разорила себя сегодня на ИКЕА
заразил ты меня, Игорь, этой заразой
думала смена мeбели не войдёт ещё лет 10 в мои планы
спасибо!

-

-

-

-

"Я опять люблю и любимa, но я всегда нахожусь в шаге от пропасти. Пропасти, имя которой Одиночество."

нашла где- то
)))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))

Небольшой южный город нежился в теплом солнце. Море принимало в свои объятия, уставшие от зимы тела отдыхающих.
Прошла неделя, как супружеская пара приехала отдыхать. Легкий загар уже покрыл их молодую кожу. Беспечность отдыха и купания, нежность и любовь друг к другу. Ночь приносила прохладу и наслаждение. Каждый день. Но не в эту ночь:
День прошел, насыщенный как всегда. Пляж, купания, спорт - в этот день было всего особенно много. Он сидел на балконе, расслабившись в кресле, и курил, глядя на ночные огни по берегу моря. Она вытянулась на кровати и смотрела на него. Почувствовав ее взгляд, он обернулся, и в его глазах зажглась нежность, а на ее губах появилась улыбка.
-Ты что на меня смотришь? - спросил он.
-Любуюсь на своего мужчину! Ты такой красивый!
-Да перестань, мужчина не может быть красивым.
-Может, ты красивый, потому что я тебя люблю!
-Я тебя тоже люблю!
Он с удовольствием смотрел на нее, думая, как ему повезло с женой. Красивая, сексуальная. Длинные волосы были разбросаны по подушке, глазки цвета янтаря, чуть пухлые губки. Круглые плечи, упругая грудь с вишенками сосков, плоский живот, выпуклый гладкий лобок, женские бедра и точеные икры, и маленькие ступни с фиолетовым лаком на ноготках. Он сидел обнаженный, и она сразу заметила его возбуждение.
-Ну что у нас "мальчик" такой беспокойный, никак ему не отдыхается! - засмеялась она.
-Была ты жената на такой красивой женщине, тебе тоже бы не отдыхалось!
Она встала с кровати, подошла к нему. Его лицо оказалось напротив ее лобка.
-Кто красивая - я? Да я просто страшна, как ночь!
-Ты да, - улыбнулся он, - а вот "она" просто красавица!
-Кто, вот эта! - она расставила ножки в стороны, и положила руку на лобок, - "она" только и может губки дуть, да слюнки пускать, - ее палец скользнул между набухшими губками и стал блестящий от влаги.
-Ну и целуйся с ней, раз она красавица!
Он обхватил ее за ягодицы и притянул к себе. Язык скользнул между губок, лаская клитор. Она вздрогнула и застонала. Руки его гладили ягодицы, бедра. Она как могла широко расставила ножки, отдаваясь его языку и рукам. Резко оттолкнув его голову, она опустилась на голени и обхватила его член губами, стараясь как можно глубже поглотить в себя. Он запустил одну руку в ее волосы, чуть надавливая и отпуская, второй рукой ласкал грудь, наслаждаясь ее упругостью. Ее губы отпустили член, и язык стал ласкать яички. Язык скользнул вверх по всей длине, и член снова погрузился в ее ротик. Он смотрел сверху на водопад ее волос, тонкую талию и круглые ягодицы. Ее рука скользнула себе между ног и стала ласкать губки. Почувствовав, что он сейчас кончит, она попыталась отстраниться, но он надавил ее голову вниз, и теплая жидкость толчками стала заполнять ее ротик.
-Фу, противный! - она встала с колен, - Ты немного горький, поменьше кофе и сигарет. Я пошла в душ, неудовлетворенная. Какие вы мужики эгоисты, все себе да себе, - она остановилась в дверях душа и показала ему язык.
Он блаженно потянулся и пошел к ней. Она стояла под душем. Встав рядом, он обмылся и оставив ее наслаждаться водой, ушел. Завалился на постель и закрыл глаза. Она долго любила плескаться и когда вышла, он уже спал. Попыталась его растормошить, но бесполезно. Он что-то пробормотал, перевернулся на живот, и его дыхание снова стало ровным и спокойным.
Она вышла на балкон и облокотилась на перила. Воздух был теплый и пах морем. Спать не хотелось. С танцплощадки пансионата доносилась музыка. Она приняла решение. Войдя в комнату, еще раз глянула на него, накинула на себя длинный белый легкий сарафан, даже не одевая трусиков. Расчесала перед зеркалом волосы. Сарафан облегал все ее тело, соски просвечивались сквозь ткань. Пуговицы были спереди, по всей длине, и она расстегнула их снизу, выше середины бедер. Покрутилась перед зеркалом, каплю духов за ушки и на шейку. От одной мысли, что она пойдет в таком виде, без трусиков, в полупрозрачном сарафане, на танцы, ее лоно снова стало мокрым и горячим. Надев босоножки на каблучке, тихонько закрыв за собой дверь, она стала спускаться по лестнице. Она знала, что он проспит до утра, и вся ночь у нее впереди:
Как только щелкнул замок в двери, он до этого, вроде крепко спавший, резко поднялся с постели. Натянув на себя темную футболку и джинсы, он пошел за ней. В окно на лестнице он увидел, как она вышла из дверей центрального входа и пошла к выходу из пансионата. Он быстро сбежал по ступенькам, и пошел за ней, держась в тени деревьев. Белый сарафан был хорошо заметен. Дома отдыха растянулись вдоль моря, один за одним. Она прошла несколько штук, и свернула в ворота одного. Он шел за ней. Она пошла в сторону танцплощадки. При каждом шаге ее сарафан распахивался, обнажая то одно, то другое бедро. Придя на танцплощадку, она встала в сторонке, разглядывая людей. Он встал в зарослях кустов, в нескольких метрах от нее, чуть сзади. Ему прекрасно все было видно, и соски, стоявшие, толи от возбуждения, толи натертые материей сарафана. И темную ложбинку между ягодиц, просвечивающихся сквозь тонкую ткань.
Она чуть пританцовывала под музыку. Люди веселись, танцевали, пили пиво и лимонад. Многие мужчины, смотрели в ее сторону. Когда заиграл медленный танец, один из мужчин, стоящих неподалеку, направился к ней. Он был высокий, темный, в светлых джинсах и белой майке, подчеркивающей, его широкие плечи. Он шутливо наклонился, приглашая ее на танец. Она кивнула, и они вышли на площадку. Одна его рука обхватила ее талию, другой, взяв ее руку, он отвел в сторону. Танцевали они, на расстоянии друг от друга, как в классическом вальсе. Он что-то говорил, она улыбалась, что-то отвечала. Танец кончился, они отошли вместе к скамейке и сели. Она положила ногу на ногу, сарафан распахнулся, почти полностью открывая ее гладкие бедра. Они продолжали разговаривать, его взгляд скользил по ее бедрам. Следующий медленный танец они танцевали уже не классически. Он обхватил ее обеими руками за талию, она обвила ему шею, и они танцевали, тесно прижавшись к друг другу. Его руки скользили по ее спине и иногда опускались на ягодицы. Ее бедро было между его ног, оно двигалось и сильно прижималось к его паху. Он увлек ее к раю площадки, где было мало народу и тень от деревьев. Его губы стали целовать ее ушко, шею. Она откинула голову и прикрыла глаза, отдаваясь мужским губам. Он запустил ей руку в волосы и наклонил губы к ее губам. Они стали целоваться, страстно и жадно. Его рука скользнула вниз, к расстегнутому сарафану и накрыла лобок. Она убрала его руку, и потянула за собой, где была дорожка между кустарника. Наблюдавший, двинулся за ними. Они прошли в самый дальний темный и безлюдный угол парка. Там стояло большое дерево, к которому и прислонилась женщина. Мужчина снова жадно впился в ее губы, она также ему отвечала. Его руки ласкали ее грудь, через ткань сарафана, зажимали между пальцами сосочки. Они были такие дикие и страстные, молодые и безумные. Его руки скользнули вниз сарафана и расстегнули пуговицы до самого верха. Распахнув сарафан, мужчина отодвинулся, любуясь открывшимся зрелищем. Потом опять стал целовать ее лицо, шею, губы опустились до груди, язык двигался вокруг сосочков, задевая их. Губы сомкнулись на ореоле соска, зубы впились в сосок. Девушка застонала и выгнулась, подставляя ему грудь. Ее руки сняли с него майку. Он гладил ее икру, бедра. Рука скользнула к лобку, ощутив жаркую влажность. Он двинулся вниз, стал целовать ее бедра, рукой лаская лоно. Он поднял ее ножку и стал целовать пальчики на ноге, сорвал босоножку и стал ласкать каждый пальчик, то облизывая его языком, то обхватывая губами. Он вернулся к ее бутону, она широко раздвинула ножки, и его язык и губы стали пить ее нежную влагу. Палец скользнул внутрь, один, за ним и второй. Безымянный палец, смоченный ее влагой, скользнул в попку. Она чуть присела, пуская мужчину к своим всем прелестям. Язык ласкал клитор, пальцы проникали в обе дырочки. Женщина сама стала все быстрей и быстрей насаживаться на пальцы. И вот ее стон, сжатые бедрами пальцы и влага, оросившая его руку. Она опустилось на корточки, он поднялся. Были видны раскрытые большие губки, а между ними, как лепестки малые, все блестело от большого количества влаги.

Мужчина тоже был сильно возбужден, джинсы, казалось, лопнут от напряженной плоти. Девушка стала гладить его член через джинсы, сжимая и разжимая руку. На ее щеках был румянец, губы, опухшие от поцелуем, в глазах страстный блеск. Она стала целовать и покусывать его плоть через ткань. Намучивши его, она расстегнула пуговицу и молнию, и член буквально вырвался из плена. Мужчина, даже не дав ей взглянуть на него, обхватил ее голову и погрузил член в ее ротик. Он вошел на всю длину и обратно. Вперед-назад, вперед - назад. Потом он рывком поднял ее на ноги, развернул и наклонил вперед. Ее руки уперлись в дерево, он вошел сзади в ее лоно. Быстрые, глубокие, сильные толчки. Она одной рукой продолжала упираться в дерево, второй ласкала себя, проникая пальчиком, вместе с его членом в свой цветок. Несколько раз наслаждение захлестывало ее, пока мужчина достал член и стал кончать ей на круглые ягодицы.
Когда они успокоились, она сидела на коленях возле дерева, прижавшись к нему плечом. Мужчина сидел рядом, что-то говорил, гладил ее по волосам. Она, вырвавшись из нирваны, попросила его уйти и сказала, что придет еще. Он встал, оделся и, поцеловав ее волосы, ушел. Она так и осталась сидеть, разморенная любовью.
Наблюдавший, вышел и пошел к ней. Увидев мужа, девушка улыбнулась. Он подошел, скинул с себя одежду, опустился на колени перед ней, стал целовать ее лицо, вдыхать запах ее волос, пахнущие чужим одеколоном. Рука опустилась на лобок, пальцы заскользили по мокрым губкам. Влаги было столько много, что она стекала вниз, между полушариями попки. Он положил ее набок, лег сзади. Ее ягодицы были мокрыми, ее дырочки были обе влажные и скользкие. Она подняла одну ногу, и уперлась в дерево. Он стал водить головкой по ее губкам и попке. Потом приставил член к попке и медленно вошел в нее. От большого количества влаги, он вошел легко и безболезненно. Он стал быстрей и быстрей двигаться в ней, рукой лаская ее губки, проникая пальцами вглубь, чувствуя через перегородку, как двигается его член. Движения были недолгие, возбуждения этого вечера было слишком велико. В последний момент он вытащил член и приставил его к клитору. Горячие сильные струи ударили, заставляя ее застонать. Она напряглась, по ее телу прошла дрожь, и она обмякла, прижавшись спиной к его груди. Он уткнулся в ее волосы, и они лежали несколько минут, наслаждаясь близостью.
-Я плохая девочка, да, Любимый? - тихо спросила она.
-Нет, ты сама лучшая! - ответил он.
-Я все правильно сделала, так как ты хотел, и мы мечтали?
-Да, спасибо, Любимая!
-И тебе спасибо! Я тебя люблю!

Somebody's crawling behind the door. Somebody's face is peeping in through our window. Somebody's stolen an axe from the shad. Somebody's breathing hard over your shoulder...
Don't be afraid - it is just a rain.

нет настроения. пойду в загул. забыться!

Солнце светит вовсю. Жаркий летний день. Уже три часа, но я не уверена, что Влад проснулся. Вот его дом, подъезд, облупившиеся, разрисованные стены. Я не была здесь две недели и, поднимаясь по лестнице, почувствовала, что соскучилась.

Звоню. Тишина. Ни малейшего шороха за дверью. Ну, гад, дрыхнет! Знал же, что я сегодня должна приехать. Минуты две, как заведенная, я тыркаю в звонок. Наконец на пороге появляется заспанный Влад в помятой футболке и без трусов.

- Какой вид!

- А, Ленок, я знал, что это ты. Кто, кроме тебя, в такую рань... Классно выглядишь.

- Была вечеринка?

- Да.

Я залезла с ногами в кресло, а Влад упал на диван. Надеюсь, он не собирается снова спать?

- Как съездила? Как Париж?

- Нормально. Эйфелева башня все еще стоит. А ты? Слез?

- Пока нет.

- Я так и думала. Одни разговоры...

- Тебе не понять. Я пытаюсь...

- Ты уже полгода пытаешься. Дождешься, что сдохнешь. Все, хватит. Не хочу портить себе настроение. Лучше пойду на кухню, приготовлю тебе что-нибудь поесть.

Я выгребла из холодильника все, что там было: несколько яиц и остатки колбасы. Ладно, пусть будет яичница с колбасой. Пять минут - и, пожалуйста, кушать подано. Но не успела я позвать Влада, как услышала треньканье дверного звонка. Пришел Андрей, лучший друг Влада.

- Какой сюрприз! Леночка. Давно приехала?

- Пятнадцать минут назад.

- И сразу ко мне, - проворчал Влад. - Разбудила меня.

- Мне, что, у тебя прощения попросить?

- Яичница! Мое любимое блюдо, - разрядил обстановку Андрей. - А я как раз проголодался.

Даже не спросив, хочу ли я есть, оба уселись за стол. Я ушла в комнату, включила сидишник, поставила легкое техно и растянулась на кровати.

Друзья мгновенно уплели яичницу и теперь "разводились". Мне было прекрасно слышно, о чем они говорят.

- Ты ей скажешь про Ольгу? - спросил Андрей.

- Зачем?

- А если Ольга сама расскажет Ленке, что ты с ней переспал?

- Не расскажет. К тому же Ленке на это наплевать.

- Уверен?

- Уверен.

- Тебе повезло. Хотел бы, чтобы и у меня была такая подруга.

- Так в чем проблема?

- Она же с тобой.

- Она - свободный человек.

- Ладно, - сказал Андрей. - Какие планы на вечер?

- Соберемся у меня. А завтра поедем на дачу. Я возьму Ленку, и ты кого-нибудь. Москва осточертела. Хочу на природу...

- А кого я возьму?

- Найдешь кого-нибудь сегодня. Придут же. Позвоним...

Зазвонил телефон. Я взяла трубку. Звонила Ирка. Мне она действует на нервы, Влад тоже считает ее дурой. Но еще четыре месяца назад мы были лучшими подругами. Как все быстро меняется.

- Ленка, привет. Я так и знала, что ты здесь. Как там, в Париже?

- Нормально.

- Я просто хотела узнать, будет вечеринка? Встретимся, заодно и поболтаем, да?

Я услышала, как за Андреем захлопнулась дверь. Влад сел со мной рядом.

- Ты останешься на вечеринку?

- Ладно, только позвоню своим.

- Скажи им, что на пару дней уезжаешь со мной на дачу.

- Ладно.



Мы обнялись, поцеловались и занялись любовью.



К девяти все подтянулись. Народу набралось немного, человек десять. Но для этой двухкомнатной квартирки - более чем достаточно. Я сидела в кресле напротив двери и видела всех, кто входил. Последней пришла Ольга.

Я наблюдала, как она сразу же уставилась на Влада, а Влад смотрел в сторону, сделав вид, что ее не заметил. Ольга все поняла и не стала к нему вязаться.

Мне надоело сидеть одной, я пошла в маленькую комнату. Там сидели Женька и Леня, уставившись в монитор компьютера. На кровати лежала Юлька, ловила приход. Здесь я тоже почувствовала себя лишней и пошла на кухню.

На кухне Машка, Макс и Андрей забивали косяк.

- Ленка, можешь считать, что ты в доле, - сказал Макс, колдуя над беломориной.

- Почему бы и нет?

Я против наркотиков, но от травки беды не будет. Главное - не садиться на иглу. После нескольких затяжек я почувствовала приятную легкость в голове. Все не так уж и плохо.

- Тебя, наверное, доконали вопросы про Париж, - сказала Машка, когда Макс и Андрей ушли в комнату, - поэтому я тебя ни о чем не спрашиваю. Хочешь расскажу, что тут творилось, пока тебя не было?

- А что тут могло твориться? - лениво ответила я. - Уверена, что ничего интересного не пропустила. Здесь всегда одно и то же.

- Это конечно, - согласилась Машка. - Но кое-что произошло. Тебя касается.

- Ты про то, что Влад переспал с Ольгой?

- Ты уже знаешь! И так спокойно об этом говоришь?

- А чего беспокоиться? Просто парень не стал противиться инстинкту. Влад ее использовал, а эта дурочка и размечталась. Я знала, что она тупая, но не думала, что настолько.

- Ну ты даешь! Я бы так не смогла. Как подумаю, что Макс мне изменит!

- Относись ко всему проще. Вы не муж и жена. Никто никому ничего не должен.

Вошел Макс.

- Сплетничаем?

- Нет, обсуждаем, какой ты у нас замечательный, - ответила я, довольная, что Макс избавил меня от душеспасительной беседы с Машкой.

- Да? - Макс принял ответ за чистую монету. - Ленок, ты не обидишься, если я заберу у тебя Машу?

Вошли Влад, Женька и Лиля. Женька достал из кармана дозу - один грамм героина.

- Будешь? - предложил Женька.

- Надеюсь, что она откажется, - сказал Влад.

- Ты правильно надеешься, - сказала я.

- Зря. Словила бы кайф, - встряла Лиля.

Я пошла в комнату. Свободное место было только на диване рядом с Ольгой. Я села.

- Когда ты познакомилась с Владом, он уже сидел на игле? - спросила Ольга. Я опешила: эта идиотка решила, что теперь имеет право обсуждать вместе со мной Влада.

- Начинал.

- И ты ему не помешала!

- А ты-то чего беспокоишься? Я пока еще здесь, можешь расслабиться.

Я вернулась на кухню. Там Влад и Андрей втирались.

- Опять, - разозлилась я.

- Мне надо догнаться, - сказал Влад.

- Ты же только что!..

- Тебе не понять.

Тут Андрея начало трясти, глаза закатились. Явный передоз. Я бросила на стол чистый носовой платок и закричала на Влада:

- Догоняй своего дружка. Этого ты хотел? Сам делай ему искусственное дыхание, а мне уже все осточертело.

Я зашла в маленькую комнату. Слава Богу, там никого не было. Я легла на кровать и заснула. Когда я проснулась, гости уже разошлись, а рядом спал Влад. Я убрала с себя его руку и встала.

- Ты куда? - сонно спросил Влад.

- Домой.

- Ты на меня обижаешься?

- Нет.

Ты помнишь, что завтра мы едем на дачу?

- Да.

- В шесть - у меня. Придешь?

- Да.

Я вышла из подъезда. Домой не хотелось. Я шла, куда глаза глядят. Вдруг услышала, как кто-то меня окликнул. Я обернулась.

- Роман! Как ты тут оказался?

- Я тут живу. А ты чего тут делаешь?

- Гуляю.

- Одна? Хочешь втереться?

"Почему бы и нет?" - подумала я. От одного раза ничего со мной не случится. В голове стучали слова Влада: "Тебе не понять, тебе не понять..." Но сам же не разрешает мне попробовать. Вот я и попробую.

- А что у тебя?

- Героин.

- Идет.

Мы пришли к нему домой. Там было несколько человек, которых я не знала. На кухне мне ввели дозу...



8 часов вечера. Звонок в дверь. Влад открывает.

- А, это ты, Ирка. Я думал, Ленка. Не знаешь, где она? Обещала быть в шесть, и до сих пор нет...

- Ее больше нет, Влад. Два часа назад она умерла в больнице. Передоз.

--------------------------------------------------------------------------------

-?

и чего только люди не сканируют

-

У меня есть свое право на ошибки

И у меня есть ПРАВО их исправлять…

И улетающее утро в дымке своей словно говорит мне:
«Не горюй. В твоей жизни всегда будет КТО-ТО ЕЩЕ…»

И тогда я понимаю: если боль я обрелa ТАМ, то нет никакого смысла причинять ее кому-то ЗДЕСЬ…

ай-я-я-я-яй!

Ворона ! Чёрная, наглая
Рожа!
Сидит, на заборе,ни на кого
Не похожа.

народ, выбирайтесь из коробок!

парафиниризация мозгов.
промывка их каждодневным сознанием цели.
из нас вымывают всё то,
что считают для нас не нужным.
господи, на что мы похожи?

-

-