С тех пор - запало в душу, одно из моих любимый, вообщем.
РОЖДЕНИЕ ЛЮЦИФЕРА
А.Р. посвящается
В переулке темном, ночном,
Там, где небо падает вниз,
Старый дом: пять дверей, сто окон
Где высок от земли карниз
За столом разливают вино
За стеною слышны голоса
Знаю я, ты сегодня придешь
Так же тихо, как входит лиса.
За седеющим ликом луны
Тихо ветер плетет слова.
Допивая восьмой бокал
Мне уж слышится тихое "да".
С шумом вдруг распахнется окно
И осколки рассыплют прочь.
Вместе с черным платьем твоим
В эту залу ворвется ночь.
Но никто здесь не верит снам
И в мелодии старых крыш
Тяжело различать слова,
Да еще если ты молчишь.
Сядешь молча, смотря в потолок
И тебе я налью вина.
Скажешь: "Кажется, умер Бог,
Тысячелетье назад. Или два."
И разрезав запястье ножом
Струйкой кровь потекла в вино
"Хочешь выпить со мной, пижон?
Мне самой уже все равно.
Так скажи зачем меня звал?"
И, подумав чуть-чуть, сказал:
"Я увидел тебя давно
В этой комнате меж зеркал.
Ты смотрела в мои глаза...
Струйкой кровь текла по губам"...
"Я за глупые речи твои
и монетки одной не дам!
Хочешь сказки? Ну что ж, изволь.
Только сказка моя грустна.
Ты сейчас испытаешь боль,
А теперь закрывай глаза.
И не бойся, смелей, вперед!
Ты же этого так хотел!"
Я смотрел на нее, открыв рот
И поверить словам не смел.
А народ, что сидел вокруг,
Протрезвел вдруг, и как-то скис.
"Ты скажи, что будет потом?" -
Глядя в небо спросил басист.
"А потом, тишина и покой, " -
Отвечала ему она.
"Тоже хочешь лететь со мной?"
И в ответ он выдохнул - "ДА".
"Я люблю тебя, и боюсь,
хотя это тебе ни к чему,
А в душе неспокойная грусть,
Может скажешь мне почему?
"Нет, не грусть это, просто вода
постепенно становиться льдом.
Это может пройти, но тогда,
Ты забудешь меня и дом,
Где в бокалах вино, как кровь,
И за окнами сумрачный свет.
Выбирать тебе одному. Ты уходишь?"
"Ну что ты! Нет!"
"Мы стоим на одной черте,
А за ней может стон, может смех.
Я не знаю сама, но лететь
Я туда приглашаю всех.
Мы сломаем все грани судьбы!"
Кто-то вынул иглу и шприц,
Может вмажешься с нами? А?
И не надо ломать границ".
Руки к ней свои протянул,
Но сказала она тогда.
"Ах, зачем мне какой то шприц?
Я уколов боялась всегда".
И рука обратилась крылом.
Вроде черным, но все же седым.
"Надо сделать последний шаг,
Что бы вечно быть молодым".
И крылом разбивая окно
Бросит в небо осколки стекла.
"Кто со мной? Я УЖЕ ЛЕЧУ!
Вы мне верите?" (хором) "ДА".
"Я не помню чужую боль,
помню только зловещий смех.
И я знаю только одно:
Мне лететь вниз, а вам вверх".
Став на подоконнике вряд
Они хором сказали слова...
А я в кресле сидел и смотрел.
И кружилась моя голова.
Но секунда, и сделали шаг,
Только я не пойму, почему,
В миг, где нет ни добра, ни зла,
Стало страшно мне одному.
Я стрелой подбежал к окну.
И за руку ее поймал.
"мне не жить без тебя одному" -
громче грома я прокричал.
Я почувствовал, что летим, вниз,
Как говорила она.
"Ты позволь мне, родная, с тобой,
выпить эту чашу до дна.
Я люблю тебя, да, люблю.
Не таи на меня обид!
И скажи мне имя свое"...
Шелест ветра пропел: "Лилит".
Но не так уж все и дурно. Надо же отдохнуть хотя бы один вечер дома, а то я уже забыла как это делается.
