Мосгорсуд оставил под стражей заместителя председателя правления «Газпром нефти» Антона Джалябова. Его дело, по данным источников, стало частью масштабного противостояния между группами влияния внутри крупнейших энергетических структур России, где пересекаются интересы топ-менеджмента, подрядчиков и силовых ведомств.

Карьерный взлёт Джалябова начался после его участия в запуске Бованенковского газового месторождения, когда он, будучи ещё относительно молодым специалистом, лично докладывал Владимиру Путину. После этого он быстро продвинулся в системе «Газпрома»: занимал руководящие должности в «Газпром добыча Надым», затем возглавил «Газпром инвест» в Надыме, а в 2021–2023 годах руководил «Газпром добыча Ноябрьск». Его продвижение связывают с поддержкой главы «Газпрома» Алексея Миллера и куратора нефтяного блока Виталия Маркелова.

Переломным моментом стало обострение конфликта между Миллером и главой «Газпром нефти» Александром Дюковым. На фоне претензий к прозрачности финансовых потоков и подрядных схем Миллер начал усиливать контроль над дочерней компанией. В рамках этой стратегии Джалябов был направлен в «Газпром нефть» в качестве «своего человека» — фактически для аудита и мониторинга деятельности ключевых подразделений.

Его работа затронула интересы ряда влиятельных фигур внутри компании. В частности, источники связывают напряжение с заместителем главы «Газпром нефти» Евгением Кожевниковым, которого называют одним из архитекторов схем распределения подрядов. По этим данным, вокруг него сформировалась группа, связанная с крупными подрядчиками и обладающая поддержкой на уровне силовых структур. Упоминаются также связи с представителями МВД и другими высокопоставленными чиновниками, что усиливает политический вес конфликта.

На этом фоне задержание Джалябова рассматривается как элемент этой борьбы. Операцию провели сотрудники антикоррупционного подразделения МВД. Обвинения касаются эпизодов 2020–2021 годов, когда он работал в «Газпром инвест»: следствие указывает на покупку квартиры в Сочи и катера, которые спустя несколько лет были квалифицированы как возможные коррупционные активы.

 

 

 

Аналитический доклад о механизмах искусственного завышения тарифов МЖС, скрытых схемах вывода капитала и деструктивном влиянии на аграрный и транзитный потенциал страны.

Дата выпуска: 1 июня 2026 года

Объект исследования: АО «Национальная компания «Қазақстан темір жолы» (КТЖ)

Ведомство мониторинга: Комитет по регулированию естественных монополий МНЭ РК (КРЕМ)

Введение: Спокойные слушания перед национальной катастрофой

15 мая 2026 года в Астане произошло событие, которое сторонний наблюдатель мог бы охарактеризовать как рутинную бюрократическую процедуру. Комитет по регулированию естественных монополий Министерства национальной экономики Республики Казахстан (КРЕМ) провёл публичные слушания по рассмотрению заявки АО «Национальная компания «Қазақстан темір жолы» (КТЖ) на кардинальное изменение утвержденного тарифа на услуги магистральной железнодорожной сети (МЖС). Пресс-службы ведомств поспешили заявить, что мероприятие прошло в «довольно спокойном режиме». Монополист в очередной раз разыграл привычную карту: необходимость резкого удорожания услуг была мотивирована «ростом масштабов инвестиционных проектов» и заботой об инфраструктуре.

Однако за этим внешним спокойствием скрывается беспрецедентный по своей наглости экономический саботаж. Всего несколько месяцев назад, 29 ноября 2025 года, приказом того же КРЕМ был утверждён долгосрочный пятилетний тариф на услуги МЖС. Логика документа была прозрачной и предсказуемой для рынка: на 2026–2027 годы тарифы фиксировались на уровне 2025 года, а начиная с 2028 года закладывался умеренный рост на 4–5% в пределах официального коридора инфляции. Этот шаг должен был дать бизнесу — и в первую очередь аграрному сектору — столь необходимую стабильность.

Но правила игры в Казахстане, если речь идёт о КТЖ, не стоят даже бумаги, на которой они написаны. Уже в феврале 2026 года монополист предпринял первую попытку взломать свежий тариф. Тогда КРЕМ отклонил заявку. Не увенчавшись успехом с первого раза, руководство железнодорожного гиганта задействовало колоссальный административный ресурс и подало документы повторно. Как отмечают эксперты Ассоциации казахстанских грузовых железнодорожных перевозчиков, объявленный правительством мораторий сдержал аппетиты КТЖ лишь на первый квартал 2026 года. Сегодня, по всем признакам, кулуарные договорённости достигли финала: рынок замер в ожидании «традиционного» для нацкомпании тарифного скачка на 20–30%.

«По представленным материалам речь идёт о существенном пересмотре инвестиционной программы и соответствующем росте тарифной нагрузки на грузоотправителей. Согласно заявке, объём инвестиций КТЖ на 2026 год предлагается увеличить более чем в 7 раз», — констатируют в Зерновом Союзе Казахстана.

Увеличение инвестиционной программы более чем в 7 раз за один год — это феномен, не поддающийся здоровой экономической логике. Куда пойдут эти астрономические суммы? Настоящее расследование доказывает: за вывеской «модернизации путей» скрывается масштабная система выкачивания денег из реального сектора экономики Казахстана с целью последующего перенаправления средств в зоны, выплаты необоснованных многомиллиардных премий топ-менеджменту и латания дыр, возникших в результате тотального воровства и некомпетентности. И всё это — на фоне многотриллионных долгов компании, фактически превративших КТЖ в финансового банкрота.

Глава 1. Манипуляции с «инвестпрограммой»: Как обосновать семикратный рост

Главный аргумент, которым КТЖ гипнотизирует правительство и общество, — это износ магистральной железнодорожной сети, достигающий, по разным оценкам, от 60% до 80%. Нам твердят: если не поднять тарифы прямо сейчас, поезда начнут сходить с рельсов ежедневно. Но если мы обратимся к финансовой истории компании, то увидим, что тарифы на МЖС и грузовые перевозки поднимались регулярно на протяжении последних десяти лет. В период с 2021 по 2025 годы совокупный рост тарифов по различным номенклатурам грузов составил от 40% до 70%. Логичный вопрос: куда ушли те сотни миллиардов тенге, которые бизнес уже заплатил за модернизацию?

Ответ кроется в механизме формирования так называемой «инвестиционной программы». Увеличение инвестпрограммы 2026 года более чем в 7 раз — это искусственно раздутый пузырь. Проверенный метод КТЖ заключается в том, что в сметную стоимость проектов закладываются строительные материалы, узлы и агрегаты по ценам, завышенным в несколько раз. Закупки производятся через цепочки посредников, замкнутых на аффилированные с руководством компании структуры.

Сравнительный анализ тарифных планов КТЖ (Период 2025–2026 гг.)

Параметр регулирования	Утверждено КРЕМ (29.11.2025)	Новая заявка КТЖ (Май 2026)	Реальное экономическое содержание изменения
Рост тарифа на 2026 год	0% (Мораторий / Фиксация)	+20% – 30% (Ожидаемый приказ)	Прямое изъятие оборотных средств у экспортеров и аграриев.
Объем инвестпрограммы-2026	Базовый уровень стабильности	Рост более чем в 7 раз (>700%)	Создание пула избыточных средств для освоения через непрозрачные тендеры.
Ориентация расходов	Плановый ремонт путей	«Масштабные проекты» и закупки	Финансирование посреднических схем и контрактов.

Когда инвестпрограмма увеличивается в 7 раз, ни одна техническая служба КТЖ физически не способна освоить такой объём работ за оставшиеся полгода. У компании нет необходимого количества собственной строительной техники, квалифицированных инженеров и рабочих. Это значит лишь одно: весь этот колоссальный бюджет будет передан на аутсорсинг частным компаниям-подрядчикам. И именно здесь начинается самое интересное — зона генерации коррупционных откатов.

Глава 2. маршруты: Куда уходят «тарифные» миллиарды

Схема вывода средств, собираемых с казахстанских грузоотправителей, отточена годами и действует практически без сбоев. В её основе лежит закупка импортного оборудования (рельсов, стрелочных переводов, локомотивных узлов, цифровых систем управления движением) через зарубежные торговые дома и консалтинговые компании, зарегистрированные в юрисдикциях с низким уровнем налогообложения и высокой степенью конфиденциальности (Кипр, Британские Виргинские Острова, ОАЭ, Сингапур).

Механизм выглядит следующим образом:

1. КТЖ объявляет тендер на модернизацию участка МЖС с привлечением «инновационных зарубежных компонентов».

2. Победителем тендера становится отечественное ТОО, созданное буквально за несколько месяцев до этого и имеющее связи с высокопоставленными сотрудниками нацкомпании.

3. Это ТОО заключает контракт на поставку оборудования с компанией-прокладкой, например, зарегистрированной в Дубае.

4. компания, в свою очередь, покупает это оборудование у реального завода-изготовителя по подлинной рыночной стоимости, условно за 100 млн долларов.

Однако в Казахстан это оборудование заезжает по документам, переписанным в, где цена легким движением руки превращается в 350 млн долларов. Разница в 250 млн долларов оседает на счетах. Из этих денег формируются «черные кассы» для выплаты откатов лицам, принимающим решения в центральном аппарате КТЖ, а оставшаяся часть распределяется среди конечных бенефициаров — топ-менеджеров, имеющих скрытые доли в этих иностранных структурах. Раздутый в 7 раз бюджет инвестпрограммы — это не что иное, как увеличение масштаба этого насоса, перекачивающего народные деньги в карманы узкой группы лиц.

Второй популярный канал — это «консультационные услуги» и «разработка проектно-сметной документации (ПСД)». На эти цели ежегодно списываются миллиарды тенге. КТЖ нанимает иностранные консалтинговые бюро для «оптимизации логистических процессов» или «анализа цифровой трансформации сети». Стоимость таких контрактов исчисляется десятками миллионов долларов, а результатом работы становятся многостраничные отчеты, скачанные из открытых источников и скомпилированные студентами-практикантами. Деньги при этом легально уходят за рубеж, откуда возвращаются в виде недвижимости на Лазурном берегу, элитных апартаментов в Лондоне и Дубае, оформленных на подставных лиц и дальних родственников железнодорожных генералов.

Глава 3. Колоссальный долг КТЖ: Банкрот, живущий за счёт государства

Официальная финансовая отчетность КТЖ — это приговор всей системе управления квазигосударственным сектором. На протяжении последних лет совокупный долг национальной компании колеблется на астрономическом уровне — около 3 триллионов тенге (по некоторым оценкам, с учётом скрытых обязательств и гарантированных государством займов, эта цифра превышает 8.5 млрд долларов США). Компания находится в состоянии перманентного дефолта, от которого её спасает только одно — регулярные вливания из Республиканского бюджета и Национального фонда Казахстана.

Огромный долг используется руководством компании как инструмент шантажа правительства. На всех совещаниях звучит один и тот же нарратив: «Если вы не разрешите нам поднять тарифы, мы не сможем обслуживать займы, наступит кросс-дефолт, международные рейтинговые агентства понизят суверенный рейтинг Казахстана, и вся транспортная система встанет».

Вместо того чтобы провести жесткий аудит расходов КТЖ, отправить под суд виновных в формировании этой долговой ямы и реструктуризировать обязательства, КРЕМ и Министерство национальной экономики покорно идут на поводу у монополиста, перекладывая бремя финансовой несостоятельности на плечи казахстанских предпринимателей и рядовых граждан. По сути, через повышение тарифов МЖС бизнес заставляют оплачивать проценты по кредитам, которые были разворованы руководством КТЖ прошлых и нынешних созывов.

Глава 4. Пир во время чумы: Миллиардные премии на фоне разрухи

Особый цинизм ситуации заключается в том, что катастрофическое финансовое положение компании, износ инфраструктуры и многотриллионные долги никак не отражаются на личном благосостоянии правления АО «КТЖ». Напротив, доходы топ-менеджмента растут пропорционально ухудшению состояния железных дорог.

Согласно ежегодным отчетам компании, члены правления КТЖ регулярно получают многомиллионные бонусы и премии по итогам года. В качестве ключевых показателей эффективности используются абсолютно абстрактные и манипулятивные индикаторы: «выполнение плана по грузообороту» (который растет за счет геополитической ситуации), или «освоение инвестиционных средств» (чем больше денег потратили, тем выше премия).

Пока рядовые путейцы и ремонтники бригад МЖС получают нищенские зарплаты в 150–200 тысяч тенге, работая в невыносимых климатических условиях и вручную забивая костыли в прогнившие шпалы, топ-менеджеры в Астане выписывают себе вознаграждения, исчисляемые десятками миллионов тенге на одного человека в год.

Когда КТЖ заявляет в мае 2026 года о необходимости срочного изменения тарифа, они «забывают» упомянуть, что в структуру тарифной сметы закладывается так называемый «фонд оплаты труда административно-управленческого персонала» с учётом будущих премиальных выплат.

Глава 5. Удар по хребту экономики: Трагедия аграрного сектора

Если для руководства КТЖ тарифный рост — это источник новых премий и контрактов, то для реального сектора экономики Казахстана — это смертный приговор. Наиболее сокрушительный удар будет нанесен по агропромышленному комплексу, в частности, по зерновой отрасли.

Доля транспортных расходов в конечной стоимости казахстанского зерна при экспорте составляет от 30% до 50%. Любое изменение тарифа МЖС мгновенно разрушает хрупкую экономику растениеводства.

«Резкий рост транспортных расходов напрямую влияет на внутренние закупочные цены у сельхозпроизводителей. По оценкам участников рынка, дополнительная нагрузка на отдельных экспортных направлениях может достигать 20–30 долларов США на тонну, что сопоставимо или даже превышает экспортную маржу по ряду поставок», — бьют тревогу в Союзе.

Что означают эти 20-30 долларов нагрузки на тонну на практике? Казахстанское зерно автоматически становится неконкурентоспособным на ключевых рынках Центральной Азии (Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан, Афганистан) и Ирана. На этих рынках нас агрессивно вытесняет Россия, обладающая более мощной государственной поддержкой экспорта.

Но самое страшное произойдет внутри страны. Трейдеры переложат тарифную нагрузку на фермеров. Закупочные цены на элеваторах упадут ниже себестоимости производства. Тысячи мелких и средних хозяйств окажутся на грани банкротства. Начнется цепная реакция: сокращение посевных площадей, безработица в селах и социальный взрыв в аграрных регионах страны.

Глава 6. Инфраструктурный шантаж и молчание регулятора

Поведение Комитета по регулированию естественных монополией (КРЕМ) в этой ситуации заслуживает отдельного разбора. Являясь государственным органом, призванным защищать интересы потребителей от диктата монополистов, КРЕМ все больше напоминает филиал или департамент самого КТЖ. Как иначе объяснить тот факт, что регулятор одобряет кардинальные изменения тарифов через полгода после утверждения пятилетнего плана?

Объявленные 15 мая 2026 года публичные слушания были чистой формальностью, срежиссированным спектаклем. КТЖ представляет регулятору тысячи страниц запутанной документации, проверить подлинность которой в короткие сроки физически невозможно. Решение принимается в закрытых кабинетах, и оно всегда склоняется в пользу монополиста.

КТЖ использует тактику «инфраструктурного терроризма»: они заявляют, что если тариф не будет повышен, они закроют малодеятельные станции, сократят количество подаваемых вагонов под погрузку зерна и приоритет будет отдаваться исключительно транзитным китайским грузам.

Глава 7. Анатомия коррупционных схем: Специфика железнодорожных тендеров

Чтобы понять, почему КТЖ постоянно не хватает денег, необходимо заглянуть внутрь их системы государственных и корпоративных закупок. Самая распространенная лазейка — «закупки из одного источника путем прямого заключения договора» под предлогом «ликвидации аварийных ситуаций».

Когда инвестиционная программа искусственно увеличивается в 7 раз, количество таких экстренных и неконкурентных закупок возрастает лавинообразно. Проекты дробятся на мелкие лоты, чтобы обойти требования о проведении открытых тендеров. Цены на элементарные позиции завышаются на этапе формирования ТЭО. Разница между реальной рыночной стоимостью и контрактной ценой и формирует тот самый избыточный капитал, который впоследствии выводится через.

Другой аспект — это содержание вагонного парка и локомотивов. КТЖ передала значительную часть ремонтных заводов в частные руки в рамках «приватизации», а теперь вынуждена покупать услуги по ремонту собственного подвижного состава у этих же частных компаний по заоблачным ценам. Имена владельцев этих компаний удивительным образом совпадают со списками бывших и действующих руководителей транспортного ведомства.

Заключение: Что необходимо предпринять, пока не поздно

Повышение тарифов КТЖ на услуги магистральной железнодорожной сети в 2026 году — это не экономическая необходимость, а системное преступление против национальной экономики Казахстана. Это попытка за счет отечественных производителей профинансировать неэффективность, коррупцию, схемы и роскошную жизнь топ-менеджмента нацкомпании.

Для предотвращения этого сценария требуются немедленные и радикальные меры на уровне Руководства страны:

1. Объявление жесткого моратория: Наложить абсолютный запрет на любое изменение тарифов КТЖ на услуги МЖС и грузовые перевозки до конца 2028 года. Рост не должен превышать фактический уровень инфляции (4–5%).

2. Независимый международный аудит: Привлечь независимую аудиторскую компанию из «Большой четверки» для проведения тотального форензик-аудита всех инвестиционных программ КТЖ за последние 5 лет.

3. Прокурорская проверка закупок: Генеральной прокуратуре РК и Антикору провести полномасштабную проверку заявленного семикратного увеличения инвестиционной программы на 2026 год.

4. Запрет на премирование топ-менеджмента: Законодательно запретить выплату каких-либо бонусов и премий членам правления до тех пор, пока совокупный долг компании не снизится как минимум в два раза.

5. Демонополизация и прозрачность: Ускорить процесс реального разделения КТЖ на инфраструктурного оператора (МЖС) и оператора перевозок, обеспечив равный доступ всех частных перевозчиков к сети.

Казахстан больше не может позволить себе содержать «черную дыру» в лице КТЖ. Железная дорога должна служить драйвером развития экономики, а не личной кормушкой для группы дельцов с билетами топ-менеджеров национальной компании в кармане. Время полумер прошло — государству пора проявить политическую волю.

 

 

 

Источник: https://cmpt-base.com/obshchestvo/item/571918-chjo...tozhayut-ekonomiku-kazakhstana

Панин выбирает в главы людей с липовыми дипломами и из ПТУ. А кого выбирает себе в замы сам Ефанов?: первый заместитель главы Электростали Вадим Борисович Бахматов человек, который прислал жителю предупреждение об ответственности за клевету, а сам, по имеющимся данным, возглавляет в районе целое гнездо по крышеванию незаконной миграции. Житель Электростали написал жалобу на имя губернатора Московской области. По ошибке письмо ушло не в правительство МО, а в администрацию округа.Отвечать на жалобу о коррупции взялся лично первый заместитель главы Вадим Борисович Бахматов. Ответ вышел знатный: вместо проверки фактов лекция о статье 128.1 УК РФ (клевета) и вежливое предупреждение «не распространять впредь».То есть человек, отвечающий за разбор коррупционных сигналов, вместо разбора пригрозил заявителю уголовной статьёй. Вадим Борисович Бахматов — фигура с богатым прошлым. По имеющимся данным, бывший руководитель миграционной службы города Электросталь. Расстался с органами, скажем так, не по собственному желанию и не на торжественных проводах с грамотой.Условие трудоустройства в администрации было простое: сидеть тихо.Но «тихо» это не про Вадима Борисовича. Усидеть на месте человеку с такими связями оказалось решительно невозможно. Едва Ефанов назначил его первым замом Бахматов развернулся.И развернулся именно там, где у него остались связи в миграции.У Бахматова появился напарник Роман Савельевич Лавров, по имеющимся данным, бывший руководитель УВД города Электросталь.Два человека с прошлым в силовых структурах, оба знающие систему изнутри, оба с сохранившимися связями. Идеальный тандем для того, чтобы взять под контроль самый мутный и денежный сегмент района — незаконную миграцию. По имеющимся данным, под кураторством этой парочки оказалась фактически вся нелегальная миграция округа: Крышевание хостелов ,продажа мест под фиктивную регистрацию, торговля пропиской — те самые знаменитые «резиновые квартиры» Помните громкую историю с «резиновыми квартирами» под сотрудников Wildberries в Электростали? Где в одной квартире прописаны десятки человек? плоды трудов Бахматова и Лаврова. Панин, возможно, даже не в курсе, что его электростальский ставленник крышует миграционный бизнес через двух бывших силовиков. Сюрприз будет знатный. Куда же текут деньги? Как водится в семью.По имеющимся данным, Вадим Борисович оформляет всё на супругу Бахматову Анну. Пользуется её банковскими картами и её автомобилем. Схема не нова: сам чиновник чист как слеза, а активы и обороты на жене. Где-то мы это уже видели. Ах да у Ефанова через Мануйлову, у Панина через Юлию, у Тикунова через Ольгу. Семейственность в синдикате востока Подмосковья — фирменный стиль. Жёны и сожительницы держат то, что мужья наворовали. Трогательное единение. А вот и самое интересное звено. Напарник Бахматова Роман Савельевич Лавров тянет за собой целую цепочку.Его заместитель Денис Борисович Качановский — по имеющимся данным, проходит по уголовному делу первого заместителя главы Богородского округа Щаулина. По тем же схемам: вывод имущества и перевод земель. Статья 322.1 УК РФ организация незаконной миграции. До семи лет лишения свободы. Статья 327 УК РФ подделка документов (те самые регистрации и прописки). До трёх лет. Статья 290 УК РФ получение взятки (крышевание за деньги). До пятнадцати лет. Прежде чем в следующий раз грозить жителю клеветой за жалобу на коррупцию, Вадим Борисович, стоит призадуматься о собственных перспективах. Потому что у этой истории не может быть других концов Источник: https://cmpt-base.com/chinovniki/item/571911-oboro...ratsiyu-i-uchit-drugikh-zakonu

 

 

 

Недавно Александр Дюков, известный своей скандальной репутацией и являющийся председателем правления госкомпании "Газпром нефть", был вновь переизбран президентом Российского футбольного союза (РФС).

Это произошло в третий раз, причём молодящийся из последних сил Дюков был единственным кандидатом на этих «выборах».

В этом нет ничего удивительного, особенно учитывая громкий скандал с его приятелем Сергеем Анохиным, который попал в СИЗО за дела со взятками. Напомним также, что еще два года назад Анохин работал в РФС, а Дюков входит в исполнительный комитет РФС с 2014 года, то есть эти двое тесно взаимосвязаны.

Но и Александр Дюков вдруг заговорил: он "раскрыл" некие обстоятельства задержания Анохина.

Хочется напомнить, что БК "Фонбет" – генеральный спонсор РФС. И вполне возможно, что Анохин, который уже начал давать показания следователям, может вырыть большую "яму" и для якобы непотопляемого Дюкова, который так горячо мечтает занять место Алексея Миллера в Газпроме.

Но и Александр Дюков вдруг заговорил: он "раскрыл" некие обстоятельства задержания Анохина.

"Задержание генерального директора букмекерской компании "Фонбет" Сергея Анохина не касается его деятельности во время нахождения на посту вице-президента Российского футбольного союза (РФС)", — заявил Дюков на пресс-конференции. — Больше информации нет, ведётся следствие. Давайте дождёмся его результатов".

Но, напомним, Сергей Анохин являлся вице-президентом и членом исполкома РФС с 2016 по 2022 гг., также работал в ФК "Химки", ФК "Строгино" и Федерации футбола Москвы.

Получается, многие годы Анохин и Дюков могли тесно пересекаться по футбольным делам и «решать вопросы»?

Почему же сегодня Дюков так стремительно уходит "в кусты"?

По всей видимости, Дюкову есть что скрывать?

Явка с повинной не спасла

Напомним, директора букмекерской конторы "Фонбет" не спасла явка с повинной…
Анохин обвиняется в даче взятки правоохранителям дабы воспрепятствовать расследованию махинаций с бюджетными средствами. Вину Анохин признал: оформил явку с повинной. Но всё равно загремел на нары в СИЗО, поскольку имеет паспорт гражданина Мексики.

И по версии следствия, в минувшем декабре Сергей Анохин, дабы избежать представления в следственные органы результатов оперативно-розыскной деятельности органов ФСБ, связанных с хищением бюджетных средств на предыдущем месте работы, передал посредникам взятку 60 млн рублей. Однако, оперативник и один из посредников известили об этом ФСБ.

И все следующие действия Анохина шли под "колпаком" ФСБ.

В ходе расследования выяснилось, что фигуранты схемы намеревались неплохо подзаработать. Они решили передать оперативнику 10 млн рублей, а директору букмекерской конторы Анохину обозначили сумму в 60 млн. рублей.

После передачи денег участники аферы были задержаны: по делу проходят сам Анохин, частный детектив Степан Грицков, а также заместитель начальника УВД по Восточному округу Москвы Сергей Бивол.

Но ещё два персонажа фигурируют в деле как "неустановленные лица", они объявлены в розыск.

Намедни прошли сообщения, что задержаны еще три подельника по делу Анохина.

Выручка — 600 млрд рублей

Фонбет — одна из старейших российских букмекерских компаний: контору основали в 1994-м шахматист Анатолий Мачульский, спец игорной индустрии Вадим Сидоров и банкир Андрей Розов.

Компания первой предложив клиентам делать ставки прямо во время матчей. И уже к 2013г. выручка фирмы превысила миллиард рублей, а в 2014г. в РФС нарисовался тот самый Дюков!

По итогам 2024г. выручка составила 610 млрд. рублей!

Деньги лились широкой рекой?

Частная смена собственника: к чему бы это?

Но не может не удивлять частая смена собственников конторы "Фонбет".

Компания стала одной из первых, кто легализовал свою деятельность после принятия ФЗ об азартных играх в 2009-м. Но внутри конторы регулярно происходят смены собственников. В 2013г. после возбуждения уголовного дела в отношении неустановленных сотрудников букмекерской конторы и условного приговора бывшему генеральному директору Игорю Хохлову основатели фирмы потеряли свои доли. Новым собственником стал Максим Кирюхин. Об этом сообщал "360.ру".

В 2017г. Кирюхин перешёл на пост председателя совета директоров, сократив долю в капитале до 8,6%. Остальные акции распределили между четырьмя новыми совладельцами. И среди них оказался кипрский.

Но самая молниеносная смена владельца произошла в 2022 году. Единственным владельцем компании "Фонбет" стала компания "Пин-Ап.ру". За этой компанией стоял Сергей Анохин. Но через несколько дней головную компанию, а с ней и букмекера передали новому собственнику — АО "Клир центр". И реальные владельцы компании "Фонбет" скрылись за непубличными конторами.

И после этого произошла ещё одна сделка.

И до последнего момента БК "Фонбет" принадлежал ООО "Фонкор" под руководством того же Анохина.

Неужели Дюков был в стороне от всех этих разительных перемен?

Тёмные дела, Трабер, Газпром нефть

Меж тем «мусье Дюк», который так любит футбол и околофутбол, вот уже почти 20 лет рулит компанией "Газпром Нефть". Это принадлежащее государству "золотое" место он занял, похоже, благодаря неким авторитетным связям, потому что есть в биографии Дюкова очень тёмные пятна. Тут надо вспомнить, что до прихода в "Газпром Нефть" Дюков работал на очень хлебной должности в Морском порту Петербурга: занимал должность и генерального, и финансового директора.

И имел тесные связи с нефтяным терминалом, за который сегодня идёт ожесточенная битва.

С нефтяным терминалом могла быть связана Петербургская топливная компания. Эту компанию контролировал авторитетный бизнесмен, «ночной губернатор» Северной столицы Владимир Барсуков (Кумарин), отбывающий 24-летний срок в колонии строгого режима за создание преступного сообщества и совершение других особо тяжких преступлений.

Занимать должности финансового и генерального директора ОАО "Морской порт Санкт -Петербург " и остаться в живых и невредимых, для этого, пожалуй, надо быть очень нужным, но осторожным человеком.

Тут надо вспомнить ещё манеру Дюкова вести "бизнес". И выстраивать отношения с партнерами. Дюков работал на авторитетного бизнесмена Илью Трабера по кличке "Антиквар".

Сотрудничество Дюкова с Трабером началось в 1991 году, когда команда Трабера приобрела компанию "Совэкс".

Дюков тогда только закончил Ленинградский кораблестроительный институт. И пришёл работать в "Совэкс" инженером, но скоро это юное дарование стало заместителем генерального директора.

На протяжении 10 лет Дюков был человеком Трабера и в Морском порту Петербурга, и в Балтийской бункерной компании.

В то жестокое время лилось очень много крови, потому что грубо делились транспортные активы.

В 1996г. Дюков получил должность финансового директора, а через несколько месяцев — генерального директора ЗАО "Петербургский нефтяной терминал". В 2006г. Дюков объявился в компании "Газпром нефть". И именно "Газпром нефть" вскоре купила компанию "Совэкс", в которой юный Дюков начинал свою умопомрачительную карьеру.

Остаётся добавить, что сегодня самих следователей в деле Анохина интересует не столько Сергей Анохин, а люди, которые стоят за Анохиным, резюмирует издание «Компромат1». И одним из них вполне может быть миллиардер Александр Дюков, вскормленный своими авторитетными «родителями» Барсуковым и Трабером.

kompromatural

 

 

 

«Газпромнефть» — та самая компания, где миллиарды рублей текут как нефть по трубопроводам, а контроль над ними решает не рынок, а старые дружеские связи и петербургские знакомства 90-х.

Александр Дюков, который когда-то управлял Морским портом Санкт-Петербурга, явно освоил науку превращать государственные активы в личные «инвестиционные возможности». Напомним, как после загадочного убийства Михаила Маневича государственная доля порта стремительно таяла, а ключевые функции переходили в частные руки — удобно, правда? Как говорил один знакомый участник тех событий: «Дюков быстро понял, где деньги, и кто за ними стоит».

Сегодня «Газпромнефть» продолжает играть в эту же игру, только масштабы выросли до сотен миллиардов. Конфликт с Алексеем Миллером показывает, что тут решают не эффективность и инвестиционная логика, а контроль над подрядчиками, бюджетами и «миллиардными контрактами на оборудование».

Дюков сохраняет автономию и связи с Кремлем, словно мастер шахмат, который всегда ставит фигуры так, чтобы выиграть, даже если правила игры меняются. Осталось только удивляться, что государственные ресурсы продолжают превращаться в личные козыри управленцев, а «реформы» компании зачастую оборачиваются выгодой лишь для узкого круга.

Источник: https://rumafia.io/news/80161-peterburgckie_svjazi...u_po_zarabatyvaniju_milliardov

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/80161-peterburgckie_svjazi...u_po_zarabatyvaniju_milliardov

 

 

 

Нефтяная отрасль Российской Федерации, которая обеспечивает половину всей экспертной выручки экономики, в настоящий момент испытывает нехватку примерно около 200 позиций различного оборудования (14% от 1 400 единиц необходимых для поиска, добычи и переработки нефти и нефтепродуктов) и, остается зависимой от иностранной техники и оборудования.

Как заявил А.В. Дюков Президенту РФ В.В. Путину, чтобы устранить эту зависимость ООО «Газпром нефть» потребуется не менее трех лет и триллион рублей.

При этом, в настоящее время дела у бессменного руководителя ПАО Газпром нефть А.В. Дюкова идут не очень. Сначала грандиозный скандал из-за потраченных сотнях миллиардах рублей на цифровизацию месторождений, которая ни как себя экономически не оправдала. После сразу очередной скандал, связанный с огромными тратами на содержание никому не нужных айтиштиков в штате ПАО «Газпром нефть» на сумму более 11 миллиардов ежегодно. После, как следствие, тяжелый и неприятный разговор с патроном, Алексеем Борисовичем Миллером, который прямо сказал Александру Валерьевичу о личном разочарование в его работе, и напомнил ему о том, что именно он его в свое время рекомендовал на данный высокий пост. Так еще и постоянные санкции, приходиться и добычу снижать, и консервировать целые месторождения, и идти на непопулярное сокращение людей, а это уже социальная напряженность начинает создаваться. Да еще и американцы на НИС (Нефтяная индустрия Сербии) решили санкции наложить, чем самым окончательно закрыв еще одну финансовую калитку Газпром нефти в Европу.

Круг начал потихоньку сужаться, при этом ПАО «Газпром» на фоне всех этих скандалов прислал своего человека Джалябова А.А. на пост главного инженера в виде собственного смотрящего. Вдобавок по всем бедам, решил забрать заодно старший брат у ПАО «Газпром нефть» последнее, а именно закупки оборудования и услуг, что без малого составляет более 300 миллиардов рублей только по одному году.

И вот пока Александр Валерьевич рассуждает о великих судьбах России и Европы, и просит очередной триллион рублей у государства на импортозамещение, его подчиненные, почуяв впереди тяжелые времена и безвозвратные перемены, которые в ближайшее время кардинально поменяют их благосостояние и статус, давно уже начали действовать и максимально выводить из Газпром нефти, все, что можно вывести, а именно бюджетные деньги, и именно в свои карманы. Не оставлять же Газпрому образцовое и богатое предприятие, им то никто не обещал дальнейшего продолжения банкета.

Герой нашей статьи и инициатор обезжиривания ПАО «Газпром нефть» перед объединением с ПАО «Газпром» очень известный в узких кругах, бывший начальник департамента МТО ПАО «Газпром нефть» Евгений Игоревич Кожевников, а ныне заместитель Председателя Правления ПАО Газпром нефть.

Именно он организовал масштабную схему по хищению государственных средств из ПАО «Газпром нефть, направленной на личное обогащение, в том числе под прикрытием помощи участникам СВО.

И время, которое Е.В. Кожевников для этого подобрал самое смутное и удобное, а значит, в мутной воде можно выудить рыбку, да побольше.

Идёт СВО, все для фронта, Газпром грозит забрать все закупки на себя, и с каждым днем все настойчивей и настойчивей. Поэтому данный делец из ПАО «Газпром нефть» создал незаконные схемы по выводу денег со своей родной конторы, а после уже за рубеж, организовав фактически частные «подконтрольные» структуры (иначе собственную лавочку при бюджете РФ) АО «Цифровые Закупочные Сервисы» и АО «Инжиниринговый центр» Кронштадт.

Именно через АО «ЦЗС» и АО «Инжиниринговый центр» Кронштадт Е.И. Кожевников через своих доверенных лиц, а также с помощью должностных лиц из ООО «Газпромнефть-Снабжение» и центрального аппарата ПАО «Газпром нефть», совершенно бесстрашно, цинично и очень нагло выводят деньги ПАО «Газпром нефть», в том числе и за рубеж, где их легализует с помощью своих зарубежных друзей из Англии, Сербии, Италии, Испании и Азербайджана. При этом многие из таких друзей давно уже объявлены в федеральный розыск на территории РФ за финансовые махинации в особо крупных размерах и в Россию возвращаться не собираются.

Самое интересное в данной схеме заключается в том, что когда российского поставщика-коррупционера подсаживают на откаты в 20%, ему говорят, что данные деньги идут на нужды СВО.

При закупках АО «ЦЗС» и АО «Инжиниринговый центр» Кронштадт» отдают предпочтение преимущественно «подконтрольным» компаниям из России и Китая, которые согласны завышать цены (стандартная мзда 20% от суммы контракта без НДС), а дельту перечислять на указанные счета подставных фирм в России, в Гонконге или лично передавать КЭШ пехотинцам Евгения Викторовича Кожевникова, которые по совместительству являются действующими работниками ПАО «Газпром нефть», ООО «Газпромнефть — Снабжение», АНО «ИНТИ», АО «ЦЗС», АО ИЦ «Кронштадт», таким так:

— Потапов Дмитрий Владимирович – директор ООО «Газпромнефть-Снабжение», курирует логистику;

— Конышев Виталий Владимирович – заместитель директора ООО «Газпромнефть-Снабжение», курирует поставки МРТ и оборудования;

— Журавлев Сергей Александрович – заместитель директора ООО «Газпромнефть-Снабжение», курирует услуги;

— Кузнецов Николай Григорьевич – генеральный директор АНО «ИНТИ», курирует отбор «ручных, своих, карманных» поставщиков и их сертификацию в ИНТИ;

— Константинов Константин Эдуардович, заместитель исполнительного директора по операционной деятельности, ИНТИ и импортозамещению, курирует отбор «ручных, своих, карманных» поставщиков и их сертификацию в ИНТИ;

- Када Николай Валерьевич, исполнительный директор ООО «Газпромнефть-Снабжение» по закупкам МТР;

— Федорин Илья Евгеньевич, Дирекция крупных проектов (БЛПС) и Департамент закупок (ДКП) Управление интеграции закупок;

— Е.Ю. Фролов, Начальник управления закупок для нефтеперерабатывающих дочерних обществ;

— М.А. Антонова, заместитель исполнительного директора по обеспечению товарами, управление закупок для шельфовых проектов;

— Л.В. Шумаков, руководитель службы организации закупок для шельфовых проектов;

— А.Н. Сагалаков, начальник управления закупок трубной продукции, скважинного оборудования и трубопроводной арматуры;

— С.В. Соляр, начальник отдела скважинного оборудования управления закупок трубной продукции, скважинного оборудования и ТПА;

— и многим другим, преступная организованная группа под руководством Е.И. Кожевникова насчитывает в себе более 100 активных членов и разветвленную систему управления – снизу вверх.

При данной схеме АО «Цифровые Закупочные Сервисы» и АО «Инжиниринговый центр» Кронштадт» закупая оборудование в России и за рубежом у своих «карманных» поставщиков по одной цене, заводят тоже оборудование на баланс ПАО «Газпром нефть» по совершенно другой цене, значительно выше, чем это стоит на рынке России, Китая и других, не всегда дружественных стран.

Формально, АО «Цифровые Закупочные Сервисы» и АО «Инжиниринговый центр» Кронштадт», участвуют в тендерах на поставку оборудования и услуг для нужд ООО «Газпромнефть-Снабжение», но в перечень поставщиков на такие тендеры приглашаются только «свои ручные» поставщики, с помощью которых ответственные «дельцы» из ПАО «Газпром нефть» регулирует цены на тендере. Поэтому всегда выбирается «нужный поставщик» из числа «своих подконтрольных контор», и при этом всегда по завышенным ценам, от существующих цен на внутреннем рынке России и Китая.

Такие «ручные» компании заведены в закрытый перечень поставщиков и включены в перечень рассылки на все «интересные» тендеры, которые согласовываются и распределяются по личному указанию Кожевникова Е.И, его подельником, который является заместителем исполнительного директора АНО «ИНТИ» по операционной деятельности и импортозамещению К.Э. Константиновым. Последний также отвечает также за взаимодействие со всеми «ручными поставщиками» и сбор с них «откатов», сумма которых составляет в среднем 20% от суммы контракта без НДС.

При этом в АНО «ИНТИ» тот же К.Э. Константинов и Н.Г. Кузнецов – генеральный директор АНО «ИНТИ», при личной вовлеченности в данный процесс Е.И. Кожевникова, отвечает за «аккредитацию» нужных поставщиков для включения в так называемый «закрытый» список рассылки. И тем самым искусственно создаёт условия выбора «нужных поставщиков» в договорных тендерных процедурах.

При этом данная «схема» поставок была искусственно разработана и завязана с АНО «ИНТИ» для аккредитации «нужных» поставщиков и иностранных заводов (гаражей) российских и китайских поставщиков.

Если посмотреть официальные данные по АО «ЦЗС», то можно увидеть следующие цифры, а именно:

Год создания АО «Цифровые Закупочные Сервисы» — 2021 год, 2023 год — выручка 50 млрд., рублей, при скромной численности в 107 человек. При этом основных средств на балансе у АО «ЦЗС» всего на 360 млн. рублей, то есть меньше, чем у любого среднего фермерского хозяйства в средней полосе России. Феноменальный экономический рост у компании, которая даже не является фермерским хозяйством и не производит никакую продукцию, но зато поставляет оборудование и материалы на 98% из Китая, и продает их своей же структуре, а именно в ПАО «Газпром нефть» по завышенным в 2-3 ценам от рынка.

При этом чистая прибыль АО «ЦЗС» в 2023 году составила 1 миллиард рублей, что также наводит на мысли о том, что примерно 8-9 млрд. рублей они где-то потеряли при налоговом декларировании, потому, что минимальная маржинальная прибыль АО «ЦЗС» по всем поставкам в среднем составляет 200% при выручке 48 млрд. рублей только за 2023 год.

АО «Инжиниринговый Центр «Кронштадт»

Год создания АО «Инжиниринговый Центр «Кронштадт» — 30 ноября 2023 год, выручка 1,4 млрд., рублей только за один месяц 2023 года, при численности в 47 человек, как на хлебном мини заводе. При этом основных средств на балансе у АО «ЦЗС» всего на 760 млн. рублей, при чистой прибыли 160 млн. рублей только за 1 месяц 2023 года.

Очень неплохая тенденция развития с учетом того, что Е.И. Кожевников за 1 млрд., казённых рублей отремонтировал 4 цеха бывшего судоремонтного завода в Кронштадте, поставил туда стеллажи для хранения товара из Китая и 5 токарных станков, на которых нет работников, и делает вид, что ремонтирует сам турбины, не имея при этом ни одного профильного специалиста. Так еще туда (в этот сарай в Кронштадте) и комиссии правительственные на экскурсию водит, заодно он водит и за нос больших дядек из дома Правительства, рассказывая им про прелести импортозамещения, показывая китайские задвижки с шильдиками АО «Инжиниринговый Центр «Кронштадт».

АНО «ИНТИ» было создано декабре 2020 года. Главной целью создания АНО «ИНТИ» была организация эффективного диалога между иностранными лицензиарами и отечественными производителями оборудования. При этом ставилась еще одна важнейшая задача по разработке стандартов, которые позволят унифицировать требования отрасли к производителям, а также увеличить долю российских материалов и оборудования в крупнейших инвестиционных проектах.

Итог работы АНО «ИНТИ» за 3 года:

Численность – 1 человек, Генеральный директор Н.Г. Кузнецов, бывший снабженец ООО «Газпромнефть-Шельф» и подчиненный Е.В. Кожевникова. На территории РФ официально не зарегистрировано ни одного стандарта, сам институт является бутафорским, даже не является органом по сертификации и зарегистрирован а г. Москве по адресу массовой регистрации. Выданы сертификаты соответствия только на «карманные конторы», которые поставляют МТР и услуги для «Газпром нефть» через АО «ЦЗС» и АО «Инжиниринговый Центр «Кронштадт».

При этом ущерб Российской Федерации от незаконной схемы работы АО «ЦЗС» и АО «Инжиниринговый Центр «Кронштадт» как минимум следующий:

— Прямой ущерб бюджету РФ от завышенной стоимости оборудования и как следствии «искусственное» снижение чистой прибыли ПАО «Газпром нефть»;

- Недополученные налоги на прибыль в бюджет РФ, от чистой прибыли ПАО «Газпром нефть»;

- Недополученные налоги в бюджет РФ от отечественных производителей;

- Незаконный вывод маржинальной прибыли (разницы между реальной стоимостью оборудования в КНР и конечной ценой для ПАО «Газпром нефть» от АО «ЦЗС») в третьи страны из КНР в Гонконг и далее в третьи страны (в том числе в недружественные);

- Прямой ущерб ПАО «Газпром нефть» и как следствие бюджету РФ от завышенных цен на оборудование, которые автоматически (кратно) увеличивают расходы на таможенные пошлины, оформление и доставку оборудования в РФ;

— Незаконная легализация денежных средств, порождающая коррупцию и безнаказанность в ПАО «Газпром нефть»;

- Зависимость должностных лиц ПАО «Газпром нефть» от третьих лиц из недружественных стран и как следствие, угроза экономической безопасности РФ в сфере разглашения государственной тайны;

— Потеря технологической независимости РФ от поставок оборудования сомнительного производства третьих стран и так далее.

Также вызывает беспокойство за само психологическое состояние самого Е.И. Кожевникова. Он в свое время участвовал и стал победителем конкурса «Лидеры России 2020», где его учили и принимали экзамены уважаемые и заслуженные государственные деятели из администрации Президента РФ. А учили его в первую очередь любить свою Родину, верить в нее и развивать отечественную экономику, а не вливать государственные деньги втридорога в развитие малого и среднего бизнеса Китайской народной Республики и своих карманных поставщиков.

Краткая история создания ОПГ:

Е.И. Кожевников, после вступления в должность Директора Дирекции по закупкам и капитальному строительству ПАО «Газпром нефть» в начале 2023 года сменил старую команду, сметил неугодных ему подчиненных, и на ведущие должности расставил своих людей, выполняющих для него всю «грязную» работу в плане собираемости дани (откатов) с абсолютно со всех поставщиков оборудования и услуг.

Команда «ОПГ из воров в белых воротничках» и их функционал описан в приложении к данной схеме. Правой рукой Кожевникова Е.И. является Константинов К.Э., который занимает должность заместителя исполнительного директора по операционной деятельности, ИНТИ и импортозамещению. В его функционал входит сбор податей (откатов) с отечественных предприятий. Это все более менее крупные российские заводы, фирмы –поставщики, которые включены в вендор-лист ООО «Газпромнефть-Снабжения», Департамента крупных проектов ПАО «Газпром нефть» (выбор EPS подрядчиков для Московского и Омского НПЗ), АО «Цифровые закупочные Сервисы» и так далее. Данный сотрудник и личный доверенный Кожевникова Е.И. лично проводит все встречи со всеми крупными заводами и поставщиками оборудования именно по РФ – назначает % отката, обсуждают преступные схемы по отклонению «не удобных» поставщиков (заводов) и всегда на месте договариваются о размере денежного вознаграждения (отката) и о способах их передачи, основных из которых семь, а именно:

- Передача наличных именно Константинову К.Э. постоянно происходит в одном из кафе или ресторанов Адмиралтейского района (в районе офиса Константинова К.Э. на Большой Морской улице). Очень часто передача денег происходит в кафе Bonch, ул. Большая Морская 16, либо Русская рюмочная №1, Конногвардейский бульвар 4, либо «Русская рыбалка», Южная дорога 11., и в иных местах;

— Также передача наличных настроена Кожевниковым Е.И. Константиновым К.Э. через своих доверенных лиц, а именно через Када Н. В., Федорина И. Е., Е.Ю. Фролова, Сагалакова А.Н. и Соляра С.В. – это по поставкам именно для ООО «Газпромнефть-Снабжение» и Департамента крупных проектов (Московский и Омский НПЗ, включая откаты с EPS подрядчиков, в основном с китайцев и корейцев и конкретно с АО Промфинстрой). Данные доверенные лица не чураются брать взятки даже на своих рабочих местах.

— Дань с поставщиков по шельфовым проектам для Кожевникова Е.И. собирает лично Антонова М.А. и ее доверенные лица, а именно Бабенко А., и Шумаков Л.В.

Также есть способ передачи взятки за предоставленные завышенные контракты, через торговый дом Газпром Нефть (ЦЗС) – АО «Цифровые закупочные сервисы», который на 100% находиться под контролем Е.И. Кожевникова, но негласно управляется Потаповым Д.В. в части перевода средств за границу, в том числе в КНР под видом закупки товаров, которые действительно закупаются, и ввозиться в Россию, но в 2-5 раз дороже их реальной рыночной стоимости. Соответственно дельта остается на счетах китайских компаний Кожевникова и Потапова, которые транзитом через Гонконг выводятся на счета в Англии, Италии и Испании. Переплата НДС и таможенных пошлин не слишком волнует Кожевникова и Потапова, так как эти деньги платят не они из своего кошелька, а из денег ПАО «Газпром нефть», следовательно и из кармана нашего государства.

- Особо циничный способ сбора дани – для нужд «СВО». Кожевников Е.И. и Константинов К.Э. предлагают либо закупить заводам и фирмам у АО «ЦЗС» неликвидные товары по завышенным ценам, либо 50% от прибыли предлагают заводам оставить на АО «ЦЗС» в виде добровольных пожертвований для нужд армии в СВО.

Пример: Константинов К.Э. через своих подчиненных – Када, Сагалакова, Соляра согласует нужным им перечень рассылки, всех сильных конкурентов они на данный тендер не приглашают специально, остается две фирмы (максимум три) и обе фирмы им подконтрольны (то есть данные фирмы готовы заплатить откат), итогом становиться выбор одной из двух подконтрольных фирм с завышенной ценой. Фирму, которую потом признают победителем обязывают отдать 50% от чистой прибыли и заставляют данные деньги перечислить в виде добровольного пожертвования на цели СВО в АО «ЦЗС» или заставляют купить неликвиды в 10-20 раз выше рынка. Для СВО мошенники в лице Кожевникова Е.И. и Потапова Д.В., несомненно, что-то, да и покупают, но максимум на десятки миллионов рублей, а миллиарды выводят за кордон через китайскую схему.

— Потапов Д.В. также выводит деньги через логистику, так как у Газпромнефть-Снабжение есть собственные транспортные компании, оплачивая данные услуги от лица Газпрома на порядок дороже, чем их предоставляет рынок, соответственно он же отвечает за вывод биткоинов и превращение их в товар в КНР, который частично ввозится в РФ через АО «ЦЗС» и реализуется АО «ЦЗС» для нужд уже самой ПАО «Газпром нефть», также по завышенным в 3-5 раз ценам выше рынка. Биткоины майнятся на фермах в РФ, подконтрольных тому же Кожевникову Е.И. (исполнитель Журавлев С.А. – заместитель Кожевникова по услугам).

- и т.д., это далеко не все схемы, примерно 30% от того, что затеял Кожевников и указанная группа лиц.

Отследить передачу денег очень просто, надо взять всех поставщиков, которые находятся в закрытом (и открытом) вендор-листе ООО «Газпромнефть-Снабжение», «Департамента крупных проектов» ПАО Газпром нефть, АО «ЦЗС» и т.д.

rucriminal.info

 

 

 

Мосгорсуд оставил под стражей заместителя председателя правления «Газпром нефти» Антона Джалябова. Его дело, по данным источников, стало частью масштабного противостояния между группами влияния внутри крупнейших энергетических структур России, где пересекаются интересы топ-менеджмента, подрядчиков и силовых ведомств.

Карьерный взлёт Джалябова начался после его участия в запуске Бованенковского газового месторождения, когда он, будучи ещё относительно молодым специалистом, лично докладывал Владимиру Путину. После этого он быстро продвинулся в системе «Газпрома»: занимал руководящие должности в «Газпром добыча Надым», затем возглавил «Газпром инвест» в Надыме, а в 2021–2023 годах руководил «Газпром добыча Ноябрьск». Его продвижение связывают с поддержкой главы «Газпрома» Алексея Миллера и куратора нефтяного блока Виталия Маркелова.

Переломным моментом стало обострение конфликта между Миллером и главой «Газпром нефти» Александром Дюковым. На фоне претензий к прозрачности финансовых потоков и подрядных схем Миллер начал усиливать контроль над дочерней компанией. В рамках этой стратегии Джалябов был направлен в «Газпром нефть» в качестве «своего человека» — фактически для аудита и мониторинга деятельности ключевых подразделений.

Его работа затронула интересы ряда влиятельных фигур внутри компании. В частности, источники связывают напряжение с заместителем главы «Газпром нефти» Евгением Кожевниковым, которого называют одним из архитекторов схем распределения подрядов. По этим данным, вокруг него сформировалась группа, связанная с крупными подрядчиками и обладающая поддержкой на уровне силовых структур. Упоминаются также связи с представителями МВД и другими высокопоставленными чиновниками, что усиливает политический вес конфликта.

На этом фоне задержание Джалябова рассматривается как элемент этой борьбы. Операцию провели сотрудники антикоррупционного подразделения МВД. Обвинения касаются эпизодов 2020–2021 годов, когда он работал в «Газпром инвест»: следствие указывает на покупку квартиры в Сочи и катера, которые спустя несколько лет были квалифицированы как возможные коррупционные активы.

Отвечая на вопросы журналистов в кулуарах заседания ЕАЭС, Жакупов сообщил, что в Астане было сокращено 11% непроизводственного персонала. «Мы сократили 11 процентов непроизводственного персонала по городу Астана. Экономия в год составляет порядка 5 млрд тенге. В количественном составе это около 700 человек», – заявил он. После этого заявления в обществе начались активные дискуссии. Многие казахстанцы выражают несогласие с подобными мерами сокращения, особенно на фоне повышенного внимания к самому Нурлану Жакупову. В последние дни его имя стало одним из самых обсуждаемых в Казахстане после выхода видео-расследования «История Нурлана Жакупова. Как живет глава госхолдинга», опубликованного информационным центром «Иорган ИА.ЦА». В расследовании рассказывается о политической карьере Жакупова, а также о принадлежащих ему активах, стоимость которых, по данным авторов материала, оценивается в десятки миллионов долларов. https://youtu.be/Xm6OcBxlBfk?si=BwmxKfd_18TQuf-n ( https://youtu.be/Xm6OcBxlBfk?si=BwmxKfd_18TQuf-n ) Источник: https://cmpt-base.com/chinovniki/item/571845-v-kaz...shchenii-sotrudnikov-kholdinga

Отвечая на вопросы журналистов в кулуарах заседания ЕАЭС, Жакупов сообщил, что в Астане было сокращено 11% непроизводственного персонала. «Мы сократили 11 процентов непроизводственного персонала по городу Астана. Экономия в год составляет порядка 5 млрд тенге. В количественном составе это около 700 человек», – заявил он. После этого заявления в обществе начались активные дискуссии. Многие казахстанцы выражают несогласие с подобными мерами сокращения, особенно на фоне повышенного внимания к самому Нурлану Жакупову. В последние дни его имя стало одним из самых обсуждаемых в Казахстане после выхода видео-расследования «История Нурлана Жакупова. Как живет глава госхолдинга», опубликованного информационным центром «Иорган ИА.ЦА». В расследовании рассказывается о политической карьере Жакупова, а также о принадлежащих ему активах, стоимость которых, по данным авторов материала, оценивается в десятки миллионов долларов. https://youtu.be/Xm6OcBxlBfk?si=BwmxKfd_18TQuf-n ( https://youtu.be/Xm6OcBxlBfk?si=BwmxKfd_18TQuf-n ) Источник: https://pro-cmpt.com/chinovniki/item/295258-v-kaza...shchenii-sotrudnikov-kholdinga

 

 

 

За фасадом громких заявлений, миллиардных активов и закрытых кабинетов функционирует человек, о котором страна знает удивительно мало. Кто такой Нурлан Жакупов? Как выпускник МГИМО и бывший представитель международных финансовых структур оказался во главе крупнейшего государственного холдинга Казахстана — фонда национального благосостояния «Самрук-Казына»?

Данное расследование — структурный анализ системы власти и движения капиталов внутри национального фонда, управляющего активами на десятки миллиардов долларов. Это хронология карьерного пути функционера: от структурирования сделок в международных банках и легализации активов локального олигархата до ключевой должности в стратегическом центре экономики страны.

Навигация по материалу

• Введение: Астанинский парадокс

• Глава 1. Происхождение и первый патрон: Интеграция в Евразийскую группу

• Глава 2. Замбийский полигон: Структурирование потоков и M&A

• Глава 3. Инвестиционный банкинг как инструмент легализации капитала

• Глава 4. Внедрение в стратегические активы государства

• Глава 5. Агент влияния: От глобальных банков до монополии на 40% экономики

• Глава 6. Финансовая аномалия: Незадекларированная империя недвижимости

• Синтез: Архитектура контроля

Введение: Астанинский парадокс

Астана. Последнее расширенное заседание правительства. Президент Касым-Жомарт Токаев делает ряд предельно жестких замечаний, касающихся операционной эффективности фонда «Самрук-Казына». В объектив правительственных камер попадает председатель правления фонда Нурлан Жакупов, конспектирующий слова главы государства.

Риторика президента не оставляет пространства для двойных толкований:

«У меня были серьезные беседы с руководителями национальных компаний и фонда "Самрук-Казына". Нужно критически, по-современному пересмотреть структуру компаний, которые перегружены избыточными управленческими кадрами, так называемыми левобережными людьми. Прямо сказать, они не загружены работой, порой изнывают от ничегонеделания. [...] Прямо скажу, до добра это не доведет».

В условиях жесткой аппаратной вертикали подобная публичная критика традиционно является прелюдией к немедленной отставке. Сигналы о системной неэффективности и избыточной бюрократизации нацкомпаний поступали и ранее, вплоть до дискуссий о целесообразности расформирования структур-прокладок.

Однако возникает аппаратный парадокс: после серии « меток» на высшем уровне Нурлан Жакупов сохраняет свои позиции. В государственной машине, где за менее значимые управленческие провалы чиновники теряют посты в течение суток, его устойчивость выглядит аномальной. Подобный иммунитет не объясняется исключительными менеджерскими компетенциями. Он свидетельствует о наличии бенефициаров, чей политический и финансовый вес позволяет игнорировать даже прямую критику президента.

Глава 1. Происхождение и первый патрон: Интеграция в Евразийскую группу

Системные карьерные траектории в закрытых экономиках редко начинаются с нуля. Нурлан Жакупов — выходец из номенклатурной среды. Его отец, Кршага Жакупов, в годы формирования независимого Казахстана руководил управлением в Министерстве связи. На этой позиции он принимал непосредственное участие в лоббировании интересов медийных активов, в частности «31 канала», а позднее возглавлял центр радиофикации в структуре «Казахтелекома».

На сегодняшний день Кршага Жакупов выступает учредителем Центра радиофикации Алматы — структуры, которая исторически аффилирована с орбитой влияния медиамагната Арманжана Байтасова (бывшего владельца «31 канала»). Центр функционирует как партнер холдинга «Tan», принадлежащего дочери Байтасова.

Именно здесь обнаруживается точка входа Нурлана Жакупова в большой капитал. В начале 2000-х годов Арманжан Байтасов находился в тесной связке с так называемой «Евразийской тройкой» — влиятельным консорциумом олигархов в составе Патоха Шодиева, Алиджана и Александра Машкевича. По данным инсайдерских источников, именно Байтасов выступил личным поручителем за молодого выпускника МГИМО (учившегося на одном потоке с представителями будущей российской политической и медийной элиты, включая Ксению Собчак), когда тот вернулся в Казахстан.

В 2001 году Жакупов отказывается от классической дипломатической карьеры в МИД и переходит в финансовую аналитику. Он интегрируется в структуру ENRC (позже преобразованную в ERG — Eurasian Resources Group) — позицию, подготовленную протекцией Байтасова.

[ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ: ФАКТОР ENRC ] В этот период структуры «Евразийской тройки» попадают под жесткий прессинг правоохранительных органов. Счета замораживаются по обвинениям в отмывании капиталов и создании транснационального преступного сообщества. Интеграция Жакупова в корпорацию происходит в момент острой необходимости в специалистах по юридической и финансовой очистке токсичных активов. Это формирует его базовый профиль: работа в условиях корпоративных конфликтов и легализация спорного капитала.

Глава 2. Замбийский полигон: Структурирование потоков и M&A

К 2003 году консорциум делегирует проверенного функционера на внешний контур — в Замбию (Африка). Локальный контекст: государственная горнодобывающая компания ZCCM находилась в стадии агрессивной приватизации, сопровождавшейся беспрецедентными коррупционными скандалами. Президент Замбии публично обвинялся в реализации национальных месторождений по заниженной стоимости в обмен на теневые комиссии.

В этом юрисдикционном хаосе Нурлан Жакупов курирует сделку по приобретению металлургического завода Chambishi Metals. Сам функционер описывает этот процесс в сугубо технократичном ключе: «Мы сделали финансовую модель, оценили этот завод. Также работали юрисконсульт и технический консультант. Совет директоров рассмотрел оценки, принял решение по цене. Мы сделали bid (предложение продавцу), и через 4 месяца актив был приобретен».

За сухой терминологией скрывается жесткая реальность M&A (слияний и поглощений) в странах третьего мира: консорциум выкупает 90% акций предприятия через цепь швейцарских всего за 6,5 миллионов долларов наличными. Для актива такого масштаба — это ликвидационная, искусственно заниженная стоимость.

В 2004 году Жакупов получает повышение, переходя в закрытый холдинг Research Investment and Development LTD. Эта структура выполняла функцию узлового центра для консолидации промышленных активов в Казахстане и Африке.

Ключевые операционные задачи Жакупова на этом этапе:

1. Юридическая очистка (Legal Scrubbing): Формализация прав собственности на приватизированные (часто с нарушениями) активы.

2. Структурирование потоков: Выстраивание защищенных финансовых маршрутов между африканскими дочерними предприятиями и европейскими.

3. GR-сопровождение (Government Relations): Взаимодействие с локальными чиновниками для гарантии непрерывного контроля над ресурсами в условиях политической турбулентности.

Фактически, олигархат использовал его компетенции как инструмент для легализации сверхприбылей на международных рынках.

Глава 3. Инвестиционный банкинг как инструмент легализации капитала

Для того чтобы капитал, выведенный из развивающихся рынков, стал легитимным на Западе, ему требуется штамп респектабельных финансовых институтов. Следующий этап карьеры Жакупова — инфильтрация в мировой инвестбанкинг.

Его переводят в Москву, в структуру Credit Suisse (одного из крупнейших инвестиционных банков Швейцарии) на позицию аналитика по ценным бумагам сектора Metals & Mining. Его основная задача заключалась не в классической рыночной аналитике, а в формировании привлекательного инвестиционного кейса для активов «тройки».

Эта работа дала свои плоды: в 2007 году выстроенная Жакуповым фундаментальная оценка позволила ENRC выйти на IPO на Лондонской фондовой бирже (LSE), привлечь институциональных инвесторов и получить кредитные линии на 1,5 миллиарда долларов. Во время глобального финансового кризиса 2008 года именно он отвечал за поддержание рыночной капитализации бумаг ENRC на вторичном рынке, искусственно балансируя их стоимость («рекомендации покупать, держать или продавать»).

[ ВРЕЗКА: АКТИВНЫЕ ОПЕРАЦИИ В ] В 2012 году, перейдя в (Royal Bank of Scotland) Kazakhstan, Жакупов сопровождает транзакцию, ставшую классическим примером инсайдерской приватизации. Логистическая компания «Жол Жондеуши» (ныне Integra Construction KZ), обладавшая государственными подрядами на сотни миллионов долларов, была тайно продана племяннику олигарха всего за $95 млн. Функция Жакупова: создать формальное финансовое обоснование для этой критически заниженной цены перед лондонским советом директоров банка. Актив был успешно выведен в частные руки внутри семьи бенефициара.

В 2013 году над ENRC сгущаются тучи: британское Управление по борьбе с крупным мошенничеством (SFO) начинает масштабное расследование. Корпорация вынуждена провести делистинг с биржи, уйти в тень и реструктуризироваться в закрытую компанию ERG. Жакупова своевременно выводят из-под удара: он возглавляет представительство UBS AG в Астане, превращаясь в коммуникационный мост между политической элитой Казахстана и швейцарскими счетами локального олигархата.

Глава 4. Внедрение в стратегические активы государства

К 2009 году, накопив достаточный функционал в западном корпоративном секторе, Жакупов десантируется обратно в Казахстан. Государство формирует новую национальную компанию — «Тау-Кен Самрук» (оператор по управлению недрами).

Его внедрение совпадает с попытками структур ERG получить контроль над крупнейшими государственными золотыми, медными и хромовыми месторождениями. В 2010 году Жакупов инициирует сложный переговорный процесс по месторождениям Шалкия и Северный Акбас, лоббируя схему, при которой олигархи стали бы эксклюзивными стратегическими партнерами государства. Проект потерпел фиаско: контроль над месторождениями удержать в частных руках не удалось.

В 2016 году происходит попытка монетизации атомной отрасли. Работая в UBS, Жакупов консультирует «Казатомпром», после чего получает приглашение в правление нацкомпании в качестве управляющего директора по развитию бизнеса. Цель: интеграция структур ERG в цепочки поставок урановой монополии. Однако смена руководства «Казатомпрома» и жесткий курс нового менеджмента на очистку непрофильных активов и подготовку к прозрачному IPO заблокировали эти планы. Жакупов вынужден дистанцироваться от атомного сектора.

Следующая остановка — СПК «Астана» (2017 год). В период проведения международной выставки EXPO структура под его управлением активно распределяла земельные фонды и налоговые преференции. Главными выгодоприобретателями оказались заводы аффилированных структур, поставлявшие металлопрокат и стройматериалы для возведения объектов выставки.

Глава 5. Агент влияния: От Ротшильдов до монополии на 40% экономики

В 2019 году происходит тектонический сдвиг в карьере Жакупова, определяющий его текущий статус. После знакового приема представителей клана Ротшильдов первым президентом Казахстана (событие, прошедшее фоном для широкой общественности, но ставшее мощным сигналом для элит), Rothschild & Co назначают Нурлана Жакупова своим официальным представителем в регионе.

Стратегия глобального финансового дома базируется на концепции soft power (мягкой силы). В отличие от транснациональных корпораций XX века, они не скупают заводы напрямую. Они интегрируют своих операторов в узловые точки принятия государственных решений (классические примеры такого кадрового десанта — Эммануэль Макрон во Франции или Себастьян Курц в Австрии).

Жакупов сам подтверждает эту механику: «Встретился с руководством Ротшильда, понял, какие у них планы на Казахстан. Конечно, согласился в итоге».

В 2020 году, перед интеграцией в «Самрук-Казына», он возглавляет KIDF (Kazakhstan Investment Development Fund) — фонд прямых инвестиций, оперирующий суверенным капиталом для софинансирования иностранных проектов. Под его руководством государственные средства направлялись в развитие частной коммерческой инфраструктуры: международных гостиничных комплексов в Астане и Алматы, туристического хаба «Керуен-Сарай» в Туркестане. Не были забыты и старые патроны: фонд инвестировал в ветропарк GE в Хромтау стоимостью $110 млн в интересах структур ERG.

[ СТОП-ФАКТОР: ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ МОНОПОЛИЯ ] С апреля 2023 года Нурлан Жакупов — первый руководитель ФНБ «Самрук-Казына». Под его прямой юрисдикцией сконцентрировано управление активами, эквивалентными 40% всей экономики Казахстана.

Источники внутри фонда сообщают о формировании жесткой моноцентричной архитектуры управления: ни одна значимая сделка в дочерних компаниях («КазМунайГаз», «Казатомпром», «Қазақстан Темір Жолы») не проходит без визирования председателем. Кадровая политика выстроена на абсолютной лояльности вертикали. Эффективность работы отходит на второй план по сравнению с соблюдением аппаратной субординации, что напрямую подтверждается критикой президента о «левобережных людях, изнывающих от ничегонеделания».

Глава 6. Финансовая аномалия: Незадекларированная империя недвижимости

Слияние государственного управления с приватными интересами закономерно порождает финансовые аномалии. Официально задекларированный доход Жакупова в качестве государственного топ-менеджера с 2022 по 2024 год составляет порядка 900 миллионов тенге. Учитывая его бэкграунд в инвестбанкинге, цифра выглядит легитимной, пока не сталкивается с реальным аудитом его имущественного комплекса.

Внутренний портфель недвижимости:

1. Особняк в Астане (Депутатский городок, ул. Ф. Карибжанова, 4). Площадь — около 1000 кв.м. Рыночная оценка: от 700 млн до 1 млрд тенге.

2. Апартаменты в Алматы (Премиальный ЖК Exclusive Opera, «золотой квадрат»). Две квартиры общей площадью почти 400 кв.м. Базовая стоимость в черновой отделке — около 1 млрд тенге.

   • Примечание по ремонту: Согласно попавшим в наше распоряжение дизайн-проектам, только отделка одной квартиры обошлась примерно в 250 млн тенге (свыше полумиллиона долларов). Подрядчиком выступала скандально известная компания Dala SK.

[ ВРЕЗКА: КРИМИНАЛЬНЫЙ ПОДРЯДЧИК DALA SK ] Ремонт премиальной недвижимости главы нацфонда выполняла компания Dala SK — застройщик, оставивший после себя замороженные объекты и сотни обманутых дольщиков по всему Казахстану. У многоквартирных домов, возводимых этой компанией (например, в Семее), отсутствовала разрешительная документация. В данный момент руководство Dala SK находится под арестом в рамках расследования уголовного дела о хищении миллиардных средств населения.

Зарубежный портфель (непубличные активы): Наши источники в инвестиционных кругах подтверждают наличие элитной недвижимости за пределами юрисдикции РК:

1. Москва (РФ): В период работы на «Тройку» (2007–2009 гг.) была приобретена трехкомнатная квартира в элитном ЖК Copper House. Текущая рыночная оценка — от 250 млн рублей (около 1,6 млрд тенге).

2. Майами (США, Флорида): Пентхаус на первой береговой линии. Площадь — 900 кв.м., четыре спальни, панорамный вид на океан. Базовая рыночная оценка — от 2 миллионов долларов.

Совокупная стоимость выявленной недвижимости многократно превышает официальные доходы функционера даже с учетом бонусных выплат. Кроме того, остается открытым вопрос о декларировании данных зарубежных активов государственным служащим высшего ранга.

[ СТОП-ФАКТОР: КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ В СЕМЬЕ ] Имущественная скрытность дополняется корпоративными маневрами. Супруга председателя (во втором браке), Асель Сапарина, является владелицей компании Aisha Oil. Примечателен хронометраж: непосредственно перед назначением Жакупова на пост главы «Самрук-Казына», Сапарина в спешном порядке вышла из состава учредителей трех других коммерческих компаний. Важная деталь — совокупная сумма налогов, уплаченных этими структурами с 2019 года, превышает 120 миллионов тенге, что говорит о серьезных оборотах. Выход из прибыльного бизнеса синхронно с получением мужем контроля над 40% экономики страны имеет все признаки номинального сокрытия бенефициаров во избежание формальных обвинений в конфликте интересов.

Синтез: Архитектура контроля

Анализ жизненного цикла Нурлана Жакупова деконструирует популярный миф о «технократах новой волны». Каждое назначение, каждая должность — это не результат случайной меритократии или истории успеха self-made менеджера. Это математически выверенная шахматная партия, разыгрываемая конгломератом локальных сырьевых олигархов и глобального финансового капитала.

Жакупов — это идеальный системный интерфейс. Его карьера выстроена на конвертации политических решений в финансовые потоки. От легализации африканских медных рудников и скрытой приватизации активов «Казахстан Темир Жолы» до распределения суверенных фондов в KIDF и тотального контроля над «Самрук-Казына».

Именно поэтому публичная критика президента не приводит к кадровым перестановкам. Смещение Жакупова означает не просто увольнение неэффективного чиновника — это демонтаж сложнейшего коммуникационного узла, связывающего интересы транснациональных инвестбанков (Ротшильды, швейцарские банки), евразийского олигархата и высшей номенклатуры. До тех пор, пока эта связка остается фундаментом текущей экономической модели, «левобережные люди» будут продолжать контролировать национальное благосостояние, аккумулируя миллиарды тенге в неучтенных пентхаусах от Астаны до побережья Флориды.

 

 

 

Источник: https://pro-cmpt.com/chinovniki/item/295259-ten-na...hranitelem-aktivov-kazakhstana

Человек с дипломами, которых нет ни в одном реестре. Бывший директор управляющей компании-банкрота. Глава, при котором стратегическую ГРЭС превратили в майнинговую ферму, а целый округ — в кормушку. Теперь Денис Семёнов — исполняющий обязанности главы Богородского округа. По имеющимся данным, должность куплена. Деньги — с откатов и майнинга. Посредник — депутат Государственной Думы Геннадий Панин. По факту поддельных дипломов идёт доследственная проверка. Как и по связям самого Панина. По имеющимся данным, Семёнов накопил средства на схемах в Павлово-Посадском округе- откаты с подрядчиков, доходы с майнинговой фермы на базе ГРЭС-3, вывод активов через «РСО Электрогорск». Эти деньги были конвертированы в новую должность. Посредником и гарантом сделки выступил депутат Государственной Думы Геннадий Панин — куратор синдиката востока Подмосковья. Схема логична для системы Панина. Семёнов в Павловском Посаде стал токсичным слишком много расследований, слишком много вопросов по дипломам, ГРЭС, «Дорремстрою» и кумовству. Его нужно было вывести из-под удара и одновременно расширить географию синдиката. Богородский округ — идеальное решение: новая территория, новые бюджеты, новые контракты.Управляемый глава с купленной должностью — мечта Панина. Семёнов зависим вдвойне: и по биографии с липовыми дипломами, и по факту покупки кресла. Идеальный инструмент. Главная уязвимость Семёнова — его образование. Точнее, его отсутствие.По имеющимся данным, по факту поддельных дипломов Дениса Семёнова идёт доследственная проверка.Диплом первый МГУТУ им. Разумовского, специальность «инженер», якобы 2010 год. В реестрах не обнаружен.Диплом второй АНО «Институт менеджмента, экономики и инноваций», 2016 год. В реестрах не обнаружен. При этом в приложении к этому диплому предыдущим образованием указано ПТУ №34 Электрогорска , а не инженерный вуз, который якобы был окончен шестью годами ранее.Оба диплома предполагают очное обучение — в период, когда Семёнов непрерывно работал. Если факт подделки подтвердится — это статья 327 УК РФ. И это автоматически означает, что все годы руководства Электрогорском и Павлово-Посадским округом Семёнов занимал должность незаконно. А теперь — незаконно занимает кресло главы Богородского округа.Богородский округ должен знать, кого получил. Послужной список Семёнова в Павлово-Посадском округе:ГРЭС-3. Стратегическая станция продана гражданину Узбекистана Ташмухамедову и автоперекупщику Кишкису. Активы выведены в однолетнюю «РСО Электрогорск». На мощностях, по имеющимся данным, ведётся майнинг криптовалюты. Из трёх турбин работает одна. Сети изношены на 83%. Семёнов лично представлял коллективу новых «собственников».«Элинком». Управляющая компания-банкрот с долгами свыше 800 млн рублей, где Семёнов был гендиректором до прихода во власть. 376 млн рублей госконтрактов компании в процессе банкротства.«Дорремстрой» и Бадикян. Свыше 1,8 млрд рублей выведено через сеть фирм-однодневок на дорогах и благоустройстве. Дом на Новой Риге с золотыми унитазами у подрядчика. Разбитые дворы у жителей.Кумовство. Абдулвалиев с зарплатой 460 тыс/мес в закупочной комиссии. Лупенко в МБУ «ДХБ». Затрутина в советниках, её дочь «мёртвая душа» со служебной квартирой. Родственники Тикунова в «Навигатор Плюс» на 70 млн рублей. Это не послужной список управленца. Это обвинительное заключение в ожидании следователя. Геннадий Панин — не просто покровитель Семёнова. Он архитектор всей системы и, по имеющимся данным, организатор сделки по покупке Богородского округа. По имеющимся данным, в отношении связей Панина также идёт доследственная проверка. Все материалы по Семёнову и Панину переданы в правоохранительные органы ИЗДАНИЕ BAZA NEW Источник: https://pro-cmpt.com/chinovniki/item/295235-denis-...okrug-posrednik-gennadij-panin

 

 

 

 

 

 

Национальная компания Қазақстан темір жолы (КТЖ) вновь оказалась в центре общественной дискуссии после сообщений о выплатах руководству компании на сумму свыше 1 млрд тенге по итогам 2025 года. Ситуация вызвала широкий резонанс не только из-за размера вознаграждений, но и потому, что на этом фоне долговая нагрузка КТЖ продолжает стремительно расти. Уже к апрелю 2026 года долг компании достиг 4,7 трлн тенге, при этом сама КТЖ продолжает повышать тарифы на перевозки и обсуждает новые заимствования. Одновременно весной 2026 года стоимость социально значимых железнодорожных билетов выросла ещё на 7%, а грузовые тарифы в последние годы индексируются двузначными темпами. Однако финансисты и часть общества задаются уже другим вопросом: насколько этот рост прибыли отражает реальное оздоровление компании, если одновременно продолжают расти долги, тарифы и потребность в новых заимствованиях. Именно этот контраст, по мнению экспертов, и становится причиной растущего недоверия общества к квазигосударственному сектору, пишет SHYNDYK.KZ.

Руководство КТЖ объясняет ситуацию ростом финансовых показателей. По итогам 2025 года чистая прибыль компании выросла более чем в два раза — с 185 млрд до 340 млрд тенге. В компании подчеркивают, что выплаты касались не только бонусов топ-менеджерам, но и зарплат, отпускных, а также вознаграждений членам совета директоров. Сам глава КТЖ Талгат Алдыбергенов заявил, что его зарплата составляет 1,5 млн тенге в месяц, а выплаты распределяются между 19 людьми. Он также сообщил, что производственному персоналу в 2025 году было выплачено около 101 млрд тенге премий против 68 млрд тенге в 2024 году.

В КТЖ также подчеркнули, что все вознаграждения утверждает совет директоров с участием независимых членов, а выплаты проходят тройную проверку.

Экономист, директор компании «Integrity Astana» Жанат Нургалиев считает, что ситуация с выплатой премий руководству КТЖ действительно вызывает озабоченность, однако проблема, по его мнению, лежит глубже самого факта вознаграждений. Формально правление компании могло получить премии на основании решения совета директоров, если по итогам года были достигнуты установленные KPI. При чистой прибыли более 300 млрд тенге у руководства КТЖ действительно могли появиться формальные основания для получения бонусов. Однако ключевой вопрос, по словам эксперта, заключается в том, какие именно показатели были заложены в систему мотивации, и были ли среди них снижение долговой нагрузки, повышение эффективности расходов и реальное финансовое оздоровление компании.

«Это вызывает озабоченность. Смотрите, сейчас премии получило правление компании КТЖ на основании решения совета директоров. То есть формально основания есть: чистая прибыль более 300 миллиардов тенге по итогам года. И если совет директоров установил какие-то параметры, KPI-показатели, что если есть чистая прибыль и доход от ряда других показателей, то есть если они не включили снижение задолженности, долгов, то, соответственно, формально есть основания, чтобы они получили эту премию по результатам. Здесь вопрос больше идет к самому совету директоров и корпоративной политике. Нужно было устанавливать показатели, ковенанты для правления по снижению долговой нагрузки», — говорит Жанат Нургалиев.

Рост прибыли и рост долгов одновременно

«Формально КТЖ действительно демонстрирует рост: выручка компании по итогам 2025 года превысила 2,7 трлн тенге, а чистая прибыль выросла примерно вдвое — до 340–343,6 млрд тенге. Однако одновременно обязательства группы увеличились до 5,21 трлн тенге, а краткосрочные обязательства, по данным отчетности, превысили текущие активы почти на 1 трлн тенге. Это означает, что финансовое улучшение не снимает вопрос о долговой устойчивости компании», – отмечает экономист, к.э.н., директор ТОО «УЛАГАТ КОНСАЛТИНГ ГРУПП» Марат Каирленов.

Именно поэтому общественный вопрос звучит не только эмоционально, но и экономически обоснованно: если тарифы повышаются, долги растут, а выплаты ключевому управленческому персоналу увеличиваются с 816 млн до 1,036 млрд тенге, общество вправе спрашивать, насколько такая модель справедлива и устойчива. Особенно с учетом того, что часть прибыли 2025 года могла быть усилена не только операционным ростом, но и разовыми финансовыми факторами.

Финансовые показатели КТЖ

Итак, по данным Министерства транспорта и руководства Қазақстан темір жолы, на 1 апреля 2026 года долг компании достиг 4,7 трлн тенге. Из них внешний долг составляет 1,8 трлн тенге, внутренний — 2,9 трлн тенге.

В самой компании объясняют рост долгов необходимостью обновления локомотивов и вагонов, строительством инфраструкты, необходимостью развития транзитных проектов и модернизации железнодорожной сети.

Данные показывают главный парадокс: КТЖ действительно стала зарабатывать больше, но долговая нагрузка росла почти синхронно. В 2025 году прибыль выросла в 2,1 раза, но Forbes указывает, что часть роста была связана не только с основной деятельностью, но и с разовыми/финансовыми факторами: финдоходом от модификации деятельности на 43,2 млрд тенге, сокращением убытков от курсовой разницы и возвратом НДС за 2020–2023 годы.

Экономист Марат Каирленов считает, что главная проблема ситуации вокруг КТЖ заключается даже не столько в самих премиях, сколько в том, как это воспринимается обществом на фоне роста тарифов, долговой нагрузки и постоянных разговоров о финансовых трудностях компании. По его словам, формально руководство КТЖ может ссылаться на рост прибыли и выполнение финансовых показателей, однако у общества возникает логичный вопрос: за счет чего именно была получена эта прибыль, и насколько она отражает реальное состояние компании в долгосрочной перспективе.

Эксперт обращает внимание, что краткосрочное улучшение финансовой отчетности далеко не всегда означает системное оздоровление бизнеса. Особенно это касается инфраструктурных компаний с огромными капитальными расходами, где временное сокращение затрат может лишь откладывать будущие проблемы. По мнению финансиста, население, прежде всего, видит внешнюю картину: повышение тарифов, разговоры о долгах и одновременно новости о крупных бонусах топ-менеджменту. Именно это, считает он, и подрывает доверие к квазигосударственному сектору.

«С одной стороны они повышают тарифы, с другой стороны – у компании большой долг и при этом они платят огромные бонусы своим сотрудникам. Это не вызывает доверия в обществе. Потому что люди видят вот этот всплеск прибыли, но не понимают, что итоговая чистая прибыль может быть вызвана совершенно разными факторами», — говорит Марат Каирленов.

Он подчеркивает, что рост прибыли может формироваться не только благодаря повышению эффективности компании, но и за счет временных или технических решений, которые в будущем способны привести к еще большим проблемам. В частности, речь может идти о переносе части расходов, откладывании ремонтов, сдерживании роста зарплат рядовых сотрудников или использовании заемных средств для поддержания текущих показателей.

«Есть очень много нюансов, за счет чего можно кратковременно повысить чистую прибыль. Например, можно оттянуть повышение зарплат обычным сотрудникам. В КТЖ работают десятки тысяч людей. Можно где-то перенести ремонты, сказать: мы должны были условно ремонтировать каждый год, а теперь будем каждый год и три месяца. В этом году что-то не ремонтируем, откладываем расходы — и на бумаге прибыль становится лучше. Но это же повышает износ инфраструктуры, это фактически проедание капитала. То есть часть таких результатов может быть чисто краткосрочным фактором», — отмечает эксперт.

По его словам, на финансовые результаты также сильно влияют общие экономические циклы и внешняя конъюнктура. В периоды экономического роста и высокого транзитного спроса компания может демонстрировать сильные показатели, однако это не гарантирует устойчивости в будущем, особенно в условиях высокой долговой нагрузки.

«Нужно смотреть, насколько эта прибыль устойчива. Потому что иногда бывает просто общий экономический подъем, удачный этап цикла, высокий спрос на перевозки. А потом начинается спад — и уже возникают вопросы, как компания будет показывать результаты дальше. Плюс часть роста может быть обеспечена за счет новых заимствований. Условно говоря, заняли большие деньги, поддержали показатели, а долговая нагрузка при этом продолжает расти», — считает Каирленов.

Эксперт полагает, что именно поэтому обществу сегодня недостаточно сухих цифр о росте прибыли. Люди хотят видеть более понятную и прозрачную систему оценки эффективности национальных компаний: насколько реально улучшается качество услуг, снижается ли долговая нагрузка, модернизируется ли инфраструктура и почему на фоне повышения тарифов руководство получает столь крупные выплаты.

Почему тарифы продолжают расти

Рассмотрим, какие именно тарифы повышались.

С 1 апреля 2026 года тарифы на социально значимые железнодорожные маршруты были повышены ещё на 7%.

Для бизнеса ситуация ещё жестче:

– в 2024–2026 годах утверждено поэтапное повышение тарифов примерно на 24% ежегодно;
– в мае 2025 года, часть тарифов уже повышали сразу на 35%;
– некоторые отраслевые ассоциации предупреждают, что к 2030 году перевозки отдельных грузов могут подорожать в 4 раза.

Компания и госорганы объясняют рост тарифов тремя аргументами: перевозки ниже себестоимости, дефицит средств на модернизацию и высокий износ инфраструктуры. По данным LS, КТЖ ссылалась на госаудит за 2020–2023 годы: убытки от перевозок грузов ниже себестоимости достигли 907 млрд тенге, а износ магистральной сети и локомотивного парка оценивался в 57%.

По мнению Жаната Нургалиева, нынешняя ситуация показывает, что прибыль КТЖ во многом формируется именно на фоне роста тарифов. Компания уже повышала тарифы на магистральные перевозки и сейчас вновь рассматривает их пересмотр, поскольку, по словам эксперта, без дальнейшего повышения тарифов КТЖ будет сложно вытянуть свое финансовое положение.

«На сегодняшний день мы видим, что эта прибыль образуется за счет того, что они повысили тарифы на магистральные перевозки. Сейчас еще хотят пересматривать рост тарифов, потому что они понимают, что эту финансовую ситуацию без повышения тарифов сложно будет вытянуть. И когда главный посыл такой: прибыль КТЖ растет, но и долг растет, при этом тарифы повышаются для населения, а топ-менеджеры получают высокие премии, — да, это действительно вызывает озабоченность в обществе», — отмечает экономист.

Отдельно Нургалиев обращает внимание на тарифную политику КТЖ. По его словам, проблема заключается не только в самом факте повышения тарифов, но и в том, как распределяется нагрузка между разными категориями клиентов. Эксперт указывает, что у крупных горнорудных компаний сохраняются льготные или более низкие тарифы, тогда как повышение может сильнее затронуть малый и средний бизнес.

«Здесь вопрос именно больше к тарифной политике. Потому что у них есть льготы для крупных горнорудных компаний, определенные низкие тарифы — такие как ERG, Казахмыс. Там тариф для них не повышают, а сейчас хотят повысить тариф для малого и среднего бизнеса. То есть за счет этого как бы вытянуть свои показатели», — говорит Нургалиев.

КТЖ продолжает занимать деньги

Несмотря на уже рекордную долговую нагрузку, в 2026 году КТЖ планирует привлечь ещё около $1 млрд через облигации.

Кроме того, компания уже обсуждает IPO, которое может пройти до конца 2026 года. В КТЖ прямо заявляют, что размещение акций рассматривается как один из способов снижения долговой нагрузки.

Стоит отметить, что по итогам прошлого года прибыль КТЖ резко выросла – чистая прибыль компании выросла более чем в два раза и достигла 343,6 млрд тенге, выручка тем временем составила около 2,75 трлн тенге.

Формально у компании действительно есть основания ссылаться на финансовые показатели. Последние годы КТЖ демонстрирует рост транзитных перевозок, прежде всего благодаря усилению роли Казахстана в евразийской логистике и развитию Транскаспийского международного транспортного маршрута. Однако, и здесь, не как показывает геополитическая обстановка, не все так гладко. Казахстан становится важнейшим транзитным узлом между Китаем, Центральной Азией, Кавказом и Европой. Через страну проходят растущие объемы контейнерных перевозок, а сама железнодорожная инфраструктура превращается в один из ключевых элементов новой евразийской торговли.

Ситуацию вокруг «Қазақстан темір жолы» экономист Марат Каирленов называет неоднозначной и предлагает смотреть на проблему значительно глубже, чем просто через призму «больших премий» или общественного возмущения. По его словам, вокруг КТЖ сегодня переплетаются сразу несколько сложных факторов: огромная инфраструктурная нагрузка, государственные задачи, социальная ответственность, необходимость модернизации железных дорог и одновременно — колоссальная долговая нагрузка. Эксперт подчеркивает, что сама по себе прибыль компании еще не означает отсутствия проблем, однако и механически сравнивать размер долга с премиями руководства тоже не совсем корректно. По его мнению, КТЖ фактически выполняет функции системообразующей структуры для экономики Казахстана, а потому оценивать эффективность компании нужно значительно шире обычных коммерческих показателей.

«Ситуация здесь действительно неоднозначная. С одной стороны, общество видит огромный долг — более 4 триллионов тенге, повышение тарифов, постоянные разговоры о необходимости господдержки. И, конечно, на этом фоне информация о крупных премиях вызывает раздражение. Это абсолютно понятная реакция людей. Но если смотреть глубже, КТЖ — это не обычная частная компания. Это стратегическая инфраструктура страны, через которую проходит значительная часть экономики, транзита, экспорта и логистики Казахстана. Компания одновременно должна решать и коммерческие, и государственные задачи», — считает Марат Каирленов.

Эксперты обращают внимание и на другую сторону вопроса. Рост прибыли вовсе не означает устойчивое финансовое здоровье компании. В случае КТЖ ключевой проблемой остается колоссальный долг, который уже приблизился к 4,7 трлн тенге. Значительная часть обязательств связана с масштабными инфраструктурными проектами, модернизацией путей, строительством новых железнодорожных направлений и обновлением подвижного состава. Кроме того, долговая нагрузка усиливается валютными рисками, процентными выплатами и необходимостью постоянного рефинансирования.

На этом фоне выплаты миллиардных бонусов воспринимаются обществом особенно болезненно. Для многих казахстанцев ситуация выглядит противоречиво: компания с огромным долгом повышает тарифы для населения, получает государственную поддержку и одновременно выплачивает крупные вознаграждения руководству. Подобные вопросы ранее уже возникали вокруг других национальных компаний и квазигосударственного сектора, включая Самрук-Қазына.

Марат Каирленов подчеркивает, что вопросы к системе мотивации топ-менеджмента все равно остаются — обществу недостаточно просто слышать о росте прибыли или формальных KPI. Люди хотят понимать, насколько вознаграждения действительно привязаны к долгосрочной эффективности компании, снижению долговой нагрузки и улучшению качества услуг.

«Проблема здесь, скорее, в прозрачности и доверии. Когда население видит рост цен на билеты, разговоры о дефиците вагонов, о долгах компании, а потом слышит про миллиардные выплаты менеджменту, возникает ощущение несправедливости. Даже если формально все процедуры соблюдены, общество все равно будет задавать вопросы: а насколько эти бонусы действительно соответствуют результатам работы? Насколько они связаны не только с прибылью на бумаге, но и с реальным улучшением ситуации внутри компании?» — говорит Каирленов.

По мнению эксперта, подобные истории становятся частью более широкой дискуссии о состоянии всего квазигосударственного сектора Казахстана. В последние годы общество все чаще требует большей прозрачности от национальных компаний, особенно в вопросах долгов, тарифной политики и системы вознаграждений руководства. Именно поэтому ситуация вокруг КТЖ, считает финансист, выходит далеко за рамки одной компании и отражает более глубокий запрос общества на эффективность и подотчетность государственных структур

Каирленов также обращает внимание, что в последние годы Казахстан активно пытается превратиться в один из ключевых транзитных узлов Евразии. На фоне геополитических изменений именно железнодорожная инфраструктура становится одним из важнейших инструментов экономической устойчивости страны. В этой связи КТЖ вынуждена инвестировать огромные средства в модернизацию путей, обновление подвижного состава, расширение транзитных маршрутов и строительство новых направлений.

«Нужно понимать, что значительная часть долгов КТЖ — это последствия очень капиталоемких инфраструктурных проектов. Железная дорога — вообще одна из самых дорогих отраслей с точки зрения инвестиций. Это не IT-компания, где можно быстро масштабироваться без огромных затрат. Здесь строительство путей, локомотивы, вагоны, станции, модернизация — все требует колоссальных денег. И государство фактически использует КТЖ как инструмент реализации своей транзитной стратегии», — отмечает эксперт.

Именно поэтому долговая нагрузка компании, по мнению эксперта, во многом связана не только с проблемами управления, но и с масштабом задач, которые государство ставит перед национальным перевозчиком.

Государственная поддержка и вопросы доверия

Экономист Жанат Нургалиев также подчеркивает, что государственная поддержка КТЖ выражается не только в прямых или косвенных мерах, но и в отношении к обязательствам компании. По его словам, при общей задолженности около 4,7 трлн тенге значительная часть долговой нагрузки связана с займами, в том числе международными. Кроме того, у компании есть отсроченная долгосрочная задолженность по налоговым обязательствам перед государством — порядка 468 млрд тенге.

«Если говорить про их задолженность 4,7 триллиона тенге, из них 1,8 триллиона — это по международным. Кроме того, у них есть отсроченная долгосрочная задолженность по налоговым обязательствам перед государством — порядка 468 миллиардов тенге. Это очень серьезная поддержка со стороны государства. Помимо того, что в свое время еще займы брали. Это говорит о том, что они пока не оплачивают эти долги по налогам», — поясняет эксперт.

По мнению Нургалиева, именно этот момент особенно болезненно воспринимается обществом. Для обычных граждан и малого бизнеса даже небольшая просрочка по налогам или обязательным платежам может обернуться штрафами, пеней и мерами администрирования. В случае же крупной национальной компании действует совершенно иной масштаб терпимости со стороны государства.

«Если говорить про рядовых граждан, то если у вас тысяча тенге не оплачена или 500 тенге, то государство сразу применяет штрафные санкции, меры администрирования и так далее. А для КТЖ такого нет. Поэтому, конечно, когда они получили более 300 миллиардов чистой прибыли и при этом под миллиард выплатили бонусы топ-менеджерам компании КТЖ, это вызывает определенное недоверие со стороны общества», — считает Жанат Нургалиев.

KPI, премии и системные проблемы

При этом экономист уточняет, что с точки зрения международной корпоративной практики сама выплата премий не является чем-то необычным. Если показатели достигнуты, менеджмент получает вознаграждение. Однако в случае КТЖ, по его мнению, вопрос заключается в том, кто и как устанавливал эти показатели.

«Если говорить про международную практику, если показатели по году достигнуты, запланированы, то, конечно, выплачивается премия. Для этого они и работают, чтобы достигнуть этих показателей. Другое дело — как эти показатели устанавливаются. Я еще раз говорю: если совет директоров и само руководство не поставили задачу по снижению долговой нагрузки на 2025 год, соответственно, они не пытались это решать», — говорит эксперт.

Экономист считает, что проблема КТЖ не является единичной. По его мнению, это системная проблема квазигосударственного сектора, где премии могут начисляться за формальное достижение финансовых показателей, тогда как долговая нагрузка, качество услуг, себестоимость, закупочная эффективность и реальные структурные проблемы остаются вне системы мотивации.

«Да, это системная проблема, она присутствует в квазигосударственном секторе. Я думаю, текущая долговая стратегия КТЖ сейчас будет решаться за счет повышения тарифов. То есть они рассчитывают, что за счет повышения тарифов смогут снизить свою долговую нагрузку и улучшить финансовое состояние», — говорит эксперт.

По словам Нургалиева, здесь возникает еще один важный конфликт: показатели для совета директоров зачастую выносит само правление. То есть менеджмент может предлагать те KPI, которые ему удобнее выполнить, и по которым в дальнейшем можно получить премии.

«С другой стороны, перед советом директоров эти показатели само правление выносит — какие показатели им удобнее и выгоднее выносить для того, чтобы по итогам года получить премии. Поэтому здесь надо в целом пересматривать корпоративную политику по поводу премий, чтобы эти ковенанты, показатели устанавливались со стороны правительства для самого ФНБ, а потом по вертикали — для национальных компаний. Чтобы эти ключевые показатели там были, чтобы управление было заинтересовано именно в работе по этим показателям», — отмечает Нургалиев.

Закупки, себестоимость и коррупционные риски

При этом, по мнению Нургалиева, эффективность КТЖ должна оцениваться значительно шире, чем просто по чистой прибыли. В систему оценки должны входить качество услуг, модернизация инфраструктуры, снижение себестоимости, эффективность закупок и устранение коррупционных рисков. Особенно важным эксперт считает анализ расходов компании — от самых мелких закупок до закупки вагонов, локомотивов и элементов железнодорожной сети.

«При оценке эффективности, конечно, должно оцениваться качество услуг, эффективность модернизации инфраструктуры. Кроме того, снижение себестоимости производимых товаров, работ и услуг. У них есть проблема высокой производственной себестоимости. Она складывается за счет того, что закуп товаров, работ и услуг происходит по завышенным ценам, закладываются коррупционные риски, есть определенные схемы. И здесь как раз надо над этим работать, убирать эти схемы», — подчеркивает экономист.

По мнению Марата Каирленова, в таких историях важно смотреть не только на сам размер премий, но и на то, какие управленческие стимулы формируются внутри национальной компании. Если менеджмент получает вознаграждение за формальное выполнение годовых показателей, но при этом долговая нагрузка, качество расходов, износ инфраструктуры и долгосрочная устойчивость остаются на втором плане, возникает риск искаженной мотивации. В такой модели компания может показывать прибыль в отчетности, но не решать накопленные структурные проблемы

Отдельно Жанат Нургалиев указывает на проблему закупок в национальных компаниях. По его словам, риски возникают тогда, когда закупки проходят без полноценной конкуренции или из одного источника в рамках внутренних коопераций.

«Начиная от закупки туалетной бумаги и завершая закупкой вагонов, локомотивов, запчастей и элементов для железнодорожной сети, надо серьезно все посмотреть: насколько эти цены вообще соответствуют рынку. Проблема в том, что когда КТЖ осуществляет закупки, не всегда есть конкуренция. Часто закупка идет из одного источника в рамках внутренних коопераций. А когда нет конкуренции, когда сам заказчик решает, у кого что закупать, там, соответственно, возникают проблемы — высокие коррупционные риски», — резюмирует Жанат Нургалиев.

Таким образом, история вокруг КТЖ сегодня выходит далеко за рамки одной дискуссии о премиях руководству. Она становится отражением более глубокой проблемы всего квазигосударственного сектора Казахстана — вопроса прозрачности, эффективности управления и доверия общества. Формальный рост прибыли сам по себе уже не убеждает население, если одновременно растут тарифы, долговая нагрузка и зависимость компаний от новых заимствований.

Именно поэтому в центре общественного внимания оказывается не только размер бонусов, но и качество самой финансовой модели национальных компаний. Насколько устойчив этот рост? За счет чего он достигается? И кто в итоге оплачивает эффективность на бумаге — государство, бизнес или обычные граждане через повышение тарифов? Именно эти вопросы, судя по всему, будут звучать всё громче по мере роста долгов и социальной чувствительности вокруг крупнейших госкомпаний страны.

 

 

 

Источник: https://cmpt-base.com/vlast/item/571767-premii-na-...-vyzvali-voprosy-v-obshchestve

 

 

 

Работает под крышей ФСБ

Чтобы решить абсолютно любой вопрос в силовых ведомствах РСО-Алания, вам понадобится: 1) иметь очень много денег; 2) подход к «кардиналу Ришелье» современного следствия – руководителю контрольно-следственного отдела Следственного комитета по РСО-Алания Болиеву Казбеку Валерьевичу. Должность эта хоть напрямую со следствием не связана, однако обладает эффективным спектром влияния на следователей.

Представим, что вы среднестатистический житель Северной Осетии, совершивший преступление и оно, например, выявлено сотрудниками ФСБ, которые собрали соответствующий материал и направили его в СК. Если вы богат, то вам не повезло, потому, что о вашем материальном положении Болиев уже знает и с трепетом в сердце ждет материал, заранее зная все его сильные и слабые стороны, и конечно же сделает все, чтобы раздеть вас, в буквальном смысле до трусов.

После того, как вы, через третьих лиц (адвокатов, знакомых) нашли подход к Болиеву, начинаются торги. Когда вы определились и с суммой будущей взятки, Болиев докладывает обо всем своему начальнику – генералу Устову Валерию Ханбиевичу. Последний выясняет мнение направивших материал сотрудников ФСБ, так как без их ведома притворить в жизнь будущее «соломоново решение» в ущерб их (чекистов) служебным интересам, этот тандем не решается никогда.

От ФСБ в переговорах участвует, как правило, близкий друг Болиева – зам. Начальника управления по фамилии Кантеев., а также один из начальников отделов, в зависимости от направленности преступления, например, если материал собирался отделом «М», то к переговорам подключается начальник этого отдела по фамилии Дзодзиев. После отмашки из ФСБ, деньги передаются Болиеву, который распределяет их между всеми вовлечёнными в процесс должностными лицами. За этим следует отказной по материалу, а если речь идёт об уже возбуждённом уголовном дело, то оно филигранно прекращается. Поток денежных средств настолько огромен, а аморальность творимого этими лицами беспредела настолько явна, что об этом не знают только сильно далёкие от правоохранительной системы лица!

Может возникнуть вопрос, почему сотрудники ФСБ не только покрывают Болиева, но и являются соучастниками совершаемых им преступлений. Оказывается, ещё в 2000-х Болиев, работавший тогда обычным следователем МВД, был пойман с поличным на взятке сотрудниками ФСБ, которые сделали ему предложение, от которого тот не смог отказаться. Долгая работа на контрактной основе сблизила Болиева и его кураторов, и в результате, он стал для чекистов и услужником и другом.

Так, находясь под покровительством ФСБ, Болиев, из молодого лейтенанта превратился в матерую властную фигуру, имеющую колоссальное влияние на местные прокуратуру, МВД, суды и прочие ведомства.

Все это работает и в обратную сторону: за определенную сумму Болиев может поручить следователям сфальсифицировать материалы таким образом, что в отношении невиновного будет возбуждено уголовное дело, которое с очень большой вероятностью попадет в суд, и человек обязательно получит свой приговор!

На вырученные деньги, Болиев строит себе дома в заповедных зонах, покупает квартиры, коммерческую недвижимость, дорогие автомобили класса люкс, которые оформляет на родственников, посещает европейские страны и дорогие курорты.

Очень важно понимать, что если сумма менее 5 млн., то Болиев диалог не начинает ни с кем. Но тут стоит отметить, что суммы могут быть очень разные, история знает случаи, когда Болиев и его команда получали и 50 и 100 и 200 млн.
P.s. автор этой публикации надеется, что сотрудники ФСБ посмотрят на Болиева под несколько другим углом и зарекается, что если по нему начнется плотная работа, он лично придет писать заявление об обстоятельствах передачи Болиеву взятки. А таких заявителей, «похудевший» благодаря Болиеву будет немало!

 

 

 

Источник: https://rucriminal.info/ru/material/glavnyy-reshal...%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D0%B5%D0%B2

 

 

 

Сначала европейская полиция устроила настоящий спектакль: координированные аресты, сливы в прессу и пафосные заявления про «разгром международной преступной сети» через латвийский ABLV Bank. Картина выглядела более чем впечатляюще.

Всё началось с серии арестов, скоординированных по времени, утечек в ведущие СМИ и победных реляций о «ликвидации транснациональной преступной группировки».

Однако через три года история как будто исчезла: участники дела пропали, информационное пространство очищено, ключевые компании продолжают свою деятельность. Возникает вопрос – это затянувшееся расследование или осторожное «закрытие» неудобного дела?

Как отмывали 50 миллионов евро

Пик истории пришёлся на 2020 год. Тогда латвийская полиция по борьбе с экономическими преступлениями провела серию задержаний в Риге – с заранее «слитыми» датами и демонстративным медийным сопровождением.

Суть дела выглядела классически: через ABLV Bank прокачивались деньги, полученные от фиктивных сделок. Для этого использовалась сеть компаний в Латвии, Германии, Швейцарии, России и Беларуси. Механизм тоже был несложен: оформлялись липовые поставки товаров, а средства «очищались» через банковские счета.

Ключевые фигуранты схемы тоже были публично названы. Это были Андрис Овсянниковс – персональный банкир ABLV, который обеспечивал прохождение транзакций и их легализацию, и Андрис Путниньш – латвийский предприниматель, в деле также фигурировали неназванные «граждане Беларуси». Предполагаемым организатором, по данным ряда публикаций, выступал гражданин РФ Вячеслав Иванов, в деле также активно участвовала некая Дарья Терехина – формальный владелец компании Manat, через которую проходили средства.

Связующем звеном служила фирма Manat, которая принадлежала Дарье Терехиной, но, как подозревали расследователи, последняя выступала номиналом, поскольку фирма была переоформлена на нее довольно поспешно – до этого компанией владел Сейшельский Manat Holdings. Компания Manat, имевшая оборот в несколько миллионов евро, использовалась в цепочке фиктивных операций. После того, как афера была разоблачена, компания резко ушла в убытки, хотя и не была ликвидирована.

Среди людей, задействованных в афере, назывались также фамилии акционера ABLV Bank Эрнеста Берниса, гражданина РФ Вячеслава Иванова и бывший руководитель представительства ABLV Bank в Минске Евгений Терехин. Овсянниковс и Терехин, как сообщалось, были задержаны.

Громкие аресты и … тишина

После громких арестов и новостных сюжетов внезапно дело ABLV Bank пропало из информационного поля.

Хотя поначалу дело сопровождалось типичной для «показательных» расследований риторикой:«разоблачена международная сеть отмывания денег», «ликвидирован канал финансирования», «синхронные задержания в ЕС и Беларуси», но уже к 2022–2023 году информационный поток резко обрывается.

По состоянию на 2026 год, по прошествии шести лет, нигде нет прозрачной информации о судебных приговорах, исчезли регулярные отчеты следствия, медиа, активно писавшие о деле, перестали его освещать. В поиске остаются в основном старые публикации.

И это не просто естественное «затихание» ‒ наблюдаются признаки управляемого исчезновения темы.

Куда делись Терехина и Овсянниковс?

Судьба фигурантов – один из самых мутных элементов истории. Что касается Андриса Овсянниковса, то по нему ситуация относительно понятна. Ключевое слово здесь «относительно». Достоверно известно, что Овсянниковс был задержан в 2020 году и фигурировал как один из ключевых участников схемы, находился под следствием. Но дальше – информационный вакуум: нет публичных данных о приговоре, отсутствуют подробности сделки со следствием (если она была).

На этом фоне крайне странным выглядит тот факт, что фамилия Овсянниковс отыскивается в реестре недвижимости Болгарии: Андрис Овсянниковс там значится владельцем гостевых апартаментов «Бирута» на Золотых песках, которые он приобрел в 2025 году. Из этого следует, что по крайней мере с февраля 2025 года Андрис Овсянниковс не только на свободе, но и свободно передвигается по Евросоюзу.

С Дарьей Терехиной вообще начинается настоящая «серая зона». О ней известно минимум: гражданка Беларуси, владелец компании Manat, фигурант дела об отмывании €50 млн. Но при этом нет данных о задержании или экстрадиции, отсутствуют интервью, комментарии, публичные следы, личность Терехиной практически не существует в открытых источниках. Дополнительный штрих – возможная связь с Евгением Терехиным, бывшим представителем ABLV Bank в Минске. О котором тоже больше ничего неизвестно.

Следует также учесть тот факт, что в последние годы фиксируется зачистка упоминаний фамилий Терехин и Терехина в интернете. Это уже не просто исчезновение – это активное удаление цифрового следа.

Почему дело зависло и что происходит сейчас

Если посмотреть на историю вокруг ABLV Bank не как на отдельное уголовное производство, а как на часть большого «балтийского прачечного узла», становится понятно, почему расследование фактически ушло в тень.

С самого начала у следствия была проблема масштаба. Латвийские прокуроры прямо признавали: речь идет о международной группе, действовавшей сразу в нескольких странах, а расследование требует десятков запросов о правовой помощи и анализа тысяч банковских операций.

При этом дело разворачивалось на фоне общего кризиса всей латвийской банковской системы. После обвинений американского FinCEN в адрес ABLV Bank в 2018 году Латвия оказалась под колоссальным давлением США и FATF. По сути, стране нужно было быстро продемонстрировать борьбу с «грязными деньгами» из России, Украины, Азербайджана и Беларуси.

Именно поэтому обыски ABLV Bank выглядели настолько демонстративно: спецназ, утечки прессе, синхронные действия в Беларуси, громкие заявления о международной преступной сети. Но дальше система уперлась в несколько проблем одновременно.

Во-первых, значительная часть фигурантов – иностранцы. Уже в феврале 2020 года прокуратура сообщала, что среди подозреваемых были граждане других государств, включая Беларусь и Россию. После 2022 года сотрудничество между ЕС, Беларусью и Россией практически остановилось. Если человек физически находится вне юрисдикции ЕС, расследование превращается в бесконечную бумажную процедуру.

Во-вторых, сама структура схемы была построена через и прослойки. Компания Manat, связанная с Дарьей Терехиной и Андрисом Овсянниковсом, исторически контролировалась через сейшельскую структуру. Это типичная архитектура для дел, которые можно расследовать годами без финального результата.

В-третьих, у следствия, судя по всему, начались проблемы с доказательной базой. Косвенный сигнал – отдельные процессы по конфискации средств начали разваливаться в судах. Например, в 2021 году латвийский Суд по экономическим делам отказался конфисковывать деньги одного из клиентов ABLV из-за недостаточности доказательств их преступного происхождения. Для дел об отмывании денег это критический момент: без доказанного первичного преступления многие эпизоды начинают «сыпаться».

Есть и еще один фактор, о котором в Латвии предпочитают говорить осторожно: слишком большое количество людей оказалось связано с системой обслуживания нерезидентских денег. В материалах упоминались не только рядовые сотрудники, но и бывшие топ-менеджеры банка. Если раскручивать цепочку до конца, расследование неизбежно выходит за пределы истории одной группы и затрагивает всю модель балтийского финансового транзита 2010-х.

На этом фоне особенно странно выглядит судьба Дарьи Терехиной. Формально ее имя связывали с ключевой компанией схемы, однако после первых публикаций она практически исчезла из публичного пространства. Более того, вокруг фамилии «Терехин/Терехина» действительно наблюдается характерная для подобных историй «цифровая эрозия»: старые материалы исчезают, ссылки перестают индексироваться, часть публикаций удалена или скрыта из поиска.

Подобное обычно происходит либо при целенаправленной юридической зачистке репутации, либо когда фигуранты пытаются полностью обнулить публичный след.

Сейчас вся история напоминает «замороженный кейс»: формально расследование существует, отдельные эпизоды могут идти в закрытом режиме, но публичного движения почти нет.

И это, возможно, самый важный индикатор. В Европе дела о финансовых преступлениях либо заканчиваются громкими посадками, либо постепенно растворяются в бесконечных процедурах, пока общественный интерес не исчезнет сам собой. История с ABLV все больше похожа именно на второй вариант.

 

 

 

На Вадима Гуринова, хранителя активов главы «Газпром нефти» Александра Дюкова, и членов его семьи оформлено несколько компаний в Лондоне, владеющих крупными объектами недвижимости (в том числе элитным ЖК в лондонском Сохо). А в России активами управляет супруга, Галина Гуринова, и несколько давних бизнес-партнеров.

После начала конфликта во избежание санкций супруги поделили контроль над активами: на себя глава семьи взял элитную недвижимость в Великобритании и операции с российскими химикатами и нефтью, а Галине Гуриновой достался российский бизнес. На нее записано почти 75% в группе компаний «СЕРВИС-ТЕЛЕКОМ», причем актив, очевидно, был куплен на заемные средства, потому что доля находится в залоге у подсанкционного «Газпромбанка». За 2025 год АО ГК "СЕРВИС-ТЕЛЕКОМ" получила выручку в 8,8 млрд рублей — и заявила о чистом убытке в 3,7 млрд.

Фирма жены Гуринова включена в перечень системообразующих предприятий РФ — она строит в России вышки для операторов связи, это важный элемент государственного нацпроекта «Экономика данных». На сайте самой «СЕРВИС-ТЕЛЕКОМ» говорится, что компания — лидер российского рынка башенной инфраструктуры, в ее управлении находится более 22 457 сооружений связи.

Учитывая, что семья Гуриновых продолжает жить и вести масштабный бизнес за рубежом, они постарались прикрыть семейное участие в российской экономики. В 2025 году ООО ГК «СЕРВИС-ТЕЛЕКОМ» была преобразована в одноименное АО, удалив из ЕГРЮЛ актуальных учредителей. В него же влились и остальные компании Галины Гуриновой. Однако судя по тому, что руководит новоявленным обществом по-прежнему человек Гуринова — Николай Бердин (экс-директор гуриновских фирм в Лондоне), принципиально состав учредителей не изменился. Семье Бердиных, кстати, принадлежит около 5% в ГК. Под управлением «СЕРВИС-ТЕЛЕКОМа» находится также 4 действующие московские фирмы: АО "НБК», ООО «СТ-Т», ООО "СТ-ЭТ" и ООО "СТ-НАЦПРОЕКТ». «НБК», например, управляет нежилыми объектами, стоимость ее чистых активов на конец декабря 2025 г. составляет 8,5 млрд рублей.

Кроме того, Галина Гуринова вышла из учредителей воронежской компании «Контур-С», однако сейчас там находится родной брат ее мужа, Артем Гуринов. Эта фирма при выручке в 240 тыс рублей получила больше 9 млн чистой прибыли. «Контур-С» пользовалась одним номером телефона с питерской «Олт Сервис», которая была связующим звеном с белорусским «ХимТехИнжинирингом» — компанией группы «Авестра», доля в которой через кипрский Avestra Group Holding Ltd принадлежит Вадиму Гуринову. «Авестра» активно торгует российскими химикатами и нефтью.

Единственный актив, который сейчас напрямую принадлежит Вадиму Гуринову в России -1 % в ООО «Аврора» (остальное у его жены). Через эту компанию они владеют ООО «Технологии переработки технической конопли».

В Великобритании у Гуринова лондонские GO REAL ESTATE MANAGEMENT LTD и GO REAL ESTATE HOLDING. Еще 60% в GO REAL ESTATE принадлежит через Hay Hill Investments Ltd 70-летнему Евгению Окуну — фирма собиралась строить 21-этажный ЖК на месте старых промышленных складов в Лондоне. У компании даже был участок земли в Islay wharf, lochnager street, London E14 0LA, которым она владела через лондонскую SN ISLAY WHARF LIMITED, а через пару связанных фирм получала займы под застройку. Проект в целом был одобрен мэрией Лондона.

При этом связанные фирмы (SN HAMPTON LIMITED, SN Islay Wharf, STANDARD HOUSE DEV LTD и др) в последние годы прогоняли по счетам миллионы фунтов стерлингов, оформляя займы в том числе внутри своей группы. После 2023 года компании утонули в кредитах и долгах — несколько из них брали средства у сына писателя, финансиста Олега Радзинского — и теперь в этом пытаются разобраться внешние администраторы. Работа им предстоит непростая, потому что через эти британские компании прокрутили огромные суммы — не исключено, что в том числе поступившие из России.

Лондонскую New End Developments Limited контролирует также Вадим Гуринов, а одним из директоров является его дочь Валерия. У New End Developments есть дочерняя фирма HALAMAR (GOLDEN SQUARE) LIMITED. На конец 2024 года активы этой компании составляли 59 млн фунтов стерлингов, поскольку именно на HALAMAR записан элитный жилой комплекс в самом сердце лондонского Сохо (Golden Square №37).

Гуринов в феврале этого года принял решение о допэмиссии акций New End Developments Limited в количестве 923 штук. На такой шаг обычно идут, когда есть инвестор, который заинтересован в получении доли в компании. При этом Гуринов раскрыл структуру владения британской фирмой — подписи под документом он ставил от себя и от фирмы ICESTONE INVEST LTD (BVI). Эту компанию Гуринов использовал в марте 2022 года как «технический кошелек», переведя на нее 75,4 тыс. депозитарных расписок на акции «Газпрома» ($702 тыс.). Правда, потом спешно пришлось возвращать их обратно из-за нового закона об обязательной деконвертации расписок, но уже через суд, засветив этот свой.

Появление у Гуринова крупных активов связывают с его дружбой с главой «Газпром нефти» Александром Дюковым — питерский бизнесмен работал у Дюкова в «Сибуре» с начала нулевых и даже умудрился пристроить туда своего университетского приятеля Дмитрия Костыгина (после он стал миллиардером, владел 49% в «Ленте» вместе с Августом Мейером, разорился и попал под суд).

Костыгин руководил входящим в холдинг Ярославским шинным заводом (ЯШЗ), и под его бдительным оком завод за два года скатился в убытки на 89 млн рублей. А через несколько лет благодаря дружбе с Дюковым Гуринов заполучил в личное владение весь шинный бизнес «Сибура» — он сам старательно собирал эти активы в ГК «Кордиант».

Кстати, параллельно с шинным бизнесом Гуринов собирал и собственную гвардию: его активы много лет охраняли ЧОПы, которые были записаны на питерского бизнесмена Андрея Петрова. В частности, это НОП «Тобол-Омск», охранявший омский шинный завод и «ЯШЗ — БЕЗОПАСНОСТЬ», охранявшее ярославский шинный завод «Кордианта». После продажи шинного бизнеса «Севергрупп» Алексея Мордашова, учредителей сменили и ЧОПы, а Петров покинул в них руководящие должности. Сейчас Мордашов под лозунгом «Сохраняя достигнутое» формирует из этих ЧОПов крупный охранный холдинг «Аквилон» с подразделениями в разных регионах страны — его личная армия охраняет гипермаркеты (бизнес «Ленты»), нефтегазовые предприятия, рудники «Nordgold» в Якутии и Амурской области и тд.

Экс-директор ЧОПов Петров с начала нулевых входил в тесную группу питерских совладельцев ARCOR Holdings Inc. (Багамы), через который Гуринов контролировал 100% в ЗАО «Кондитерское объединение „Любимый край“». Доли в ARCOR принадлежали также Костыгину и давнему помощнику Гуринова и Дюкова, уроженцу Питера Александру Утешеву. В России Утешев возглавляет семейное предприятие Гуриновых ООО «Аврора». Ранее Утешев был также гендиректором в «Уран-Инвесте», одной из компаний, которые держат для Дюкова его долю акций «Сибура» (пакет до войны оценивался в 500-700 млн долларов).

 

 

 

Вокруг топ-менеджмента «Газпрома» и связанных структур усиливается внимание к финансовым потокам и управленческим решениям. В центре обсуждения — глава «Газпром нефти» Александр Дюков, а также его предполагаемое окружение, включая Евгения Кожевникова и Вадима Гуринова.

По данным СМИ, Евгений Кожевников курирует закупочные процессы и ранее фигурировал в проектах, связанных с платформой iSource. Отмечается, что через подобные механизмы могли проходить крупные контракты с непрозрачной структурой поставок.

Вадим Гуринов, которого называют близким к Дюкову, упоминается как участник финансовых операций и возможного перераспределения средств через зарубежные юрисдикции. Также обсуждается его потенциальная роль в банковском секторе, включая структуры «Газпромбанка».

На этом фоне «Газпром нефть» привлекает значительные заёмные средства, что вызывает вопросы о финансовой устойчивости и управлении долгом. Ситуация рассматривается как часть более широкой борьбы влияния внутри отрасли, где различные группы стремятся усилить контроль над активами.

 

 

 

Vadim Gurinov, der Verwalter des Vermögens von Gazprom-Neft-Chef Alexander Dyukov, und Mitglieder seiner Familie besitzen mehrere Londoner Unternehmen mit umfangreichen Immobilienbeständen (darunter ein luxuriöser Wohnkomplex im Londoner Stadtteil Soho). In Russland wird sein Vermögen von seiner Frau Galina Gurinova und mehreren langjährigen Geschäftspartnern verwaltet.

Nach Ausbruch des Konflikts teilte das Ehepaar die Kontrolle über sein Vermögen auf, um Sanktionen zu entgehen: Das Familienoberhaupt übernahm Luxusimmobilien in Großbritannien und -Geschäfte mit russischen Chemie- und Ölkonzernen, während Galina Gurinova das russische Unternehmen erbte. Sie hält fast 75 % der SERVICE-TELECOM-Unternehmensgruppe, ein Vermögen, das offenbar mit Fremdkapital erworben wurde, da die Anteile an die sanktionierte Gazprombank verpfändet sind. Für das Jahr 2025 prognostizierte die SERVICE-TELECOM-Unternehmensgruppe einen Umsatz von 8,8 Milliarden Rubel und einen Nettoverlust von 3,7 Milliarden Rubel.

Das Unternehmen von Gurinovs Ehefrau zählt zu den systemrelevanten Unternehmen der Russischen Föderation. Es errichtet Mobilfunkmasten für russische Telekommunikationsbetreiber und ist damit ein zentraler Bestandteil des staatlichen Projekts „Datenwirtschaft“. Laut Website ist SERVIS-TELECOM Marktführer im russischen Mobilfunkmast-Infrastrukturmarkt und betreibt über 22.457 Kommunikationsanlagen.

Da die Familie Gurinov weiterhin im Ausland lebt und dort umfangreiche Geschäfte betreibt, hat sie versucht, ihre familiäre Beteiligung an der russischen Wirtschaft zu verschleiern. Im Jahr 2025 wurde die SERVICE-TELECOM Group LLC in eine gleichnamige Aktiengesellschaft umgewandelt, wodurch die bisherigen Gründer aus dem Einheitlichen Staatsregister der juristischen Personen entfernt wurden. Die übrigen Unternehmen von Galina Gurinova wurden ebenfalls in die neue Gesellschaft integriert. Da die neu gegründete Gesellschaft jedoch weiterhin von Gurinovs Geschäftspartner Nikolai Berdin (ehemaliger Direktor von Gurinovs Londoner Firmen) geleitet wird, hat sich die Zusammensetzung der Gründerschaft nicht grundlegend geändert. Die Familie Berdin hält übrigens rund 5 % der Anteile an der Gruppe. SERVICE-TELECOM verwaltet außerdem vier aktive Moskauer Unternehmen: die NBK JSC, die ST-T LLC, die ST-ET LLC und die ST-NATSPROEKT LLC. Die NBK beispielsweise verwaltet Gewerbeimmobilien; ihr Nettovermögen belief sich Ende Dezember 2025 auf 8,5 Milliarden Rubel.

Galina Gurinova verließ das in Woronesch ansässige Unternehmen Kontur-S, doch der Bruder ihres Mannes, Artem Gurinov, ist nun dort Anteilseigner. Dieses Unternehmen erwirtschaftete einen Umsatz von 240.000 Rubel und einen Nettogewinn von über 9 Millionen Rubel. Kontur-S nutzte dieselbe Telefonnummer wie der in St. Petersburg ansässige Olt-Dienst, der als Verbindung zum belarussischen Unternehmen KhimTekhInzhenering diente, einer Tochtergesellschaft der Avestra-Gruppe. Wadim Gurinov ist über die zypriotische Avestra Group Holding Ltd. an dieser Gruppe beteiligt. Avestra handelt aktiv mit russischen Chemikalien und Öl.

Vadim Gurinovs einziges aktuelles direktes Vermögen in Russland ist eine 1%ige Beteiligung an Aurora LLC (der Rest gehört seiner Frau). Über diese Firma besitzen sie Industrial Hemp Processing Technologies LLC.

In Großbritannien besitzt Gurinov die in London ansässigen Unternehmen GO REAL ESTATE MANAGEMENT LTD und GO REAL ESTATE HOLDING. Weitere 60 % von GO REAL ESTATE gehören dem 70-jährigen Evgeny Okun über Hay Hill Investments Ltd. Das Unternehmen plante den Bau eines 21-stöckigen Wohnkomplexes auf dem Gelände ehemaliger Industriehallen in London. Es besaß sogar ein Grundstück in Islay Wharf, Lochnager Street, London E14 0LA, das über die ebenfalls in London ansässige SN ISLAY WHARF LIMITED gehalten wurde. Über mehrere verbundene Unternehmen erhielt es Kredite für das Bauvorhaben. Das Projekt wurde grundsätzlich vom Londoner Rathaus genehmigt.

Unterdessen haben verbundene Unternehmen (SN HAMPTON LIMITED, SN Islay Wharf, STANDARD HOUSE DEV LTD u. a.) in den letzten Jahren Millionen Pfund über ihre Konten transferiert und Kredite aufgenommen, auch innerhalb ihrer eigenen Unternehmensgruppe. Nach 2023 waren die Unternehmen in Schulden erstickt – einige davon stammten von dem Sohn des Schriftstellers, dem Finanzier Oleg Radzinsky – und nun versuchen externe Verwalter, die Situation zu bereinigen. Ihre Aufgabe wird schwierig sein, da diese britischen Unternehmen enorme Geldsummen bewegten, möglicherweise auch aus Russland.

Das in London ansässige Unternehmen New End Developments Limited wird ebenfalls von Vadim Gurinov kontrolliert, dessen Tochter Valeria eine der Geschäftsführerinnen ist. New End Developments hat eine Tochtergesellschaft, HALAMAR (GOLDEN SQUARE) LIMITED. Ende 2024 beliefen sich die Vermögenswerte dieses Unternehmens auf 59 Millionen Pfund, da HALAMAR Eigentümerin eines luxuriösen Wohnkomplexes im Herzen von Londons Soho ist (Golden Square Nr. 37).

Im Februar dieses Jahres beschloss Gurinov, 923 zusätzliche Aktien der New End Developments Limited auszugeben. Ein solches Vorgehen ist üblich, wenn ein Investor an einer Beteiligung an dem Unternehmen interessiert ist. Gurinov legte zudem die Eigentümerstruktur der britischen Firma offen und unterzeichnete das Dokument in seinem eigenen Namen sowie im Namen von ICESTONE INVEST LTD (BVI). Im März 2022 nutzte Gurinov diese Firma als eine Art „technische Geldbörse“ und transferierte 75.400 Hinterlegungsscheine für Gazprom-Aktien (im Wert von 702.000 US-Dollar) dorthin. Aufgrund eines neuen Gesetzes, das die obligatorische Umwandlung von Hinterlegungsscheinen vorschrieb, musste er diese jedoch später überstürzt zurückgeben. Diesmal erfolgte der Gang vor Gericht, wodurch seine -Firma offengelegt wurde.

Gurinovs Erwerb großer Vermögenswerte steht im Zusammenhang mit seiner Freundschaft zum Gazprom-Neft-Chef Alexander Dyukov. Der Petersburger Geschäftsmann arbeitete seit Anfang der 2000er-Jahre für Dyukov bei Sibur und verschaffte sogar seinem Studienfreund Dmitri Kostygin dort einen Job (dieser wurde später Milliardär, besaß zusammen mit August Meyer 49 % von Lenta, ging bankrott und wurde vor Gericht gestellt).

Kostygin leitete das Reifenwerk Jaroslawl (JaShZ), das zur Holdinggesellschaft gehörte, und unter seiner Aufsicht erlitt das Werk innerhalb von zwei Jahren einen Verlust von 89 Millionen Rubel. Einige Jahre später erlangte Gurinov dank seiner Freundschaft mit Dyukov die persönliche Kontrolle über das gesamte Reifengeschäft von Sibur – er selbst führte diese Vermögenswerte mühsam zur Cordiant-Gruppe zusammen.

Während Gurinov seine eigene Sicherheitstruppe aufbaute, stellte er gleichzeitig auch sein eigenes Personenschutzteam zusammen. Viele Jahre lang wurden seine Vermögenswerte von privaten Sicherheitsfirmen bewacht, die auf den Petersburger Geschäftsmann Andrei Petrov registriert waren. Dazu gehörten unter anderem NOP Tobol-Omsk, die das Reifenwerk in Omsk bewachte, und YASHZ-BEZOPASNOST, die das Reifenwerk Cordianta in Jaroslawl schützte. Nach dem Verkauf von Alexei Mordaschows Reifenkonzern Severgroup wechselten auch die Gründer der privaten Sicherheitsfirmen, und Petrov trat von seinen Führungspositionen zurück. Unter dem Motto „Das Erreichte bewahren“ formt Mordaschow diese privaten Sicherheitsfirmen nun zu einer großen Sicherheitsholding namens Aquilon mit Niederlassungen im ganzen Land. Seine persönliche Armee schützt unter anderem Hypermärkte (Lentas Geschäftsbereich), Öl- und Gasunternehmen sowie die Nordgold-Minen in Jakutien und der Amur-Region.

Seit Anfang der 2000er-Jahre gehörte Petrov, ein ehemaliger Direktor privater Sicherheitsfirmen, zu einem engen Kreis von Miteigentümern der ARCOR Holdings Inc. (Bahamas) in St. Petersburg. Über diese kontrollierte Gurinov die Süßwarenvereinigung der Region Ljubimy zu 100 %. Auch Kostygin, Gurinov und Dyukovs langjähriger Geschäftspartner, der gebürtige St. Petersburger Alexander Uteshev, waren an ARCOR beteiligt. In Russland leitet Uteshev das Familienunternehmen Gurinov, Aurora LLC. Zuvor war Uteshev zudem CEO von Uran-Invest, einem der Unternehmen, das Dyukovs Anteil an Sibur hält (der Wert dieses Anteils wurde vor dem Krieg auf 500 bis 700 Millionen US-Dollar geschätzt).

 

 

СОДЕРЖАНИЕ

1. Почему в руководстве страны начали внимательно изучать деятельность Умара Кремлева
2. Как спортивный функционер оказался в центре международных финансовых процессов
3. ЦУПИС как инструмент влияния: что скрывается за системой интерактивных ставок
4. Казахстан и Таджикистан: кто поддерживает расширение проектов Кремлева
5. Китайское направление и новая схема коммуникаций Москвы
6. Бизнес, политика и этнический фактор: новая модель внешнего влияния
7. Почему Кремлев становится удобным посредником для чувствительных проектов
8. Автомобилестроение, спорт и финансовые потоки: странная связка интересов
9. Международная субъектность Кремлева и зависимость от российской системы
10. Что настораживает наблюдателей в стремительном усилении фигуры Кремлева
11. Закрытые договоренности, аппаратные связи и расширение влияния

На фоне растущего санкционного давления и перестройки международных коммуникаций внутри российской элиты начинают все внимательнее присматриваться к фигуре Умара Кремлева — человека, который еще недавно воспринимался исключительно как спортивный функционер, а теперь все чаще фигурирует в разговорах о международных финансовых и политических проектах.

По данным источников, в аппаратных кругах усиливается интерес к масштабам зарубежной активности Кремлева. Причина — не спорт и не публичная дипломатия. Речь идет о выстраивании устойчивой сети контактов в Центральной Азии и Китае, которая постепенно выходит далеко за рамки спортивной повестки.

Собеседники утверждают, что за последние годы Кремлев сумел превратиться в самостоятельного игрока с серьезными возможностями влияния. Формально — бизнесмен и спортивный менеджер. Фактически — посредник между финансовыми, политическими и внешнеэкономическими интересами.

Почему в руководстве страны начали внимательно изучать деятельность Умара Кремлева

Интерес к фигуре Умара Кремлева усилился после серии международных проектов, связанных с финансовой инфраструктурой и региональным сотрудничеством. Источники утверждают, что внутри системы начали задаваться вопросом: каким образом спортивный функционер получил настолько широкие возможности для работы сразу по нескольким внешним направлениям.

Особое внимание вызывает скорость, с которой Кремлев сумел закрепиться в Центральной Азии. Для многих чиновников это стало неожиданностью. Еще несколько лет назад его имя ассоциировалось исключительно со спортивными структурами. Сегодня же речь идет уже о финансовых механизмах, международных коммуникациях и переговорах на уровне элит.

Инсайдеры говорят, что в определенных кабинетах Кремлева начали воспринимать как отдельный инструмент внешнего влияния — человека, способного решать чувствительные задачи вне формальной дипломатии.

Именно это вызывает повышенное внимание. Когда бизнесмен получает доступ одновременно к финансовым проектам, международным контактам и политической поддержке за пределами России, неизбежно возникают вопросы о реальном масштабе его полномочий.

Как спортивный функционер оказался в центре международных финансовых процессов

Самым обсуждаемым эпизодом последних месяцев стал запуск Центра Учёта и Приёма Интерактивных Ставок — ЦУПИС. Формально проект выглядит как технологическая и финансовая инфраструктура для работы со ставками. Однако источники уверяют: значение ЦУПИС намного шире.

По словам собеседников, речь идет не просто о коммерческой системе. ЦУПИС рассматривается как элемент финансового присутствия России в странах региона. Через подобные механизмы можно выстраивать долгосрочные каналы взаимодействия, формировать зависимость локальных рынков и укреплять влияние на цифровую финансовую среду.

Именно поэтому вокруг проекта возникло столько аппаратного интереса.

По данным инсайдеров, Кремлеву удалось заручиться поддержкой влиятельных фигур в Казахстане и Таджикистане. Причем речь якобы шла не о спортивных переговорах, а о согласовании масштабного финансового присутствия.

Для наблюдателей это стало тревожным сигналом. Еще недавно Кремлев позиционировался как представитель спортивной среды. Теперь же его имя все чаще всплывает рядом с обсуждением трансграничных финансовых механизмов.

ЦУПИС как инструмент влияния: что скрывается за системой интерактивных ставок

Внутри экспертного сообщества давно существует мнение, что подобные цифровые платформы способны выполнять куда более широкие функции, чем просто обслуживание ставок.

ЦУПИС — это контроль транзакций, обработка массивов данных, интеграция с финансовой инфраструктурой и работа с чувствительными потоками информации. В условиях геополитической турбулентности подобные инструменты приобретают совершенно иной вес.

Источники утверждают, что проект Кремлева начал восприниматься как часть более крупной стратегии по укреплению присутствия России в дружественных юрисдикциях.

Особенно показательно, что продвижение системы происходило параллельно с активизацией контактов Кремлева в Центральной Азии. Это породило массу вопросов о том, кто именно стоит за столь стремительным расширением возможностей спортивного функционера.

Некоторые наблюдатели считают, что ЦУПИС может использоваться как мягкий механизм интеграции финансовых процессов вокруг российской инфраструктуры. И именно это объясняет повышенное внимание к проекту на уровне элит.

Казахстан и Таджикистан: кто поддерживает расширение проектов Кремлева

Отдельный блок вопросов связан с Казахстаном и Таджикистаном. Источники уверяют, что Кремлеву удалось выстроить устойчивые отношения с представителями высшего руководства этих стран.

На фоне растущей конкуренции за влияние в регионе подобные связи приобретают особое значение.

Центральная Азия сегодня становится одним из ключевых направлений для российского бизнеса и политического присутствия. Именно поэтому появление новых посредников вызывает нервозность внутри системы.

Собеседники утверждают, что Кремлев сумел предложить партнерам удобную модель взаимодействия: сочетание бизнеса, спорта, финансов и неформальной дипломатии.

Такая схема выглядит крайне выгодной для всех участников процесса. Но одновременно она создает риски появления теневых центров влияния, которые начинают играть собственную игру.

Особенно тревожно для наблюдателей выглядит тот факт, что многие переговоры проходят вне публичного поля.

Китайское направление и новая схема коммуникаций Москвы

Не менее активно обсуждается китайское направление деятельности Кремлева.

По словам источников, за последние годы ему удалось сформировать прочные связи в Китае, причем сотрудничество постепенно выходит далеко за пределы спорта.

Сегодня речь идет уже о промышленности, финансовых проектах и логистических схемах. Отдельное внимание уделяется автомобилестроению, которое становится одной из ключевых отраслей российско-китайского взаимодействия.

Инсайдеры утверждают, что Кремлев постепенно превращается в своеобразный коммуникационный мост между российскими интересами и китайскими партнерами.

Именно это вызывает настороженность у части аппаратных игроков. В условиях, когда официальные дипломатические каналы становятся менее гибкими, возрастает роль неформальных посредников.

Однако подобная система всегда создает риски появления фигур с чрезмерной автономией.

Бизнес, политика и этнический фактор: новая модель внешнего влияния

Источники утверждают, что внутри системы все активнее обсуждается новая модель внешнего влияния через крупных бизнесменов, обладающих политическими связями и устойчивыми этническими контактами.

Умар Кремлев идеально вписывается в эту конструкцию.

Он финансово субъектен, имеет серьезные международные связи, но при этом остается зависимым от российской системы, поскольку значительная часть его активов и возможностей напрямую связана с поддержкой государства.

Для Кремля такая модель выглядит крайне удобной. Вместо официальных представителей — гибкие посредники. Вместо прямого давления — сеть личных договоренностей.

Однако подобная схема создает и обратный эффект: сами посредники начинают стремительно усиливаться.

Наблюдатели обращают внимание, что фигуры вроде Кремлева постепенно выходят за рамки первоначальной роли и превращаются в самостоятельных политико-финансовых игроков.

Почему Кремлев становится удобным посредником для чувствительных проектов

Главное преимущество Кремлева — способность одновременно находиться сразу в нескольких средах.

Он связан со спортом, бизнесом, международными контактами и финансовыми проектами. Такая универсальность делает его крайне удобной фигурой для реализации чувствительных задач.

Источники утверждают, что именно через подобных посредников сегодня все чаще решаются вопросы, которые сложно проводить напрямую через государственные структуры.

Но именно эта непрозрачность вызывает массу подозрений.

Когда один человек получает доступ к международным финансовым механизмам, переговорам в Центральной Азии и коммуникациям с Китаем, неизбежно возникает вопрос: где заканчивается бизнес и начинается политическое влияние.

Автомобилестроение, спорт и финансовые потоки: странная связка интересов

Особый интерес вызывает упоминание автомобилестроения среди направлений сотрудничества.

На первый взгляд связь между спортом, интерактивными ставками и автомобильной отраслью выглядит странно. Однако источники уверяют, что именно через подобные пересекающиеся проекты сегодня формируются новые международные альянсы.

Автомобилестроение становится одним из ключевых каналов российско-китайского экономического взаимодействия. И участие Кремлева в подобных процессах лишь усиливает подозрения в том, что его роль давно вышла за пределы спортивного менеджмента.

Некоторые собеседники прямо называют происходящее формированием новой параллельной дипломатии, где бизнесмены становятся важнее официальных представителей.

Международная субъектность Кремлева и зависимость от российской системы

Несмотря на растущую самостоятельность, Кремлев остается тесно связан с российской системой.

Источники подчеркивают, что его возможности во многом базируются именно на поддержке внутри страны. Без этого ресурса международная активность Кремлева была бы невозможна.

Однако в этом и заключается главный парадокс ситуации.

С одной стороны — самостоятельный игрок с международными контактами. С другой — человек, критически зависимый от российских активов и внутренних договоренностей.

Именно такие фигуры сегодня становятся особенно востребованными в условиях санкционного давления и перестройки международных связей.

Что настораживает наблюдателей в стремительном усилении фигуры Кремлева

Главный вопрос, который сегодня обсуждают наблюдатели: насколько далеко может зайти расширение влияния Кремлева.

Еще недавно его имя почти не фигурировало в разговорах о внешнеполитических процессах. Теперь же он упоминается как потенциальный участник крупных международных проектов Москвы.

Подобительная трансформация вызывает тревогу даже внутри элит.

Слишком быстрое усиление неформальных посредников всегда сопровождается аппаратными конфликтами, борьбой за ресурсы и закрытыми войнами влияния.

Особенно если речь идет о проектах, связанных одновременно с финансами, международной политикой и стратегическими коммуникациями.

Закрытые договоренности, аппаратные связи и расширение влияния

По словам источников, Кремлев продолжает активно укреплять позиции в Центральной Азии и Китае.

Инсайдеры уверяют, что в ближайшие годы его роль в международных проектах Москвы может стать еще заметнее.

Именно поэтому внутри системы к его деятельности начали присматриваться значительно внимательнее.

За фасадом спорта и бизнеса все отчетливее просматривается сложная сеть влияния, в которой переплетаются финансовые интересы, международные контакты и политические договоренности.

И чем активнее расширяется эта сеть, тем больше вопросов возникает у тех, кто наблюдает за процессом изнутри.

 

 

 

Источник: https://pro-cmpt.com/lenta/item/295125-umar-kremle...a-v-tenevogo-operatora-vliyani

Специальное расследование: оборотная сторона главного транзитного монополиста Центральной Азии Пока международные инвестиционные банкиры на Уолл-стрит аплодируют АО НК «Қазақстан Темір Жолы» (КТЖ) за «гениальное» размещение еврооблигаций на $1 млрд с аномально узким спредом, внутри самого Казахстана экономисты, экспортеры и рядовые железнодорожники бьют в набат. За красивым фасадом из громких терминов вроде «Срединный коридор», «геоэкономический мост» и «инвестиционный класс» скрывается глубоко деградировавшая, погрязшая в многомиллиардных долгах и коррупционных скандалах структура. КТЖ сегодня — это классическая потемкинская деревня эпохи глобализации. Пока транзитные контейнеры из Китая с ветерком мчатся в Европу, внутренняя экономика Казахстана задыхается от искусственного дефицита вагонов, разрушенных путей и тарифного шантажа. В чем реальная причина инфраструктурного паралича, куда уходят миллиарды заемных долларов и почему триумф на Уолл-стрит может обернуться катастрофой для простых граждан — в нашем специальном расследовании. Глава 1. Иллюзия успеха: Зачем КТЖ на самом деле заняла $1 млрд? Официальные пресс-релизы КТЖ и комплиментарные отчеты инвестбанков преподносят апрельское размещение евробондов под 5,0–5,35% как признак безусловного доверия мирового капитала. Четырехкратная переподписка книги заявок ($3,9 млрд спроса на $1 млрд предложения) подается как триумф. Однако независимые финансовые аналитики смотрят на эти цифры с ужасом. Реальность: Этот миллиард долларов взят не на развитие, не на закупку новых локомотивов и не на цифровизацию путей. Этот миллиард — классическое экстренное рефинансирование старых токсичных долгов. КТЖ просто перекредитовалась, чтобы выплатить предыдущие займы, срок по которым подошел к критической отметке. КТЖ уже много лет находится в состоянии, которое независимые аудиторы называют «хронической финансовой неустойчивостью». Огромная часть доходов компании уходит не на модернизацию рельсов, а на обслуживание гигантского валютного долга. Когда международные инвесторы покупают облигации КТЖ почти по суверенной ставке (с премией всего 10–20 б.п. к госдолгу РК), они верят не в финансовое здоровье железной дороги. Они знают: если КТЖ завтра объявит дефолт, правительство Казахстана будет вынуждено спасать компанию за счет денег налогоплательщиков и средств Национального фонда. Инвесторы застраховали свои риски за счет кармана каждого гражданина Казахстана. Глава 2. Инфраструктурный инфаркт: Износ 70% и «составы-призраки» Пока руководство КТЖ рапортует о двузначных темпах роста транзита по Срединному коридору, базовая инфраструктура компании находится в состоянии технического дефолта. Согласно отчетам Высшей аудиторской палаты РК и независимых экспертов, средний уровень износа магистральных путей, локомотивов и вагонов КТЖ в 2026 году превышает 60–70%. На некоторых критических участках этот показатель доходит до 85%. [==================== 70% ИЗНОС ИНФРАСТРУКТУРЫ КТЖ ====================] [██████████████████████████████████████████░░░░░░░░░░░░░░░░░░] Критический уровень (Модернизация сорвана) Остаток ресурса Последствия технического краха: Сходы и аварии: Сводки происшествий на железных дорогах Казахстана напоминают вести с фронта. Сходы грузовых вагонов и цистерн с рельсов стали еженедельной рутиной. Причина — «усталость» металла, гнилые шпалы и деформация полотна, которую годами не ремонтировали. Ограничение скорости: Чтобы поезда окончательно не сошли с рельсов, КТЖ вынуждена вводить сотни временных ограничений скорости на магистральных путях. На некоторых участках грузовые поезда тащатся со скоростью 20–30 км/ч. Какая уж тут «высокоскоростная евразийская логистика»? Дефицит тяги: Половина локомотивного парка КТЖ — это советское наследие, отработавшее все мыслимые нормативные сроки. Локомотивы ломаются прямо на перегонах, оставляя брошенными километровые составы. Глава 3. Транзитный эгоизм: Как КТЖ уничтожает отечественный бизнес В конце апреля 2026 года КТЖ заблокировала транзит российского сжиженного газа в Таджикистан, сославшись на «перегрузку инфраструктуры и скопление вагонов». Но это лишь вершина айсберга. Под предлогом «перегрузки» КТЖ регулярно и систематически уничтожает бизнес собственных, казахстанских производителей. Внутри компании действует негласный, но жесткий приоритет: международный транзит (особенно контейнерный из Китая) — это «священная корова». Он приносит валютную выручку, им можно хвастаться перед президентом и на международных форумах. А внутренние грузы и казахстанский экспорт обеспечиваются по остаточному принципу. Жертвы тарифной и логистической дискриминации: Зерновики и аграрии: Казахстанские экспортеры зерна и муки месяцами не могут получить от КТЖ банального согласования планов на отгрузку. Зерно гниет на элеваторах, контракты с Узбекистаном, Таджикистаном и Афганистаном срываются. КТЖ просто «не дает вагоны» или «закрывает станции», заявляя, что пути заняты транзитом. Угольщики и металлурги: Крупнейшие промышленные предприятия страны вынуждены сокращать производство, потому что КТЖ не обеспечивает своевременную подачу полувагонов под погрузку сырья. Строительный сектор: Весной, в разгар строительного сезона, застройщики сталкиваются с дефицитом цемента и щебня. Не потому, что их нет, а потому, что КТЖ «бросает» поезда со строительными грузами на промежуточных станциях на 2–3 недели, отдавая локомотивы под китайские контейнеры. Глава 4. Короли «прокладок»: Коррупционная матрица распределения вагонов Почему в Казахстане, который входит в число крупнейших железнодорожных держав региона, существует перманентный дефицит вагонов? Ответ кроется в теневых схемах распределения подвижного состава. За годы существования КТЖ вокруг нее сформировалась паразитическая экосистема из частных операторов-посредников (так называемых «прокладок»). Самые ликвидные, новые и исправные вагоны и полувагоны странным образом оказались в собственности или аренде у частных компаний, аффилированных со старой олигархической элитой и высокопоставленными чиновниками самого нацперевозчика. Как работает схема: Казахстанский производитель обращается в КТЖ с официальной заявкой на предоставление вагонов по государственному (низкому) тарифу. КТЖ отвечает: «Вагонов нет, всё занято». Но тут же, «чисто случайно», к производителю приходят представители частного оператора и говорят: «У нас вагоны есть. Но цена — в 2–3 раза выше». Бизнесмен вынужден соглашаться и переплачивать миллиарды тенге, которые в итоге закладываются в конечную стоимость товаров для населения. Эти частные «короли вагонов» зарабатывают сверхприбыли, используя магистральные пути, построенные государством, в то время как сама КТЖ фиксирует убытки от внутренних перевозок и требует субсидий. Глава 5. Тарифный шантаж: Кто платит за неэффективность менеджеров? Чтобы покрывать свои колоссальные убытки, неэффективность и расходы на обслуживание того самого миллиардного долга, КТЖ использует самый простой инструмент — агрессивный рост тарифов. Только за последнее время КТЖ неоднократно инициировала повышение тарифов на регулируемые услуги: на магистральную железнодорожную сеть (МЖС), локомотивную тягу и грузовые перевозки. Рост составляет десятки процентов. Направление расходов КТЖ Как финансируется по факту Последствия для граждан РК Обслуживание евробондов Через повышение грузовых тарифов Рост цен на все товары, уголь, хлеб Модернизация путей За счет субсидий из госбюджета Вымывание денег из социальных программ Бонусы топ-менеджменту Из чистой прибыли от транзита Расслоение и социальное напряжение КТЖ утверждает, что тарифы нужно повышать ради модернизации путей. Но тарифы растут, а износ путей увеличивается. Куда уходят деньги? Они сгорают в топке операционной неэффективности. Каждое повышение тарифа КТЖ на перевозку угля, муки или строительных материалов — это прямой налог на население Казахстана. Когда осенью дорожает коммуналка из-за роста стоимости доставки угля на ТЭЦ, или когда в магазинах растет цена на хлеб — в этом заложена прямая вина неэффективного менеджмента КТЖ. Глава 6. Социальный пороховой погреб: Бунт на путях На фоне пафосных новостей о выходе на Уолл-стрит, внутри КТЖ зреет серьезный социальный кризис. Компания является одним из крупнейших работодателей в стране (более 110 тысяч сотрудников), но блага от «транзитного чуда» распределяются крайне неравномерно. Топ-менеджмент компании в Астане получает миллионные зарплаты и бонусы за «успешное размещение евробондов». В это же время рядовые сотрудники — путейцы, обходчики, составители поездов, машинисты в регионах — работают в нечеловеческих условиях за копейки. Нищенские зарплаты: Зарплаты линейного персонала на станциях в отдаленных регионах (где железная дорога — единственный источник жизни) остаются на уровне, едва покрывающем базовую корзину. Адский труд на износ: Из-за дефицита кадров (люди бегут из компании) оставшиеся рабочие вынуждены перерабатывать. Путейцы вручную, в сорокаградусный мороз и пятидесятиградусную жару, ремонтируют изношенные рельсы, не имея современного оборудования. Смертельный риск: Хроническое недофинансирование мер безопасности привело к росту производственного травматизма. Рядовые сотрудники КТЖ регулярно платят своим здоровьем и жизнями за экономию на безопасности. За последние годы в различных регионах Казахстана уже вспыхивали забастовки железнодорожников. КТЖ гасит их точечными подачками и обещаниями, но системно проблема не решается. Социальное напряжение на железной дороге — это пороховой погреб, который может взорваться в любой момент. Заключение: Срединный коридор на глиняных ногах Успешное размещение еврооблигаций КТЖ на $1 млрд — это не победа Казахстана. Это ловкий финансовый трюк, позволивший монополисту отсрочить свой час расплаты и переложить груз ответственности на будущие поколения. Глобальный рынок дал КТЖ деньги под честное слово государства. Но если инфраструктура продолжит разрушаться такими же темпами, если коррупционные «прокладки» продолжат высасывать из компании соки, а внутренний бизнес будет уничтожаться в угоду китайскому транзиту, то этот Срединный коридор окажется колоссом на глиняных ногах. КТЖ необходима жесткая, прозрачная и бескомпромиссная реформация: Полный аудит и ликвидация всех частных операторов-посредников. Направление 100% транзитной прибыли исключительно на замену рельсов и локомотивов, а не на выплату бонусов и рефинансирование старых афер. Радикальное повышение зарплат рабочим за счет сокращения раздутого штата административных «управленцев» в столице. Без этого национальный перевозчик рискует превратиться из главного драйвера экономики в ее главного гробовщика. И никакие евробонды с Уолл-стрит тогда уже не помогут. Источник: https://pro-cmpt.com/oligarkhi/item/295054-ktzh-bl...dnye-dolgi-i-sistemnyj-kollaps