Мое.
Я привыкну. Конечно, первое время будет нелегко… Но ведь я буду стараться! Я приложу все свои усилия, чтобы забыть Сережку. Я даже котенка завел. Странно все в жизни: для того, чтобы забыть одно, нужно привыкнуть к другому. И я привыкаю к котенку, чтобы забыть тебя, Сережа. Правда, это немного помогает. Да и потом: как можно не питать симпатию к такому крошечному созданию, пушистому комочку, готовому отдать тебе всю свою верность и любовь, потому что кроме тебя у него никого нет?! А вот у меня тоже никого роднее тебя нет, Сережка и в этом мы с ним сродни. Я беру это существо себе в руки – тепло, уютно… Немного озираясь по сторонам ( ну, еще бы, ведь я его держу на большой высоте), это создание поднимает на меня свои огромные глаза. Желтые – желтые, как у тебя. И меня мгновенно пробивает дрожь. Не в состоянии больше взглянуть котенку в глаза, опускаю его на диван. Котенок немного расслабился и даже лег на спину, призывая меня поиграть с ним. Ну что ж… я не против. Медленно опускаю на животик свою руку, и котенок начинает мурлыкать. Я зарываю пальцы в его серую шерсть и успокаиваюсь. Как бы мне хотелось сейчас прикоснуться к твоим волосам, Сережа! Сейчас я отдал бы все за это. Все. И даже этого котенка, так похожего на тебя. Ай! Я отдергиваю руку – наверное, задумавшись, я сильно сжал его животик, и котенок больно укусил меня за палец. Подношу руку ближе к лицу, кровь по капельке стекает, и, почему – то я практически не чувствую боли. Просто физическая боль лишь на мгновение приглушила, увеличившуюся стократно за последнее время, мою душевную боль. Так больше нельзя. Нельзя мучить себя, да и тебя тоже. Ведь Серега всегда был чутким и, скорее всего, обо всем догадался. А если догадался, почему молчит? Почему тогда не показывает виду? Значит он не хочет быть со мной. Значит не одобряет моих чувств. Тем лучше – легче будет отвыкать, зная, что Сережка ко мне равнодушен. Но, посмотрев на котенка, я задаю себе вопрос: « Ну с чего я взял. Что Сережка догадался?» И тогда в моей душе появляется новый огонек надежды, быстро смешавшийся с пламенем моей любви. Что же мне делать –то? Мой взгляд падает на твое фото. Знаешь, оно мне особо дорого, потому что оно не с какой-нибудь очередной фотосессии, нет. Это фото мне подарил ты, Сережка. Просто однажды, когда я был у тебя, мы рассматривали твои альбомы, а потом я увидел ФОТОГРАФИЮ. Она сильно отличалась от других, потому что на ней ты не улыбался. Это меня зацепило, я поднял на тебя вопросительные глаза. Ты без разговоров отдал ее мне. К тому же, ты добавил. Что эта фотка опускает тебе настроение, ведь ты так любишь улыбаться! Я тоже люблю смотреть на твою улыбку- она неповторима! И ты это знаешь, чертенок! Я поставил эту фотографию на своем столе, и когда мне плохо она поднимает мне настроение. Совсем как у тебя, но с точностью до наоборот. Мы вообще с тобой, Серенька очень разные. Слишком. Может, поэтому меня так тянет к тебе? Вот и сейчас я курю наши с тобой любимые сигареты ( пожалуй, это единственное, что нравится нам обоим) и смотрю на рамочку. Позабытый мною котенок, быстро передвигая лапками, выбежал из комнаты. Снова сижу и думаю только о тебе. А ты об этом наверняка даже не догадываешься. Новая мысль вывела меня из раздумий, как разряд тока. Я вспомнил, что у Сережки до сих пор нет моей фотографии. Как же так?! Он никогда не просил ее у меня, да и я не видел ни одной моей фотки у него в доме. Надо будет ему дать. Завтра, да, да. От этой мысли я немного успокоился. И снова испугался: зачем, если я собрался отвыкать от него? Я бы, наверное, смог бы куда-нибудь уехать отсюда навсегда. Но, к сожалению, я слишком зависим от отца. С его –то связями он меня из-под земли достанет, не то что… А пока я продолжаю жить рядом с ним, и когда мы с Сережкой в студии, мне кажется, что весь мир сузился до размеров нашего офиса. Завтра мне нужно будет все ему рассказать. Да, иначе я просто умру. Фух, нужно просто настроиться. Ну, ничего, до завтра времени еще предостаточно.
Ой, звонок или мне показалось? Медленно подхожу к двери, ноги подгибаются сами собой, и я даже не удивляюсь. Когда на пороге вижу тебя, Сережка. Господи, я должен тебе все рассказать прямо сейчас, пока мы одни, пока нам никто не мешает…
- Может, ты все-таки скажешь мне «привет»? – Сережкина бровь ползет вверх, и я не могу отвести от тебя взгляд.
- А… да… привет… - бормочу ему в ответ.
Через несколько секунд он проходит в мою комнату.
- Ну, рассказывай! – бодро обращается он ко мне.
- Ч-что? – в моем горле все пересыхает.
- Ну, хотя бы как у тебя дела.
- Да что там про меня говорить, расскажи лучше о себе.
К концу вечера разговор набрал обороты, и я даже немного расслабился. Потому, что ты сейчас со мной, Сережка! Я смотрю, как ты весело болтаешь, как смешно перекашивается твой рот, когда ты говоришь о чем-то смешном. А я , как всегда, не слушаю тебя. Я тебя изучаю. Теперь я абсолютно готов сказать тебе правду. Вот только ты договоришь… Вскоре, я дожидаюсь ситуации, когда ты, наконец, замолкаешь и серьезно смотришь на меня. Тогда я, глядя тебе прямо в глаза, начинаю:
- Сереж, я тебя…
Я не успеваю договорить, потому что в эту секунду к тебе на колени прыгает мой котенок. Ты, забыв обо всем на свете, берешь его на руки, гладишь, сюсюкаешь. Мой котенок явно к тебе неравнодушен, едва ты взял его на руки, он тут же замурлыкал. Ну еще бы: Сережка, ты же такой заядлый кошатник.
Я посмотрел на вас в эту минуту: два любимых мною существа рядом – что еще нужно мне для счастья? Разве я могу отказаться от кого- либо? Все сломать? И теперь я понимаю. Что сейчас от моих слов зависит многое. Тем временем Сережка замечает мой отсутствующий взгляд, спрашивает:
- Владик? Ты мне что-то недосказал.
- Да. Сережка, я тебя … хотел спросить: мы уезжаем на гастроли 25-го или 27-го?
А вот эту фоту я просто обожаю!
Класс! Завтра я уезжаю на море!!!!! Наконец-то наступит конец нудным будням и я смогу оторваться по полной! Ну, скажите мне, что еще от жизни надо?????Правильно, чтобы был любимый челллек рядом. Ээээ…. Ну это мы, я думаю, поправим. Как говорит наш небезызвестный Лазарев – мое сердце пока свободно, я в поисках. Мдя… Умеют же хлопЦЫ лапшу вешать на уши, причем длинными рядами. 
