Все современники уверяли — от сглаза. Конечно, никто не измерял, сколько она к тому времени выпила, сколько съела и не было ли у нее сифилиса. Кстати, сифилис, по мнению авторитетнейшего русского историка Николая Костомарова, завезли в Россию иностранцы в начале XVI века, а уже к концу оного он стал косить россиян не хуже холеры или чумы.
Женский приход
Начало решительной борьбе с грехопадением положила, как водится, дама. Известно, что Екатерина Великая издала указ о начале возведения первых поселений на Аляске в 1784 году. Но мало кто знает, что в том же году она запретила использование общих бань, повелев строить мыльни раздельные — для мужчин и женщин.
Впрочем, с того же времени можно вести отсчет и «основанию» при банях кабинетов и апартаментов для любовных утех. Что процветает и в наши дни…
