Я убью тебя, папочка!
Записано со слов дочери моего приятеля:
Я пришла в гости к своему папочке, чтобы принять под опеку квартиру.
Отец уезжал на три недели в командировку и теперь пытался перегрузить
содержимое холодильника в мою сумку.
- Забери сыр. Посмотри, какой кусочек, натуральный пармезан. Вот здесь
отрежешь и можно потереть в макароны, - папа постучал плесневелым куском
костромского сыра об стол.
- Я не ем макароны, сколько раз тебе говорить.
- Вот и хорошо, съешь с чаем.
Я вздохнула и бросила сыр в сумку.
- Вот половина кабачка и две морковки.
- Папа, мне не нужна морковка, и кабачок не нужен.
- Как это кабачок не нужен? - изумился папа, - ты же ешь овощи? А это
почти новый кабачок, я его два дня назад купил.
Я снова вздохнула:
- Давай свой кабачок, - и в сумку улегся вялый овощ, прикрывшись сверху
морковками.
- Не привередничай, меня три недели не будет дома, что ж такому
богатству пропадать? Если бы я предложил икру, думаю, ты бы не сильно
привередничала.
- К чему пустые разговоры, предложи мне икру.
Папа загрустил:
- Икру я съел, - и малодушно поменял тему, - а вот пакет с кефиром.
- Папа! Пакет же открытый, куда ты его сунул!? Там моя косметика!
- Ничего страшного, высушишь. А зачем ты в продуктовой сумке таскаешь
косметику?
- До сегодняшнего дня, она не была продуктовой, - я расстроилась и
принялась вынимать из сумки свои вещи. Большая часть кефира уже вылилась
и безнадежно испачкала содержимое.
- Кости отдашь собаке.
- У меня нет собаки! - я отчаянно пыталась спасти то, на чем еще не было
кефирных разводов.
- Во дворе возле помойки найдешь Шарика, только смотри, чтобы других
собак рядом не было. Если будут, отгони, они Шарика обижают. И не
перепутай его с Джеком, они одного помета, но у Джека лицо более наглое.
И лук я тебе кладу, видишь, половинка осталась, немножко подвяла, его
лучше сегодня съесть.
- Я убью, тебя папочка.
- Да, дочь и должна любить своего отца, - не слушал меня папа, -
давай-ка свои причиндалы, я сложу их в пакет, а сумку вымою, потом
заберешь. Продукты положим в другой пакет.
- Папа, а это что такое, - я достала из холодильника пакетик с белесыми,
похожими на крупный рис зернами.
- Это опарыши.
- Что?!
- Ну, личинки, из которых мухи вылупляются, для рыбалки. Тебе они нужны?
Я вздрогнула, пакетик выпал из рук и отлетел под стол.
- А зачем хватала тогда? - ворчал папа из-под стола, доставая своих
личинок, - я их лучше соседу отдам.
Я вымыла руки и стала осторожно выгребать из холодильника другой
сверток:
- А это что?
- Не знаю, - удивился папа, - пахнет.
- Не пахнет, а воняет. У тебя не было в холодильнике Рокфора?
- Кого?
- Значит, не было, - и пакет с таинственным содержимым отправился в
помойку.
- А вот бублик! - папа показал мне хлебное колечко, слегка присыпанное
маком, и внезапно засмущался,- ты не думай, он не надкусанный, это я
отломил кусочек, когда он мягкий был. Положишь его на сковородку,
разогреешь, а потом с маслицем съешь с кофе. Вкууусно! - он закатил
глаза, и как ему показалось незаметно, сунул бублик в пакет.
Потом он так же "незаметно" засунул в пакет престарелую краюху, пяток
позеленевших картофелин и попытался перелить в пивную бутылку старую
заварку.
Наконец мы расцеловались в коридоре, я подхватила пакет и на цыпочках
прокралась на пол-этажа выше. Там открыла мусоропровод и, отвернувшись,
чтобы не вдыхать зловонные испарения, запихнула пакет в железную трубу.
В мусороприемнике загремело, пакет лопнул и с грохотом обрушился вниз своим
содержимым.
Вдруг в замке нашей двери повернулся ключ, и папочка вышел на площадку.
- Ты чего там делаешь? Заблудилась? Хорошо, что еще не ушла, ты забыла
пакет с продуктами. А косметику свою взяла?
