Многоэтажки, квартиры, уютные вечера.
Это было вчера…
Каких -то двенадцать часов спустя,
Всё изменилось.
Луна опустилась,
Надвинувшись на меня.
Скамейка, снег , ноги прохожих.
Ботинки мои заметает пороша,
Ею брови мои осыпаны тоже…
В пространстве озябшем,
В мире пропавшем
Одна…
Свет фонарей, детские крики.
Снежные блики,
На капотах машин,
Скрип едущих шин.
Всё это мимо меня…
ВОЛЯ МОЯ!!!
Закуталась в шаль.
Не греет, а жаль.
Взгляд мой застывшей точкой
Уносится вдаль.
Люди спешат домой,
Снег на платках бахромой
Лежу невидимкой…
Зима подхалимка
Жалеет меня.
Шепчу ей я не твоя…
Ну, не может мир быть жестоким
Что делать тогда одиноким
Если вера в себя ушла?
Разорванные края.
Жизнь, как огарок у свечки,
Где-то топятся печки,
Драгоценное тепло.
Но, внезапно треснувшее стекло,
Меня потянуло вниз...
Жизнь, 
Как обманутый ребёнок.
Едва ли успела понять,
Что вместо матери смерть,
Будет меня обнимать….

Прошептала мне на ушко осень,
Отодвинув с шеи прядь волос.
Только ты, среди многоголосья,
Попадаешь сразу под гипноз.

Я хлещу тебя колючими дождями,
Ты, заворожённая, стоишь.
Я в тебя  кидаю золото горстями.
Ты, в ответ, счастливая, молчишь.

Подарю я запах поздних яблок,
Дочь всегда оберегает мать.
Вдаль плывёт оранжевый кораблик,
Нарушая водной плёнки гладь.

Скрипка для тебя играет, дочка,
Приливая кровь к твоим вискам.
Играет до последнего листочка,
Что осыпятся к твоим ногам.

Из лозы сплету я колыбельку.
Когда мир твой будет багроветь,
Ты роди мне дочку  – карамельку,
С волосами яркими, как медь.

Сухими губами шепчу твоё имя,
И локти, сведённые у головы.
В моей голове жар от пустыни,
И кружатся в танце мысли мои.

Мурашками, ток, пропущен по телу,
Лямка от майки сползает с плеча.
ТЫ был со мной, когда я хотела,
Я жадно звала своего палача.

В неистовстве, тело, струной напряжённой,
Разрезало наш с тобой горизонт.
Тебя я любила всегда обнажённой,
Не дав отдышаться, бросала за борт.

Ты мне разрешал зализывать раны,
Я к ним добавляла укусы свои.
Нас плотно сжимали в объятьях туманы,
Лаская края обожжённой любви.

Бутылку вина на себя выливала,
И красные капли стекали по коже.
Тебе пить с меня всегда позволяла,
Целуя тебя до озноба, до дрожи.

Мой позвоночник ещё точно помнит,
Силу ладоней и жадность дыханья.
Ещё и ещё, и он снова просит,
Измерить рукой моё расстоянье.

В моих волосах стая бешеных кошек,
Что ты запустил, и мой мир безоружен.
Сексуальности вызов мгновенно был брошен,
И мой демон от спячки тобою разбужен.

В голове от осколков калейдоскопа
Разноцветные пятна один за другим.
Я с тобой заводилась, блестела от пота,
Я запомню тебя только таким.

В миг, сознанье моё, расползлось пузырьками.
Стало нечем дышать, накрывает волной.
Окончанье, как волны большого цунами,
Пронеслись, накрывая меня с головой….

Быть как все. Галстук, костюм, работа.
Немного больше ума,
Но ОНА…
Нечто совсем другое…
Как вспышка, как ветер опальный,
С краями рваными,
С глазами пьяными,
Я с ней научился врать…
Всё полетело сразу, в пропасть, в тар-та-ра-ры….
Работа, костюм, и мой галстук.
Рядом с ней даже звёзды гаснут…
Уму непостижимо…
Придуманные обществом правила,
Она их ломала, как спички,
Кардинально меняя привычки,
Учила меня любить.
С ней невозможно забыться.
Мне нравилось, как танцевала,
Немного хмельная, с бокалом,
Она так любила виски.
Она даже кофе пила большими глотками.
Так жадно и ненасытно,
Раздвигая ноги бесстыдно,
И мой учащался пульс…
Невеста моя…как же давно это было
Я думал вчера, что любил…
А встретив ЕЁ, я разбил,
Свою прежнюю скучную жизнь.
Жалеть о костюме и галстуке?
Да нет мне возврата в прошлое,
Ведь я   уже хочу большего.
Жить, как не жил ещё никогда.
Она теперь как воздух, как водоём,
Стихи её необычные,
И я бы сказал неприличные,
Но что -то такое в них есть…
Мокрых улиц асфальт,
Полоса разведённых мостов,
Из неё сочится любовь,
Обнажая свои углы…
От лямки бюстгальтера след на плече,
Как хочется мне его целовать,
Рядом дышать,
Проснувшись в одной постели.
Я пытался понять эту ЖЕНЩИНУ,
Наяву и когда она спит…
Она просто умела любить, 
Как никто никогда в этом мире…

Я живая и тёплая, а не кукла красивая,
И во что только ты меня превратил?
Стала я для тебя игрушкой любимою,
Иногда не со мной, а с нею ты жил.

Совершенство её тобою и создано,
Ты гордишься тем, что запомнил меня.
До мельчайших подробностей тело разобрано,
Даже волосы рыжие, мой оттенок огня.

Разговоры при мне вёл с ней нескромные,
Словно не было рядом с тобою меня.
Я смотрела в глаза её вероломные,
И не верила в то, что теряю тебя.

Я просила себя отпустить, я кричала!
Ты пугался и думал, что я сумасшедшая.
Говорил мне, давай, начнём всё с начала,
Но ведь я и она – это боль бесконечная.

Я пыталась сломать мою жалкую копию,
Ты хватал меня за руки, пытаясь кричать.
А когда приняла дозу сладкого опия,
Ты со страхом в лице, рванулся спасать.

Я хотела уйти, каждый раз ты удерживал,
Я хотела совсем уйти от тебя.
Ты мой крик и отчаянье будто- бы взвешивал.
Между нами всегда вставала она.

Я разбила её на куски, на осколочки,
Да, в неистовстве, бросила вызов тебе!
И твой взгляд в меня впился, словно иголочки.
Знала я, что плохого не сделаешь мне.

Я сказала, твоя жизнь во мне продолжается,
И твой взгляд, обезумевший, вмиг потеплел.
Мир, где куклы живут, мной убирается.
Я стою победившая, среди кукольных тел.

Если к серому небу добавить оттенок синего,
Ночь на землю спускается нам неподвластная.
Я хочу её вывести из времени зимнего,
Я, наверное, добавлю немножечко красного.

На плечах палантин из ажурного холода,
Промежутки у времени - грани размытые.
В её пояс вплету фонарного золота,
Словно душ огоньки, кем-то забытые.

Нет в её гардеробе угасшего чёрного,
В ночной гамме насыщенный тон фиолетовый.
До утра, ночь, без света, стоит непокорная,
Лишь ресницами взмах из - под маски кокетливый.

Серый цвет разжижается дымкою пепельной,
Пятьдесят, говорят, оттенков у серого…
Ночь отдай мне свой цвет, цвет фиолетовый,
Я добавлю в него немножечко белого.

Нанесу на тебя цвет нежно-розовый,
Чтоб пятном от зари за тобой заволОчилось.
Когда вечер придёт, станешь ты бронзовой,
А теперь, моя ночь, твоё время закончилось. 

Ты сегодня с другой, Как же я? Как же я? Я жила лишь тобой, Я любила тебя. Этот секс на столе, Будто разум застил. Позволяла тебе, Ты меня там любил. Ничего не могла Я поделать с собой. Звал меня и я шла, Шла всегда за тобой. Помню всё о тебе, Помню до мелочей. И любовь в темноте, Словно сладкий ручей. Наполнялись глаза, Твоей страстью, а я… Я любила тебя, Без ума, без ума. Ты сегодня с другой, В ресторане сидишь... Когда стала чужой? Ну, чего ты молчишь? Я снимаю пальто, И сверкаю бельём. Я бросаю его, Так за что же мы пьём? Скатерть, сдёрнув, рукой, Я присела на стол. Я нарушу покой, Недолюбленный мой. Так ещё никогда, Не была я пьяна. С первой встречи с тобой, Я была влюблена. Не мешай танцевать, Мне сейчас пред тобой. Я пришла умирать, Не зову за собой. Я танцую стриптиз, На других мне плевать. Пусть всё катится вниз, Как мне трудно дышать. Да!! Отчаянье! Да!! Моё тело на миг, Обгорев от стыда, Превращается в крик! Ты сегодня с другой, Как же я? Как же я? Я жила лишь тобой, Я любила тебя…

Ночь и утро. Как сладкие вафли «Белочка»
Я снова нежная девочка, сижу у окна…
Тысячи, тысячи километров и небо в алмазах,
Деревянная лестница в стразах, правит зима.

Сугробы не по колено, а выше твоей головы
Оттуда меня позови, я кину в тебя снежком.
Я буду в платьице красном, а ты обязательно в белом
Ты помнишь, я так хотела! Я буду твоим ветерком.

Запрещаю метели злой твои заносить следы,
Вдруг я тебя не смогу найти, а мне бы так не хотелось…
Сегодня я улыбаюсь, моё счастье лезет наружу
И мне наплевать на стужу, я снова с тобой согрелась.
*********************************************

 Когда твоя наступает ночь, моё просыпается утро…