Иногда в пригородах Москвы
где сохранились еще остатки деревень
где на лицах и на одежде неровные швы
еще наказывают за принцип "будет пища - будет день"
ведро уголька, оцинкованный бочок
пропадают то тут, то там вдруг
и все знают, что вор - спившийся тихий дурачок,
а что случается с ворами, знают от деревенских старух
а те помнят, что было с отцом этого мужичка
в каком-то глухом семидесятом году
а что тогда можно было украсть - бумагу из нужника,
но за это убили его ночью, в грозу
когда он спал в комнате с отдельным входом,
вспыхивали молнии и гремел гром
деревенские жители пришли к нему в плохую погоду.
а сегодня ночью в подмосковье обещают шторм
но пока еще солнышко еле закрыто тучками
деревенский дурачок наблюдает за игрой мальчишек в футбол
и своими грубоватыми, но не злыми шутками
сопровождает каждый забитый гол
его лицо в застарелых гематомах
светлые усы, немного беларусский вид
во время вспышки молнии, между ударами грома
мне представляется в момент, когда он будет убит
с холма, где он сидит, ему, словно пташке
хорошо видны новостройки, корпуса,
живи он в новой девятиэтажке
ему не страшна была бы надвигающаяся гроза
потому что городские, в отличии от деревенских
не судят ни кого ни за что, и уже
не ценят оцинкованных бачков и старых стульев венских
там, где четыре квартиры на каждом этаже
там другое отношение к смерти и жизни
там могут убить просто так, а не за кражу козы
там не сглазят, там заговорят от алкоголизма,
там тяжело-животное не оживает во время грозы
еще бы год, но нет - приговорен воришка,
я отворачиваюсь и сигарету бессильно грызу
слышен радостный крик - гол забили мальчишки
ветер, который сейчас шевелит мои волосы -
к ночи пригонит грозу
(с) Андрей Родионов, великий поэт