Михаил Хазин. О докладе Глазьева
------------------------------------------------------------


1.

Ну, точнее, не о самом докладе, поскольку он еще не обнародован и я его не читал, а пользоваться для информации «желтой» прессой как-то серьезному эксперту не пристало. А о той реакции, которая возникла в связи с утечкой информации о его появлении.

Прежде всего напомню, что речь идет о докладе для какой-то там комиссии СовБеза РФ. Еще раз повторю - не для самого Совбеза, который проходит под руководством Президента РФ, а одной из его комиссий. Которых имеется, как минимум, с десяток (во всяком случае, именно так было в мое время, я даже в одну из таких комиссий входил) и деятельность которых много лет никого абсолютно не интересовала. Собственно, эти комиссии - просто форма существования аппарата СовБеза и обычно за пределы этого аппарата их активность не выходит.

А тут - просто феерия какая-то. Поневоле вспоминается весна 2013 года, когда возникло подозрение, что Глазьев может стать председателем Центробанка. Тогда, конечно, вакханалия была покруче, но смысл ее был тот же самый - что Глазьев «ничего не понимает» в экономике (за последние два с половиной года мы убедились, как я понимаю, что Набиуллина в экономике разбирается отлично, не правда ли?), что он «экстремист», находится под санкциями США (видимо, как уроженец Украины,которые, по мнению США, имеет «неправильные» взгляды на судьбы своей Родины) и вообще, бяка. И вот вопрос - а с чего, собственно, сыр-бор?

Ну, действительно, все ключевые экономические и финансовые должности в стране занимают представители одного клана, который можно назвать «гайдаровской-чубайсовским», можно -- МВФ-офским, можно -- либерально-компрадорским. Суть от этого не меняется. Казалось бы, ну что произойдет, если какой-то там Глазьев напишет какой-то там доклад? В конце концов, когда Белоусова назначали на пост помощника Президента РФ, тоже были надежды, что он разрушит монополию либералов, но он благополучно вписался в их среду. У меня, правда, были подозрения, что такое может произойти (Белоусов, которого я в августе 97 года привлекал как консультанта в работе над докладом о предстоящем дефолте, еще тогда продемонстрировал, что ему ужасно нравится быть начальником), но с точки зрения устойчивости положения либералов это ничего не изменило.

Кстати, тогда, три года назад, либералы по поводу Белоусова и не нервничали. С Глазьевым все понятно - ЦБ это не только высокая должность, это еще и конкретные финансовые потоки, которые либералы-гайдаровцы, давно замеченные в клептомании (кстати, стаж у них в этом деле куда больше, чем у «друзей Путина»), просто так упускать не хотели. Но, еще раз повторю, какое отношение к финансовым потокам имеет доклад Глазьева?

И мне кажется, доля рациональности в ответе на этот вопрос (что хорошо видно по заданным выше риторическим вопросам) достаточно низка, скорее, он лежит в экзистенциальной плоскости. Дело в том, картина мира, в которой находятся наши либерал-компрадоры, предполагает наличие сверхценной силы -- Соединенных Штатов Америки, с ее «ценностями» и могуществом. Проявляется эта картина по разному: у одних есть полное понимание, что они ведут себя как предатели своей страны, но поскольку «силу не переломишь», нужно служить наиболее убедительному хозяину, у других есть искренняя вера в «светлое рыночное будущее» (я, правда, про таких только слышал, но никогда не видел). Одни воруют потому, что не могут удержаться, другие - потому что у них есть «индульгенция» от «Большого брата» ... Ну, и так далее.

Я расскажу одну поучительную историю. В бытность проведения на телевидении передачи «Суд времени» я на одной из них был. И в перерыве меня взял под руку Сванидзе и повел в коридор, гулять. И задал один-единственный вопрос: «А что, действительно в экономике США все плохо»? Ну, я как мог, попытался ответить, но в конце получил замечательный вывод от Сванидзе (который, безусловно, «компрадор без страха и упрека»): «Ну, они все равно выкрутятся, не нужно с ними ругаться»!

Кстати, в процессе этой беседы, с другой от меня стороны довольно быстро прошел Виктор Владимирович Геращенко, который довольно больно ткнул меня локтем под ребро (сразу видно, что он в молодости играл в баскетбол!) и довольно громко, чтобы Сванидзе хорошо услышал, сказал «Что ты с ним разговариваешь, он Родину продал!». Сванидзе аж передернуло ...

Но возвращаемся к основной теме. С точки зрения приведенной беседы, ситуация за прошедшие три года изменилась только в одном: исчезло ощущение непоколебимости силы США. Я уж не буду повторять в сотый раз доводы, которые приводил ранее, во многих текстах, в том числе в том, который опубликовал вчера. Главное - что уверенности уже нет. А это значит, что на белый свет вылезло колоссальное количество страхов и ужасов, главный из которых выражается одним словом: ответственность!

Что будет, если придется нести ответственность за все, что сделано? Как спастись от этой ответственности, как защитить «честно» украденное под «крышей» США, как это унести, как сохранить свой статус ... Как, как, как? При этом, еще раз повторю, эта тема пока не проникает в рациональный контур, для этого просто нет оснований. Но экзистенциальный ужас переполняет сердца и заставляет либералов делать, в общем, откровенные глупости. Ну, в самом деле, зачем объяснять всем гражданам страны, что есть человек, который готов предъявить альтернативную либералам финансово-экономические концепции? Все равно в детали никто лезть не будет, главное для людей это что, что альтернатива либерал-компрадорам - есть! Тем более в ситуации, когда все нормальные люди, у которых нет «священного трепета» перед США видят, куда дело идет ...

В общем, мне кажется, что завершить статью можно цитатой из Эренбурга:

Да разве могут дети юга,
Где розы блещут в декабре,
Где не разыщешь слова "вьюга”
Ни в памяти, ни в словаре,
Да разве там, где небо сине
И не слиняет ни на час,
Где испокон веков поныне
Всё то же лето тешит глаз,
Да разве им хоть так, хоть вкратце,
Хоть на минуту, хоть во сне,
Хоть ненароком догадаться,
Что значит думать о весне,
Что значит в мартовские стужи,
Когда отчаянье берёт,
Всё ждать и ждать, как неуклюже
Зашевелится грузный лёд.
А мы такие зимы знали,
Вжились в такие холода,
Что даже не было печали,
Но только гордость и беда.
И в крепкой, ледяной обиде,
Сухой пургой ослеплены,
Мы видели, уже не видя,
Глаза зелёные весны.

И будем надеяться, что доклад Глазьева станет одним из символов антилиберальной «весны»!

Михаил Хазин

khazin.ru

https://youtu.be/EXlht9qXsyk

Кирилл Мартынов
----------------------------


1.


2.

Самое печальное во всей нашей медиаповестке - это даже не ее содержание, и не то, что она "промывает мозги" и используется как белый шум.

Хуже другое - русские сейчас не обсуждают собственных проблем. Мы не обсуждаем собственных проблем, потому что заняты делами Украины, Сирии, Америки, беженцев в ЕС - кого угодно. О всех этих явлениях мы говорим с одной целью и в единственном модусе: мы молодцы, а вот у них там опять разные несчастья и злодеяния.

Так русские, усилиями медиаменеджеров и гениев оперативной политики, снова оказались глухими и немыми.

Мы отброшены на несколько десятилетий назад: проблемы замалчивается, обсуждение будущего под запретом, язык политической риторики деградирует, самосознание народа строится через обамку-обезьянку.

Это дико обидно, как мы ходим по кругу: сейчас русским снова можно обсуждать свои проблемы только на иностранных радиостанциях. Внутри страны все ответы даны заранее, и слепой она ползет к краю.

Член КГИ Евгений Гонтмахер: Я думаю, что реформа здравоохранения будет приостановлена
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


1.

Владимир Путин, выступая на пленарном заседании форума ОНФ «За качественную и доступную медицину», назвал сокращение бесплатных медицинских услуг незаконным и призвал направить реформу здравоохранения "в нужное русло". Итоги форума ОНФ комментирует член КГИ Евгений Гонтмахер.

Социальные процессы, в том числе и в здравоохранении, отличаются тем, что их нельзя просто заморозить. Они в любом случае развиваются. Например, Счетная палата, делая доклад в апреле этого года по ситуации в здравоохранении, отметила, что на 25% произошло замещение бесплатной помощи платной.

Проведена так называемая оптимизация. В результате снизилась доступность медицинской помощи, даже в крупных городах. Появились очереди.

Это так и останется? Или это должно как-то улучшаться? На заседании Общероссийского народного фронта отчасти диагностировали проблемы, появившиеся в процессе реформы, и Владимир Путин отчасти на них отреагировал, заявив, что недопустимо снижать объем бесплатной помощи.

Но следующий вопрос: что делать дальше?

Ответ упирается в финансирование, а оно снижается. Проектировки бюджета, которые приняты на этот год и планируются на следующий, говорят о снижении расходов на здравоохранение.

Министр здравоохранения Вероника Скворцова, встречаясь с Владимиром Путиным перед форумом, отметила, что одна из проблем – это то, что тяжелобольные люди в больницах зачастую не получают необходимой помощи. Потому что это стоит денег. А деньги нужны для того, чтобы оборудование купить, высокотехнологические койки обеспечить, врачам заплатить.

Проблема в том, что бюджетная политика сейчас построена на трех китах – расходы на оборону и на правоохранительную деятельность, помощь Пенсионному фонду и трансферы регионам. А образование и здравоохранение – по остаточному принципу.

Надо где-то выискивать ресурсы и резервы, а это возможно только за счет перераспределения, за счет вот этих неприкасаемых статей, которые, как мы все знаем, политически мотивированы.

Поэтому у меня от самого Форума и от выступления Владимира Путина возникло очень много вопросов. Как от декларации перейти к реальному действию? Где взять деньги?

На эти вопросы Форум не ответил. Может быть, и не мог ответить, потому что там собрались люди, которые смотрят на здравоохранение как потребители, как люди, которые работают внутри этой системы.

Как говорят в чиновничьей среде, «вопрос подвешен!»