Once upon a time, в далекой-далекой галактике жили-были Клавдия Ивановна, маршал Ипполит, поп Федор, бродяга Остап и много-много других русских.
"Клавдия Ивановна, you will be alright!" - этими словами начинается фильм и заканчивается жизнь престарелой Клавдии Ивановны. Взволнованный отец Федор, козлом сигающий через скособоченую калитку, вполне аутентичен, несмотря на неподобающую папаху. Ипполита Воробьянинова играет Ron Moody (см. прелестный мюзикл "Оливер"), трудами гримеров и костюмеров превращенный в подобие В.И. Ленина образца двадцать четвертого года. Обнимая умирающую, Ипполит нечаянно отпечатывает на ее лбу прихваченный из конторы штамп CANCELED - много сюрпризов ожидает русского зрителя.
А вот и Остап. С битловской прической, в коричневых рейтузах с лампасами и высоких сапогах он попрошайничает на колхозном рынке. На его груди висит табличка: "I LEFT AN EYE AND LEG IN WINTER PALACE" Альфонс, сущий альфонс, он походя соблазняет замужнюю крестьянку (уж не Грицацуева ли?) и искусно обманывает не ко времени вернувшегося мужа. "Товарищ, вы не кормите жену! Ей стало плохо на улице! Я сообщу в secret police!"
На лавке перед фамильным особняков Воробьяниновых спит дворник Tikon. В кадре табличка с адресом: "Улица Маркса, Энгельса, Ленина, Троцкого" Последняя фамилия зачеркнута. Появляется бездомный Остап, будит Тикона и вступает с ним в политическую беседу:
(Тикон) - Comrad, how I miss Russia! Знаешь, однажды ночью десять лет назад раздался шум, все взрывалось и гремело!
(Остап) - Да, я знаю, это была революция!
(Тикон) - Точно, революция - ты smart!
(Остап) - Ну так пойдем узнаем, как могут напиться двое русских на один рубль!
(Уходят, обнявшись.)
Прибредает Воробьянинов. С этим домом у него связано много воспоминаний. Глаза его туманятся...
Вот он в белом мундире с эполетами садится на лошадь по имени Петя. Теща напутствует: маршал (да, он маршал! Как иначе можно перевести "предводитель дворянства"?), много не пей, держись подальше от цыган. Тикон подает белые перчатки, троекратно выкрикивая в ухо Клавдии Ивановне: "I love him! I love him! I love him!"
Возвращаются Остап с водевильно пьяным Тиконом. Увидев грезящего Воробьянинова, Тикон бросается к нему с криком "Master!" Смекнув, что дело нечисто, Остап шантажирует: "я обращусь в Secret Police of the Soviet Union!" Под храп Тикона Воробьянинов рассказывает о бриллиантах.
Про стулья известно, что в особняке остался только один, а остальные одиннадцать оприходованны Bureau of Housing. Вызволить первый стул оказывается нетрудно. Он раздирается вместе с рубахой подоспевшего отца Федора, и камера переезжает в квартирное бюро.
В квартирном бюро играет гимн Советского Союза, кругом изображения и изваяния В.И. Ленина. Остап, завладев бумагами, выдает себя за служащего и отправляет отца Федора по стулья в Иркутск, Siberia к инженеру Брунсу. Сами же Остап и Воробьянинов (Кличка Киса-Pussy в фильме не используется, попробуйте догадаться почему) едут в столицу. След ведет их в Moscow Museum Of Furniture.
Беззубый кондуктор орет: MOSCOW. Они пробираются в музей (похожее на Манеж большое здание, "Moscow Museum of Furniture" аршинными латинскими буквами на фасаде), видят стулья, но ... "этот период достаточно проиллюстрировать четырьмя экспонатами," - говорит хранитель и семь лишних стульев из экспозиции изымаются. Шесть передаются в COLUMBUS REPERTORY THEATRE, а седьмой уносит неизвестный в кожанке. Остатки гарнитура драконятся прямо в музее.
В это время в IRKUTSK, Siberia отец Федор, беснуясь, ломится в дом инженера Bruns'а. На нем шуба без рукавов и папаха. "Вы мебельный дилер?" - взволновано спрашивает супруга инженера.
Труппа COLUMBUS REPERTORY THEATRE грузится на корабль, уходящий в Ялту. Приказом комиссара-продюсера Воробьянинову дана роль в комическом спектакле "Взлет и падение высших классов". На сцене его ждет сокрушительное фиаско, и, наскоро разорвав в трюме обивку трех стульев, бриллиантоискатели бегут в спасательной шлюпке.
Проходит несколько колов времени.
Все главные герои - в Ялте. Туда же партия послала инженера Брунса. Брунс сидит на веранде и жрет красную жижу со сметаной.
-О, этот борш очень вкусный, Ольга. Почему ты не делаешь его холодным в Иркутске?
-Не забывай, дорогой, мы умрем в Сибири, если не будем есть горячее, - напоминает жена.
Изо всех пальм торчит отец Федор, похожий на Робинзона Крузо и монаха бахчисарайского пещерного монастыря. Он торгуется и покупает гарнитур. Следует каноническая драма на морском берегу.
А у законного наследника дела идут на поправку. Коррумпированный актер Севицкий, поднаторев в краже самоваров (он выносит самовары под рубашкой), берется выкрасть с корабля оставшиеся три стула. Преградой является отсутствие денег для выкупа, но воображение Остапа неистощимо. Нет, не "Je ne mange pas six jour"... "Смотрите! У него эпилепсия! Как у нашего гениального Достоевского!" - созывает он курортников к Воробьянинову. Деклассированный Ипполит лежит на набережной перед гипсовым бюстом Федора Михайловича, выкатывая глаза и совершая вращательные движения ногами. Публика щедро мечет монеты.
На встречу Севицкий приносит только два стула. Третий продан днесь финскому воздушному акробату, дающему представления за городом. Не плачь, утешает Остап Воробьянинова, вспомни известную русскую пословицу: " Hungrier you get, tastier the meal" Кладоискатели идут в шапито.
Вот и финский акробат. В костюме медведя он идет по канату со стулом в руке. Воробьянинов вопит " It's my chair!', залезает на канат и завладевает стулом в эквилибристическом поединке. По дороге в город к повздорившим Ипполиту и Остапу подкрадывается отец Федор, хватает стул и взбегает на скалу: "Come on, God!". Минуту спустя со скалы доносится вой - стул пуст.
Остался один стул - потерянный в столице. Пройдя пешком три тысячи миль, Остап и Воробьянинов оказываются в Москве аккурат к открытию дома отдыха железнодорожников и попадают на праздничный фуршет. В шахматной комнате (ага!) они находят стул, но в комнату заходят кавказцы с фуршетными тарелками (Да-да, кавказцы. В последние минуты фильма из неиспользованных кусков романа делается то, что походники называют "хрючево"), и операцию приходится отложить. Залезают ночью и опять ничего. На истошный вопль обезумевшего Ипполита прибегают сторож и полицейский. Ударив полицейского обломком стула, Воробьянинов прыгает в окно на спину лошади, Остап сигает за ним.
Вот и финита. Зима, улицу метут вениками, там и сям стоят скрюченные старухи - черные в белых платочках. Остап с Воробьяниновым сидят на ступеньках подъезда. Воробьянинов прижимает к животу обломки двенадцатого стула. Остап: "Мы должны проститься. Полиция ищет молодого человека со стариком и сломаным стулом. Never hit a policeman. У нас нет денег. Я не могу тебя содержать. " Уходит. Чувствительные зрители плачут.
Кадр: в небо, кувыркаясь, летит спинка стула. Воробьянинов, решившись, падает на снег и начинает вертеть педали невидимого велосипеда. Набегает толпа. Остап оборачивается на шум, все сразу понимает и идет, ласково улыбаясь, к Воробьянинову, выкрикивая: "Дорогие товарищи! Это та же болезнь, что погубила нашего любимого Достоевского! Помогите больному гению!"
Они жили долго и счастливо и умерли в один день.
ВЗЯТО С
http://az.48.org/12chairs.shtm
... И там ползают улитки разных форм!
