Наша улица была Поленова, в честь художника Поленова. Снизу была Мирная, сверху была Вятская. На Мирную ходить было нельзя, нас там били, Вятская была нейтральная. Улица Поленова была разделена проулком на две части; верхняя и нижняя. Я жил на границе; одна часть дома была на Поленова, другая часть выходила на проулок, то бишь на контрольно-следовую полосу.
Собственно поэтому я был вхож как на верх, так и в низ.
Верх и низ не враждовали, но и особой дружбы не водили, что до сих пор для меня является загадкой.
Напротив меня жил дядя Гена, который впоследствии зарубил мою собаку при подачи моего отца. Позади, за забором жила семья, мать и сын, последний сбросился с крыши девятиэтажного дома под рождество, хорошо помню, сижу, слышу за окном сбросили мешок с цементом, гляжу в окно Вова лежит...крови практически не было.
Брат мой умер в 14 лет, удар шайбой в живот, диагноз саркома.
Говорят хорошо играл на гитаре, кличка была "Макас" происхождение клички мне не известно.
Родители здорово переживали, но меня берегли, во время болезни брата меня распихивали по родственникам, в дом я попал, только когда брат умер, помню гроб в большой комнате и я хожу с пластиковой саблей, бью покойника по рукам и кричу: "Мишка вставай". Для меня в четыре года, понятие "Смерть" не существовало.
Похороны были шикарные, если так можно выразится в адрес похорон, столько народа я не видел в своей жизни, была школа, родственники, друзья с работы родителей, оркестр, цветы, венки.
Я вообще потерялся. Меня нашли, отец поднял на руки, что бы я мог в последний раз увидеть брата.
На улице был жесткий закон, старшие никогда не обижали младших, драки могли быть только с ровестниками и только один на один и только до первой крови, в противном случае могли вмешаться братья, а это война.
При разборе драк, было важно сумел ты дать сдачи или нет. Если сумел и не струсил, не важно было, что тебя избили, важно было, что сумел, в этом случае ты получал авторитет у старших, ну как авторитет, просто старшие позволяли тереться с ними рядом.
У многих были старшие братья, но вписать старшего брата в разборки считалось последним делом. У нас было выражение " Спрятался за жопу брата", то есть тот человек, который жаловался старшему брату, автоматически получал ярлык "сцыкло", отношения с ним было западло, он становился изгоем.
Воровство не поощрялось, но по чужим огородам бывало шарились, страшно было не то, что ты попался хозяину огорода, страшно было то, что хозяин пожалуется твоим родителям, отцы в этом случае пороли несщадно, ибо ты опозорил родителей.
Но вообще порка была редкость, ибо улица воспитывала куда более серьезно, чем родители, по сути улица это была детская-взрослая жизнь.
