Москва всегда была окутана тайнами — и двести лет назад, и пятьдесят. О некоторых из них помнят столичные старожилы, их хранят улицы, переулки, укромные уголки города. 

Человек из квартиры Сталина

Писатель Эдуард Хруцкий был очень популярен. Он сочинял детективы, которые сразу раскупали. По его сценариям ставили фильмы, вызывавшие жгучий интерес. Отцом писателя был разведчик, а тестем — председатель КГБ Иван Серов. Хруцкий жил в знаменитом Доме на набережной. Да еще в квартире, где до него обитал Василий Сталин.

Хруцкий выделялся своим обликом — он был высок и элегантен. И курил трубку как Эрнест Хемингуэй и Илья Эренбург. Но главное, у него было много друзей с Петровки, 38. Поэтому он знал массу занимательных случаев из жизни московского уголовного розыска. Иногда он делился ими с журналистами. Некоторые истории вошли в его интереснейшую книгу «Криминальная Москва».

Лихие ребята

В начале 50-х в Москве заявила о себе банда «разгонщиков»-грабителей. Так называли преступников, выдававших себя за сотрудников милиции. В дерзкий отряд входили молодые офицеры, демобилизованные из армии после Великой Отечественной — сильные, бывалые люди. Они прошли огонь и воду и были готовы к любым опасным приключениям.

Почему они решили заняться грабежами? Парням банально не хватало денег. Их зарплата на «гражданке» была невелика, а им хотелось развлекаться, заводить романы… В общем, они решили «бомбить» торгашей и тех, у кого были большие левые доходы. Даже при жестких сталинских порядках такие люди были. И немало.

Сначала фронтовики проводили разведку — как на войне. Ходили в рестораны, знакомились с разными людьми, вели долгие беседы и делали «выводы» — кого брать на мушку, а кого — не резон. А потом, к тем, кто им «понравился», приходили в гости. Точнее, являлись не «разведчики», а их «коллеги» — двое или трое. Деловито предъявляли удостоверения сотрудников московского уголовного розыска, ордера на обыск — разумеется, поддельные — и приступали к делу.

Они начинали конфискацию у дельцов и торгашей денег, драгоценностей и прочих ценных вещей, нажитые нечестным путем. То есть, грабители грабили грабителей. Оригинально, правда?

«Разгонщики» не спешили. Они тщательно, сантиметр за сантиметром, обыскивали квартиру, исследуя каждый укромный уголок. И гора извлеченных из тайников ценностей на столе росла. Каждую вещь описывали, потом насмерть перепуганного хозяина дома, близкого к обмороку, допрашивали. Рядом билась в истерике жена, плакали дети.

Когда махинатор с содроганием сердца ждал «приглашения» собрать вещи и проследовать за незваными гостями, они вдруг прощались. Милосердные «милиционеры» позволяли несчастному в последний раз переночевать дома, а назавтра приглашали в известное здание на Петровке, 38.

Кадр: фильм «На углу у Патриарших»

Прыжок из окна

Конечно, жертвы «разгонщиков» и не думали идти в МУР. В тот же день они исчезали из Москвы. Наскоро собрав самое необходимое, садились в поезда, автомобили, уходили пешком, стараясь раствориться в каком-нибудь другом городе. У них еще оставалось немало денег, и были наготове другие паспорта. Да и жизнь им предстояло начинать другую. Но такую же лихую.

Фронтовики-налетчики однажды, что называется, нарвались. Одна из их крупных жертв — директор большого мехового магазина - оказался осведомителем МУРа. И, позвонив в «контору», поинтересовался, почему, его «трясут». Разумеется, на том конце провода очень удивились. И попросили описать приметы их самозванных коллег.

На «разгонщиков» началась охота, которая, впрочем, продолжалась недолго. Банду муровцы накрыли в квартире дома №9 по Столешникову переулку, на котором висит мемориальная доска в честь бытописателя Белокаменной Владимира Гиляровского. Однако одному из бандитов, бывшему фронтовому разведчику, удалось бежать. Он выпрыгнул из окна третьего (!) этажа и, слыша за спиной хлопки выстрелов, растворился в проходных дворах близлежащих улиц.

Это конец истории, но есть и эпилог.

Через несколько десятков лет после того события, Хруцкий прогуливался по Москве с одним из своих знакомых, известным кинематографистом. Они дошли до Столешникова переулка, и спутник писателя показал ему то окно и тот двор. Как вы уже догадались, этот человек когда-то выпрыгнул из окна, спасаясь от погони…

Трагедия на Трубной площади

В начале марта 1953-го умер Сталин. В столице появились кордоны милиции. А поскольку людей не хватало, к дежурству привлекли солдат, курсантов военных училищ, слушателей военных академий. Все они перекрывали центральные улицы Москвы.

Зачем? Может, в Кремле думали, что народ, сломя голову, помчится к Колонному залу Дома Союзов прощаться с вождем? И многотысячная толпа сметет все на своем пути…

Людей, желающих посмотреть на мертвого Сталина — живым его мало кто видел — оказалось действительно немало. Многие отправлялись всей семьей, с детьми через всю Москву, чтобы издали увидеть обитый алой тканью гроб, заваленный венками, в котором лежал их кумир.

Прощаться с вождем шли не только горожане. С переполненных вокзалов вливались в толпу жители Подмосковья и близлежащих городов. И людская река, которая медленно текла к Колонному залу, становилась все гуще и гуще…

Что произошло во время похорон Сталина, известно — небывалая трагедия на Трубной площади и его окрестностях, унесла жизни множества людей. Они задыхались в страшной тесноте, падали и по ним шли сотни других, не в силах остановиться. Над толпой стоял свежий запах крови.

Случившееся называли несчастье по-разному, в том числе, «второй Ходынкой». Хруцкий рассказывал, что один из его приятелей угодил в смертельный водоворот, но каким-то чудом сумел из него выбраться. Он сумел втиснуться в какой-то подъезд и пройти через черный ход на другую улицу. Приятель оказался изрядно помят, потерял шапку, шарф, но зато остался жив!

«Капкан» на Сретенке

В те траурные дни на улицах Москвы стали находить раздетых и оглушенных людей. Это орудовала банда некоего Четвертакова, по кличке Четвертак, которая грабила скорбящих граждан.

Подъезд дома на Сретенке стал для них капканом. Когда толпа особенно напирала, дверь внезапно открывалась, и несколько человек вбегали туда, решив, что нашли спасение. Однако они попадали в руки к безжалостным уркам.

Дверь захлопывалась, и начинался «шмон». Тех, кто был одет в дешевые пальтишки и вообще имел непрезентабельный вид, бандиты выкидывали через черный ход. Других людей — повидней, побогаче, грабили, раздевали и бросали в глухой соседний двор. Одни замерзали — в те мартовские дни стояли сильные морозы, другим удавалось добрести до дома.

Бандитов оперативники вычислили быстро. И скоро повязали. Схватили и главаря, когда он пытался скрыться со здоровенным тюком ворованных вещей. Не обошлось без перестрелки — один из налетчиков выпалил из пистолета в милиционера, но тут же был сражен наповал. Остальные вышли из подвала с поднятыми руками – как бандиты из «Черной кошки» в фильме «Место встречи изменить нельзя».

Оживились и другие криминальные типы. Москвичей грабили ночью на темных улицах и во дворах. Бандиты знали, что вся милиция стоит в оцеплении, а потому вели себя особенно нагло.

В метро, автобусах, троллейбусах и трамваях «работали» карманники. Их было столько, что чуть ли не на каждом маршруте обнаруживались жертвы воровства – плачущие женщины и растерянные мужчины. Вокруг них собирались сочувствующие, которые, впрочем, могли и сами угодить в такую же неприятную историю.

Иногда, как рассказывал Хруцкий, воров задерживали сами москвичи. Случалось, что карманников не сдавали в милицию, а жестоко, а порой и до потери сознания избивали. Люди в то время были разгорячены и озлоблены. Они были растеряны, не зная, как теперь сложится их жизнь. Ведь многие были уверены, что после смерти Сталина в Советском Союзе начнутся беспорядки или, того хуже, разразится война с «империалистическими хищниками» во главе с США…

Москва, 1964 год

Маньяк со Второй Мещанской

В конце 1963 года по Москве разнеслась ошеломляющая весть о появлении страшного убийцы. Он, под видом работника «Мосгаза», проникал в жилища горожан и делал вид, что проверяет оборудование. Потом, улучив момент, жестоко расправлялся с хозяевами — при этом не щадил ни детей, ни взрослых — и уносил вещи и деньги.

Случалось, что «улов» оказывался мизерным. Однажды, убив ребенка, изувер забрал 60 рублей, детский свитер, флакон «Шипра» и солнечные очки. В другой раз нажива составила пиджак, кофту, две авторучки и тонкую пачку облигаций. Но маньяк не останавливался. Да и не в состоянии он был жить без убийств — постоянных, варварских и бессмысленных…

На ноги была поднята вся столичная милиция. Фоторобот подозреваемого помогали воссоздать художник Карповский и антрополог Герасимов. Дело было на контроле у главы государства Хрущева и министра внутренних дел Щелокова. Говорили, что последний лично допрашивал маньяка, когда его выследили и схватили.

На счету у 26-летнего Ионесяна — там звали душегуба — оказалось несколько убийств в Москве и Иванове. В столице он снимал комнату в доме на Второй Мещанской. Вел себя тихо, не пьянствовал. Так отзывалась о нем хозяйка квартиры…

Хруцкий оказался косвенно причастным к этой криминальной истории. В начале 1964 года он — в то время журналист — коротал время с приятелями в ресторане «Урал» на Пушкинской улице — ныне Большая Дмитровка. И вдруг…

• Руки на стол!

Подняв головы от тарелки цыплятами-табака и коньяка, они увидели, что на них направлены дула милицейских пистолетов.

Будущий писатель и его приятели покорно подняли руки. Их отвезли в отделение милиции на той же Пушкинской улице. Они были ни живы, ни мертвы от страха и не знали, в чем их подозревают.

Оказалось, все просто — облик Хруцкого оказался похожим на фоторобот того самого Мосгаза. И его приятели – тоже.

Компанию долго допрашивали, и все выяснилось. После этого группа проголодавшихся граждан, которая пополнилась сыщиками с Петровки, вернулась в тот же ресторан «Урал». И все дружно выпили за то, чтобы не быть похожими на злосчастный фоторобот.

Источник: https://moslenta.ru/