В прекрасном расположении духа, объевшись сметаны, кот Барсик вышел
погулять по карнизу балкона девятого этажа. Двигаясь поступательно, Барсик
в конце пути уперся головой в побелку стены. Тут он задумал развернуться,
да не удержался на узкой дощечке и стал медленно, но неотвратимо падать
вниз.
Стороннему наблюдателю было видно, что свободное падение никак не входило в
планы кота, ибо тот, инстинктивно взмахнув лапами пару раз (что ему мало
помогло), закатил глаза и стал истошно орать, стремительно набирая
скорость.
Несколькими этажами ниже покуривал на балконе дядя Федя, волею судеб
пересекая своей давно уже не кудрявой головой траекторию полета кота,
греясь на солнышке и время от времени сплевывая вниз на маляров, которые
по долгу службы находились в подвешенном состоянии в люльке у третьего
этажа и иносказательно материли дядю Федю.
Привлеченный необычным звуком, дядя Федя посмотрел вверх. Сверху, затмив
собою солнце, приближалось что-то темное. Через секунду он понял, что это
что-то было не только темное, но и мягкое.
Барсик обхватил голову своего спасителя всеми имеющимися в наличии лапами
и, не переставая вопить, от радости выпустил когти. Дядя Федя радости кота
не разделил.
Насмотревшись фильмов про пришельцев, он причислил свалившийся сверху
объект к разряду неопознанных летающих и от страха заорал еще громче, чем
Барсик.
Своими отчаянными криками они привлекли внимание тусовавшихся на скамейке
во дворе старушек.
Срам-то какой! Заключила одна из них, затем плюнула и погрозила клюкой
куда-то в сторону новостроек.
Через пару минут дядя Федя отодрал-таки от лица царапавшегося Барсика и,
раскрутив, швырнул пришельца туда, откуда тот явился, то есть вверх. Этажом
выше жил-поживал, да добро пропивал слесарь-водопроводчик Забулдыгин,
жестоко мучившийся по утрам синдромом хронического похмелья. Сидя на кухне
и поглядывая то на часы, то в окно, слесарь размышлял о жизни.
В 10.01., напоминая своим поведением и ревом подбитый истребитель, вниз
пролетел соседский кот.
В 10.03. соседский кот прилетел обратно, застыл на мгновение в высшей
точке траектории; расставив лапы в стороны, повертелся вокруг своей оси,
напомнив слесарю вертолет Ка-50 Черная акула, и, не в силах совладать ни с
законами физики, ни тем более с законами аэродинамики, продолжил свое
падение.
Забулдыгин твердо решил бросить пить. Несчастный Барсик летел вниз, минуя
этаж за этажом, и без приключений добрался бы до земли, если бы ему на
уровне третьего этажа не попались маляры. Маляры не делали ничего
предосудительного. Они красили дом, прикрепив предостерегающую табличку к
низу своей люльки, так что прохожий, завернув за угол, сначала получал
несколько капель зеленой, либо одну-две более дорогой белой краски и только
затем, задрав голову, читал: Осторожно! Малярные работы.
Барсик, почти не разбрызгивая краску, рыбкой вошел в ведро (все судьи ? 9
баллов). Удостоверившись, что жидкость в ведре хотя и белая, но не сметана,
кот постепенно начал выбираться наружу. Маляры слышали, как что-то ухнуло
им в краску. Он в нас камнем кинулся¦, ? сказал более опытный маляр и
заглянул в ведро. Камень необычной, напоминающей кошачью голову, формы
всплыл на поверхность и вдруг открыл глаза.
От неожиданности более опытный маляр выронил именную кисточку и со словами:
Изыди! Изыди! толкнул ведро ногой. Ведро, обернувшись в воздухе два раза
(Барсик выбрался из него уже на первом обороте), пришлось почти впору
проходившему мимо гражданину, пожелавшему не называть его фамилию, а
ставший белым кот, едва коснувшись земли, припустился бежать.
Распугав воробьев и голубей, он пересек клумбу и стал шустро карабкаться на
первую попавшуюся березу и карабкался по ней до тех пор, пока она не
кончилась. А в тенечке под березой шел упорный поединок, играли в шахматы.
Пенсионер Тимохин по кличке гроссмейстер схватился в игре не на жизнь, а на
бутылку самогона с пенсионером Мироновым. Пронюхав о столь значительном
призовом фонде, тут же околачивался дворник и, видя, что поединок
неоправданно затянулся, ежеминутно советовал то Тимохину, то Миронову
пожертвовать ферзем. Сама же игра выдалась на редкость скучной, и падение
Барсика с березы на тридцать восьмом ходу ее весьма оживило.
Побуксовав немного на доске и расшвыряв фигуры, кот схватил зубами ферзя
черных и бросился наутек по направлению от шахматистов.
Первым опомнился дворник, он схватил табуретку и со страшным криком: Отдай
ферзя, гад! запустил ее вослед улепетывающему Барсику. Статистика
показывает, что коты очень легко уворачиваются от табуреток. По данным
Госкомстата, вероятность попасть табуреткой с двадцати шагов в бегущего
кота, либо кошку, практически равна нулю. В общем, среднестатистический кот
легко уходит от стула, другое дело интеллигент Скрипкин.
Трудно сказать, что подумал в этот момент Скрипкин, но крик: Отдай ферзя,
гад! и удар табуреткой по спине он явно принял на свой счет. Вздрогнув всем
телом, взмахнув при этом по-балетному руками и выронив сумку с продуктами,
он побежал к своему подъезду так быстро, как только мог, и даже еще
быстрее.
Барсик, думая приятно провести время, незаметно юркнул в сумку с
продуктами. Интеллигент Скрипкин пулей понесся вверх по лестнице (хотя
всегда пользовался лифтом) и добежал до девятого этажа (хотя жил на
четвертом).
Дворник, чувствуя, что как-то все нехорошо получилось, подобрал сумку и
решил отнести ее Скрипкину, загладив тем самым перед ним свою вину. Барсик,
ощутив, как его подняли и понесли, притворился мертвым, справедливо
полагая, что лошадь или ладью ему, может быть, и простили бы, но ферзя уж
точно не простят.
Дворник поднялся на четвертый этаж и позвонил в дверь, в этот момент кот,
притворявшийся до этого мертвым и не двигавшийся, для большего
правдоподобия стал изображать агонию.
Сумка в руках дворника зловеще зашевелилась, приведя того в неописуемый
ужас. Кинув шевелящуюся сумку у двери, почетный труженик метлы ударился в
бега вниз по лестнице и об косяк на финише. Подергавшись еще немного для
приличия, Барсик прислушался:
было тихо, самое время приступать к трапезе. Выплюнув ферзя, кот с
пониманием профессионала принялся за колбасу. Минут через двадцать
интеллигент Скрипкин, отдышавшись за мусоропроводом на девятом этаже,
убедился, что погони нет, и спустился к себе домой.
В нескольких шагах от двери валялась его сумка, вымазанная внутри белой
краской.
Уже в квартире Скрипкин произвел ревизию купленных продуктов. Им было
куплено: полкило колбасы, пакетик сметаны и два лимона, а осталось: пакетик
из-под сметаны, два лимона (один из них надкусан) и фигура для игры в
шахматы. Вне себя от злости на хулиганов, не только испортивших продукты,
но и надругавшихся над сумкой, Скрипкин вышел на балкон и выглянул во двор.
Во дворе играли в шахматы; черными - пенсионеры Тимохин и Миронов, белыми -
дворник, имевший до этого мало игровой практики и путавшийся в фигурах.
Тимохин передвинул заменявшую пропавшего ферзя перевернутую ладью, а
Миронов произнес: Вам шах. Вам мат! взвизгнул интеллигент Скрипкин и
запустил черно-белого ферзя из- за укрытия.
Злополучный ферзь шлепнулся в центр доски и разметал остальные фигуры в
радиусе трех метров. Страшный крик дворника: Убью! застал Барсика на крыше,
куда тот забрался пообсохнуть.
Сохнуть было скучно, лапы прилипали к теплому гудрону, и кот стал тереться
правым боком об антенну, которую вчера целый день устанавливал один из
жильцов. Антенна благополучно упала. В поисках чего-нибудь, обо что можно
обтереться, горе-десантник, на сей раз по лестнице, спустился вниз и вышел
во двор. То, что надо висело на бельевой веревке старый плед. Барсик повис
на пледе и стянул его на землю. Это безобразие видела хозяйка пледа,
живущая на восьмом этаже старуха, необщительная, злобная, но все же не без
некоторого шарма, придаваемого ей старческим маразмом. Эва, чего удумал,
сказала старуха и стала отпугивать кота криками Кыш! и Шиш!, но разве это
могло напугать Барсика.
Наоборот, он перевернулся на спину и начал елозить по пледу. Старушенция
принялась свистеть, но вместо свиста у нее вышло непонятное шипение, то
самое шипение, которое наводило соседей на мысль, что выжившая из ума
старуха где-то раздобыла змею.
Не преуспев в свисте, хозяйка пледа, подаренного ей еще на свадьбу, взяла
швабру и, размахнувшись насколько позволял радикулит, запустила ее с
восьмого этажа. Швабра, просвистев мимо маляров, воткнулась в землю в
нескольких шагах от Барсика, тот посмотрел вверх, затем резко подпрыгнул и
сделал это вовремя: вторая швабра глухо стукнула по пледу.
Ах ты, паразит, ах ты, окаянный! запричитала старуха, но окаянный паразит,
по своему опыту зная, что у бабки в наличии имелось всего две швабры,
развалился даже в несколько неприличной позе. Насчет количества швабр
Барсик был абсолютно прав, но он ничего не подозревал об арсенале валенок.
Ехидно улыбаясь в предвкушении мести, бабка размяла руки, поделав
вращательные движения, и дала залп тремя валенками подряд.
Все три валенка попали в цель, один из них даже в Барсика. Другой,
срикошетив от головы опытного маляра, застал врасплох его ученика, третий
же валенок плашмя ударил по спине дворника, который, дегустировавшись
призового самогона, устал от интеллектуальных игр и отдыхал неподалеку в
песочнице. Оба маляра выругались грязными словами, а дворник проснулся и
затянул песню. Барсик же дал деру. Бабка по случаю столь удачного броска
издала победный клич, подражая Тарзану.
Девятиклассник Петя привязал к велосипеду бульдога по кличке Наполеон, а
сам отлучился в магазин за хлебом. Наполеону было велено сидеть на месте,
но
инстинкт, который пробудило в нем стремительное перемещение кота в
пространстве, был слишком силен. И вот они уже бежали трое: Барсик,
Наполеон
и велосипед, последний бежал неохотно, о чем громко звенел.
Уже под вечер, устав от дневной суеты, кот Барсик поскреб лапой дверь
родной квартиры номер 35 на девятом этаже. Его впустили домой, и девочка
Лена, к которой он относился с почтением, потому что она обычно выпрашивала
для него у родителей сметану, только всплеснула руками: Он на этот раз весь
белый! Смирившись с тем, что в наказание его будут мыть, Барсик понуро
опустил голову. Через два часа, так и не отмытый, кот сидел на коленях у
хозяйки, которая гладила его и приговаривала: Ну где же та был? Я
переживала, думала, ты разбился. Как хорошо и уютно было дома, Барсик
тихонечко мурлыкал от удовольствия и в благодарность за то, что его гладят,
и думал: Почему некоторые люди такие добрые, а некоторые злые?
* * *
Ночь спустилась на город, бережно укутав мягким покрывалом темноты улицы,
дома, деревья.
Все спали, спал и герой нашего короткого рассказа, свернувшись калачиком на
подоконнике.
На улице было спокойно, прохладно и хорошо, и где-то в тишине изредка
раздавалось стрекотание кузнечиков. Звезды безмолвно перемигивались в
вышине, а месяц глядел сверху на спящий город и умилялся. Была тихая летняя
ночь, а завтра- завтра будет новый день.
