Домовая резьба. Древние славянские символы
Сакральные знаки, обозначающие солнце и его ход, птиц и коней — перевозчиков солнца, землю, мировое древо, богинь, ночных драконов, небосвод и небесные запасы влаги и плодородия — все это, с одной стороны, должно было защитить дом и его обитателей от зла и опасностей — поэтому особое внимание уделялось отверстиям, входам в дом — например, дверям и окнам. Так и получилось, что наличники, закрывающие щель между дверной рамой и стеной дома, кроме защиты от холода и сквозняков, должны были защищать еще и от нематериального зла.
Повсеместно разлитой опасности была «противопоставлена повсеместность солнечного света; при этом была подчеркнута закономерность неизбежного прихода солнца в новый день вместе с утренней зарей» (Б.А. Рыбаков)
С другой стороны, изображенная картина мира — от конька до порога и до ворот — делала дом мирокосмом, отражением макрокосма, вписывала его в мир, должна была обеспечить лад, согласие с миром, а следовательно, и благополучие. Таким образом, домовая резьба изначально несла двойную функцию — защитную и обеспечивающую благополучие, и лишь затем, с некоторой секуляризацией мировоззрения, появилась эстетическая функция, резьба например могла подражать городской лепнине, или, в более ранних образцах, белокаменной резьбе храмов, или, если речь идет о Поволжье — корабельной резьбе. Однако, если мы внимательно посмотрим на корабельную и белокаменную резьбу, то в ней также заложен сакральный смысл, используются сакральные символы и сюжеты, общие для разных культур.
Рыбаков в ствих работах выстраивает цепь преемственности сакральной символики, используемой в защитно-заклинательных целях, от каменного века до этнографических данных. Есть специалисты, которые не согласны с эти подходом, считая. что нельзя выстраивать столь прямую линию. Однако, с нашей точки зрения, нельзя отрицать устойчивое использование определенной символов на протяжении практически всей истории человечества, при этом, конечно изменялись оттенки смысла, менялась область использования. О наличие защитной орнаментации домов и предметов быта говорят материалы раскопок Трипольской культуры. Фрагменты домовой резьбы были обнаружены и при раскопках древнего Киева, и Великого Новгорода. Исторические источники говорят о бытовании резьбы на Руси. К сожалению, дерево — не слишком долговечный материал, поэтому действительно сложно выстроить непрерывную материальную цепочку между материалами раскопок, средними веками и основной массой этнографических образцов, относящихся большей частью к 19 и 20 векам и испытавших влияние городской культуры.
На наиболее старых образцах мы можем обнаружить практически всю традиционную картину мира, более современные образцы тяготеют к большей орнаментальности, однако и в них оказываются включенными сакральные символы.
Традиционная картина мира отличается от уже привычной нам научной картины мира. В общем и целом в ней мир делится на верхний мир — мир неба, средний мир — поверхность земли и нижний — подземный — мир. Однако в некоторых культурах представление о подземном мире может отсутствовать. В центре мира находится мировое древо, корни которого уходят в подземный мир, а крона — в верхний, оно осуществляет связь между мирами. Днем солнце двигается по небу над землей, а ночью — под землей по подземной реке (морю), или его соответственно проглатывает и изрыгает ящер. В верхнем мире также расположены «хляби небесные» — верхние, небесные воды, которые изливаются дождем, приносящим урожай. Бытовало также представление о том, что с неба падает не только дождь, но и дичь. Хозяйками неба в разное время были две небесные оленихи (лосихи), полуженщины — полуоленихи, две женщины с оленьими рогами. Только позже появляются мужские божества
Б.А. Рыбаков: «Геоцентрические представления о дневном пути солнца по небу на конях (или на лебедях) и о ночном пути по подземному океану на водоплавающих птицах возникли, как можно думать, еще в бронзовом веке, когда на сосудах для умерших, ушедших в подземный, ночной мир, внизу на днище изображалось ночное, подземное солнце»
Эти символы и сюжеты, при всем разнообразии домовой резьбы, даже уже не осознаваемые носителями культуры, можно до сих пор встретить не только в деревнях, но и в частном секторе городов. Стиль исполнения может быть совершенно разным, а может, наоборот — похожим, поскольку часто домовю резьбу выполняли «бригады» мастеров, живущих отхожим промыслом.
Из сохранившихся элементов домовой резьбы чаще всего привлекают внимание и сохраняются именно наличники, хотя при фотофиксации, конечно же, необходимо обращать внимание на весь комплекс домовой резьбы, включая ворота.
Делать выводы о географической привязке теъ или иных сюжетов и символов (кроме характерной для Поволжья корабельной резьбы) достаточно сложно в силу ряда обстоятельств, однако, с нашей точки зрения, пристального внимания заслуживает теория Б.А. Рыбакова о мерянском, и шире — финно-угорском влиянии на изображение на наличниках определенных сюжетов.
Рыбаков достаточно условно делит наличники на три группы — в первую (обозначим ее как «солярную» входят наличники с преобладанием солнечных знаков, продолжающие ту же защитную систему, которая применялась и для дома в целом.
Двум другим он уделяет более пристальное внимание, связывая определенные типы наличников с историей освоения славянскими племенами новых для них территорий и контактами с финно-уграми.
Группа наличников, которую можно условно обозначить как «аграрную» — «композиция с двумя рожаницами», типичные образцы — из Ярославского Поволжья. Особенностью композиции Рыбаков считает наличие полукруга или двускатного покрытия в середине верхнего карниза и двух фигур по сторонам полукруга. Внутри полукруга-небосвода — лучистое восходящее солнце. Над солнцем по дуге изображались «хляби небесные» в виде волнистых или зигзаговых линий. Солнце могло быть изображено в виде круга с четырьмя крестообразно расположенными внутри круга кринами-ростками. По обеим сторонам «небосвода» размещались две стилизованных женских фигуры с символами растительного плодородия. Женская фигура может быть как четко читаема, так и сильно стилизована, переходить в растительный орнамент, при этом она как бы беременна ростком или внутири большой фигуры помещается меньшая. Рыбаков считает, что это — две рожаницы, две архаичные богини плодовитости и плодородия.
Третья группа наличников — условно назовем «Царевна Лягушка — повелительница зверей».
Вот как описывает Рыбаков третью группу наличников: эта «группа композиций на наличниках отличается от предыдущих, во-первых, отсутствием небосвода (карниз ровный, горизонтальный), во-вторых, отсутствием связанных с небосводом «хлябей небесных», а в-третьих — наличием только одной центральной фигуры, иногда подобной рожаницам предыдущей группы, а иногда и резко отличной, и, в-четвертых — наличием различных зверей по сторонам средней фигуры. Идея такой композиции совершенно иная, чем в предыдущей группе. Там явно ощущалось стремление передать земледельческую картину мира с её водными небесами, движущимся солнцем и двумя рожаницами, щедро оснащенными только аграрными символами. Здесь же больше звериного элемента, не всегда показаны растительные символы плодородия, и центральная фигура чаще похожа на архаичную «владычицу зверей», чем на женское земледельческое божество.»
Как пишет Рыбаков, композиция с небосводом, «хлябями небесными» и двумя рожаницами, встречена преимущественно на Волге в Ярославской и Костромской областях до Кинешмы включительно. Композиция с одной фигурой и зверями наблюдается преимущественно в более южных областях (Ивановской, Владимирской), но частично проникает и в костромское течение Волги.
Согласно историческим и археологическим данным, в междуречье Волги и Клязьмы, происходило соприкосновение и слияние — славян и финно-угров мерян. Со встречей меря и славян Рыбаков свяызвает сказку о Царевне Лягушке, Василисе прекрасной, повелительнице зверей. Славяне на Волге представлены новгородскими словенами, мерянский элемент тяготел к Клязьме, где славянская колонизация велась кривичами.
Наличники с небосводом, «хлябями небесными» и двумя рожаницами, особенно часто встречающиеся на избах Ярославской области Рыбаков связывает с новгородской словенской колонизацией, ссылаясь на то, что в средневековом Новгороде существовали сложные композиции с изображением волнистых «хлябей небесных» и движущегося по небосводу солнца путем показа трех его позиций тоже была известна.
Другая система заклинательного узора над окнами с одной богиней, окруженной зверями, распространена там, где в X—XII вв. проживали мерянские племена, творцы особого зооморфного стиля украшений, на которых, кроме центральной человеческой фигуры, изображались различные животные и птицы: кони, быки, олени, петухи, гуси, утки. Как пишет Рыбаков, географически область наличников XIX в. со зверями и с центральной женской фигурой в композиции совпадает довольно точно с областью распространения древних зооморфных подвесок с лягушачьими лапками, и, . по всей вероятности, эта мерянская область сохранила многие черты местного финно-угорского мировоззрения. Однако, как считает Рыбаков, в «обоих случаях охрана окна от упырей и навий возлагалась на изображение мира: русский, земледельческий, вариант представлен объемным трехмерным пространством небес, а мерянский вариант — более плоскостным, свойственным охотничьим воззрениям, образом земли, населенной зверями и птицами. Вполне естественно, что со временем в эту архаичную картину проникли чисто земледельческие славянские символы плодородия в виде распускающейся почки, ростка.»
От себя добавим, что на некоторых наличниках, находящихся в районах финно-угрского влияния, можно обнаружить не только изображения лягушачьих лапок, но и силуэты собственно лягушек… Кроме того, попадались парные изображения ужей-господариков, которые также были связаны с водой и защитой дома.
Невозможно сейчас привести исчерпывающю классификацию наличников по символике и сюжетам. Вся домовая резьба требует фотофиксации, чтобы быть сохраненной хотя бы в изображениях, очень желательна маскимально точная географическая привязка. К сожалению, наличники и резьба, особенно старая, это уходящая натура, во многом не слишком хорошо изученная и зафиксированная.
Устойчивые образы, символы и сюжеты мы можем найти в домовой резьбе, на прялках, посуде, орудиях труда, в вышивке и росписи. Данный список отнюдь не исчерпывающий, значение многих символов можно более или менее точно прочесть только в контексте.
Символы
Ромб с точками — Знак засеянного поля. Знак плодородия
Ромб, заштрихованный прямоугольник — Обозначение земли
Точки — семя, «запятые» — прорастающее семя.
Лучи в кругу, круги, кресты — Солярные знаки, восходящее или заходящее солнце может быть показано полукругом, бег солнца — сикривленные линии внутри круга или волюты.
Шестилепестковый знак в кругу — Громовый знак
Кресты — Огненные знаки
Большой круг, заполненный орнаментом — Обозначение неба, белого света — в основном на прялках
Волнистые линии — Знаки вод (земных и хлябей небесных), дождь. Вода — символика небесного плодородия, урожая, и пути «на тот свет», рубежа между мирами
Дерево, «елочка» — Знак мирового древа
Конь — символ солнца, перевозчик солнца по дневному небу
Утка — перевозчик солнца ночью
Женская фигура — женское божество, может присутствовать в сюжетах прихода весны, материнства, на предметах женских занятий, на наличниках — охранительница и тд.
Рогатая женщина — богиня- рожаница, трансформированный образ небесной оленихи — подательницы благ
Птица — огненно-солярная символика, может быть также перевозчиком или символом души, пара птиц — в том числе — символ брака
Очень стилизованная антропоморфная фигура в домовой резьбе — Духи — хранители дома, духи предков
Олень — небесная богиня- олениха, подательница благ
Медведь — древнейший объект поклонения, отождествлялся с Велесом («скотий бог») — подателем богатства и благополучия, позже — хозяин леса.
Знак змеи, имеет отношение к воде
Солнечные символы — наряду с собственно солярными знаками — например, по Рыбакову, птица с распростертыми крыльями) — полдень.
Пышный и необыкновенно вкусный омлет! Готовится очень интересно и не сложно. 
