Русские о пороках Запада. XIX век / Виктор Аксючиц
-----------------------------------------------------------------------------------
«Запад исчезает, всё рушится, всё гибнет в этом общем воспламенении… – вера, давно уже утраченная, и разум, доведенный до бессмыслия, порядок, отныне немыслимый, свобода, отныне невозможная – и надо всеми этими развалинами ею же созданная цивилизация, убивающая себя собственными руками». Ф.И. Тютчев

Культурный подъём в России XIX века позволил некоторым русским людям обнаружить болотные огни западной цивилизации, что не мешало ценить великие достижения европейской культуры. Но интеллигенция слепо следовала европейским заблуждениям. Творческие гении, освободившиеся от иллюзии «русского Запада», стремились разорвать цепь заблуждений русской интеллигенции. Они обращали к обществу пророческие обличения-призывы. Они не только распознали зло идеологий, заражающих Россию на общеевропейской «трапезе мысли», но предвидели опасности нарождающейся технической потребительской цивилизации в то время, когда её успехами были ослеплены и европейские строители, и русские апологеты. Эти свидетельства показывают возможность для образованного общества свободного самоопределения, которая не была реализована. Диагноз духовной болезни Запада, поставленный в XIX веке отечественными мыслителями, оказался верным, ибо он вполне реализовался к XXI веку – в насаждении идеологии постмодернизма, отменяющей иерархию ценностей, уравнивающей добро и зло, истину и ложь, красоту и безобразие, низ и верх, мужское и женское...

Еще в 1790 году Иван Владимирович Лопухин – один из первых русских масонов – писал: «Дух ложного свободомыслия сокрушает многие в Европе страны».

Николай Михайлович Карамзин, много путешествовавший по Европе, общавшийся с Кантом и Гёте, призывал к освоению европейской культуры во всём её многообразии. Но это не помешало ему, говоря о Франции, поделиться своими опасениями: «Где теперь эта утешительная система? Она разрушилась в самом основании… Кто мог думать, ожидать, предвидеть? Где люди, которых мы любили? Где плод наук и мудрости? Век просвещения… в крови и пламени, среди убийств и разрушений я не узнаю тебя».

Близкий к любомудрам В.П. Титов был уверен, что «европейские убеждения не полны, холодны, шатки. Европейское общественное устройство основано на взаимном недоверии граждан между собой и к правительству… Беда нашего века – хлопотливость: ему недостаёт созерцательности. Само наше просвещение увяло в диалектике, цифрах и химических разложениях».

Князь Владимир Фёдорович Одоевский критикует европейский материализм, погоню за наслаждениями. Духовные начала Запада утратили свою силу. Франция находится в
«беспрерывном нервическом припадке». В Англии – торжество промышленности и расчётливости, «унизительной для человеческого достоинства». «Горькое и странное зрелище видим мы на Западе. Науки, вместо того чтобы стремиться к единству… раздробились на прах летучий, общая связь их потерялась, нет в них органичной жизни; старый Запад, как младенец, видит одни части, одни признаки – общее для него непостижимо и невозможно, частные факты, второстепенные причины скопляются в безмерном количестве, – учёные отказались от всеединящей силы ума человеческого… наука погибает… искусство погибает. Религиозное чувство… погибает. Осмелимся же выговорить слово, которое, может быть, теперь многим покажется странным и через некоторое время слишком простым, – Запад погибает… Сама западная литература, этот “термометр духовного состояния общества”… показывает неодолимую тоску, господствующую на Западе, отсутствие всякого верования, надежду без упования, отрицания без всякого утверждения… Запад произвёл всё, что могли произвести его стихии, – но не более; в бесконечной, ускоренной деятельности он дал развитие одной и заглушил другие. Потерялось равновесие, и внутренняя болезнь Запада отразилась в смутах толпы и в тёмном, беспредметном недовольстве высших его деятелей. Чувство самосохранения дошло до эгоизма и враждебной предусмотрительности против ближнего; потребность истины исказилась в грубых требованиях осязания и мелочных потребностях… потерялось чувство любви, чувство единства, даже чувство силы, ибо исчезла надежда на будущее; в материальном опьянении Запад… топчет в грязи тех великих своих мыслителей, которые хотели бы остановить его безумие» (В.Ф. Одоевский).

Так характеризовал Михаил Юрьевич Лермонтов французов после «великой» их революции, французов, которые почитались в русском обществе как европейский «протонарод»:

Мне хочется сказать великому народу:
Ты жалкий и пустой народ!
Ты жалок потому, что вера, слава, гений,
Всё, всё великое, священное земли,
С насмешкой глупою ребяческих сомнений
Тобой растоптаны в пыли.
Из славы сделал ты игрушку лицемерья,
Из вольности – орудье палача.
И все заветные отцовские поверья
Ты им рубил, рубил с плеча…

Николай Васильевич Гоголь в блистательной французской культуре глазами своего персонажа «видел только напряжённое усилие и стремление к новости… везде почти дерзкая уверенность и нигде смиренного сознания собственного неведения, он нашёл какую-то страшную пустоту даже в сердцах тех, которым не мог отказать в уважении… Увидел он, наконец, что при всех своих блестящих чертах, при благородных порывах, при рыцарских вспышках, вся нация была что-то бледное, несовершенное, легкий водевиль, ею же порождённый. Не почила на ней величественно степенная идея. Везде намёки на мысль, и нет самих мыслей, везде полустрасти, и нет страстей, всё не окончено, всё наметано, набросано, с быстрой руки: вся нация – блестящая виньетка, а не картина великого мастера». В европейской культуре Гоголь ощущает «равнодушный хлад, обнимающий нынешний век, торговый низкий расчёт, раннюю притупленность ещё не успевших развиться и возникнуть чувств».

Сергей Степанович Шевырев – публицист и литературовед, близкий по взглядам славянофилам, – писал в 1841 году:
«В наших искренних дружеских, тесных сношениях с Западом мы не примечаем, что имеем дело как будто с человеком, носящим в себе злой, заразительный недуг, окружённым атмосферой опасного дыхания. Мы целуемся с ним, обнимаемся, делим трапезу мысли, пьём чашу чувств… и не замечаем скрытого яда в беспечном общении нашем, не чувствуем в потехе пира будущего трупа, которым он уже пахнет».

Алексей Степанович Хомяков считал, что Русское Православие – религия творящего духа, гармонично сочетающая разум с верой как высшей формой познания, – противостоит власти естественной необходимости и господству логически-рассудочных начал Запада. Предназначение России, независимой от «упаднической перекультурности», – освободить человечество от одностороннего и ложного развития, навязанного истории Западом. А.С. Хомяков говорил о пустодушии европейского просвещения:
«Отжили не формы, но начало духовное, не условия общества, но вера, в которой жили общество и люди… Внутреннее омертвление людей высказывается судорожным движением общественных организмов… О, грустно, грустно мне – ложится тьма густая на дальнем Западе, стране святых чудес».

Иван Васильевич Киреевский, мировоззрение которого определилось святоотеческой литературой и русской православной традицией, любил европейскую культуру, много ездил по Европе, встречался с Гегелем и Шеллингом, издавал журнал «Европеец». Киреевский писал:
«Я и теперь ещё люблю Запад, я связан с ним многими неразрывными сочувствиями. Я принадлежу ему моим воспитанием, моими привычками жизни, моими вкусами, моим спорным складом ума, даже сердечными моими привязанностями». Поэтому суждения Киреевского о кризисе западной культуры отличаются знанием её: «Многовековой холодный анализ разрушил все те основы, на которых стояло европейское просвещение от самого начала своего развития, так что собственные его коренные начала, из которых оно выросло, сделались для него посторонними, чужими, противоречащими его последним результатам… Самое торжество ума европейского обнаружило односторонность его коренных стремлений… Логическая деятельность, отрешенная от всех других познавательных сил человека… Разрушительная рассудочность… Воздушные диалектические построения… при всём блеске, при всех удобствах наружных усовершенствований жизни самая жизнь лишена была существенного смысла… Западный человек раздробляет свою жизнь на отдельные стремления и хотя связывает их рассудком в один общий план, однако в каждую минуту жизни является как иной человек… Бесчувственный холод рассуждения и крайнее увлечение сердечных движений почитают они равнозаконными состояниями человека… Вообще можно сказать, что центр духовного бытия ими не ищется… Богословие на Западе приняло характер рассудочной отвлечённости – в православии оно сохранило внутреннюю целость духа; там развитие сил разума – здесь стремление к внутреннему, живому». Основная коллизия России и Европы по Киреевскому – противостояние органичного, целостного христианского мировоззрения и выхолощенного западного рационализма.

Константин Сергеевич Аксаков, критикуя западное миропонимание, писал:
---------------------------------------
«На Западе – душа убивается, заменяясь усовершенствованием государственных форм, полицейским благоустройством; совесть заменяется законом, внутренние побуждения – регламентом; даже благотворительность превращается в механическое дело… Запад потому и развил в себе законность, что чувствовал в себе недостаток правды». К.С. Аксаков писал о современном человеке, заражённом западными духами: «Бог может помочь, но к нему прибегают всё реже… Не праздно утешаться заранее светлым будущим должны мы, но… обратить испытующий взор на настоящее зло, на болезнь нашего времени. Познание болезни необходимо для исцеления, и часто оно уже одно – верный шаг к исцелению. Да, нам необходимо теперь сознание, сознание своего недуга, своей лжи. Ложь эта так ещё сильна, что способна привести в отчаяние человека, не крепкого духом… Расшатались нравственные общественные основы, если и не совсем отброшены. Расслабело всё общество и не может противопоставить силы общественного отпора злу, вторгающемуся в его область. Но общество – существо живое, и если оно может совокупно падать, то может совокупно и вставать. Будет ли время, когда деятельная мысль и просвещённая воля укрепят общество и сделают его самостоятельным?»

Юрий Фёдорович Самарин осознавал исторические результаты европейских идеологий:
------------------------------------------------
«Революция есть не что иное, как рационализм в действии, иначе – формально правильный силлогизм, обращённый в стенобитное орудие против свободы живого быта. Первой предпосылкой служит всегда абстрактная догма, выведенная априорным путём – обобщением исторических явлений определённого рода. Вторая предпосылка заключает в себе подведение под эту догму данной действительности и приговор над последней, изрекаемый исключительно с точки зрения первой: действительность не сходится с догмой и потому осуждается на смерть. Заключение облекается в форму повеления и, в случае сопротивления, приводится в исполнение посредством винтовок и пушек или вил и топоров, что не меняет сущности операции, предпринимаемой над обществом»

Фёдор Иванович Тютчев многие годы служил дипломатом в Европе, затем жил за границей, был близко знаком с Шеллингом, Баадером, встречался с Гейне. И он в любимой Европе видел роковые угрозы:
«Запад исчезает, всё рушится, всё гибнет в этом общем воспламенении… – вера, давно уже утраченная, и разум, доведенный до бессмыслия, порядок, отныне немыслимый, свобода, отныне невозможная – и надо всеми этими развалинами ею же созданная цивилизация, убивающая себя собственными руками».

Василий Петрович Боткин – сторонник крайних европейских идей социализма и атеизма – сообщал Белинскому о своих впечатлениях, путешествуя по Европе:
«Недаром кричал Шевырев и “Маяк”, что Европа находится в гниении, это действительно так – старые институты семьи, собственности и общества получают со всех сторон удары… Внимательное созерцание Европы действительно представляет гниение и распад старого порядка».

Александр Иванович Герцен был убеждённым западником, но, вкусив западных свобод, в суждениях о состоянии Европы вынужден был во многом солидаризоваться со славянофилами:
«Мелкая, грязная среда мещанства, как тина, покрывает своей зеленью всю Францию… С каким ясновидением заглянул я в душу буржуа, в душу рабочего и ужаснулся… Куда ни посмотришь, отовсюду веет варварством – снизу и сверху, из дворцов и из мастерских… Наше время… эпоха восходящего мещанства и эпоха его тучного преуспевания… Действительного творчества и демократии нет… Меня ужасает современный человек: какая бесчувственность и ограниченность, какое отсутствие страсти, негодования, какая слабость мысли, как скоро стынет в нём энергия, как рано изношено в нём увлечение, энергия, вера в собственное дело… Несмотря на умственное превосходство нашего времени, всё идёт к посредственности, лица теряются в толпе… Мещанство – вот последнее слово цивилизации… Весь образованный мир идёт в мещанство… Духота, тягость, усталость, отвращение от жизни распространяются вместе с судорожными попытками куда-нибудь выйти. Всем на свете стало дурно жить – это великий признак… Мещанство – это та самодержавная толпа сплочённой посредственности… которая всем владеет, – толпа без невежества, но и без образования… Милль видит, что всё около него пошлеет, мельчает, с отчаянием смотрит на подавляющие массы какой-то паюсной икры, сжатой из мириад мещанской мелкоты… Он вовсе не преувеличивал, говоря о суживании ума, энергии, о стертости личностей, о постоянном мельчании жизни, о постоянном исключении из неё общечеловеческих интересов, о сведении её на интересы торговой конторы и мещанского благосостояния». Оглядываясь с другого берега на Родину, Герцен запишет: «В нашей жизни, в самом деле, есть что-то безумное, но нет ничего пошлого, ничего мещанского». Д.С. Мережковский говорил: «Когда Герцен бежал из России в Европу, он попал из одного рабства в другое, из материального – в духовное».

Николай Николаевич Страхов – публицист, литературный критик, по взглядам близкий почвенникам, друживший с Достоевским и Толстым, – писал о духовной болезни западной цивилизации:
«Наше время поражает… оскудением идеала… Уже почти полвека в умственной жизни Запада явственно обнаружилось и всё более обнаруживается отсутствие руководительных начал… определённого идеала развития, твердого сознания целей нет в Европе, и она мечется… она приходит к сознанию, что вовсе потеряла дорогу… Блистательные формы западной жизни, все без исключения, таят в себе зародыш гибели, все горят разрушением… Нет таких начал, которые можно было бы считать незыблемыми. Европа потеряла руководящую нить своего прогресса, некогда обещавшего ей бесконечное развитие, поприще беспредельное… Запад тяжело болен… он потрясён внутренним страхом, ищет и не находит выхода из противоречий, зародившихся в его жизни».

Фёдор Михайлович Достоевский провидел духовные катастрофы в сытой Европе:
---------------------------------------------------
«В Англии то же, что и везде в Европе: страстная жажда жить и потеря высшего смысла жизни… Кто кроме отвлечённого доктринера мог бы принимать комедию буржуазного единения, которую мы видим в Европе, за нормальную формулу человеческого единения на земле… Цивилизация вырабатывает в человеке только многосторонность ощущений… и ничего больше… Затишье порядка… а между тем и тут та же упорная, глухая и уже застарелая борьба, борьба насмерть всеобщего личного начала с необходимостью хоть как-нибудь ужиться вместе… Да, в Европе растёт что-то неминуемое… Европу ждут огромные перевороты, такие, что ум людей отказывается поверить… Да, она накануне падения, ваша Европа, повсеместного и общего. Муравейник, давно уже созидавшийся в ней без Церкви и без Христа, с расшатанным до основания нравственным началом, утратившим всё общее и всё абсолютное, этот созидавшийся муравейник весь подкопан. Грядёт четвертое сословие, стучится, ломится в дверь, и если ему не отворят, сломает дверь… Никогда ещё Европа не была начинена такими элементами вражды, как в наше время. Точно всё подкопано и начинено порохом и ждёт только первой искры… Я предчувствую, что подведён итог… Симптомы ужасны… Неестественность политического положения в Европе, эти “неразрешимые” политические вопросы непременно должны привести к огромной, окончательной разделочной войне».

Николай Яковлевич Данилевский первым писал об общем закате Европы:
---------------------------------------------------
«Европа - в духовном отношении - изжила уже то узкое религиозное понятие, которым она заменила вселенскую истину и достигла геркулесовых столбов, откуда надо пуститься или в безбрежный океан отрицания и сомнения, или возвратиться к светоносному Востоку; в политическом же отношении - дошла до непримиримого противоречия между требованиями выработанной всею ее жизнью личной свободы и сохраняющим на себе печать завоевания распределением собственности». Он отчасти соглашался с критикой Запада славянофилами: «Сама мысль, высказанная славянофилами о гниении Запада, кажется мне совершенно верною, только выразилась она в жару борьбы и спора слишком резко и потому с некоторым преувеличением». Вместе с тем слишком резкая критика славянофилов только подтверждается с десятилетиями и веками. Данилевский отмечал исконно присущие европейцам черты, которые радикализуются со временем и потому теряют и свою положительную характеристику:
«Европа не знает, потому что не хочет знать, или, лучше сказать, знает так, как знать хочет, то есть как соответствует ее предвзятым мнениям, страстям, гордости, ненависти и презрению».
Философ выделяет доминирующую черту характера европейцев («проявляющаяся во всех формах западной жизни и цивилизации»), которая не только принесла бесчисленные беды и страдания другим народам, но и служит самораспаду европейского духа:
«Такую черту вправе мы, следовательно, принять за нравственный этнографический признак народа, служащий выражением существенной особенности всего его психического строя. Одна из таких черт, общих всем народам романо-германского типа, есть насильственность (Gewalt-samkeit). Насильственность, в свою очередь, есть не что иное, как чрезмерно развитое чувство личности, индивидуальности, по которому человек, им обладающий, ставит свой образ мыслей, свой интерес так высоко, что всякий иной образ мыслей, всякий иной интерес необходимо-должен ему уступить, волею или неволею, как неравноправный ему. Такое навязывание своего образа мыслей другим, такое подчинение всего – своему интересу даже не кажется с точки зрения чрезмерно развитого индивидуализма, чрезмерного чувства собственного достоинства чем-либо несправедливым. Оно представляется как естественное подчинение низшего высшему, в некотором смысле даже как благодеяние этому низшему. Такой склад ума, чувства и воли ведет в политике и общественной жизни, смотря по обстоятельствам, к аристократизму, к угнетению народностей или к безграничной, ничем не умеряемой свободе, к крайнему политическому дроблению; в религии – к нетерпимости или к отвержению всякого авторитета».

Распространяющаяся из Европы, мертвящая техническая цивилизация вынуждала Константина Николаевича Леонтьева писать «против машин и вообще против всего этого физико-химического умственного развития, против этой страсти произведениями мира неорганического губить везде органическую жизнь, металлами, газами и основными силами природы разрушать растительное многообразие, животный мир и самое общество человеческое… О, как мы ненавидим тебя, современная Европа, за то, что ты погубила у себя самой всё величайшее и святое и уничтожаешь и у нас, несчастных, столько драгоценного твоим заразительным дыханьем». Леонтьев развивает учение о стадиальности развития культур, которые проходят «три периода: 1) первичной простоты, 2) цветущей сложности и 3) вторичного смесительного упрощения». Эти периоды связаны двумя противоположными динамическими процессами: зарождения, развития, расцвета – увядания, разложения, смерти. Длительность жизни государственных организмов – 1000–1200 лет. Отсюда ясно, что Европа к началу XIX века пережила эпоху цветущей сложности и вошла в период эгалитарного процесса – смесительного выравнивания и упрощения, что неизбежно ведёт к умиранию европейской культуры. Этот анализ даёт Леонтьеву основания сделать жёсткий вывод об агонии Европы: «Везде одни и те же более или менее демократизированные конституции. Везде германский рационализм, псевдобританская свобода, французское равенство, итальянская распущенность или испанский фанатизм… везде презрение к аскетизму, власти (не ко всякой, а к власти других), везде надежды слепые на земное счастье и земное полное равенство!»
Видимая сложность машинной индустрии, административных систем, судопроизводства и прочих общественных структур – только орудия смешения. Везде торжество царства середины, господство пресыщенного и самодовольного буржуа – мещанства. Леонтьев был убеждён, что в Европе неизбежны социальные революции, торжество социальных утопий, противоречащих природе человека. Скорее всего, полагал мыслитель, и России не избежать этой участи.

Чуткий талант Василия Васильевича Розанова позволил ему в начале XX века описать тупики европейской материалистической цивилизации: «Необратимое множество подробностей и отсутствие среди них чего-либо главного и связывающего – вот характерное отличие европейской жизни, как она сложилась за два последних века. Отсутствие согласующего центра в неумолкающем труде, в вечном созидании частей есть также последствие этой утраты жизненного смысла… Просвещение тем более увеличивает необъяснимую грусть. Отсюда глубокая печаль всей новой поэзии, сменяющаяся кощунством или злобой… Всё сумрачное и безобразное неудержимо влечёт к себе современное человечество, потому что нет больше радости в его сердце… Жизнь иссякает в своих источниках и распадается, выступают непримиримые противоречия в истории, нестерпимый хаос в единичной совести… Тоска собственно европейского существования. Найдём ли мы внутри европейского существования бесконечное? Все идеалы европейские замечательно конечны – а без бесконечного человек существовать не может… Чудовищный эгоизм, неслыханный холод отношений… Европа утомилась собой и начала не доверять себе… Весь Запад, продолжающий хранить декорум религии, в тайне души и… в практике жизни разошёлся с христианством… Европа есть континент испорченной крови… Европа есть континент упавшей души и опавших крыльев. Мы говорим, конечно, об индивидууме, ибо машина европейская идёт ходко».

Обобщая эти характеристики, Василий Васильевич Зеньковский в середине XX века писал:
«Беря Европу, как она живёт сама в себе, мы должны признать глубочайшую внутреннюю трагедию в ней, связанную с отсутствием целостности. Секуляризация культуры, возникновение ряда самостоятельных и независимых сфер творчества привели к разрыву целостности в личности; крайнее развитие технической цивилизации, небывалый расцвет механической стороны, внутренние противоречия капитализма и грозный рост социальной борьбы, развитие машинизма, ослабление духовной жизни и прямой рост аморализма, – а вместе с тем высокое развитие индивидуализма, рост запросов личности и неизбежное усиление одиночества, – и, наконец, вся атмосфера Просвещенства с отрицанием традиции и истории, с бунтарством индивидуального разума и с ограниченностью рационализма, тонкое проникновение релятивизма даже в среду верующих кругов, духовная изоляция и измельчание религиозных сил».

Критика духовных пороков западной цивилизации не исключала того, что русские люди продолжали видеть в европейской культуре величайшее достижение человечества.
«Среди плоской равнины мещанства эти бездонные артезианские колодцы человеческого духа свидетельствуют о том, что под выжженной землёй ещё хранятся живые воды. Но нужен геологический переворот, землетрясение, чтобы подземные воды могли вырваться наружу и затопить равнину, снести муравьиные кучи, опрокинуть старые лавочки мещанской Европы. А пока – мёртвая засуха» (Д.С. Мережковский).

У многих русских мыслителей и впоследствии при знакомстве с Западом складывалось аналогичное впечатление – о духовной болезни западной цивилизации. Таковы отзывы Александра Исаевича Солженицына, Игоря Ростиславовича Шафаревича. Есть что-то пророческое в единстве мнений.

В Европе тщательнейшим образом регулируется область естественного, что малоинтересно русскому человеку, поляризованному между светом и тьмой. Когда человек всецело сосредоточен на регламентации обыденной жизни, в нём исчезает стремление к сверхъестественному. Русским людям претит европейский апофеоз серединной культуры, с неизбежной рационализацией и бездуховностью. Их критика была направлена на господство европейских стандартов обыденности.

Гибельные тенденции западной цивилизации, отмеченные русскими мыслителями XIX века, сегодня господствуют на Западе, рационализация сознания привела к алгоритмизации жизни.
«Многие русские жить там долго не могут из-за необходимости постоянного алгоритмичного поведения. Не только на работе, в учреждениях, но и при нормальном общении с людьми. Алгоритмы необходимы для выживания общества, но имеют тенденцию переходить в подсознание и убивать тем самым естественные душевные порывы. На Западе эта тенденция перешла опасную черту. В России продолжается сопротивление алгоритмизации даже за счёт предельного ослабления государственной системы. Русские далеко не ленивы, но менее алгоритмизуемы, чем западные люди… Разговоры о душе на Западе не идут. Запретная тема, как икона для нечистой силы. Душа-то, говорят, есть у всех, чего о ней говорить, а вот интеллект – совсем нет. Давайте лучше о конкретном. Душой самолёт не собьёшь, денег не заработаешь. Вообще, нет удовольствия от души, одни неприятности от неё на Западе. Но на всякий случай все считают, что она у них есть. Сравнение, однако, идёт не по качествам души, а по мускулам, умению играть в интеллектуальные игры, материальному успеху. Но душа мстит. Она уходит, если её забивать алгоритмами и мелкими удовольствиями. Уходит медленно, незаметно, но фундаментально… Лгут на Западе самоотверженно, как женщины, не замечая своей игры, не видя фактов. Когда предъявляешь факты, тебя просто не слушают, а говорят своё, как будто ты ничего не сказал… жёсткие правила созданы для наивных, а остальным удобнее обманывать. Все равны на словах, а уж под ковром – кто сильнее. Демократия состоит в равных правах друг друга обманывать. Кто нагл, тот и съел. Но только ты попробуй вытащить это на поверхность, все ополчатся против тебя. Как у ведьм – внешне одно, внутри совсем другое… В России человеческая сущность обнажена и крайности проявлены более ярко. На Западе крайностей меньше, всё стандартизируется, выравнивается. Да и человека распознать гораздо сложнее, он обучен скрывать самого себя. Внешнее поведение сильно алгоритмизовано. Обучается видеть себя со стороны в игровой ситуации, изначально способен к интригам и провокациям. Рефлексия же на движения души, если таковые есть, существенно меньшая. Если будет убивать, морально или социально, то вежливо, тихо, утонченно. Точечными ударами… В важных дискуссиях хранят полную невозмутимость, выдавая чёрное за белое. На аргументы отвечают презрительным видом… Воюют открыто, только если самим ничего не угрожает. Всё делается исподтишка. Но если ничего не угрожает, ведут себя беспардонно и нагло. Чувство стеснения не приходит. А честь, совесть, мораль изымаются как из поведения, так и из языка. Вместо них есть “суд, адвокат, закон”. Во всех бедах обвиняются другие народы» (В.А. Малышев).

Отношение к Европе у русских людей не могло быть беспристрастным. Слепое преклонение большинства образованного сословия вызывало у творческого меньшинства обостренное чувство опасности, исходящей от европейской цивилизации. Пристальный взгляд обнаруживал в западной цивилизации очаги духовной болезни, которые были незаметны для самоуверенных европейцев. Но, критически относясь к Европе, русские решали свои проблемы, критика Запада во многом была самокритикой – обличение духовной родины русской интеллигенции оказывалось и самообличением. Поэтому приведённые характеристики относятся во многом и к русскому лжеевропеизму, к иллюзии русского Запада.

Валентин Катасонов. Империя Vanguard на Украине
---------------------------------------------------------------------------------

Понять события на Украине без учета влияния на них мощнейшей финансовой корпорации The Vanguard Group, входящей в так называемую «Большую четвёрку» - управляющее ядро банковской системы США, крайне сложно или даже невозможно.

The Vanguard Group (VG) была основана в 1975 году Джоном Боглом, которого в 1999 году журнал Fortune назвал одним из четырех «гигантов инвестиций» XX века. С 1981 года активы Vanguard демонстрировали бешеный рост и удваивались практически раз в три года. В 1981 году они составляли 3 млрд. долл., а в настоящее время эксперты оценивают их в 3,3 трлн. долл. То есть с 1981 г. активы Vanguard выросли в 1100 раз!

Эксперты до сих пор ломают головы над вопросом, кого можно отнести к главным владельцам Vanguard, но выяснить это достоверно до сих пор не удалось. По некоторым признакам, существенной долей компании владеет известный американский миллиардер Уоррен Баффет.

В этой статье мы коснёмся лишь двух эпизодов, показывающих насколько интересы американского финансового спрута Vanguard, штаб-квартира которого находится в далекой Пенсильвании, распространяются на Украину.

* * *

Среди компаний, которые рассматривают Украину в качестве большого потенциального рынка сбыта своей продукции, постоянно фигурирует американская корпорация Monsanto. В справочниках она значится как химическая и биотехнологическая компания, специализирующаяся в области производства ядохимикатов, семян, удобрений и т.п. Monsanto находится под контролем Vanguard. По последним данным NASDAQ (май 2015 г.), акционерный капитал Monsanto составляет 49,1 млрд. долл., и первую строчку в списке акционеров занимает Vanguard Group Inc – 3,61 млрд. долл. (7,1% капитала).

Monsanto имеет скандальную известность во всем мире. Согласно экспертным оценкам, она уже сегодня контролирует 90% мирового рынка трансгенных семян. Монополизация этого рынка сулит корпорации бешеные прибыли. Monsanto активно продвигает свои интересы, используя лоббистский потенциал Государственного департамента США, Международного валютного фонда, Всемирной торговой организации. Принимая во внимание, что Украина обладает большей частью черноземов планеты и является главной в Европе житницей по производству зерновых, Monsanto стремится подсадить Украину на иглу зависимости от генетически модифицированных семян.

Кроме видимой стороны деятельности Monsanto на Украине имеется и невидимая сторона. Немногие знают, что с 2014 года присутствующая на Украине частная военная компания (ЧВУ) Academi (прежнее название Blackwater) перешла под контроль корпорации Monsanto.

Из других ЧВК на Украине действует также KBR (Kellog, Brown & Root), принадлежащая американской компании Halliburton, которая занимается нефтесервисным бизнесом и военно-инженерными проектами по заказу Пентагона в разных точках мира. Фигурантами скандалов, бушевавших вокруг Halliburton, были в своё время вице-президент США Дик Чейни и министр обороны Дональд Рамсфельд, которые имели свои интересы в бизнесе корпорации. Halliburton, рассчитывающая на большие барыши от проекта освоения сланцевых месторождений на территории Донбасса, устремилась на Украину со своими постоянными партнерами из нефтяного бизнеса - Exxon Mobil и Chevron Corp. И все эти компании относятся к империи Vanguard.

«Правый сектор» и так называемые добровольческие батальоны Коломойского фактически возникли как подразделения ЧВК Academi. Хотя считается, что украинский олигарх оплачивает деятельность батальонов из своего кармана, но есть много признаков того, что господин Коломойский - «легенда прикрытия», а финансирование карателей идёт из США. Схема выглядит так, что сначала Вашингтон перечисляет деньги на офшорные счета Коломойского, а затем уже они поступают на счета олигарха на Украине.

Сегодня появляются все новые подтверждения тому, что Добровольческий украинский корпус (ДУК) «Правый сектор» действует на основе команд, которые поступают даже не из штаб-квартиры Vanguard в штате Пенсильвания, а из Центрального разведывательного управления США и других американских спецслужб. В данном случае корпорация Vanguard сама выступает прикрытием реальных центров управления боевыми операциями и политическими процессами на Украине.

В связи с этим есть смысл вспомнить еще один сюжет - операцию «Фальшивые доллары». В начале 2015 года в Германии был арестован сотрудник Госдепа с крупной партией фальшивых долларов. Общая сумма фальшивых бумажек (кстати, подделка была очень качественной) составила 1 миллиард долларов. При допросе выяснилось, что упомянутый сотрудник Госдепа - помощник Виктории Нуланд и по совместительству сотрудник Vanguard Corporation. Насколько можно было понять из сообщений СМИ, Vanguard Corporation была не просто посредником в распространении фальшивых долларов, но и сама их печатала. Допрашиваемый достаточно быстро перестал сопротивляться и рассказал, что к операции «Фальшивые доллары» причастны его начальница по Госдепу Виктория Нуланд, а также Маккейн, Керри, Бреннан и другие важные птицы из Вашингтона. Поддельными долларами Vanguard Corporation платила наемникам в Сирии, Ираке, Украине, Ливии. Компания посредничала и в нефтяных сделках «Исламского государства».

Допрашиваемый показал также, что февральский переворот курировался его начальницей Нуланд, а в его подготовке так или иначе помимо Госдепа и ЦРУ участвовала Vanguard. Из показаний арестованного американца стало также известно, что погибшие на Украине «агенты ФБР» на самом деле были людьми Vanguard. Допрашиваемый описал, как он общался с Игорем Коломойским, который участвовал в распространении фальшивых долларов на Украине и который своих денег на поддержание карательных батальонов не потратил ни копейки. Бывший днепропетровский губернатор расплачивался и продолжает расплачиваться фальшивыми долларами. Через Украину их прошло уже несколько миллиардов. Арестованный заявил также, что главная задача, которую ставят его высшие начальники из Госдепа и Vanguard Corporation, – убить как можно больше людей на Украине.

Некоторых экспертов смутило то, что сообщения об истории с фальшивыми долларами проходили через СМИ всего нескольких дней, а затем наступила полная тишина. Впрочем, дать команду на «тишину» могла все та же всемогущая Vanguard, которая контролирует большинство мировых СМИ.

Свидетельств того, что группа Vanguard активно участвует в экономических, политических и военных событиях на Украине, накапливается всё больше. И что примечательно: бурная деятельность Vanguard на украинском направлении проходит мимо Конгресса США и даже американского президента. Опять-таки президенту остается лишь терпеть, а если и возмущаться, то про себя: вслух нельзя, поскольку добрая половина пожертвований в период предвыборных кампаний демократической партии приходит от структур, входящих в империю Vanguard.

Валентин Катасонов

fondsk.ru

Новороссия как часть России
---------------------------------------------------
Сегодня.Ру

Можно не сомневаться, что заявление Сергея Лаврова о том, что Россия видит Донбасс в составе Украины, — не более, чем дипломатическая игра.

Глава российского МИД — человек адекватный и реалистичный — прекрасно понимает, что население народных республик ни за что не пожелает находиться под властью Киева. Более того, и сам Киев уже не в состоянии распространить свой суверенитет на эти территории — ни в военном, ни в экономическом плане. Кроме того, можно не сомневаться, что сдача Новороссии автоматически лишит Кремль его главного актива — народной поддержки и доверия, без которых российская власть рискует превратиться в подобие киевской хунты.

Цель Москвы очевидна — демонтаж фашистского прозападного режима с минимальными людскими, политическими, финансовыми и экономическими потерями.

А вот заявление донецкого коллеги Лаврова о «заморозке Проекта Новороссия» оставляет не столь однозначное ощущение. Глава МИД ДНР Кофман заявил: «Что касается проекта Новороссия, то в силу того, что народный взрыв произошел раньше, чем мы планировали, так как мы не смогли удержать население на митингах, раньше положенного поднялись и наши сторонники в других регионах — в Одессе, Харькове. В результате более 40 наших ребят погибли в Одессе, многие активисты были арестованы в Харькове, а республики, которые предполагалось создать в этих регионах, оказались обезглавлены. Поэтому проект Новороссия закрыт на какое-то время — до тех пор, пока во всех этих регионах вырастет новая политическая элита, способная возглавить движение. Ну не имеем мы права навязывать Харькову, Запорожью, Одессе свое мнение».

Предположим, Сталин или Молотов заявили бы в январе 1943 года, что народное сопротивление гитлеровцам на Донбассе пошло не так, как планировалось, поэтому погибла «Молодая гвардия». И теперь, прежде, чем освобождать Краснодон и Луганск, нужно ждать когда вырастет новая политическая элита. Ведь нельзя же навязывать свою волю Краснодону и вообще Донбассу!

Абсурд? Безусловно! Но тарабарщина, произнесенная главным донецким дипломатом, очень напоминает подобное построение.

Прежде всего Новороссия — это никакой не проект. Это историческая часть России, населенная, по преимуществу, русскими людьми. И они просто не имели возможности участвовать в референдуме 11 мая, а так же, как это, заявил Кофман, обозначить свое «мнение». Это совершенно неудивительно, учитывая уровень террора, осуществляемого карателями в оккупированных областях Новороссии. Согласно логике Кофмана, и Славянску, Лисичанску, Мариуполю и Краматорску никак нельзя «навязывать свою волю».

Между тем, свою волю жители Одессы, Харькова и Запорожья выражают вполне отчетливо, насколько это возможно в условиях фашистской оккупации (которые, конечно, несколько отличаются от условий, в которых сам Кофман высказывает свое мнение на российских ток-шоу).

Однако, например, вице-губернатор Одессы Зоя Казанжи признала, что, несмотря на нацистский террор, сторонников Украины в Одессе — только 20%, а из попавшие в Донбасс военнослужащие из Одессы переходят на сторону войск Народных Республик.

О мнении одесситов и харьковчан говорит, и то, что в этих городах бандеровцы продолжают террор, бросая людей, даже одноногих инвалидов, в застенки по одному подозрению в недостаточной лояльности. До сих пор эти города наводнены полицаями с Галиции и Волыни, нацгадами и нацистскими боевиками, и их количество постоянно увеличивают! Но несмотря на все усилия хунты, сопротивление в оккупированных областях Новороссии не прекращается а, напротив, усиливается.

Не выдерживает критики и утверждение Кофмана о гибели политической элиты в Доме Профсоюзов. Достаточно почитать сведения об одесских мучениках, чтобы понять, что среди этих прекрасных, светлых и мужественных людей практически не было политиков. Среди убитых поэтов, музыкантов, предпринимателей, медиков, преподавателей, пенсионеров не было ни подпольщиков, ни боевиков!

Но это не значит, что их не было вовсе. Русское движение Новороссии существовало и существует, без всякого участия ФСБ, ГРУ, Стрелкова, Суркова, Кургиняна. Это народно-освободительное движение сложилось задолго до «Русской весны» и являлось реакцией на первые шаги по принудительной украинизации.

Мне самому доводилось встречать в Крыму во время событий марта 2014 года участников одесского, николаевского и харьковского Сопротивления, приехавших защищать полуостров от хунты. Эти люди имели крепкие связи и контакты с единомышленниками по всей Новороссии, и в случае необходимости они готовы были выступить в качестве военной силы. И после того, как был освобожден Крым, они поехали в Донбасс. Только одесситов в рядах ВСН сражается до трех тысяч бойцов — это целая бригада! В рядах ополчения не меньше, харьковчан, запорожцев, днепропетровцев!

И все они взяли в руки оружия в надежде, что дойдет очередь до освобождения их родных городов и сел, что они принесут свободу от фашистского ярма своим близким и родственникам. Но, оказывается, нет, не принесут, поскольку г-н Кофман решил, что нельзя «навязывать волю»?

Можно, конечно, предположить, что выступление главы МИД ДНР — тоже своего рода дипломатическая игра, торг с Украиной. Однако торгуясь, никто сам не сбивает цены, как это сделал Кофман. Возможно тут дело в другом.

Скороспелые донецкие и луганские «политические элиты» довольно отчетливо саботируют интеграционные процессы между Народными Республиками (не создано даже единое военное командование), вероятно, полагая вслед за Юлием Цезарем, что «лучше быть первым в галльской деревушке, чем последним в Риме».

Если это так, то никакая Большая Новороссия им не нужна, и они во избежание конкуренции готовы пожертвовать и русскими землями, и 20 миллионами русских людей, оставив их на растерзание бандеровцам.

Однако, к счастью, происходящее зависит ни от их воли. Даже при всем своем желании и бесконечной готовностью к уступкам, они — «элиты» — не сумеют договорится с хунтой (поскольку это вообще невозможно). А возобновление боевых действий сведет на нет все игры и торги.

История нас учит, что разорванные, раздробленные русские земли, неизбежно собираются в единое целое, как шарики ртути магнитом.

Борис Джерелиевский



.

«Это» надо убить!
---------------------------------
Я буду говорить, как украинец и гражданин Украины. Я родился в Днепропетровске. И потому у меня есть право требовать смерти для единоУкраины.

Я видел, как развивалась националистическая Украина 23 года. Я видел, как вырос этот монстр. Вначале были "безобидные" марши вышиванок, такие далёкие и потому безопасные марши в честь дивизии SS «Галичина" во Львове. Потом цинично-людоедские анекдоты Западной Украины - "В конкурсе "Украина глазами москалей" победил пан Васыль из Тернополя , который выложил трехметровыми буквами слово "Украина" из глаз москалей" - стали появляться в Центре, а затем и на Востоке страны. В Одессу, Днепропетровск, Запорожье, Харьков начали переезжать преподаватели, студенты, офисные работники из Галичины и Волыни. Куски «чёрно-красного» урана уже излучали смертоносное гамма-излучение, но пока что не складывались в критическую массу.

Я жил внутри. Долгие 23 года. Я видел, как из крохотной раковой опухоли Галичины вырос бугристый, перевитый белесыми жилами метастаз монстр "свидомой" псевдоплоти.

И потому, если позволите, я напишу кратко, сухо и без эмоций.

Насколько я вижу, всё идёт в нужном направлении. Да, небыстро. Да, иногда не полностью понятно для людей непосвящённых или же оценивающих развитие ситуации по сценариям прошлого года. Но процесс развивается именно в том направление, в котором нужно.

Вы думаете просто так в Львовском областном совете приняли обращение к Верховной Раде Украины с предложением признать Донбасс и Крым территорией России?

Донбасс - смертелен для единоУкраины. Украина попала в капкан Донбасса. Именно потому во Львове уже раздаются испуганные крики, что надо избавиться от Донбасса, что надо отказаться от территории. Львовские "свидомые" патриоты прекрасно понимают, что это смерть их национальной бандеровской идеи, смерть вышиванок и чёрно-красных флагов, смерть их фальшивой истории, фальшивых героев и не менее фальшивых традиций. Смерть медленная и мучительная. Как от гангрены. Галичанские элиты это поняли. А Киев или не понимает, или не может предотвратить - Киев держится за Донбасс. А заодно и заокеанские кураторы требуют продолжения войны на Донбассе - чтобы оказывать внешнеполитическое давление на Российскую Федерацию.

Галичина сделала самую большую ставку за всё время существования этой проклятой территории. Они выложились полностью, они раскрылись. Они устроили Blitzkrieg, разбрасывая по всему Юго-Востоку банды "правосеков", "ультрас" и обычных бандитов сразу же после государственного переворота. Они знали, что можно только запугать, поставить Юго-Восток на колени. Только так можно «освидомить» нормальных людей.

Первый слом сценария произошёл с Крымом. Украинским патриотам повезло - Крым ушёл в Россию. Это болезненно ударило по национальной свидомой идее, но дало возможность новой Украине избавиться от региона, который без большой крови они не могли сломить.

Затем сценарий сломался на Донбассе. И Украина завязла в войне, которую выиграть не может. Война съедает ресурсы, которые необходимы, чтобы выбраться из финансовой воронки после государственного переворота. Война съедает "свидомых" патриотов, на базе которых и можно было бы построить националистическое государство - но теперь эти украинские патриоты или лежат в могилах, или скачут на костылях без ног, или деформированы войной и более непригодны для мирного государственного строительства. Человеческий ресурс единоУкраины сгорает на Донбассе - в могилы ложится будущее национальной украинской идеи. И это хорошо. Потому что без полной утилизации «свидомого» поколения освобождение Украины от интегрального национал-фашизма невозможно.

Федерализация (на самом деле конфедерализация) - это смерть единоУкраины. Потому что начнётся разрушение административных и финансовых связей, появление новых Народных Республик. Одесса. Харьков. Местные элиты воспользуются возможностью отделиться от Киева. Вопрос алчности и жадности - такими всегда были элиты на Украине. У них никогда не было патриотизма, зато всегда было с избытком прагматизма. Мы всё равно возьмём всю "большую Новороссию". И в итоге сделаем из всей Украины Новороссию. Разве что Галичину надо выбросить прочь. Лично для меня, прожившего на Украине 23 года, это проклятая на 7 поколений, навеки заражённая территория. Они не изменились за 70 лет - остались всё теми же кровожадными, недалекими хуторянами, ждущими фюрера с Запада.

Так что рано вы хороните Новороссию. Проект "Новороссия" быть может для кого-то и закрыт. Но идея Новороссии жива. Она может менять названия, может менять форму - но суть остаётся той же. Украина будет пророссийской, прорусской, внеблоковой, антинацистской, антибандеровской территорией. Государством Украина никогда больше не будет - потому что неспособна, и уже сотни лет это доказывает. Потому Новороссия переживёт Украину, переварит её и растворит в себе. А "свидомые" снова станут маргиналами, отщепенцами, изгнанниками в канадской диаспоре - и будут испуганно жаться по углам.

Никто единоУкраину не оставит в покое. Нужно понимать, что России незачем держать под боком агрессивных, нищих туземцев, которые мечтают только о том, чтобы горела Москва и взрывались детские садики в Белгороде и Ростове. Незачем оставлять нашим западным "партнёрам" возможность создать под боком у России униатский ИГИЛ. Ресурсы единоУкраины, её "свидомых" патриотов будет сжирать нескончаемая война, "донбасский синдром", нищета, наркомания, масса незарегистрированного оружия, безработица, распад системы здравоохранения. Именно то, что происходит сейчас. Многие ли "свидомые" патриоты знают, что на украинской стороне границы АТО, на оккупированном Киевом Донбассе уже с десяток плантаций опиумного мака. И крышуют их "герои АТО", добровольческие батальоны. Эта отрава уже через три-четыре месяца польётся в города единоУкраины. И на фоне безработицы, демобилизации, неустроенности, «донбасского синдрома" это даст вспышку не только грабежей, но и СПИДа, гепатита С, психических заболеваний.

Одно следует за другим.

Мы сейчас являемся свидетелями разрушения большой страны с тридцатью миллионами населения. Уникальное явление в современной истории.

От «свидомой" идеи останутся только ряды могил с жёлто-синими ленточками на крестах. Галичане сделали самую важную ставку в своей жизни во время Евромайдана. И проиграли. Точно так же они проиграли 70 лет назад, сбегая в Канаду или умирая один за другим в Карпатах от пуль бойцов Красной Армии. Всё повторяется опять. И мы победим так же, как и 70 лет назад. Население Центра и Юго-Востока будет сдавать «свидомых» патриотов точно так же, как после Великой Отечественной Войны. Как только на Украине начнут бить лицо за «Слава Украине! Героям слава!» - мы победили. К этому и надо стремиться. К этому надо идти. Потому что никакие «свидомые» партизаны, никакие «свидомые» диверсанты не смогут действовать на территории, где простой народ их не поддерживает и ненавидит - за разруху, за нищету, за Евромайдан.

Но мы не должны спокойно сидеть на берегу и смотреть, как мимо проплывают в байдарках трупы "свидомых" бандеровцев. Чем быстрее единоУкраина будет разрушена, тем больше простых людей будет спасено от произвола киевских властей, Национальной гвардии, СБУ и нацистских батальонов. Чем быстрее единоУкраина умрёт, тем быстрее наступит рассвет на этой израненной, отравленной "свидомым" нацизмом территории. Чем быстрее мы убьём единоУкраину, тем быстрее начнётся возрождение, восстановление экономики и производства.

У нас, нормальных людей, так же как и 70 лет назад, цель одна - нацистское преступное государство единоУкраина должно быть убита. Я это говорю, как гражданин Украины. Я 23 года наблюдал, как рождается этот монстр. Его нельзя оставлять в живых.

Это существо в синих и жёлтых цветах гниющей трупной кожи, кривящее окровавленный рот в крике "Слава Украине" и ковыляющее по живым землям Донбасса, надо убить.

Спокойно и без эмоций.

Чтобы родилось новое будущее.

Будущее для людей, а не для «свидомых».

Дмитрий Дзыговбродский