Бурча под нос и глядя под ноги, я не заметила, как вышла на задний двор гостиницы и стала спускаться к пустырю, куда сваливали мусор всей деревней. Уже смеркалось.
— Отлично выглядишь, крошка! — раздалось рядом. Опять Леон, этот ловелас несчастный деревенского масштаба вернулся, потому что у тех девчонок у него ничего не выгорело.
— Слушайте, Леон,— я, рыча, подняла глаза. Но это был не он... Мама дорогая! Передо мной, облокотившись о выступ замурованного окна, на задних лапах стоял не кто иной, как гигантский Волк со свалявшейся бурой шерстью. Пока я столбенела, раскрыв рот, Зверь, наслаждаясь произведенным впечатлением, передней лапой почесал себе косматую шею и снова выжидательно уставился на меня.
— 3-здравствуйте, в-волчишка,— дрожащим голосом пролепетала я, тем не менее пытаясь выказать пренебрежение к его персоне. Понятно, что этот тип отличается повышенным самомнением. Терпеть таких не могу... Надо же было хотя бы попытаться поставить его на место. А перед смертью можно многое себе позволить.
— Ха! Волчишка?! — почему-то обрадовался Волк.— Хм, пикантно, еще ни одна девчонка меня так не называла, звучит так воркующе-нежно... Мне нравится.
В его огромных, красных, по-звериному выразительных глазах появился неподдельный интерес.
— Может, прогуляемся? — с улыбкой предложил он. Возможно, обычные волки не улыбаются, но этот точно умел это делать, к тому же с весьма многозначительным видом, почище любого киношного Вальмона, галантным движением подал мне лапу.
— Вы предлагаете прогуляться по пустырю? — набравшись храбрости, уточнила я, глядя на волчару снизу вверх. — Конечно, но, если вас что-то смущает, прошу, не молчите,— заботливо проговорил серый кавалер, накрыв правой лапой мою руку.
— А... э-з... может, будет гораздо удобнее, если вы пригласите меня на чашечку кофе? Трактир рядом, к тому же становится прохладно... — стараясь быть убедительной, выпалила я.
Волк нахмурился (я задрожала), он спокойно, но уже со льдинкой в голосе произнес:
— Не считайте меня за круглого идиота, мадемуазель, в трактир мне сегодня вечером никак нельзя, да и завтра навряд ли. Потому что теперь на этом постоялом дворе поселился мой самый злейший враг - Густав Курбе!
Я аж подпрыгнула на месте.
— Но ведь он спит,— сболтнула я и тут же принялась корить себя и каяться, посыпая голову пеплом.
—Да?! Вы уверены? — Казалось, Волк раздумывает, в глазах его на мгновение мелькнула искорка злорадства, но только на мгновение, уступив место беспокойству.— Конечно, можно бы воспользоваться и расправиться с ним раз и навсегда, но слишком рискованно. Придется повременить.— И он снова с улыбкой обернулся ко мне: — Какие-нибудь еще есть предложения?
— Ну, может, тогда просто погуляем по деревне, я только сегодня приехала и не успела осмотреть все достопримечательности. Уже стемнело, так что вы ни-кого не смутите, и нам дадут спокойно пообщаться.
Волк серьезно задумался:
— Вообще-то я эту деревню знаю вдоль и поперек, тут точно смотреть нечего. Из достопримечательностей разве что местные барышни, но сегодня вечером я только ваш.— Мой ухажер галантно поклонился.— О! Есть идея, ты сядешь мне на спину, и я мигом доскачу до ближайшего городка, там у меня есть безопасные места, где можно веселиться всю ночь напролет. — Когда это мы успели перейти на «ты»?
— Ой, ну не строй из себя недотрогу, детка... По-ехали!
— Пожалуй, нет, это перебор, я и так сегодня поступилась всеми принципами,— старательно смутилась я.— Вообще-то не в моих правилах гулять с незнакомыми волками.
— Но я ведь необычный волк,— выпятил грудь назойливый кавалер,— к тому же ты меня знаешь, зачем скрывать? Сейчас у меня пик популярности, о жеводанском оборотне знают во всей Центральной Франции, от Гаронны до Сены, не говоря уже о том, что весь Парижский двор только обо мне и судачит. Знаешь, как порой икается?
— Да неужели?
— Ага! Да и охотники время от времени достают. Все-таки популярность — вещь обременительная,— скромно потупив глаза, проговорил он.— Но тебе не нужно строить из себя целомудренную барышню, я же сразу понял по твоему лицу, что ты таковой не являешься. Хе-хе,— подленько захихикал он.— Но все равно ты трогательная милашка...
«Вот разбойник мохнатый, как же сейчас хочется дать ему пинка!» — мстительно думала я, гуляя с ним под руку по пустырю. А куда денешься? Он же просто волочит меня за собой...
В Террабитии не умирают на всегда.
