Исторический аспект

Модель лабиринта присутствует во многих культурах. Но, следует отметить, что практически все они относятся к Евразийскому континенту. Скорее всего, у лабиринта есть родина, но сейчас утверждать, где она, нельзя. Поэтому правильным будет представить для общего знакомства наиболее древние и известные версии лабиринта в мировой истории.

Крито-микенская культура одна из первых стала использовать лабиринт. Известно изображение лабиринта на критской монете. Именно на Крите был знаменитый лабиринт из мифа о Минотавре и Тесэе. Чудовище, живущее в лабиринте и регулярно пожирающее дань из молодых афинских юношей и девушек, было побеждено Тесэем. Но мало победить Минотавра, нужно найти выход из лабиринта. Герою помогла Ариадна со своей нитью. В этом мифе нам интересна идея запутанности лабиринта и трудности выхода из него. Кроме самого совершения подвига важен ещё и возврат в мир. Сама история с Минотавром происходит в Крите, а значит, идею лабиринта эллины соотносили с древней крито-микенской культурой.

В Элладе рисунок лабиринта зафиксирован довольно часто. Он присутствует как нацарапанное или нарисованное изображение на стенах и сосудах. Но что значил лабиринт? Кроме мифа, Эллада больше не сообщает нам нечего. Был ли рисунок лабиринта просто замысловатым узором или это некое мистический знак, сейчас сказать трудно.

В городах Рима лабиринт был элементом декоративной культуры. Напольные и настенные мозаики часто содержали это изображение. Например, в раскопках засыпанных пеплом Помпеях найдено два мозаичных лабиринта.

Еще один интересный случай многократного изображения лабиринта относится к ранним христианским рукописям. Описывая библейскую историю взятия израильтянами города Иерихона, иллюстраторы изображали этот легендарный город в виде лабиринта. Известны православные (византийские), католические, сирийские и еврейские типы Иерихонов-лабиринтов. Это говорит о популярности этого изображения на огромной территории.

Следующий эпизод использования рисунка лабиринта – это готические соборы Европы. Самый известный — лабиринт на полу Шартрского собора. Он существует до сих пор, по ему можно пройтись. Он создавался, скорее всего, как практика хождения. Существует несколько готических соборов, где присутствует рисунок лабиринта, который стали называть шартрским. Одна из версий, зачем это было сделано, говорит, что таким образом монахи совершали торжественные предпасхальные хождения. Но это только версия. Нужно отметить, что в канонах такого правила нет. Почему духовенство решило использовать этот сложный узор – вопрос открытый. Ещё есть версия, что по лабиринту на коленях двигались грешники, отрабатывая покаяние за грехи. Компактность лабиринта позволяла на небольшой территории использовать достаточно длинный маршрут.

Ещё одно интересное использование модели лабиринта зафиксировано в Индии, как иллюстрация к Махабхарате. В этом тексте говорится об определенном идеальном построении армейских порядков, имеющего вид лабиринта. Враги, встретив, армию, построенную таким образом, заведомо проигрывают. Но почему? Вопрос. Возможно, это метафора входа без выхода (для вражеских войск). Учитывая, что Александр Македонский дошел до Северной Индии и основал там эллинские государства, можно осторожно предположить, что античная модель лабиринта была использована иллюстраторами Махабхараты в своих целях. Возможно лабиринт мог быть символом сансары, такой же запутанный и неизбежно ведущий к цели — освобождению.

Ещё один пример загадки использования лабиринтов – север Европы. В Скандинавии  найдено несколько сот каменных лабиринтов. Есть лабиринты и на побережье Белого моря России. Там есть несколько десятков лабиринтов, выложенных из камней. Установить возраст построек невозможно, поскольку в качестве элементов лабиринта использовались те камни, что были на поверхности, без обработки. Поэтому объяснения разные: кто говорит, что это дело рук скучающих воинов Советской Армии, которые от нечего делать выкладывали такие конструкции на берегу моря, кто говорит, что лабиринты были построены на заре человечества шаманами для своих мистических целей. Есть более прозаическая версия, что эти лабиринты — ловушки для рыбы, которая попадала внутрь во время прилива, не могла выбраться в отлив наружу и таким образом становилась уловом для находчивых рыбаков.

Кроме этого, модель лабиринта стала частью садово-парковой культуры Англии, а затем, и всей Европы в Новое время. Но здесь загадки нет. Назначение этих лабиринтов – развлекательно–декоративное.

Символический аспект

Эта статья – тоже в некоторой степени лабиринт. Первый круг движения был внешним, фактическим. Читатель накапливал набор знаний о лабиринтах и эти знания были об ушедших культурах. Его персонально это не касалось. Второй круг, символический относится к культурному полю. Это пространство, где формируются символы, наделенные особым смыслом знаки, но для их чтения необходим социальный и культурный контекст. Так, например, свастика является примером символического знака. Но, нарисованная в Европе, в наши дни, она вызовет осуждение и даже уголовное преследование. В Индии свастика – обычный атрибут бога Ганеши и вообще символ счастья. В буддийских странах Азии свастика часто изображается на груди Будды.

Мы является носителями той или иной культуры, где разворачиваются те или иные символы. Используем ли мы символ лабиринта в нашей культуре? Как метафору сложной ситуации, но и только. Древнегреческая культура предложила базовый вариант интерпретации лабиринта, который по сути, используется до сих пор. В этом мифе лабиринт был местом угрозы и дойдя до центра лабиринта герой (Тесэй) убивает своего антагониста Минотавра. Примечательно, что Минотавр имеет голову быка. Можно предположить, что на уровне архетипов этот персонаж воплощает Подсознательное человека, его Тень. В Западной культуре не очень жаловали бессознательное. Узнать в Тени свою отрицаемую часть – это понимание было не практичным. Всё, что не похоже на нас, всё что вызывает страх, должно быть уничтожено. Такова плата за ясный рассудок. В этом мифе Тесэй, уничтожив противника, сам не смог выбраться из лабиринта, ему помогла Ариадна. На языке архетипа – Анима, женская внутренняя часть Героя. Полной интеграции не произошло, лабиринт остался не местом постижения и обретения целостности, а местом угрозы и победы.  Возможно, это эффективная практика – уничтожать всё то, что вызывает страх. Возможно, нет.

Тем не менее, позже, в Высокое Средневековье, лабиринты стали использовать в период роста городов и строительства величественных соборов вне греческого мифологического контекста.  Ранее, в позднюю античность и раннее средневековье модель лабиринта стал удобным античным артефактом, подходящим для метафоры неприступности города Иерихона. Долгое время в христианских летописях город Иерихон изображался в виде лабиринта.

Скорее всего, позже структура лабиринта стала изображать символический путь к другому библейскому городу Иерусалиму. Не столько к Иерусалиму земному, сколько к Иерусалиму небесному. Двигаясь по напольному лабиринту собора, монахи символически закрепляли свою высшую цель.

Деятельность христианской церкви проникнута духом символизма. Богослужение, облачение священников, календарный цикл, святые таинства – это всё построено на глубоких закодированных значениях, раскрывающихся для участника церковной жизни в полной мере и дающих тотальное понимание происходящего.

И всё же, использование лабиринтов как религиозной практики было локальным случаем, удачной изобразительной находкой. Оно не отражено в церковных документах, поэтому можно говорить только о версиях. Вполне возможно, что по лабиринту передвигались грешники. Это могло служить символическим паломничеством в Иерусалим. Вместо реального путешествия грешник двигался по дорожке лабиринта.

Позже, с развитием городов и формированием буржуазных ценностей церковь перестала быть местом мистических событий. Деньги – вот что стало настоящей мистикой. А деньги любят скорость и не любят запутанных путей. На окраине Европы, в северных землях Скандинавии и Русского Севера каменные лабиринты стоят до сих пор. Но их символика недоступна. С одной стороны такое количество существующих лабиринтов говорит об универсальной практике постройки и использования. Но письменных документов, которые бы прояснили, что за идея стоит за этим, нет. Даже если предположить, что это ловушки для рыб, правильность конструкции лабиринта, а не просто каменных стен-ловушек всё же говорит о ином, большем предназначении. Каком, неизвестно.

Практика лабиринтов в Индии, скорее всего, тоже пришла из Эллады. Александр Македонский внес много новых идей в ведическую культуру. Считается, что именно изобразительная культура греков породила традицию изображения Будды в виде статуй и картин. До этого буддизм был пуританской традицией, где не поощрялось изображать Просветленного во избежание ложных поклонений. Но времена меняются и античный образ лабиринта тоже пригодился. Он стал символом блуждания в сансаре. Долгий путь без видимой цели, который может закончится успешно – достижением нирваны. Нужно отметить, что лабиринт не стал распространенным в Индии символом, там своих уже хватало. Да и для иллюстрации сансары этот образ был слишком прост.

Этот беглый просмотр символических аспектов лабиринта можно подытожить мыслью, что любые символы имеют силу, только если они включены в систему интерпретаций существующей культуры. На «краях» культурного поля возможны проникновения иных артефактов из других, соседних во времени или пространстве культур, но такие артефакты не обладают достаточной энергией, чтобы стать общеупотребляемым символом.

Крито-микенская культура, античность использовали лабиринт как «родной», узнаваемый символ. В остальных культурах лабиринты были скорее украшением, диковинкой, не имеющей внутреннего наполнения.

В наше время, в эпоху постмодерна многие символы и знаки из древних культур оживают. Но чаще всего это скоротечные процессы, и глубинного наполнения применение таких артефактов не имеет. Сегодня лабиринты узнаваемы и ограничено популярны. Но каждый пользователь лабиринта практически самостоятельно наделяет свой лабиринт смыслом. Мы имеет дело с частными толкованиями. Но это может всё же приводить к определенным результатам. Поскольку нашей психике лабиринты показаны.

Психологический аспект

Третий круг этой статьи–лабиринта касается внутреннего мира человека. Не все, возможно, смогли дойти/дочитать до этого места. Так устроен лабиринт. Движение в нем подразумевает, что результат может проявиться в любой момент, но когда это произойдет, рассудок сказать не в силах.  Эффект закрытого пространства подразумевает смещение привычных горизонтов и ориентиров. Есть только небольшой отрезок пространства, доступный восприятию. От мотивирует к движению, но не предоставляет никаких гарантий.

Можно взять на себя смелость и предположить, что лабиринт является моделью нашей жизни. Ведь линейное восприятие является не самой лучшей формой выработки жизненной стратегии. Школьный опыт говорит, что прямая – это кратчайший отрезок между двумя точками. Такое простое понимание потом становится общей моделью жизни: «вижу цель, не вижу препятствий». Человек учится достигать цели в кратчайшие сроки и в оптимальный способ. Но такая модель удобна, если речь идет о простых действиях. Например, поход в магазин, утоление жажды, определение маршрута с работы домой. В этих случаях наше сознание автоматически находит оптимальные варианты решения задач.

Труднее дело с долгосрочными планами и задачами, когда результат приходит через некоторый промежуток времени и при этом будут потрачены значительные ресурсы. Например, выбор профессии. Оптимальный вариант — это баланс между востребованностью в обществе и личным интересом заниматься делом. В этом случае внутренняя гармония является чем-то эфемерным и легко достижимым (как кажется). На первом месте — материальная безопасность.

Или же человек предполагает, что если не получится с этой профессией, можно будет когда-нибудь заняться тем, что нравится. Но обычно жизнь походит быстрее, чем ожидалось. И очень мало людей занимаются своим делом. Потому что использовали стратегию прямой линии, а не стратегию лабиринта. То же можно сказать о партнерских отношениях (брак). Часто люди соединяются, исходя из очевидных симпатий, хотя долгосрочное партнерство подразумевает много факторов, необходимых для успешного многолетнего взаимодействия. Мало кто из молодоженов думает о том, что будет с ними лет через десять, ну а двадцать лет – это даже представить нереально. Акцент больше на текущей симпатии. Нет опыта пребывания в лабиринте.

Стратегия лабиринта подразумевает, что в процессе реализации задачи цель выступает как образ, мотив. Но её нельзя увидеть. Что является целью самопознания? Это всегда неизвестность. В процессе достижения цели трансформируется цель, меняется сам искатель. Тем не менее, факт достижения цели несомненен. Надо просто дойти. В практике лабиринта особенно важен опыт удержания мотивации. Также важна готовность встретиться со своими страхами. Психика человека на бессознательном уровне недолюбливает ограниченные пространства туннельного типа, с отсутствием зрительной перспективы как впереди, так и сзади. Проход по лабиринту – это серьезное испытание для нашей древней, «рептильной» части мозга. Удачное прохождение лабиринта – это закрепленный хороший опыт, некая гарантия для нашего бессознательного, что раз получилось здесь, получится и в других ситуациях. Мы часто недооцениваем возможности и силу нашего бессознательного. Часто глубинные страхи и недоверие к миру связаны с отсутствием удачного жизненного опыта.

Ещё дна возможность использования лабиринта как экспериментальной психологической модели – это представление о путешествии по лабиринту как символическое движение к его центу как к точке зачатия. Там, в глубине лабиринта, психонавт может переосмыслить и понять свои задачи, намерение своей души родится, принять свое предназначение. И. потом, двигаясь по извилинам лабиринта, разрешить своей психике представить это путешествие как движение по родовым каналам. Для всех нас, которые проходили опыт рождения, движение по родовому каналу было не очевидным путешествием без гарантированной цели. Наверное, было и больно, и страшно. Частично фрагменты этого опыта до сих пор могут проявляться в нашей как будто сознательной жизни. Опыт прохождения лабиринта с правильно поставленной задачей может переописать процесс нашего рождения на символическом уровне и освободить подвалы нашей психики от ненужных переживаний.

Именно психологические перспективы использования лабиринта дают нам возможность взаимодействовать с этим культурным артефактом в полной мере. Тем более, модель лабиринта удивительно похожа на изображение извилин в человеческом мозге. Как говорил один известный герой: это ж-ж-ж-ж неспроста!»