А. В пансионате.
       В марте 1990 года Алексею на работе в его Министерстве дают семейную путевку в пансионат в город Железноводск. Мальцевы отпросили от школы Лену и в вместе с ней Алексей и Даша поехали туда втроем. Буквально на второй день Лена познакомилась с Аланом Ротановым, 15-летним осетинским пареньком, который с матерью приехал тоже в Железноводск от грузинской агрессии в Цхвинвали. Почти всё время эти две семьи проводили вместе, они – Мальцевы, и мама с сыном, - Зарета и Алан Ротановы. Когда они познакомились, Зарета Ротанова рассказала Мальцевым о том, что незадолго до нового 1990 года Совет народных депутатов преобразовал Южную Осетию из автономной области в республику в составе Грузинской ССР, но грузины это не признали и начали их всячески гнобить:
      - Мой муж остался в Цхинвали не только следить за нашим домом, но и в случае какого силового или военного конфликта противостоять Звиаду, а нас с Аланом он отправил в Орджоникидзе к родственникам. А те вот сюда, пока они нас не обустроят. Алану надо школу заканчивать, да и мне надо найти какую -то работу…
               
      Марат Николаевич Хайдулин приехал в пансионат за неделю до отъезда Мальцевых и сел четвертым за их стол. Два дня знакомства и разговоров на текущие темы позволили Алексею пригласить Марата 25 марта на свой юбилейный ужин. Так уж случилось, что свое пятидесятилетие Алексей Мальцев вынужден был отмечать в пансионате втроем – с женой и дочкой, но вот интересный собеседник и сосед по обеденному столу как нельзя оказался кстати на юбилейном ужине в пансионатском номере. Кое -что к ужину Алексей с Дашей купили в городе, что-то принесли из столовой, и вот сразу после ужина все четверо отправились в номер. Мужчинам, то есть себе и Марату, Алексей хотел купить коньяк, но когда днем за столом зашел разговор о вечернем чаепитии, Марат сказал, что коньяк он принесет сам. Остальные напитки – вино для Даши и сок для Лены Алексей купил в городе.         
    - Вот видите, Марат, в каких условиях приходится отмечать мне 50 -летний юбилей, - сказал Алексей, когда все расселись возле маленького столика в тесном номере пансионата.
      Марат открыл бутылку коньяка и разливая его в подставленные Алексеем стаканы, произнес:
     - Зато оригинально. Уверен, что больше таких оригинальных юбилеев у вас не будет.
     - Так то, оно так, не без того ж, однако, ежели притом, - проговорил Алексей свою любимую присказку.
     Лена, изредка слышавшая от отца эту фразу, засмеялась, - о чем это он, а Даша неодобрительно покачала головой.
     - Вот и я о том же, - продолжал Марат, - следующий юбилей в 55 лет за юбилей не считается, в 60 – на пенсию, а дальше не интересно. Так что, Алексей, дорожите днем сегодняшним и юбилеем сегодняшним.
     - Видите ли, Марат, я то дорожу, вот и Даша моя подтвердит, но как посмотришь вокруг… нет чувства праздника в душе. Так, что -то колготимся, крутимся, копошимся как муравьи в муравейнике бесцельно.
     - Ну это вы зря, Алексей, и у муравьев есть цель, и у нас у всех есть какая то цель, просто нам иногда не везет, видно в понедельник нас мама родила.
     - Меня то уж точно мама родила в понедельник, - сказал Алексей.
     - А откуда ты это знаешь? – удивилась Даша.
     - Я ещё в школе, когда учился, подсчитал. Война началась в воскресенье 22 июня. Значит в 1940 году воскресенье в июне было 23 числа. В году 365 дней, то есть 350 плюс 14 плюс 1. Отнимаем ещё три месяца, получается 24 марта 1940 года тоже воскресенье. Значит, день 25 марта 1940 года был понедельник.
    - Ну, Алексей, вы даёте, вот это математика. Так, давайте первый тост за вас, за ваш юбилей и поднимем, - сказал Марат, подняв свой стакан.
     Чокнулись, выпили, и даже Лена потянулась со своим стаканом сока.
      Марат помолчал, и через некоторое время сказал:
    - Вот смотрю я на вас, таких беленьких, русоволосых, блондина и блондинок, и мне становится так грустно, так больно от того, что я будто как социолог заглянул на пятьдесят – сто лет вперед.
    - Многообещающее начало, - бросил реплику Алексей, - ну и что же нас ждет через пятьдесят лет.
    - Почернение.
    - Не понял.
    - Это я образно. Вот смотрите, друзья, как за последние сто лет почернела Европа, - я говорю об Англии, Франции и Германии. За последние сто лет в Англии увеличилось число негров и латиноамериканцев, как вы понимаете черноволосых брюнетов. Также и во Франции значительно уменьшилось число блондинов за счет арабов, прибывающих во Францию из её бывших колониальных владений типа Алжира. То есть ассимиляция местного населения с выходцами из южных стран. То же можно сказать с белокурыми бестиями из Германии. Там турки, сирийцы и африканцы. Начали чернеть и скандинавские страны.
    - А у нас в Коньково, в основном блондины, - сказала Даша.
    - Это где? – спросил Марат.
    - В Ленинградской области, деревня, где я родилась.
    - Ну, оно и понятно. Северные народности из-за недостатка солнечных лучей всегда были блондинами.
     Сидевшая спокойно Лена вдруг встрепенулась и заговорила:
    - Мам, пап, можно я к Алану пойду, пока вы здесь разговариваете?
   Даша с Алексеем переглянулись, и Даша сказала:
    - Только недолго, а то скоро спать.
   Лена упорхнула за дверь. Алексей сказал Марату:
    - Ну, что, ещё по рюмочке.
    - Давайте.
    Когда они выпили, Марат продолжил:
    - Вот, даже ваша Лена подтверждает мой принцип, что беленькие всегда стремятся к черненьким.
     - Совпадение, - не согласился с ним Алексей.
     - Ничего подобного, - возразил Марат, - за последние два года все среднеазиатские, кавказские и молдавские республики выдавливают со своих территорий русских; у них неожиданно или с помощью американцев обострился национальный вопрос. Выдавливают – это слишком мягко я сказал. Если бы вы только знали, что там нацмены вытворяют с русскими, ну, ладно, не будем о грустном, короче, сейчас они выгоняют русских, разоряют заводы и фабрики, которые с помощью русских построены, а вскоре и сами побегут к нам в Москву, в Ленинград устраиваться на стройки и в дворники. А они же все брюнеты, вот и начнется то самое почернение, о котором я говорил в самом начале. Сам я наполовину мусульманин, наполовину православный, интересуюсь и библией, и кораном, нахожу что-то общее, нахожу отличия. Вот, например, недавно даже православный священник Кураев, служащий при патриархе Алексии П, сказал, что к 2050 году мусульман в России будет больше чем русских православных, и я нахожу во многом этому подтверждение.
     Время шло к отбою, выражаясь армейским языком, и Алексей подумал, что надо бы заканчивать застолье и этот трёп, но чувствовалось, что Марат сел на своего любимого конька и продолжал:
     - Вот даже недавно уехавший в Америку наш замечательный поэт Евгений Евтушенко, и тот обратил внимание на этот процесс сближения белого и черного. Вот послушайте:
       Дочки – белоручки
       Едут здесь и там
       Беленькие сучки
       К черным кобелям…
   - Что -то я таких стихов у Евтушенко не помню, - возразил Алексей.
   - Ой, Алексей, может быть вы не в тех кругах вращаетесь. Вот к примеру, как расшифровывается фамилия Горбачев.
   - Ну, как?
                Г -  готов
                О - отменить
                Р -  решения
                Б -  Брежнева
                А - Андропова
                Ч - Черненко
                Е - если
                В – выживу
        - Да, интересно, - только и сказал Алексей.
        А Марат Николаевич, не останавливаясь, продолжал поражать Дашу с Алексеем своими познаниями:
        - А вы знаете, что все главные и значительные события в нашей стране происходят с интервалом в 12 лет?
        - Это как? - спросила Даша.
        - Вот в 1905 году было Кровавое воскресенье, началась первая революция. Это значительное событие?
        - Да, конечно, - сказал Алексей.
        - Через 12 лет в 1917 году произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. Тоже важнейшее событие, так?
        - Так, - поддакнули Мальцевы.
        - Проходит 12 лет и в 1929 снова страна на изломе под названием «коллективизация». Тот, кто не вступает в колхоз, отправляется в Сибирь. Ещё через 12 лет начинается Великая Отечественная. Как по графику. Вас это ещё никак не удивляет.
        - Удивляет, но непонятно, - говорит Алексей.
        - Ну почему непонятно. Вот ещё 12 лет и умирает Иосиф Виссарионович Сталин. И снова страна на изломе.
        - Ну всё, остальные события, произошедшие у нас уже вроде бы не подчиняются этому двенадцатилетнему периоду, - проговорил Алексей, - в 1957 – первый спутник, в 1961 – Гагарин полетел, 1964 году сняли Хрущева, - эти даты выпадают из вашей теории.
        - Да нет, Алексей Николаевич, - проходит 12 лет после смерти Сталина, наступает 1965 год, когда «экономика стала экономной», Леонов вышел в открытый космос, а в стране восстановили празднование Дня Победы и парад Победы на Красной площади. Вроде бы триумф развитого социализма, а ещё через 12 лет в 1977 году начнётся период «застоя»…
        - Но зато Олимпиада – 80 не вошла в ваш график, - возразил Алексей.
        - Ну и хорошо, -сказал Марат Николаевич, - она как вишенка на торте. Потому что через 12 лет после начала «застоя» в 1989 году начнется распад Советского Союза, о чем я говорил в самом начале нашей встречи и о чем свидетельствуют ваши знакомые, к которым ушла сегодня ваша дочка Лена.
       - Значит по вашей теории, Марат Николаевич, следующий 2001 год тоже будет какой -то из ряда вон выходящий? – спросила Даша.
       - Да. И не только у нас, а во всем мире. Вот обязательно запомните это, - ответил он.
      Вернулась от Ротановых Лена:
      - Они сказали всем спокойной ночи.
      - Мы тоже скоро ложимся спать, - Даша многозначительно посмотрела на Алексея.
      - Да. да, мы уже.
      Наконец то Марат понял, что уже поздно, он поднялся, поблагодарил всех за теплый ужин и на прощанье уже в дверях сказал:
      - А почему чукчи и якуты все сплошь черные догадайтесь сами.
      И ушел.
      - А правда, почему европейские северяне – блондинистые, а азиатские северяне – чернявые, - спросила Даша.
      - Я думаю, что ответ находится в твоём вопросе, - ответил Алексей. Есть теория, что много тысяч лет назад из -за падения крупного астероида земная ось была смещена, а может быть и сама земля разделилась на теперешние континенты, и что- то тогда произошло с землей непонятное. Короче, мне всё ясно, что ничего не ясно. Понятно?
      - Всё понятно, кроме одного, причем здесь Марат про Горбачева то начал говорить? - спросила Даша.
     - Это, видимо из той же серии, как расшифровывается выражение бригада коммунистического труда, - сказал Алексей.
     - Ну и как же она расшифровывается?
     - Бригада кому нести чего куда. Так у нас в тресте на стройке говорили, - ответил Алексей, и тут же повернулся к Лене:
     - Ну и как там поживают наши Ротановы?
     - Они пока ещё не наши, - ответила Лена, да так, что Алексей с Дашей переглянулись.

(продолжение следует)

       О битве под Москвой

    1941 год. Декабрь. Подмосковье. Крюково – Сходня – Кирилловка.  Это моя родина. В те тревожные дни обороны Москвы здесь проходила линия фронта.
    Но я хочу рассказать не о ходе военных событий,  каждый знает все подробности великой Московской битвы, очередную годовщину которой мы недавно отметили.
    Я хочу рассказать о событиях, происходивших рядом с линией фронта, о простых женщинах (мужчины на фронте и в ополчении), помогавших фронту, растивших детей, отказываясь от последнего куска хлеба ради них.
    Моя мать рассказывала, как они, женщины, матери, собравшись группами в двадцать – тридцать человек ходили пешком со Сходни в Химки за хлебом по железнодорожной линии – 12 километров.
    Часто появлялись в небе вражеские самолеты, поливали свинцом беззащитных женщин. Потом, когда самолеты улетали, некоторые из женщин оставались навсегда лежать у железнодорожного полотна.
     В эти дни  мы – четверо детей ютились с матерью и бабушкой в бараке на Сходне, так как во-первых, наш дом в деревне Кирилловке  был занят красноармейцами, а во-вторых, находиться там  было опасно из-за близости немцев. Но и на Сходне, куда нас отселили из Кирилловки, было не лучше. Этот железнодорожный узел часто подвергался налетам вражеской авиации.
     Однажды рядом с нашим бараком взорвалась бомба, из окон вылетели стекла, начался пожар, но солдаты быстро потушили его.
     Забегая вперед, скажу, что и в Кирилловке, в 2-х километрах от  Сходни, часто рвались немецкие бомбы и снаряды. После войны в воронках от крупных авиабомб образовались небольшие прудки, в которых мы - мальчишки купались всё лето. Но еще лучше было купаться в противотанковом рву, оставшемся от 1941 года, который тянулся от Ленинградского шоссе до теперешнего Шереметьево. И сейчас в лесу можно встретить немало заросших землянок и окопов. А по дороге на речку Клязьму в овраге можно еще увидеть до сих пор ржавеющую раму от немецкой автомашины.
     В Кирилловке во дворе соседнего дома взорвалась бомба. Было убито 4 солдата, которые были похоронены тут же во дворе. Деревянная ограда на протяжении моего детства окружала могилу этих неизвестных, навсегда почивших солдат.
     Потом, где-то в 50- х годах, мы видели, как приехали военные в белых халатах. Они извлекли останки солдат из могилы на соседнем дворе и похоронили их на 40-м километре Ленинградского шоссе. Там еще не начиналось строительство города Зеленоград, справа был лес, а слева поле… Вскоре там был установлен памятник героически сражавшимся и павшим смертью храбрых в боях на ближних подступах к Москве.
     Сколько раз потом, проезжая на велосипеде или совершая турпоход, мы останавливались у этого небольшого и неброского памятника, с волнением думая о далеких незабываемых декабрьских днях 1941 года.
     Ведь где-то рядом у разъезда Дубосеково 28 героев – панфиловцев совершили свой бессмертный подвиг. В районе Крюково наши войска вели ожесточенные бои. Дальше Крюково к Москве враг не прошел. А у нас говорили, что несколько фанатиков- мотоциклистов проскочили Ржавки, Черную грязь, Кирилловку, Планерную, и только перед Химками на 23-м километре Ленинградского шоссе их уничтожили бойцы истребительного батальона. На этом месте сейчас стоит монумент -  три огромных трехметровых противотанковых «ежа». На монументе надпись:
                « И врагу никогда не добиться,
                Чтоб склонилась твоя голова, -
                Дорогая моя столица,
                Золотая моя Москва».
     В 1966 году, когда я работал в тресте «Зеленоградстрой» в городе Зеленограде – молодом городе, построенном на месте ожесточенных боев, то присутствовал при вскрытии братской могилы. Военные в белых халатах… Почетный караул… Затем мощный бронетранспортер с останками Неизвестного солдата медленно направился к Москве.
     И кто знает,  может у Кремлевской стены горит вечный огонь над одним из наших кирилловских солдат, которых соседка поила молоком…
     Возвращаясь к декабрьским дням 1941 года, хочу сказать, как наша семья почувствовала перелом в исторической битве под Москвой. В ночь на 6 декабря из барака на Сходне, где ютилась наша семья, всех остальных эвакуировали, готовясь взрывать все дома и постройки, ничего не оставлять врагу. (и это в 30-ти км от Москвы).
     У матери больше не было сил кочевать с нами, с четырьмя детьми  с места на место. На все угрозы и просьбы коменданта уйти из барака она отвечала решительным отказом.
     «Будь что будет» - говорила она.
     Как она пережила эту ночь – не знаю, не говорила она, только под утро вбежал тот же комендант и крикнул :
     - Ну и счастливая, ты, мать! Немца погнали!
     Мне было тогда 1,5 года.

               

        Прочел я в «Литературной газете» статью «Дежавю» о трудном исходе из Казахстана в райцентр Ленинградской области одного из многих русских, вынужденных в 90-х годах  покинуть  среднеазиатские республики и вернуться в Россию. И вот сейчас, спустя 10-15 лет, видимо многих уже стало посещать  состояние дежавю, будто бы они, эти вернувшиеся в Россию русские никуда из среднеазиатских республик и не уезжали.
       Вот выдержка из этой статьи: «…Всё больше и больше  на улицах районного центра стало появляться людей  среднеазиатской внешности, которые звонили в двери и предлагали услуги: строить, копать, ремонтировать. Зазвучала нерусская речь, чужие музыкальные мотивы, забегали чернявенькие ребятишки, которые вели себя довольно уверенно на занятых их родителями дачных участках…»
      Далее автор пишет, что с соседями надо жить дружно, что жалко их, вынужденных покинуть свою теплую историческую  родину и искать, зарабатывать тяжелым трудом кусок хлеба в северных морозных краях. Но ведь рано или поздно они, выходцы из Средней Азии, растворятся в многоязыком РУССКОМ народе, примут наши обычаи, предложат свои, изучат русский язык, но произойдет это, у них видимо, не скоро.
      Почему я так думаю. Да вот почему. Пошел я как -то в супермаркет за продуктами, набрал их в тележку, подхожу к кассе. Передо мной три человека, за кассой молодая симпатичная девушка то ли из Киргизии, то ли из Таджикистана. Рассчитав предыдущего покупателя, начинает сканировать мои продукты. Увидев, что на транспортерную ленту высыпалось немного сахарного песка, она говорит :
      - У вас песок сыпется…
      И упаковывает пачку с сахарным песком в другой полиэтиленовый пакет. И тут дернула меня нелегкая пошутить:
      - А что ж вы хотите, восьмой десяток уже идет…
      Стоявшие сзади меня в очереди грохнули от смеха. Я тоже улыбнулся. И только кассирша, эта симпатичная девушка с восточной внешностью, не понимая причины смеха, обводит нас, покупателей недоуменным взглядом. Она, видимо, никогда не слышала эту старую шутку. А сколько их, таких шуток ещё в нашем великом и могучем русском языке? И сколько лет нужно прожить среди русских людей, чтобы понимать и реагировать на произнесенное русское слово.

        Прочел я в «Литературной газете» статью «Дежавю» о трудном исходе из Казахстана в райцентр Ленинградской области одного из многих русских, вынужденных в 90-х годах  покинуть  среднеазиатские республики и вернуться в Россию. И вот сейчас, спустя 10-15 лет, видимо многих уже стало посещать  состояние дежавю, будто бы они, эти вернувшиеся в Россию русские никуда из среднеазиатских республик и не уезжали.
       Вот выдержка из этой статьи: «…Всё больше и больше  на улицах районного центра стало появляться людей  среднеазиатской внешности, которые звонили в двери и предлагали услуги: строить, копать, ремонтировать. Зазвучала нерусская речь, чужие музыкальные мотивы, забегали чернявенькие ребятишки, которые вели себя довольно уверенно на занятых их родителями дачных участках…»
      Далее автор пишет, что с соседями надо жить дружно, что жалко их, вынужденных покинуть свою теплую историческую  родину и искать, зарабатывать тяжелым трудом кусок хлеба в северных морозных краях. Но ведь рано или поздно они, выходцы из Средней Азии, растворятся в многоязыком РУССКОМ народе, примут наши обычаи, предложат свои, изучат русский язык, но произойдет это, у них видимо, не скоро.
      Почему я так думаю. Да вот почему. Пошел я как -то в супермаркет за продуктами, набрал их в тележку, подхожу к кассе. Передо мной три человека, за кассой молодая симпатичная девушка то ли из Киргизии, то ли из Таджикистана. Рассчитав предыдущего покупателя, начинает сканировать мои продукты. Увидев, что на транспортерную ленту высыпалось немного сахарного песка, она говорит :
      - У вас песок сыпется…
      И упаковывает пачку с сахарным песком в другой полиэтиленовый пакет. И тут дернула меня нелегкая пошутить:
      - А что ж вы хотите, восьмой десяток уже идет…
      Стоявшие сзади меня в очереди грохнули от смеха. Я тоже улыбнулся. И только кассирша, эта симпатичная девушка с восточной внешностью, не понимая причины смеха, обводит нас, покупателей недоуменным взглядом. Она, видимо, никогда не слышала эту старую шутку. А сколько их, таких шуток ещё в нашем великом и могучем русском языке? И сколько лет нужно прожить среди русских людей, чтобы понимать и реагировать на произнесенное русское слово.