Море. Огромные волны. Серое небо. Фотовспышки молний. Мокрый асфальт, брызги из-под колёс, капли дождя в щелях окна, на руках и коленях, любимый вокал из старых динамиков, грустный водитель, бесконечная дорога, фонари, жадные хранители порядка, медали, апельсины и затёртая разделительная полоса между днём и ночью.

Шикарный вечер. Абсолютно звёздный. Такого количества «аттракционов», ужатых в пять часов, давно не было, но на утро остался вопрос... Почему у индейцев не растут усы и волосы на груди?..

   - Что бы ты выбрал: тёплый вечер, ужин при свечах, номер с большою постелью, волнами за окном и любимой женщиной или просмотр всех серий «Ниндзя черепашки»?
   - Ну... Я многие не видел...

Если изменить пол с мужского на женский, то на пенсию удастся уйти раньше?..

Тихие выходные. Иногда приятно остаться, когда все уехали. Пустой город. Напомнило – «Затихли звуки, на город опустилась ночь. С улиц исчезли прохожие, замолчали собаки, остановились троллейбусы. Только голубое мерцание в окнах... По всей стране смотрят... КВН» - только на этот раз «трансляция» затянулась на два дня. Неплохо.

Если поделится горем, то его не станет больше, оно станет «ширше», а плотность уменьшиться. Если поделится радостью, то увеличится и ширина, и плотность. Наверное.

В субботу спросили про мои интересы. Растерялся, не знал, что и ответить. Можно было кучу всего наперечислять, но это ж не то... Оказывается, у меня уже нет ни одного «абсолютного» интереса, все какими-то «относительными» стали. 5:2 – относительность побеждает, срочно нужен «последний гвоздь»...

Если кто-то заявляет, что для него не писаны законы, то он либо лжёт, либо – дурак.

С утра начал разговаривать сам с собой, к полудню выяснилось, что я – невыносимый грубиян.

А было бы неплохо засесть где-нибудь на высоте, отключить уши песнями Дженис и следить, как ездят машины, как люди ходят в магазин и кино, и как стареет день. Сегодня снова хочется балкон. На двадцать пятом этаже. Может кто поделиться своим?..

Почти каждый пешеход воспользуется возможностью перейти улицу на красный свет, но даже спешащий автомобилист не поедет на красный. Автомобиль выветривает уверенность или прибавляет извилин?..

Одуванчики и май. Шорты и пальто. Лопаты, нагретый к полудню воздух, бумага в клетку, крошечные стрекозы в неспелых листьях яблонь... Всё в лучших традициях, но как-то иначе. Все рядом, но как-то безразличны...
Выставил себе ещё пару «звёзд» на фюзеляж. Если б вешал их на грудь, затмил бы славу Брежнева. Наверное.

Время уходит не днями, Время уходит неделями, Теряешь мысли ночами, Теряешь ночи постелями. В карманах где-то билеты, В билетах нет направления, Сложены в сумки советы, Но нет от советов спасения. Остались не вымыты кружки, Остались на дне настроения, Надкушены были хлопушки, Надкушены так, для веселия.

Для открытия. Или закрытия. Для начала. Или конца. Для чего-то важного. Или – неважного. Что-то чёрное. Что-то белое. Чёрно-белое. И всегда с февраля по июль. Почему-то.

Для фона не нужна музыка, для фона нужны цвета.

Уже рядом. Видно в ногтях. Хочется. Много и сразу. До удлинения суток, до сокращения сна. Снова страницы, колонны-сестрицы, обеды с журналом, остывшими стаканами и двадцать пятыми кадрами. Приятно. Очень.

Весь день сегодня «водил на поводке» огромную железяку. Туда-сюда, туда-сюда. Или это она меня водила... Туда-сюда, туда-сюда... Человек сильнее Машины?..

Хочешь вернуть вкус жизни, почисти язык. Хочешь новый дом, покрась старый. Хочешь тепла, достань одеяло. Ничего не хочешь, ляг спать.

Она не держит волосы В жёстких бантах, Она не режет полосы В высоких волнах, Она, танцуя, прыгает И в небо летит, Давно уже остыла, Но ей не вредит...           Холодный воздух кладбища           И крики гостей,           Она же не боится...                                        живых людей

В моём гробу не достаёт одного гвоздя, из-за этого дует. И я не знаю, что делать – то ли забить, то ли «забить»?.. Ясно одно: если компот забродил, следует сорвать крышку.

Как-то ночью прочитал в очередной раз сказку Ганса-Христиана Андерсена «Огниво». Ужасная сказка. Раньше не замечал этого, а тут, прямо в час ночи, всё понял.

Отвратная попса про милое отделение с чудными девушками, классными женщинами и докторами

Пьянка по полной – натрий-хлор льют рекой, Проколоты вены, пуп весь нагой. Сестрица торопится, шприцы несёт, Иголочка томно воздух сосёт. Стонет в палате заштопанный негр, Пролита моча на Венский манер. Погашены лампы, не шаркает дед, Затихла вдруг полночь в дурмане таблет... Сирена!