О ПРОПОВЕДНИКАХ СМЕРТИ
Есть проповедники смерти, и полна земля людьми, которым нужна проповедь отвращения к жизни.
Переполнена земля лишними, испорчена жизнь от чрезмерного множества живущих. О, если бы можно было обетованием "вечной жизни" выманить их из этой!
Желтыми или черными называют проповедников смерти. Я же хочу показать вам их в других красках.
Вот они, эти ужасные, что носят в себе хищного зверя и не имеют иного выбора, кроме вожделения и самоистязания. Но и вожделения их – тоже самоистязание.
Они еще даже не становились людьми, эти ужасные: пусть же они проповедуют отвращение к жизни и погибают сами!
Вот они, чахоточные душой: едва родившись, они начинают умирать и мечтают об учении, проповедующем усталость и отречение.
Они бы охотно отказались от жизни, так одобрим же волю их! Будем же осторожны, чтобы не воскресить этих мертвецов и не повредить эти живые гробы!
Им встречается больной, или старик, или покойник; и они тотчас заявляют: "Жизнь опровергнута!".
Но опровергнуты только они сами и глаза их, что видят лишь один лик сущего.
Погруженные в глубокое уныние, падкие до всего мелкого и случайного, влекущего смерть: так ждут они ее, стиснув зубы.
Или иначе: хватаются за сладости, смеясь собственному ребячеству; держатся за жизнь, как за соломинку, и сами же насмехаются над собой.
Их мудрость гласит: "Глупец тот, кто продолжает жить, но кто из нас не глупец! И в этом – вся глупость жизни!".
"Жизнь – одно лишь страдание", – так говорят другие и не лгут: так позаботьтесь же о том, чтобы ваша жизнь прекратилась! Постарайтесь, чтобы кончилась жизнь, которая для вас – лишь страдание!
И пусть такой будет заповедь добродетели вашей: "Убей себя сам! Укради себя у жизни!".
"Сладострастие – грех, – так говорят одни, – позвольте же нам уйти и не производить детей!"
"Тяжело рожать, – говорят другие, – да и к чему это? Рождаются одни несчастные!" Эти тоже проповедуют смерть.
"Сострадание необходимо, – говорят третьи. – Берите все, что я имею! Возьмите и меня самого! Тем меньше буду я привязан к жизни!"
Будь они сострадательны до конца, они отвратили бы от жизни ближних своих. Быть злыми – вот что было бы их истинной добротой.
Но они хотят освободиться от жизни: что им до того, что они еще крепче связывают других своими цепями и дарами!
И даже вы, для кого жизнь – суровый труд и беспокойство, разве вас не утомила она? Разве вы не созрели еще для проповеди смерти?
Все вы, кому по сердцу суровый труд и все стремительное, новое, неизведанное, – вы сами себе стали в тягость; ваше рвение – это всего лишь бегство от себя и желание забыться.
Если бы больше вы верили в жизнь, вы бы меньше отдавались мгновению. Но слишком мало в вас содержания, чтобы ждать, и даже для того, чтобы лениться!
Повсюду раздаются голоса проповедников смерти; и полна земля людьми, нуждающимися в проповеди ее; или "вечной жизни": мне все равно – лишь бы исчезли они с лица земли.
Так говорил Заратустра.
Текущее настроение:
LI 3.9.25
