НАСИЛИЕ ТИШИНОЙ.
Слова, произнесенные ровным голосом, или молчание близкого человека порой могут ранить сильнее, чем крик. Тяжелее всего перенести, когда нас игнорируют, не замечают, как будто мы невидимки. Такое поведение — насилие, объясняет публицист Пег Стрип. Она уверена: столкнувшись с вербальным насилием в детстве, мы пожинаем его плоды во взрослом возрасте.
«Мама никогда не повышала на меня голос, и, если я пыталась осуждать ее методы воспитания: унизительные замечания, критику, — она возмущалась: «Что ты такое говоришь! Я в жизни не повышала на тебя голос!» А ведь словесное насилие может быть очень тихим…» — делится Анна, 45 лет.
«В детстве я чувствовала себя невидимкой. Мама спрашивала, что я хочу на обед, а потом готовила что-то совершенно другое. Спрашивала, голодна ли я, и когда я отвечала «нет», ставила передо мной тарелку, обижалась или злилась, если я не ела. Она делала это постоянно, по любому поводу. Если я хотела красные кроссовки, она покупала голубые. Я прекрасно знала, что мое мнение для нее ничего не значит. И во взрослом возрасте у меня нет уверенности в собственных вкусах и суждениях», — признается Алиса, 50 лет.
Дело не только в том, что вербальное насилие воспринимается как менее травмирующее, чем физическое (что, кстати, неверно). Когда люди думают о вербальном насилии, в их воображении появляется человек, который истошно кричит, не контролируя себя и трясясь от гнева. Но это не всегда верная картина.
Как ни странно, одни из худших форм вербального насилия — такие. Тишина может быть способом эффектно высмеять или унизить. Тишина в ответ на вопрос или мимолетный комментарий может спровоцировать больше шума, чем громкая тирада.
Очень больно, когда с тобой обращаются как с невидимкой, будто ты так мало значишь, что даже отвечать тебе нет смысла
Ребенок, подвергающийся такому насилию, зачастую испытывает более противоречивые эмоции, чем тот, на кого кричат или кого оскорбляют. Отсутствие гнева вызывает смятение: ребенок не может понять, что стоит за многозначительным молчанием или отказом отвечать.
Очень больно, когда с тобой обращаются как с невидимкой, будто ты так мало значишь, что даже отвечать тебе нет смысла. Едва ли найдется что-то более пугающее и обидное, чем спокойное лицо матери, когда она делает вид, что не замечает тебя.
Последствия «тихого» насилия могут быть разнообразными. Это в первую очередь…Читать далее...

У зрелого свободного от психотравм человека слова НАДО и ДОЛЖЕН не вызывают протеста и эмоциональной реакции. Конечно, если они употребляются не в контексте приказания, а в контексте ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Зрелая душа и личность осознают, что ответственность - это неотъемлемая обратная сторона СВОБОДЫ.
Чем выше запрос на свободу, тем выше ответственность. И свобода, соответственно, даётся душе по мере роста внутренней осознанности, а соответственно, ответственности.
Все новомодные разговоры коучей и психологов о том, что никто никому ничего не должен - это приветы их личных неисцелённых травм жертвы и бунт внутреннего обиженного на маму с папой ребёнка.
Это протест подростка, который устраивает революцию против родителей. Нежелание подчиняться, но ещё непонимание, что отделение от корней и уход в самостоятельность ДОЛЖЕН сопровождаться самостоятельной ответственностью. Это незрелое желание делать всё что хочу, и чтоб мне за это ничего не было.Читать далее...