Маврина Татьяна Алексеевна - волшебница детских сказок — русская художница и иллюстратор
(Tatyana Mavrina-Lebedeva)

«Ложусь спать на горах. Кладу шесть сказок в головах:
одна разговаривает, другая спрашивает, третья звенит,
четвертая шумит, пятая смеется, шестая плачет».

Татьяна Алексеевна Маврина прожила долгую жизнь, и более семи десятилетий не прекращала работать. Современники вспоминали веселый нрав и улыбку, с которой она начинала любое дело. Ее трудолюбие восхищало окружающих, но сама Маврина никогда не понимала этого восхищения: рисовать, заниматься живописью для нее было так же естественно и необходимо, как дышать.
Татьяна Алексеевна Маврина щедро проявила свое дарование в различных творческих направлениях. Она создала циклы зарисовок, посвященные старинным русским городам, эскизы декораций и костюмов к театральным спектаклям, ряд мультфильмов. Особое место в ее творчестве заняло иллюстрирование книг для детей. Наиболее известно оформление сказок А. С. Пушкина: "Сказка о мертвой царевне и семи богатырях ", "Руслан и Людмила", "Сказки", а также сборники "По щучьему велению", "Русские сказки", " За тридевять земель". Т. А. Маврина выступала и как иллюстратор собственных книг: "Сказочные звери", "Пряники пекутся, коту в лапы не даются", "Сказочная азбука".

Она сделала изумительную книгу «Лукоморье». Там кот присутствует на каждом развороте: то выглядывает из-за зимнего пригорка, то с луны лукаво улыбается... А вот он выглядывает из-за знакомого всем дивного профиля поэта, начертанного летящей мавринской линией... Этим двойным портретом: сказителя-кота и сказителя-поэта, художница завершила «Лукоморье».
«Для меня самое «душе­щипательное произведение» «У лукоморья дуб зеленый», – пишет художница. – Таин­ственное лукоморье – не географическое по­нятие, а сонное видение, где дуб, кот и весь сказочный мир. В этих коротких строчках для меня все три тома сказок Афанасьева, лубки и былины. Это стихотворение – вроде волшебного ларца, из которого вылезают и город, и войско, и народ. Есть еще подходя­щий сказочный образ для этого стиха – зо­лотое яичко, в которое сворачивается целое царство. Все эти образы из русских народных сказок. Сказки Пушкина для меня, как на­родные. Такого русского поэта и не сыскать... Каждая книга имеет свои корни и требует своих особых «камертонов». Искать эти «ка­мертоны» для Пушкина можно только в на­родном искусстве».