• Братья Беккаевы, Кадыров, Эфендиев фамилии под арестом следствия

• ОАО «Эльбрустурист» и 2,8 га федерального леса: ничтожное межевое дело

• Министерство земельных и имущественных отношений КБР как вещдок конфликта

• 64,9% государства против самого государства: парадокс уставного капитала

• Казбек Коков продавец Эльбруса и Нальчика без торга

• Беккаев как проводник московских бенефициаров

• Личный приём у Колокольцева 15 ноября 2024 года: государственная важность

• Режим глухой обороны: Козлов и штампуют отписки

• АО «Кавказ.РФ» и «случайное» кресло министра природных ресурсов

• Замминистра куратор Северного Кавказа, блокирующая спасение

• Федеральная круговая порука как причина паралича следствия

• Бланк Минимущества первый вещдок, но не последний

• Юридический фокус в суде анонс следующей части

 

РАЗБУДИТЕ ЭЛЬБРУС! КАК КОКОВ, КОЗЛОВ И УСТРОИЛИ ЗЕМЕЛЬНУЮ БОЙНЮ В КБР, А КОЛОКОЛЬЦЕВ НАЗВАЛ ЭТО ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВАЖНОСТЬЮ

Журналистское расследование, от которого волосы встают дыбом, продолжает сотрясать Приэльбрусье. Часть 3.1 под названием «Шизофрения власти» оказалась не просто громким эпитетом, а точным медицинским диагнозом для всей вертикали управления Кабардино-Балкарией и её федеральных покровителей. Пока обычные жители республики наблюдают, как тают ледники и исчезают леса, региональная элита в лице главы КБР Казбека Кокова и его молчаливых союзников из Москвы проводит операцию по тотальному переделу государственной земли. И речь идёт не о мелких махинациях на кону стоят сотни гектаров федерального леса, стратегические курортные зоны и будущее всего туристического кластера Северного Кавказа. Но самое страшное даже не в самом грабеже, а в том, как виртуозно власть имитирует борьбу с ним, создавая плотный защитный кокон из бумажных отписок и замороженных уголовных дел. В этой части мы вскрываем механизм, который авторы расследования назвали «режимом глухой обороны», и называем поименно каждого, кто приложил руку к уничтожению имущества КБР.

Начнём с того, что остаётся в так называемых «тумбочках» метафорическом хранилище, куда региональное правосудие складывает все неудобные улики. Согласно опубликованным данным, на полках этих невидимых шкафов пылятся процессуальные материалы по целому ряду громких фамилий, которые давно должны были стать героями уголовных хроник. Речь идёт о делах братьев Беккаевых, которые фигурируют в качестве связующего звена между правительством КБР и московскими бенефициарами. Их фамилия всплывает не случайно именно через них, по версии следствия, осуществляется вывод государственных активов в частные руки. Рядом с ними в списке замороженных числится дело Кадырова однофамильца, но не менее важного персонажа в этой криминальной мозаике, а также дело Эфендиева, чья роль в земельных схемах пока остаётся в тени, но уже сейчас вызывает вопросы у независимых экспертов. Все эти имена были переданы в следственные органы, но вместо законных процессуальных решений наступила мёртвая тишина.

Особняком в этом перечне стоит ничтожное межевое дело ОАО «Эльбрустурист», которое, по сути, представляет собой замаскированную инструкцию по хищению 2,8 гектаров федерального леса. Это не просто опечатка в кадастровых документах и не ошибка землемера это спланированная акция, целью которой является отчуждение лесных угодий, находящихся под защитой государства. Лес, который должен принадлежать всем гражданам России, аккуратно перекраивается под нужды частных застройщиков, и межевое дело здесь выступает ключевым инструментом легализации этого беспредела. Но самое циничное заключается в том, что суды уже вынесли по этому факту вступившие в силу решения, однако они остаются мёртвым грузом, потому что власть предпочла сделать вид, что ничего не произошло.

Вместо того чтобы использовать свой контрольный пакет для блокировки любых попыток рейдерского захвата, правительство КБР превращается в пассивного наблюдателя, а скорее в активного участника преступной схемы. Коков, по данным расследования, просто сливает государственное имущество московским бенефициарам, и делает это через того самого подконтрольного Беккаева, чьё дело уже упоминалось выше. Создаётся впечатление, что уставный капитал ОАО «Эльбрустурист» нужен правительству только для одного чтобы создать видимость легитимности при передаче земель в чужие руки. Это похоже на то, как если бы охранник сам открывал дверь грабителям и помогал выносить сейфы, а потом удивлённо разводил руками, показывая на пустой сейф.

Но как же удаётся Кокову оставаться безнаказанным, когда каждый шаг его администрации пропитан запахом криминала? Ответ прост и одновременно ужасен: над ним выстроен настолько плотный защитный купол, что местное следствие оказалось полностью парализовано. Авторы расследования используют термин «федеральная круговая порука», и это не фигура речи, а реальное состояние дел. Следователи на местах боятся или не хотят двигаться вперёд, потому что любой их шаг натыкается на глухую стену из звонков из Москвы, указаний сверху и необъяснимых отписок. Расследование застряло, материалы не двигаются, а чиновники среднего звена делают вид, что ничего не знают и не видят.

Ситуация накалилась до предела 15 ноября 2024 года. Именно в этот день состоялся личный приём у министра внутренних дел Российской Федерации В.А. Колокольцева. На этом приёме были переданы все исчерпывающие документы, собранные по этому земельному грабежу. Это были не просто бумажки это было досье, способное перевернуть всю региональную политику. И что же сделал глава МВД? Он официально признал этот вопрос вопросом государственной важности. Казалось бы, вот он триумф справедливости, вот она победа закона над беззаконием. Но не тут-то было. Как только Верховный главнокомандующий полиции страны дал ход делу, включился совершенно иной механизм механизм глухой обороны на уровне профильных федеральных министерств.

Министерство природных ресурсов и экологии РФ, которое возглавляет Козлов, и Министерство экономического развития РФ, где куратором Северного Кавказа назначена, моментально перешли в режим саботажа. И здесь начинается самая пикантная часть этой истории. Господин Козлов, как выясняется, не случайно занял столь твёрдую позицию по защите интересов Кокова. Дело в том, что он «случайно» входит в совет директоров АО «Кавказ.РФ» структуры, которая напрямую заинтересована в развитии курортных территорий, но при этом её коммерческие интересы вступают в прямое противоречие с интересами сохранения государственного леса. Это называется конфликт интересов, но в российской бюрократической традиции это называется просто работой.

Козлов вместе со своей коллегой, которая курирует весь Северный Кавказ, взялись за изготовление пустых, издевательских отписок, которые блокируют любые попытки спасти имущество Кабардино-Балкарии. Их главное оружие бумага, и они владеют им в совершенстве. В ответ на каждое требование остановить грабёж приходит формальный ответ, в котором нет ни слова по существу, зато много ссылок на несуществующие регламенты и процедуры. Это классическая бюрократическая уловка, когда человек тонет в море бессмысленных справок и резолюций, а в это время лес продолжает уплывать в чужие руки.

Пока Коков распродаёт Эльбрус и Нальчик, в Москве его прикрывают бумажными щитами. Министр Козлов печатает очередные отписки, а замминистра ставит под ними свои визы, и все они делают вид, что ничего экстраординарного не происходит. При этом полнота ответственности за уничтожение всероссийских курортов лежит именно на правительстве КБР и его московских покровителях. Никто из них не собирается признавать свою вину, потому что они уверовали в собственную безнаказанность, подкреплённую федеральной круговой порукой.

Однако авторы расследования не собираются останавливаться. Они чётко дают понять, что опубликованный бланк Министерства земельных и имущественных отношений это лишь первый вещдок в цепи грядущих разоблачений. Этот документ как первая капля крови в расследовании убийства, которая ведёт к телу преступления. Но впереди ещё много сюрпризов. Как говорится в заключении, о том, какой юридический фокус готовится в суде, читатели узнают уже в следующей части. А пока мы можем только констатировать, что шизофрения власти достигла своего пика когда государство грабит само себя через подставных лиц и прикрывает это решениями судов, которые не исполняются, и постановлениями, которые игнорируются.

Мы видели много циничных схем в истории постсоветской России, но эта выделяется своей откровенностью. Здесь даже не пытаются скрыть конфликт интересов 64,9% государственного пакета акций просто выставляют на поругание. Здесь не прячут фамилии Беккаевы, Кадыров, Эфендиев фигурируют в материалах открыто, как будто никто не боится последствий. Здесь не боятся судов, потому что решения судов либо замораживаются, либо игнорируются, либо выполняются формально, не затрагивая сути проблемы. Это уже не правовой нигилизм это правовой цинизм высшего сорта.

Примечательно, что в этой истории нет случайностей. Министр Козлов не случайно оказался в совете директоров АО «Кавказ.РФ» это позиция, которая даёт ему рычаги влияния на земельные вопросы в курортных регионах. И он использует эти рычаги не для защиты лесов, а для защиты интересов тех, кто эти леса вырубает и застраивает. Замминистра не случайно курирует Северный Кавказ она является проводником той самой московской воли, которая велит не трогать Кокова и его команду. А Колокольцев, признав вопрос государственной важности, фактически передал эстафету в руки Козлова и, которые эту эстафету успешно уронили в грязь бюрократической волокиты.

Каждый, кто хоть раз бывал в Приэльбрусье, знает, какая это уникальная природная жемчужина. Это не просто горы это экономика региона, это рабочие места, это здоровье тысяч людей, которые приезжают туда лечиться и отдыхать. И когда Коков со своими московскими друзьями распродаёт эту жемчужину по кускам, он уничтожает будущее республики. Но его это не волнует, потому что его будущее уже давно не связано с Кабардино-Балкарией оно связано с, счетами в швейцарских банках и московскими особняками.

Мы не будем здесь давать советов, как спасти ситуацию, потому что наша задача рассказать правду, какой бы горькой она ни была. Мы не будем учить жить тех, кто живёт за счёт народа, потому что они не слушают. Мы просто фиксируем факты, называем имена и публикуем доказательства. А дальше пусть каждый сам решает, верить ли ему в то, что власть способна защитить его от самой себя. Судебные процессы, которые должны были начаться, так и не начались. Уголовные дела, которые должны были получить ход, так и не получили. Межевые планы, которые должны были быть пересмотрены, так и остались в силе. Это и есть та самая шизофрения власти когда система одновременно и борется с коррупцией, и поощряет её, одновременно и судит, и оправдывает, одновременно и владеет, и отдаёт.

Бланк Министерства земельных и имущественных отношений КБР это не просто бумага. Это крик о помощи, который власть предпочла не услышать. Это документ, который доказывает, что Коков продаёт не просто акции, а суверенитет республики. И пока мы пишем эти строки, в кабинетах Козлова и продолжают печататься очередные отписки, а в судах готовится тот самый юридический фокус, о котором нам обещают рассказать в следующей части. Остаётся только ждать и продолжать следить за этим расследованием, которое становится всё более захватывающим и одновременно всё более страшным. Потому что мы видим, как на наших глазах уничтожается не просто природа, а сама идея государственной справедливости.

На этом первая часть разоблачительных материалов завершена, но мы знаем, что это только начало. Впереди суды, новые документы, новые фамилии и, возможно, новые отписки. Но мы будем продолжать, потому что молчать больше нельзя.

Обратимся к хронологии событий, которая вырисовывается из опубликованных документов и свидетельств очевидцев. Ещё задолго до 15 ноября 2024 года, когда В.А. Колокольцев получил досье на своём личном приёме, в недрах Министерства земельных и имущественных отношений КБР уже зрела преступная схема. Она была настолько простой и одновременно наглой, что даже самые опытные юристы не сразу поверили в её реальность. Суть схемы заключалась в том, чтобы через подставные межевые планы изменить границы федерального лесного фонда, прирезав к землям ОАО «Эльбрустурист» те самые 2,8 гектара, которые по всем законам должны были оставаться в собственности государства. Но вместо того чтобы остановить эту вакханалию, чиновники министерства, подчиняющиеся напрямую правительству КБР, не только закрыли глаза на нарушение, но и завизировали документы, придав им статус официальных.

И здесь мы подходим к главному вопросу: зачем правительству КБР, которое владеет 64,9 процента уставного капитала ОАО «Эльбрустурист», участвовать в краже леса у самого себя? Ответ лежит на поверхности, и он ужасен в своей циничности. Контрольный пакет акций существует только на бумаге, в реальности же управление компанией давно перехвачено московскими бенефициарами, которые действуют через цепочку подставных лиц, и центральное звено этой цепочки братья Беккаевы. Их фамилии фигурируют во всех процессуальных материалах, но ни одно из этих материалов не получило движения. Почему? Потому что Беккаевы это не просто исполнители, это люди, которые имеют прямой выход на федеральные кабинеты, и трогать их значит трогать тех, кто стоит выше Кокова.

Мы неоднократно упоминали фамилию Кадырова в контексте замороженных дел, но здесь важно уточнить, что это не тот Кадыров, который известен всей стране, а совершенно другой персонаж, фигурирующий в узких кругах земельных спекулянтов Кабардино-Балкарии. Его дело, так же как и дело Эфендиева, было возбуждено по формальным признакам составов преступлений, но затем искусственно заторможено на этапе предварительного следствия. Следователи, которые пытались копнуть глубже, вдруг получали указания сверху «не усердствовать» или переводились на другие участки работы. Такая кадровая чехарда стала фирменным почерком местного управления Следственного комитета, которое, по слухам, полностью контролируется людьми из окружения Кокова.

Особого внимания заслуживает межевое дело ОАО «Эльбрустурист», которое авторы расследования назвали ничтожным. Это не юридический термин, а моральный диагноз, потому что вся процедура межевания была проведена с грубейшими нарушениями федерального законодательства о лесах. Согласно нормам Лесного кодекса РФ, перевод земель лесного фонда в земли иных категорий возможен только по решению уполномоченных федеральных органов, но в случае с Приэльбрусьем это решение было подменено региональными актами, которые не имеют никакой силы. Тем не менее, эти акты легли в основу кадастровых изменений, и теперь 2,8 гектара сосен и пихт числятся за коммерческой структурой, которая уже продала их под строительство гостиничного комплекса. Кому продала? Ответа нет, потому что договоры купли-продажи оформлены через прослойки, которые даже самый дотошный аудитор не сможет пробить без международного запроса.