Вот бы мы собрались все вместе, и у нас - ррраз - и внезапно выключили электричество. Посидели бы в темноте, послушали мысли друг друга. Так-то ни черта не услышишь, жужжание сети на частоте 50 Герц не дает услышать даже самую завалящую мыслишку.

Каждый из нас жив до тех пор, пока ангел-хранитель играет на флейте.

Что-то скребется в черепной коробке. Походу, это демон, который устал прятаться.

Ты красишь небо красной краской,
Ты снова даришь миру осень,
Но приближается фиаско:
Уже три дня темнеет в восемь.

Зима все ближе. В царстве снега,
В холодной поступи метели
Так мало места человеку,
Застрявшему в тщедушном теле.

И стены мира будто рядом,
Но не дотронуться руками -
Они за плотным снегопадом,
Который прочен, словно камень.

Дотронуться - дойду до точки,
Забыв тире и запятые.
Не вырваться из оболочки,
И не понять, снаружи - ты ли?

И если ты - скажи хоть слово,
Я по губам прочту, сумею!
Но ты с той стороны заслона,
И ты молчишь. И я не смею.

Калейдоскоп цветных витрин,
Безумный город. Мертвый город.
Когда находишься внутри,
Привычка притупляет голод.

И можно даже как-то жить
В неверном свете этих улиц -
Ведь город жив, и он дрожит,
И он гудит, как темный улей.

И можно как-нибудь писать,
Придумывать свою дорогу,
Соединяя полюса
Своих желаний понемногу -

Но в каждой мысли, той, что здесь
Пробилась сквозь глубины смога,
Я не могу раскрыться весь -
И раскрываюсь понемногу.

Три капли света и любви,
Три капли боли и страданий -
Вот так, мой милый друг, живи
В тени затмивших небо зданий.

Рассказы с тысячей прорех,
Незавершенные абзацы -
Там то, что я б сказал при всех,
Но в чем себе боюсь признаться.

Некоторые песни в телефоне/плеере/бумбоксе (шучу, такое с собой не таскаю) имеют привычку включаться на рандоме всегда в одном и том же месте (территориально). Как такое вообще возможно? Это может быть, конечно, связано с тем, что на какие-то песни я внимания обращаю больше. Но я абсолютно уверен, что, если провести статистику, окажется, что 2 раза из 3-х песня включилась именно в том месте, к которому тяготеет.

Вот пару дней назад услышал песню Coldrain - We're not alone, которая на рандоме включилась, когда шел домой вечером от метро мимо автоцентра. С тех пор она случайно не попалась ни разу, хотя плеер крутил непрерывно. Сегодня иду там же - опять попадается она. И точно так же было не с одной и не с двумя даже песнями.

Странно?

Как тюбик пасты, понемногу
Закручиваясь по спирали,
Я молча приближаюсь к Богу,
Ведя когтями по эмали.
Я вижу ясно и понятно,
Куда мой путь, откуда ветер,
И маркером рисую пятна
На белых плитках в туалете.
И нет страданий - лишь улыбки,
И нет разлук - сплошные встречи, -
В глазах аквариумной рыбки
Мой мир так выглядит под вечер.
А утром, без любви и ада,
Без нот, но с идеальным слухом
Я по теченью к водопаду
Плыву один и кверху брюхом.

1) Люди, машины, поезда метро - эритроциты в кровеносной системе города. В последнее время идет какое-то тотальное тромбообразование - мне кажется, может быть кровоизлияние.

2) Так выбесить меня можешь только ты. Ты пользуешься этим, чтобы чувствовать себя кем-то особенным?

3) Яблочный пирог очень вкусный, а остался последний кусочек, пойду-ка я его съем.

4) Тотальная спешка зачем-то и куда-то, как будто каждый день - последний день. Что это?

5) Хочется чаю)))

6) Тотальное нежелание делать что либо по причинам, описанным в пункте 4. Точнее, одной из этих причин. 50 на 50, звонок другу?

7) Черного, с сахаром.

8) Остаются два ответа а) и д), один из которых правильный!

9) Аппарат друга выключен или находится вне зоны действия сети.

1) Пора спать.

В клетке из собственных костей бьется, заперта в границах плоскостей, как тень, рвется при малейшем дуновении ветра, при отсутствии света - погружается во тьму. Дни холодного лета пролетят незаметно, как итог всему - будет осень. Она бьется оземь, как слепая птица, но нет сил разбиться. На часах уже восемь, она кому-то снится - но нет сил влюбиться. В клетке из собственных идей - молча, заперта в толпе чужих людей, в толще мироздания появляются дыры, сотворение мира повернулось вспять. Мило. Нужно просто спать. Нужно просто спать. Нужно просто спать. Опять.

Все испаряются, уходят в никуда,
В холодном небе - целый космос пустоты.
Над головой гудят под током провода,
И в них текут мои мечты.

Казалось, звезды можно просто взять рукой,
И, видя тех, кто не дошел и полпути -
Всегда считал, что я-то точно не такой.
Теперь - едва смогу дойти.

Не спать, не думать ни о чем и ни о ком -
Отныне это будут правила игры.
Все, что не сделано - оставить на потом.
Забиться в глубину норы.

Все испаряются, уходят в никуда,
В холодном небе - лента Млечного пути.
Над головой гудят под током провода.
Все были тут. А я уже успел уйти.

Интересно, сколько я еще так продержусь.

Переходный период
Между Адом и Адом.
Я сижу на перилах.
Ничего мне не надо.
Я не помню истока
Этой жуткой болезни.
С истечением срока -
Становлюсь бесполезней.

Исковерканный разум
Источает усталость,
Узнает раз за разом,
Что немного осталось.
И в беззвучном угаре,
Отделяясь от тела,
Я не лучше той твари,
Что им в жизни владела.

Во мне - клубок чужих мелодий,
Сплетение чужих историй.
И все они всегда уходят
И тают, как снежинки в море.
Я стал им пиком адской боли,
Убийцей, дьяволом, геенной.
Мне некомфортно в этой роли -
Но им нет места во Вселенной...
Они не молят о пощаде,
И не надеются на чудо.
Я никогда их не забуду.
Они есть в каждом моем взгляде.

Человеческая жизнь - тяжелый для восприятия фильм с плохой концовкой, и главный герой в конце неизменно погибает.
Есть те, кто стойко смотрит до конца, и есть те, кто уходит почти сразу после начала сеанса, не выдержав давления обстановки. А я даже на самые тяжелые фильмы беру большой поп-корн.

Я опять проплываю все твои океаны,
И вода проникает в незажившие раны,
И сжигает все напрочь. Так действительно нужно.
Океаны становятся меньше чем лужи.

Я опять прохожу все твои магистрали,
И жалею о тех, кем мы все же не стали,
И асфальт прожигает неприкрытые ноги -
Но за миг пролетают километры дороги.

И в конце, у черты, не надеясь на чудо,
Щелкнув пальцами, я просто все позабуду -
И твои магистрали, и твои океаны,
И прожженные ноги, и сожженные раны.

Весь мир на ладонях держать
Впредь,
Все мысли и действия сжать
В сеть,
Весь мир по каемке прошить,
Весь -
Иначе бессмысленно жить
Здесь,
Иначе бессмысленно бить
В гонг,
Пытаться у мира просить
В долг,
Который не можешь отдать
В срок,
Но можешь запрятать под гладь
Строк.

Я не бог и не марионетка,
Но под утро - и то, и другое.
Этот мир - золочёная клетка,
Но и здесь слишком мало покоя.

Для кого-то - свергая границы,
Для кого-то - сжав зубы покрепче,
Я грызу золочёные спицы,
Потому что так всё-таки легче.

Уходя - я мечтаю остаться.
Не найдя - я ищу, как безумный.
В теореме мечтаний прострация
Будет разностью, а не суммой.

Все повязаны нитью по кругу
Толщиной со струну контрабаса.
Все безмерно приятны друг другу,
Эти чувства на вкус - как пластмасса.

Всё вокруг нереально и зыбко,
Дни - пираньи с разинутой пастью.
А нужна лишь простая улыбка,
В ней есть все витамины для счастья.

И, в преддверии полураспада,
Погорелец без денег и крова -
Я ищу себе нового ада,
Потому что в раю мне херово.