12 сентября 1932 года нарком СССР по снабжению Анастас Микоян, решив избавить пролетариев от белкового голода, подписал постановление Наркомснаба "О введении рыбного дня на предприятиях общественного питания".

Лет эдак 12 тому назад, в самый разгар "ларёчного продуктового изобилия", "Сникерсно"-"Марсового" безумия, времени пить "Херши" и не ждать похмелье после водки "Зверь", в одной из телепередач, посвящённых засилию импортных и исчезновению отечественных знакомых с детства продуктов, один из участников передачи заявил примерно следующее: "А килька в томате? Где теперь купить братскую могилу - культовую закуску времён Союза? Одни сникерсы-шмикерсы кругом!"
На следующий день, придя в магазин, я убедился в том, что «Килька в томате» имелась и не просто, а ассортименте – и каспийская, и прибалтийская, - просто эти скромные баночки терялись в пестроте ярких импортных этикеток.
У меня в семье «Кильку в томате», сколько себя помню, не употребляли до того момента никогда. Во времена студенческой молодости, распивая в сквериках и подъездах бормотуху, «братской могилой» пренебрегали по той простой причине, что никто не имел при себе консервного ножа, а открывать банку об асфальт было как-то не гигиенично. Посему и закусывали плавлеными сырками и соевыми батончиками «Рот-Фронт». А на сборы, в стройотряды и «картошки» принято было брать консервы «благородные»: шпроты, сайру, сардины (марокканские в красной квадратной баночке с ключом), лосося, тушёнку, на самый худой конец – «Завтрак туриста».
Так вот, купил я тогда культовую закуску, принёс домой. Открыл. Попробовал. Понял, что иногда можно есть и это, не чаще одного раза в квартал.
Читать далее