Это я.
Меня смущают обьявления с соблазнительными фотографиями пятнадцати-семнадцатилетних девушек "ищу мужчину" на первой странице.
То есть пусть себе конечно ищут. Только, на мой взгляд, в такой формулировке это выглядит именно как поиск партнёра для секса. Девочки нынче романтических отношений не желают наверное? Ладно, шут с ними. Я ничо в жизни не понимаю. Сама в семнадцать лет была "оторви-да-брось", но с уклоном в сторону "любви до гроба".
Раньше я очень любила готовить. Мне не влом было простоять у плиты кучу времени, лишь бы похвалили потом. Даже рецепты собирала. И по сей день имеется уйма кулинарных книг.
Но со временем наступило разочарование. Так наверное не у одной меня случается.
Знаете анекдот?
Тёща печёт блины, а зять сидит рядышком, да их, свеженькие горяченькие, только что со сковородки, кушает.
Пекла, пекла и утомилась. Обернулась дух перевести. Посмотрела на пустую тарелку, на масляную рожу зятя:
"Тьфу ты! Быдто бы и не пекла!"
А он утёр губы, крякнул:
"Быдто бы и не ел!"
Вот мне пришло теперь в голову время от времени фотографировать свои недолговечные "кулинарные шедевры". Чтоб полёт души и порывы вдохновенные бесследно не пропадали. Ну похавстаться ж охота. Мол какая хорошая я. Забочусь иногда о ближних. Не одними полуфабрикатами их потчую.
Я вообще-то должна находиться на работе. Тем не менее балдею дома. Полтора часа простояла в гигантской автомобильной пробке и успела, с телефонного позволения начальства, в последний момент свернуть на боковую улочку, прежде чем highway смог затянуть меня в свой безнадёжный медленно грохочущий и дымный поток.
А всё от того, что в городе забастовка городского транспорта. Бастуют работники метро и автобусных линий.
Город обезумел. Все конторы мёртво встали. Люди тщатся дойти до службы пешком. Пилят аж через Бруклинский мост и весь Манхеттан. На мосту добровольцы из красного креста подбадривают полузамёрзших пешеходов горячим кофе.
Машин в четыре раза больше чем обычно (сказали по радио). Одна сплошная пробка. Все сигналят. Воют сирены полиции и скорой помощи. Множество аварий.
Юрий Петрович отправился на работу на велосипеде не взирая на -4 по цельсию. (Что для Нью-Йорка очень холодно)
На мосты и в тоннели не пускают машины, в которых меньше четырёх человек. Так что моё дело в любом случае было безнадёжное.
Если я правильно поняла сообщение, то ущерб от забастовки четыреста миллионов долларов в день. Во. Интересно, что завтра будет?
Мой личный ущерб 60 баксов. Сорок за пол дня обычной работы и двадцать за класс.
..буквально в тот момент, когда я собиралась уходить, пришла комиссия из отдела здравохранения и закрыла детский сад, тот, где я недавно начала работать, на три недели.
Я очень расстроилась. Очень.
А вечером мне позвонила хозяйка и сказала, чтобы я всё равно приходила как обычно на работу. Не смотря на запрет 2-3 ребёнка всё равно в саду останутся, т.к. некуда родителям их деть. Ну и я при них. Подарок так сказать к Новому Году.
Напомнили мне на всякий случай, что всё шатко и нестабильно вокруг. Никогда нельзя думать, что всё устроилось и проблем на ближайшее время не предвидится.