Татьяна Доронина

Александр Вольдемар родился со всех сторон немцем, хоть и внебрачным. Так как папенька был бароном Остен-Сакеном, молодому человеку дали фамилию Остенек. Так уж тогда было принято - внебрачный потомок получал обрезанную фамилию. Например, Бецкой или Темкина. Впрочем, в 19 лет он «перевел» свою фамилию на русский язык, назвавшись Востоковым. Под этой фамилией он и прославился, после чего никто больше не вспоминал про всякие усеченности и причины их появления.

Александр Христофорович Востоков (1781 - 1864)

Как потомку остзейского барона, хоть и внебрачному, ему предстояло служить Российской империи, но со службой «как все» у Александра не сложилось. Он несколько лет проучился в шляхетском корпусе, но все достаточно быстро сошлись во мнении, что армейская карьера - это не его стезя, поэтому уже в 13 лет его перевели в Академию Художеств, учиться в архитектурном классе.

27 лет жизни было отпущено ему на Земле. Из крупных поэтов – меньше только Лермонтову. Но, гений, духовидец, дворянской ранней зрелости пророк, Лермонтов богатырским махом в 26 лет прошёл отмеренный человеку путь и, исчерпав до дна земные страсти, достигнув невозможных творческих высот, уже скучал на Земле, уже томился её однообразием – в предчувствии неземной полноты бытия.

Васильев же, родившийся столетием позже, погиб, не испив до дна всклень налитой ему чаши… (слово «всклень» — диалектное поволжское слово, которое означает «до краёв», «полностью»). Смутно, глубиной крови он, видно, предчувствовал это, смолоду торопясь жить и творить на полную катушку. Жарким солнцем горела его весна, дочерна его пожигало лето жизни – а ни осени, ни зимы ему уже не досталось. Как вольного и сильного зверя, гнали его ненасытные до живой крови людоеды-охотники. Два ареста за спровоцированное «хулиганство», тюрьма и подневольная тяжкая работа были показательными примерками. Как и унизительная «порка» в печати – сначала всеми эти непонятно-с-чего именитыми Безыменскими, никого-не-греющими Жаровыми, отроду-не-голодавшими Голодными, а затем и самим, сладкоречивым – по-адресу-властей – Горьким, который по возвращении с Капри, как карась в сметану, вошёл во литературе в роль некоего бога-Саваофа соцреализма – и крыл уже «фашистами» своих собратьев по перу, не угодных режиму. А затем и третий роковой арест, когда следователи-чекисты превратили «хулигана» в «террориста», будто бы желающего убить товарища Сталина.

*    *    *

Зелёным горошком
На ситце воздушном
Набухшие почки
Апрельских берёз.
А ветер сонеты
Играет радушно –
Уже нет в помине 
Капельевых слёз!

Вальсирует в небе
Синичка-девчонка:
Как солнечный зайчик,
Играет перо.
И манит берёза
Ветвистой ручонкой,
И злит воробьишка
Кота… Вот, герой!

Чирикает-дразнит,
К нему подлетая,
Пытаясь за кончик
Хвоста ухватить.
А кот сладко дремлет,
Печали не зная.
Устал очень за ночь –
По крышам бродить.

Весною котишкам
Совсем не до птичек:
Волнуют их кошки
Своей красотой…
Пролистаны главы
Морозных страничек –
Пленит нас природа
Весенней главой!

                                              Натали Самоний

Однажды Иван Андреевич Крылов опоздал на званный обед, и ему хозяин в качестве шутливого наказания преподнес "штрафную" глубокую тарелку с макаронами до самых краёв, с горкой. После того, как баснописец умял их, ему подали непосредственно сам обед в полном составе, начиная с супа. Были и вновь макароны, с которыми Крылов разобрался также просто, как и со "штрафными". По окончанию обеда Иван Андреевич высказался, что готов хоть сейчас снова провиниться. Вообще же, обед Крылова мог состоять из тарелки расстегаев, нескольких порций ухи, отбивных, обязательно жареной индейки, не считая мелких закусок, миски кислой капусты и хлеба.

Забавные басни про великого русского баснописца появились ещё при его жизни. В основном они касаются так или иначе его неуёмного аппетита. При этом, эти истории не беспочвенны. Часто они вызывают снисходительную улыбку, и всё больше укрепляют стереотип о Крылове как о ленивом обжоре. Но мало кто знает, что стало причиной такого поведения.

Иннокентий Федорович Анненский - признанный классик Серебряного века русской литературы, творчество которого оказало огромное и несомненное влияние на поэтическое становление Николая Гумилева, Осипа Мандельштама, Анны Ахматовой, Бориса Пастернака и многих других русских поэтов.

Сегодня это звучит более чем странно, но для современников Иннокентий Фёдорович Анненский представлялся прежде всего преподавателем, чем литератором. В отчете Николаевской гимназии за 1911 год некий письмоводитель небрежно отметил: «Не чужд был И. Ф. и чистой лирики: много занимаясь, в особенности последние годы, вопросами искусства, он выпустил два сборника стихов и ряд переводов западно-европейских поэтов».

Как-то принято думать, что русская женская поэзия началась с Анны Ахматовой. Кто там писал стихи до нее из представительниц прекрасного пола и было ли такое вообще, мало кому известно. Есть даже ощущение, что и сама Ахматова себя воспринимала как первую. Недаром в 1957 году она написала ироничное двустишие: "Я научила женщин говорить... / Но, Боже, как их замолчать заставить!" Однако еще за сто лет до нее в отечественной литературе уже царила другая Анна - поэтесса Анна Бунина, "русская Сапфо", купающаяся в благосклонном внимании современников.

Анна Петровна Бунина (1774 - 1829)

Дерзкая девушка

Анна Петровна Бунина родилась 7 января 1774 года в селе Урусово Рязанской губернии (ныне — Чаплыгинский район, Липецкая область). Она принадлежала к старинному дворянскому роду. Тому же, к которому принадлежали В. А. Жуковский, И. А. Бунин и Ю. А. Бунин.

Мама Анны умерла рано, и девочку взяла к себе тётя. У неё, в селе Урусово, Аня получила первое образование. Простенькое: знала русскую грамоту и четыре правила арифметики. Но в те времена этого было достаточно. О музыке, пении и иностранных языках даже и речи не было. Всё это существовало где-то там, в столицах...

Первая мировая война 1914 – 1918 гг. стала одним из наиболее кровопролитных и масштабных конфликтов в истории человечества. Россия вступила в вооруженный конфликт 1 августа 1914 года, после того как Германия официально объявила войну Российской Империи. В вооруженном конфликте, продолжавшимся 4 года, с одной стороны стал Четверной союз - Германия, Австро-Венгрия, Болгария, Турция (Османская империя), с другой блок Антанта, который составляли Россия, Сербия, Франция, Великобритания, Греция, Бельгия, Румыния, США и др.

Общее количество погибших составило более 10 млн. человек. Распались четыре империи: Российская, Германская, Австро-Венгерская, Османская. Миллионы мирных жителей стали беженцами или попали в плен, экономики многих европейских стран оказались подорваны.

Владимир Шошин

*    *    *

Как ясно, как ласково небо!

Как радостно реют стрижи

Вкруг церкви Бориса и Глеба!

По горбику тесной межи

Иду и дышу ароматом

И мяты, и зреющей ржи.

За полем усатым, не сжатым,

Косами стучат косари.

День медлит пред ярким закатом...

Душа, насладись и умри!

Все это так странно знакомо,

Как сон, что ласкал до зари.

Итак, я вернулся, я - дома?

Так здравствуй, июльская тишь,

И ты, полевая истома,

Убогость соломенных крыш

И полосы желтого хлеба!

Со свистом проносится стриж

Вкруг церкви Бориса и Глеба.

                                               В.Я. Брюсов

Его стихи читая — точно я
Переживаю некий миг чудесный:
Как будто надо мной гармонии небесной
Вдруг понеслась нежданная струя…

Нездешними мне кажутся их звуки:
Как бы, влиясь в его бессмертный стих,
Земное всё — восторги, страсти, муки —
В небесное преобразилось в них!

                                           А.Майков 1887

Словно зеркало русской стихии,
Отслужив назначенье свое,
Отразил он всю душу России!
И погиб, отражая её…

                                            Николай Рубцов

Мало кто из нас задумывается о том, что чем больше в сердце хороших мыслей, тем больше Вселенная нам дарит хороших событий и даров. Ведь открытое сердце умеет принимать с благодарностью все, что ей дается. Закрытое же хранит в себе весь негатив, который его окружает. Это красивое стихотворение расскажет нам о том, как сделать так, чтобы Вселенная дарила нам все, чего мы хотим.

Сегодня Бог проснулся утром рано…
Он жалобы и просьбы почитал…
И людям из кувшина без обмана
Желаемое в сердце наливал…

Но не у всех открыто было сердце
И место есть для Чуда не у всех.
То завистью, враждой подпёрта дверца…
То жадность не даёт налить успех…

А у кого-то до краёв разлита
Печаль и безысходность, вот беда.
И Бог жалел, что сердце это скрыто…
Любви хотел налить, да вот куда?

И Бог грустил, что люди не умеют
Сердца и души чистить от обид…
Они с годами в сердце каменеют
И сердце превращается в гранит…

Но Бог ходил, смотрел и улыбался,
Когда сердца влюблённые встречал.
Он брал кувшин и от души старался,
Им счастье в сердце бережно вливал…

А люди постепенно расплескали
Подаренную Богом благодать
И всех вокруг в утрате обвиняли,
Забыв в самих себе вину искать…

Ведь если б мы могли прощать и верить,
Любить, благодарить и отпускать,
То Бог бы мог не каплей счастье мерить,
Кувшин волшебный мог бы весь отдать…

Сегодня Бог проснулся на рассвете.
Огромный ящик с просьбами у ног…
А рядом лишь один без просьб конвертик:
«Благодарю за всё тебя, мой Бог…»

                                                         Ирина Самарина

*    *    *    *    *

Рождество это время, когда тепло человеческих сердец сплетается с древними традициями, создавая атмосферу удивительного домашнего уюта и радостного ожидания чуда. В этот светлый праздник, когда каждый дом наполняется звоном колокольчиков, ароматом свежеиспеченного печенья и мерцанием огней на елке, рисунки и поэзия на Рождество приобретают особое звучание.

*    *    *

Есть страны, где люди от века не знают

Ни вьюг, ни сыпучих снегов;

Там только нетающим снегом сверкают

Вершины гранитных хребтов…

Цветы там душистее, звезды крупнее,

Светлей и нарядней весна,

И ярче там перья у птиц, и теплее

Там дышит морская волна…

В такой-то стране ароматною ночью,

При шепоте лавров и роз

Свершилось желанное чудо воочью:

Родился Младенец Христос.

Татьяна Помогалова

*    *    *

Октябрь окунулся в тень,
Луч солнца туча застилает.
Унылый дождь встречает день,
Вновь осень крылья расправляет.

                                               Александрь Мецгер

Много ярких эпизодов есть в пушкинской поэме о "Руслане и Людмиле". Но, пожалуй, встреча главного героя с живой богатырской головой чудовищных размеров входит в число самых запоминающихся.

Огромны очи сном объяты;
Храпит, качая шлем пернатый,
И перья в темной высоте,
Как тени, ходят, развеваясь.
В своей ужасной красоте
Над мрачной степью возвышаясь,
Безмолвием окружена,
Пустыни сторож безымянной,
Руслану предстоит она
Громадой грозной и туманной.

В недоуменье хочет он
Таинственный разрушить сон.
Вблизи осматривая диво,
Объехал голову кругом
И стал пред носом молчаливо;
Щекотит ноздри копием,
И, сморщась, голова зевнула,
Глаза открыла и чихнула…

Елизавета Юрьевна Скобцова, которую во всем мире знают как монахиню Марию, была выдающимся человеком своего времени. В ней соединились поэтесса, религиозный философ, революционерка, мученица и праведница. Начинать рассказ о ней нужно с событий, предшествующих её рождению, благодаря которым на кавказской земле оказались люди, ставшие предтечей духовной связи матери Марии со своей родиной.

Елизавета Юрьевна Скобцова (1891 - 1945)

Ирина Витман "Пушкин лицеист"

*    *    *

Кто знает, что такое слава!
Какой ценой купил он право,
Возможность или благодать
Над всем так мудро и лукаво
Шутить, таинственно молчать
И ногу ножкой называть?..

                                                  Анна Ахматова

Сергей Цветков

В 2 км от Талдома есть деревня Дубровки, где находится дом-музей крестьянского поэта и прозаика Сергея Клычкова, друга Сергея Есенина, С. Соловьева, М. Горького. Сейчас в деревне живет 72 человека. В 1888 году было 206 человек. Сергей Клычков родился там 13 июля 1889 года. Строго говоря, родился он не в деревне, а в лесу: его мать пошла за малиной, да там, в малиннике, и родила сына. Уложила в передник, спрятала от чужих, чтобы не сглазили, да и туесок с ягодами не забыла принести домой, ибо хозяйственная была, а жили небогато.

Кто мог предугадать, что из этого родившегося в лесу мальчика вырастет поэт и прозаик, чье творчество будет пропитано мистикой, связано с природой и чудесами, словно Сергей слышал и видел нечто большее, чем видят обычные люди? Его младший брат шел с ним как-то по лесу, услышали они пение птиц, а Сергей ему и говорит: «Слышишь жалобное пение. Это – плач-несчастье, случившееся с ее милым, близким другом, а веселый посвист на разные голоса – успокаивают ее, утешают и стараются развлечь ее своим пением. Вся эта звуковая симфония создана неподражаемым композитором природы, без какого либо видимого управления. Сами птицы веками вырабатывали свои мелодии – часть человек у них взял, часть они человеку дали. Человек без природы, окружающей его, не мог бы существовать на земле». Его личный мир был полон леших, русалок, оборотней, архангелов, будто у него была связь с параллельным миром или просто с миром природы.
Судьба у Сергея Антоновича сложная, от мечтательного мальчика и юноши он прошел страшный путь через два несостоявшихся расстрела в Крыму, через разочарование в революции и в людях к третьему расстрелу, который и оборвал его жизнь 8 октября 1937 года.

Серебряный век наступил после золотого Пушкинского и был необычайно богат поэтическими талантами. Первая десятка великих, в основном, состоит из мужских имен. Но значительную часть нашей богатейшей поэзии составляет творчество поэтесс-женщин, незаслуженно забытых, исключая Анну Ахматову и Марину Цветаеву.

Имя Мирры Лохвицкой знакомо лишь узкому кругу специалистов и любителей поэзии Серебряного века. Между тем, это была одна из самых светлых поэтов, нежная и трогательная, и очень жаль, что о ней написано так мало, и она почти забыта.