Глубокий взор вперив на камень,
Художник нимфу в нем прозрел,
И пробежал по жилам пламень,
И к ней он сердцем полетел.

Но, бесконечно вожделенный,
Уже он властвует собой:
Неторопливый, постепенный
Резец с богини сокровенной
Кору снимает за корой.

В заботе сладостно-туманной
Не час, не день, не год уйдет,
А с предугаданной, с желанной
Покров последний не падет,

Покуда, страсть уразумея
Под лаской вкрадчивой резца,
Ответным взором Галатея
Не увлечет, желаньем рдея,
К победе неги мудреца.

Евгений Абрамович Баратынский (1800-1844)

Человек поддаётся искушению и становится заложником своей одержимости. Может ли он контролировать себя, столкнувшись с объектом своего желания? "Пигмалион" - это история о внутренней борьбе между любовью и одержимой страстью. Мультфильм основан на древнегреческом мифе о Пигмалионе. 

Пигмалион — в греческой мифологии скульптор, создавший прекрасную статую из слоновой кости и влюбившийся в своё творение.

 



Но сначала о легенде

Тому, кто верно служит богине любви, дарит Афродита счастье. Так дала она счастье кипрскому художнику Пигмалиону. Он ненавидел женщин и жил уединенно, избегая брака. Однажды сделал он из блестящей белой слоновой кости статую девушки необычайной красоты. Как живая стояла эта статуя в мастерской художника, казалось, она дышит и вот-вот задвигается и заговорит. Часами любовался художник своим произведением и полюбил наконец созданную им самим статую. Он дарил ей драгоценные ожерелья, запястья и серьги, одевал ее в роскошные одежды, украшал голову венками из цветов. Как часто шептал Пигмалион:
- О, если бы ты была живая, если бы могла отвечать на мои речи, о, как был бы я счастлив!
Но статуя была нема. Наступили дни торжеств в честь Афродиты. Принося Афродите в жертву белую телку с вызолоченными рогами, он простер к богине любви руки и с мольбой прошептал:

- О, вечные боги и ты, златая Афродита
Если вы все можете дать молящему, то дайте мне жену столь же прекрасную, как та статуя девушки, которая сделана мной самим. Пигмалион не решился просить богов оживить его статую, боясь прогневать такой просьбой богов-олимпийцев. Ярко   вспыхнуло жертвенное пламя перед изображением богини любви Афродиты; этим богиня давала понять Пигмалиону, что услышала его мольбу. Вернулся художник домой. Подошел он к статуе и, о счастье, о радость! Статуя ожила! Бьется eе сердце, в ее глазах светится жизнь. Так дала богиня Афродита Пигмалиону красавицу-жену Галатею.

Георг Отс. Я люблю. Песенка Пигмалиона из мюзикла "Прекрасная Галатея"

Случалось ли вам ехать поздним зимним вечером или ночью мимо леса? Смотреть из окон машины или автобуса на заснеженные чащи? Представлять себе, что этот лес живет своей особенной жизнью? И что его населяют необыкновенные существа? Впрочем, они могут прийти и в дом… От этих тайн просто мороз по коже…

ЗЮЗЯ ПООЗЕРСКИЙ

Этот персонаж является самым настоящим белорусским «дедом морозом», которого «откопали» несколько лет назад сотрудники Поставского Центра туристских услуг и построили на этом большую и очень популярную туристическую программу под названием «У госці да Зюзі Паазерскаго». Зюзя – мифологический герой, бог зимы, в которого верили древние жители здешних мест. Обитатели Поставщины и Мядельщины представляли Зюзю старым дедушкой с красным носом, с железной булавой, одетым в белый кожушок и ходившим босиком в самый лютый холод. Его боялись и уважали. Говорили: «Кто там шумит, кто гремит? Это сам Зюзя людей поучить хочет!» Перед Рождеством в каждом доме готовили специальное блюдо – кутью. Не забывали и о Зюзе – на отдельный стол ставили порцию для него, хотели задобрить, чтобы не лютовал и не морозил озимые и скот. Бытовали такие пословицы: «Кутья на столе – Зюзя во дворе» и «Замерз, как Зюзя». Были даже производные слова – «зюзеть», т.е. мерзнуть, и «назюзюкаться», т.е. перебрать горячительных напитков. Зюзя в представлении наших предков был не одинок. Его окружала целая свита друзей и помощников.

Сначала не было ничего - только черная вода, из которой торчал огромный валун. И был бог Перун, ему стало скучно и он начал метать молнии в валун. Примерно так появилось все сущее. Что-то это напоминает.

Мифы о Беларуси

Белорусская мифология входит в славянскую семью мифологий. Перун, Овсяник, Жижель и другие персонажи известны не только белорусам, но и русским, украинцам или полякам.

Язычество было традиционной религией наших предков, которые поклонялись духам леса и поля, огню и другим силам природы. Они верили в приметы, задабривали богов и духов медом или зерном, а перед долгой дорогой садились на порог и просили помощи у предков.

Этнографы отмечают, что этот обычай - один из самых древних и связан с традицией захоронения умерших “под порогом” дома. Их тела спускали в подвал или погреб, отчего и произошли фамильные склепы.

Вся жизнь древнего белоруса была окружена мифами и легендами. Они передавали, как сейчас принято говорить, из уст в уста - сначала в виде правдивых историй о богах, затем в сказках и поданиях.

С приходом христианства многие из них были забыты, некоторые просто изменились - и теперь качества языческих богов начали приписывать христианским святым. Но глубинная вера во что-то высшее, необъяснимое осталась. 

Пантеон белорусских богов

Главным богом у древних белорусов был Перун. Именно он стрельнул молнией в камень - и появилась земля, растения, животные и люди. 

Перун упоминается и в летописях, где он то и дело насылает громы и молнии. В честь бога-громовержца устанавливались истуканы, каменные идолы - после крещения их чаще всего разбивали и топили в реке либо обтесывали до формы креста.

Китайский дракон считается одним из ключевых символов китайской мифологии, но его понимание сильно отличается в восточных и западных культурах.

Китайский дракон является животным благим, несущим людям различную помощь и поддержку, является символом императорской власти, символом могущества, процветания, долголетия, сочетает в себе свойство иньской и янской стихий. Несмотря на то, что, безусловно, есть разница, в представлении западных культур,  дракон -- это нечто грозное и могущественное.

 Сюаньэнь, Китай. Плот в виде дракона для туристических прогулок в уезде Сюаньэнь провинции Хубэй /Центральный Китай/. 

Снегиря зачастую называют огненной птицей из-за цвета его оперенья и крылышек. 

Орфей спустился за своей Эвридикой в Аид, но все равно не смог ее спасти, он страшно горевал и был растерзан вакханками...

Джон Дункан «Семела», 1921 год

Немало древнегреческих преданий являются историями о любовных похождениях верховного бога Зевса. Среди его возлюбленных было немало земных красавиц, и сейчас речь пойдёт об одной из них - Семеле. Её имя в переводе с древнегреческого значило «почва», «земля», что, несомненно, воплощало силы материнства.

Семела стала известна как мать Диониса, бога развлечений и виноделия. Но если о её возлюбленном и сыне известно очень много, то сама красавица, к сожалению, остаётся в тени столь ярких родственников. Семела была смертной женщиной, однако в Древней Греции её почитали на уровне с второстепенными богинями. Какой же стала её судьба? Как Зевс узнал о красавице? И что за события были связаны с рождением Диониса?

Поль Деларош. Иродиада. 1843

Саломея – один из самых ярких персонажей Нового Завета. Она сыграла главную роль в гибели Иоанна Крестителя, а о ее невероятной магической красоте ходили легенды. Образ Саломеи волновал лучших мастеров мировой живописи на протяжении нескольких веков, и каждый из них имел свой взгляд на историю коварной красавицы.

Легенды о незабудке.

Легенда №1:

Одна из древнегреческих легенд повествует, что слезы Эгле, невесты пастуха Ликаса, вызвали к жизни голубые незабудки.

В Греции незабудки называют светло-голубыми глазами пастушки Эгле.

«Ликас и Эгле были самой красивой парой из всех пастухов и пастушек Аркадии, а их любовь и верность на побережьях реки Алфея вошли даже в поговорку.

Но вот однажды Ликас получает строгое приказание от отца немедленно воротиться домой и вступить в наследство, оставленное ему его умершим дядей.

Тогда у бедной Эгле зарождается сомнение: как бы Ликас, разбогатев, не изменил ей и, увлекшись какой-нибудь городской красавицей, об умении которых влюблять в себя так много рассказывали бывавшие там старые пастухи, не бросил ее?

Миф об Амуре и Психее появился еще в Древней Греции, но популярным стал во времена Древнего Рима. Все дело в том, что в римской цивилизации более свободно относились к любым видам наслаждения, и любовное не стало исключением. Сюжеты, в которых рассказывались истории о страстях богов и богинь снискали успеха у публики, особенно те, в которых боги влюблялись в земных женщин.