Новый мировой порядок


Сирия, Иран, Россия, мировое правительство, рабство.

http://blogs.mail.ru/mail/vitaliy_nikolaev3/

Источник: http://www.liveinternet.ru/users/tatasoz/post193015359/

Этот документ заставит вас задуматься независимо от того,
верите вы в абсолютную подлинность содержания лекции, или нет. Его
достоверность подтверждается главным критерием истины - практикой. В наши дни
многие пункты изложенного «плана» уже сбылись или находятся в процессе
реализации. Вчитайтесь в этот текст и наложите описанные в нём "шахматные
ходы" на фон событий своей жизни. Неизбежно возникнет ощущение игры
невидимого гроссмейстера с начинающим любителем шахмат. Продуманность и учёт
психологии масс сочетаются с хладнокровным и равнодушным расчётом.


Этот документ - яркое обличение закулисы, проникшей в нашу
элиту и власть много десятилетий (веков) назад с целью реализации своих
тысячелетних планов. Казавшееся немыслимым всего одно поколение назад, - то,
против чего восставало сознание, - для новых поколений становится нормой. И вот
уже нет былой национальной и музыкальной культуры, а есть поколение MTV и
президент, признающийся, что он поклонник сатанистских групп «Black Sabbath» и
«Led Zeppelin». Не стало многих ранее привычных признаков социального общества
и стержней, на которых оно держалось. Не понимающую происходящего нашу толпу
вместе с другими толпами-народами ведут к бездне небытия, переплавке и
забвению.


Что ж, на это и был сделан расчёт: люди сами захотят Нового
мирового порядка, и будут просить чипизировать их, забрать у них детей или
родителей и стереть воспоминания, потому что это будет считаться нормой; так
будет легче выжить.


Ознакомьте с этим текстом всех, кто ещё обладает критическим
мышлением; всех, кому ещё можно вернуть здравомыслие и способность видеть
расставленные сети и ловушки. Лишь зная врага и его планы и методы, можно
выработать средства и способы борьбы. А борьба ещё впереди.


Новый мировой порядок:


Существует своего рода заговор, который оказывает
воздействие и действительно управляет
основными историческими событиями, – не только в Соединенных Штатах, но и во
всём мире.


Существует некая организованная сила/власть/группа
людей, которая обладает достаточным влиянием для того, чтобы определять
важные события, происходящие в [различных] странах по всему миру.


Будет введена совершенно новая глобальная система.


“Все приготовления закончены и теперь никто не сможет нас
остановить”.

Большинству людей невдомёк, как функционирует правительство; что даже люди,
занимающие высокие посты в нём, не очень-то понимают, как и где принимаются
решения.


Будут очень неожиданные изменения, которые людям – в
некотором отношении – будет трудно принять.


Придётся привыкать к переменам


Людям придётся привыкнуть к идее перемен, – настолько, что
они будут ожидать перемен. Не будет ничего постоянного. Подобное характерно для
общества, в котором у людей нет «корней» или «якоря», и они готовы пассивно
принимать любые перемены просто потому, что перемены – это всё, что у них в
жизни было. Это была своего рода противоположность нынешнему поколению людей, в
котором вы ожидаете наличия определённых вещей, которые всегда остаются на
месте в качестве реперных точек вашей жизни. Поэтому должны будут наступить
изменения, и этих изменений должны ожидать и предвкушать их, принимая их без
каких-либо вопросов.


Люди слишком доверчивы; они не задают правильных вопросов.
Порой излишняя доверчивость равнозначна чрезмерной тупости.


У всего имеются две цели. Первая цель мнимая, показная; она
заставляет людей принять [что-то], а вторая цель – настоящая, и она будет
способствовать задачам установления новой системы.


Число людей, проживающих на планете, должно быть ограничено.



Людям не будет позволено иметь детей лишь потому, что им
этого захочется или если [беременность] возникнет по неосторожности. В
большинстве семей детей будет двое. Некоторым [семьям] будет разрешено иметь
лишь одного, а выдающимся людям (через отбор) могут позволить иметь и троих
детей.


Секс должен быть отделён от размножения. Стратегия будет
направлена не на снижение, а на увеличение половой активности, но таким
образом, чтобы детей при этом не было.


Контрацепцию будут очень сильно поощрять, и в сознании людей
она должна будет тесно связана с сексом. При одной мысли о сексе они
автоматически будут думать о контрацепции, и при этом средства контрацепции
будут повсеместно доступными. В аптеках контрацептивы будут выставлены таким
образом, чтобы бросаться в глаза, наравне с сигаретами и жевательной резинкой.
Они будут находиться на виду, а не под прилавком, чтобы людям не пришлось
спрашивать о них, стыдясь, что кто-то услышит их слова. Такая открытость
позволит внушить, что контрацептивы – столь же естественный элемент жизни, как
и любые другие предметы, продающиеся в магазине или аптеке. Контрацептивы будут
рекламироваться, а также раздаваться в школах в ходе занятий по половому
воспитанию.

Половое воспитание необходимо для того, чтобы заставить
детей заинтересоваться сексом ещё до их полового созревания, укоренив [в их
сознании] связь между сексом и потребностью в контрацепции. К настоящему
моменту во многих городах Соединённых Штатов уже проводятся школьные семинары,
которые посвящены преимущественно контрацепции и демографическому контролю.
Идея состоит в том, что связь между сексом и контрацепцией, внедрённая и
навязанная учащимся в школе, в дальнейшем будет перенесена и в семейную жизнь.
В самом деле, если молодые люди, повзрослев, решат пожениться, то значимость
самой идеи брака и семьи окажется приниженной. Большинство людей, вероятно, всё
же решит пожениться, но для сексуальной активности [брак] уже не будет
считаться необходимым.

Аборты больше не будут преступлением. Аборты будут
приниматься как нечто само собой разумеющееся, и для тех, кто не сможет за них
заплатить, они будут оплачиваться из бюджетных средств. Благодаря
финансированию за счёт бюджета контрацептивы станут доступными всем, так что
уже никто не сможет обходиться без них. Вероятность того, что школьные семинары
по половому воспитанию приведут к росту числа беременностей у детей, не проблема.
Напротив родители, выступающие против абортов по моральным или религиозным
мотивам, изменят своё мнение, когда забеременеет их родная дочь. Таким образом,
это поможет преодолеть несогласие с абортами. И вскоре лишь самые «упёртые»
будут продолжать выступать против абортов, как чего-то неприемлемого, но их
голос уже не будет иметь значения.

Людям разрешат быть гомосексуалистами. Им не придётся больше
этого скрывать. Кроме того, пожилых людей будут провоцировать на продолжение
активной половой жизни до самой старости, – до тех пор, пока это будет возможно.
Всем будет позволено заниматься сексом и получать от него удовольствие – как
только им заблагорассудится, любым способом.

Стиль одежды станет более стимулирующим и провоцирующим. Джинсы
сейчас кроят таким образом, чтобы они более плотно прилегали к области
промежности. Образуются складки, а складки – это, по сути, стрелки,
направляющие ваше внимание к определённой анатомической области.

Тонкий бюстгальтер более откровенно демонстрирует соски.

Секс и тему репродукции разделят. Будет секс без
деторождения, а с помощью технологии репродукция станет обходиться без секса.
Всё будет происходить в лаборатории. Уже проведено огромное множество
исследований о сотворении детей в лабораторных условиях.

Получить развод станет проще, и разводы приобретут широкое распространение.
Большинство людей, будут вступать в брак больше одного раза. Всё большее число
людей не будет вступать в брак вообще. Неженатые [пары] будут останавливаться в
гостиницах и даже жить вместе. Это будет очень широко распространено, – и никто
даже не будет задаваться вопросами по этому поводу. Это станет общепринятым и
будет восприниматься так же, как совместное проживание женатых пар.


Всё большему числу женщин придётся работать не дома. Всё
большее число мужчин будут переводить на работу в другие города, а сама работа
будет требовать частых разъездов. Таким образом, семьям станет труднее
оставаться целыми. Со временем это сделает брак менее стабильным и,
следовательно, снизится и желание иметь детей. Большие семьи уменьшатся, и к
тому же, станут более разобщёнными. На какое-то время переезды сделают более
дешёвыми и удобными, чтобы тем, кому приходится подолгу добираться с работы и
на работу, казалось, что они ещё могут вернуться в семью, и чтобы они не
ощущали себя внезапно оторванными от семьи. Но результатом упрощения процедуры
развода в сочетании со стимулированием переездов и релокаций семей из одного
города в другой неизбежно станет семейная нестабильность. Если оба супруга
работают, и одного из них куда-то переводят, то другому придётся либо оставить
свою работу и переехать на новое место без гарантий на трудоустройство, либо
остаться на старом месте. Весьма дьявольский подход!


У каждого будет право дожить лишь до определённого возраста.
От пожилых людей пользы уже нет. Они становятся обузой. Вы должны быть готовы
принять смерть. Так или иначе, за жизнь вы имеете право лишь на определённое
число стейков, оргазмов, и удовольствий. Получив их положенное число раз, и
более не являясь производительными, вы уже «не работаете» и «не вносите свой
вклад», а значит, должны быть готовы уступить место следующему поколению.


 Использование очень
блёклого, плохо различимого текста на бланках, которые необходимо заполнять.
Пожилые не смогут прочитать такой текст, и будут вынуждены обратиться за
помощью к молодым. Изменение порядка автомобильного движения. Станет больше
полос для скоростного движения, и для пожилых с их более медленной реакцией,
станет невозможным пользоваться такими дорогами, что в свою очередь приведёт к
частичной потере независимости.


Стоимость медицинского обслуживания сделают обременительной.
Медицинскую помощь тесно увяжут с местом работы людей, и вместе с тем сделают
её очень и очень дорогой. Это сделает её просто недоступной для людей,
достигающих определённого возраста. Им придётся обходиться без медобслуживания.


Идея заключается в том, что если каждый скажет: “Хватит!
Содержать пожилых – тяжкое бремя для молодых!”, то молодые согласятся “помочь
маме и папе” уйти в последний путь. Конечно, при условии, что всё это будет
сделано гуманно и с достоинством. Прекрасный прощальный вечер. Мама и папа
хорошо потрудились [на этом свете]. А после праздника, они принимают “таблетку
милосердия”.


В медицинской практике ожидаются коренные изменения.

Эти способы будут внедряться постепенно, однако медобслуживание будет
находиться под жёстким контролем. Здравоохранение будет тесно связана с
работой. Если у вас нет работы или вы не можете работать, то у вас не будете
доступа к медицинской помощи. Время, когда больницы оказывали бесплатную
помощь, постепенно уйдёт в прошлое и практически исчезнет. Цены будут задраны
вверх настолько, что люди не смогут обратиться за помощью без страховки.
Платишь за страховку– получаешь на неё право. Ваша соответственность за ваше
собственное здоровье будет сведена на нет.


 Всякий становится
зависим от страхования, и если у вас страховки нет, то вы платите прямо из
своего кармана; и стоимость вашего лечения огромна. Однако страховая компания,
оплачивающая ваше лечение, платит меньше. Допустим, вам выставили счёт на 600
долларов за использования операционной. А страховая компания заплатит не 600
долларов, а только 100. Подобная разница в системе оплаты даёт желаемый эффект:
она позволяет страховой компании оплачивать то, за что вы никогда не смогли бы
заплатить. И они получают скидку, которую вам не предоставляют. Получив свой
счёт, вы испытываете чувство благодарности к страховой компании за то, что она
смогла «устроить» такое. И таким образом вы становитесь зависимым [от
страховщика] и просто обязаны иметь страховку. Вся система выставления счетов
является мошеннической.


Доступ в больницы будет жёстко контролироваться и для того,
чтобы попасть в здание, потребуется иметь при себе документ, удостоверяющий
личность. Внутри и вокруг больниц будет установлена система охраны. Она
постепенно разрастётся настолько, что никто не сможет войти или перемещаться
внутри здания без необходимого пропуска. Будут «допущены» и затем «раздуты»
случаи кражи медицинского оборудования (микроскопов, пишущих машинок и так
далее). Сообщения о таких случаях будут «раздуты», чтобы они могли стать
поводом для введения жёсткой системы безопасности, – пока люди не привыкнут к
ней.


Любой человек, передвигающийся по больнице, будет обязан
носить пропуск с фотографией, сообщающий, кто перед вами: сотрудник, лаборант,
посетитель или ещё кто-то. Вводиться это должно постепенно, чтобы все привыкли
к идее о том, что нужно «опознавать» себя – пока это не станет общепринятым.
Необходимость в идентифицирующих документах для перемещения поначалу будет
проявляться в мелочах (больницы, отдельные предприятия), но постепенно она
расширится и охватит всех повсеместно! Больницы можно будет использовать для
лишения людей свободы и для лечения преступников. И под этим не обязательно
подразумевалось медицинское лечение «психушка».


Образ врача изменится. Его больше не буду воспринимать как
профессионала-индивидуала, заботящегося о своих личных пациентах. Постепенно
врача начнут воспринимать как высококвалифицированного техника. Изменится и
содержание его работы. Она будет включать такие вещи, как казнь с помощью
смертельной инъекции. Образ врача как сильной, независимой личности должен
будет измениться.

Частная практика уйдёт в прошлое. Несколько самых упёртых, возможно, и попытаются
выстоять, но большинство врачей перейдёт на службу в те или иные организации.
Будут поощряться коллективная и корпоративная практики. И, когда образ
корпоративного врача начнёт становиться всё более и более приемлемым, врачи
предпочтут становиться сотрудниками каких-то фирм, а не независимыми
подрядчиками. Разумеется, наряду с этим (по умолчанию, но непременно) наёмный
работник служит своему работодателю, а не пациенту. Мы видели множество
примеров тому.


Появятся новые заболевания, невиданные ранее. Их будет очень
трудно диагностировать, и они будут неизлечимыми – по крайней мере, в течение
длительного времени.

Думаю, СПИД был, по крайней мере, одним из тех заболеваний, которые я считаю,
был создан в лаборатории.


Но сами подумайте: если люди перестанут умирать от рака,
сколь стремительно произойдёт перенаселение? А умереть можно или от рака, или
от чего-то ещё”.


Усилия в области лечения рака (или еще чего) в большей мере
будут нацелены на комфортное [самочувствие], а не на исцеление. В конечном
счёте, лекарства от рака, скрываемые в Институте Рокфеллера, «выйдут из тени»,
так как, несмотря на попытки подавить независимые исследования, есть
вероятность, что они будут открыты независимым путём. По крайней мере, на
данный момент позволять людям умирать от рака – это благое дело, так как это
замедляет проблему перенаселения.


В настоящее время существует способ искусственного
воспроизведения реального сердечного приступа, и его можно использовать как
средство убийства. Только очень опытный патологоанатом, точно знающий, что
именно нужно искать при вскрытии, сможет отличить индуцированный инфаркт от
обыкновенного.


Основные религии, существующие сегодня, должны быть
изменены, потому что они не совместимы с грядущими переменами. Старые религии, –
в особенности христианство, – должны будут уйти в прошлое. И тогда во всём мире
можно будет принять новую религию, включающую что-то от всех прежних, дабы
сделать её более приемлемой и «своей». Но большинству людей до этого не будет
дела. Они посчитают, что для них она не нужна».


И с этой целью Библия будет изменена. Она будет заново
переписана, чтобы соответствовать новой религии. Постепенно, ключевые слова в
ней будут заменены на новые, имеющие различные смысловые оттенки. Поначалу
значение, закреплённое за новым словом, будет близким к старому – но с течением
времени будут усилены другие смысловые оттенки этого слова... И тогда одно
слово постепенно заместится другим. Не обязательно переписывать всё Святое
Писание. Нужно всего лишь заменить одни ключевые слова другими. Многозначность,
закреплённую за любым словом, в дальнейшем можно будет использовать в качестве
инструмента для изменения смысла всего Святого Писания, и тем самым сделать его
пригодным для этой новой религии. Большинство людей даже не заметят разницы; «а
тех немногих, кто заметит, будет слишком мало, чтобы на что-то повлиять».


Изменения коснутся и классической литературы. Случайный
читатель, читающий изменённый вариант книг даже не заметит внесённых правок.
Для этого придётся перебирать всё произведение, слово за словом, чтобы
признать, что какие-то изменения имели место. А целью [этих изменений] будет
помощь в принятии новой системы.


Дети будут больше времени проводить в школе, но не будут
получать никаких знаний. Они будут узнавать что-то, но меньше чем прежде.

В целом, продолжительность школьного обучения будет увеличена, что
подразумевало и увеличение продолжительности учебного года. Занятия будут
продолжаться и летом. Летние каникулы уйдут в прошлое. И это затронет не только
учащихся. Отпуск перестанет ассоциироваться с летом, и привычным делом станет
отдых в любое время года.


 


Для большинства людей получение образования будет занимать
более продолжительное время. Для того чтобы получить объём образования, который
изначально давался при получении степени бакалавра, теперь потребуется учёная
степень и более длительное обучение. Так что большая часть обучения станет
пустой тратой времени. Конкурс в хорошие образовательные учреждения станет
более жёстким.

Учащимся придётся решать в более юном возрасте, что им хочется изучать, чтобы
приступить к профильному обучению раньше. Станет труднее поменять свою будущую
профессию, если ты уже выбрал направление. Обучение станет более узким. Без
разрешения доступа к материалам, выходящим за пределы вашей специальности и
области знаний, будет закрыт. Люди будут специалистами в узкой области своей
профессии, но не смогут получить более широкого образования, и не смогут
понять, что происходит в общем и целом.


Любому, кто захочет получить доступ к компьютеру или книгам,
напрямую не связанным с его областью, понадобится очень веская причина. А иначе
в доступе будет отказано.


Школы вообще станут занимать более важное место в жизни
людей. В дополнение к своим учебным занятиям детям придётся участвовать в
школьных мероприятиях, если они не захотят оказаться изгоями.


А спонтанная активность среди детей…


А футбольные или бейсбольные команды, которые мы в детстве
формировали на площадках и пустырях. Вне школы почти ничего не будет.


И нагрузки учебной программы наряду с возросшими
требованиями «быть частью чего-то ещё» (спортивного клуба или школьного
кружка), приведут к тому, что некоторые ученики просто «сгорят».


Те, кто поумнее, научатся справляться со стрессами и
выживать. Учащимся будет оказываться какая-то психологическая помощь по
преодолению стресса, но те, кто послабее, не дойдут до финиша.


Драматически возрастёт объём услуг психиатров.



В ходе гонки за достижениями многим людям понадобится помощь, и те, кто чего-то
стоит, смогут её получить, и обретут какие-то преимущества, и станут ещё более
успешными. А те, кто не смогут, останутся на обочине жизни и будут чем-то вроде
«расходного материала».


 


Обучение будет продолжаться всю жизнь, и взрослые тоже будут
учиться. Постоянно будет появляться новая информация, и взрослым придётся
постоянно прилагать усилия, чтобы «идти в ногу». А если вы не в состоянии
«поспевать», значит, вы уже старый. Это будет ещё одним способом дать пожилым
людям понять, что их время вышло, и пора принимать “таблетку милосердия”. Если
вы слишком устаёте от эстафеты образования, или не способны запоминать новую
информацию, то это «звоночек»: пора готовиться уйти со сцены.


Некоторые книги просто исчезнут из библиотек.

Это связано с тем, что некоторые книги содержат информацию или идеи, которые не
должны быть у всех на виду. Поэтому такие книги должны будут исчезнуть.


Не каждому будет разрешено иметь [дома] книги. И некоторые
книги будут запрещены вовсе.


Законы об азартных играх будут отменены или смягчены, так
что азартных игр станет больше.


В азартных играх будут участвовать [и] правительства.

У людей должна быть возможность играть в азартные игры. И это станет обычным
делом, а не каким-то приватным нелегальным занятием.


Возрастёт употребление наркотиков. Увеличится потребление алкоголя.
Усилятся и меры сил правопорядка по борьбе с наркотиками.


Возросшая доступность наркотических веществ создаст
атмосферу [диких] джунглей, в которых слабые и непригодные будут отсеиваться.


Наркотическая зависимость, в определённом смысле, восстановит
закон джунглей с отбором наиболее приспособленных к выживанию.


То же самое произойдёт и с алкоголем. Алкогольная
зависимость будет одновременно и поощряться, и осуждаться. Восприимчивые и
слабые «клюнут» на рекламу и будут пить алкоголь, попадая в алкогольную
зависимость. Вождение в нетрезвом виде станет не просто проблемой. Будут
устанавливаться всё более строгие законы за вождение в пьяном виде, и всё
больше и больше людей будут терять право на вождение автомобилем.


А идея «продвижения» этого заключается в том, что наркотики
и алкоголь будут использоваться для отсева неприспособленных – тех, кто во всех
прочих отношениях будет вполне достойным – но будет «попадаться на этот
крючок».


“Вам кажется, что мы
плохие, раз насаждаем плохое, но ведь мы молодцы, мы предлагаем и выход!”


Не каждый должен иметь право путешествовать куда угодно, как
это сейчас имеет место. Нет никакой необходимости делать это подобным образом.
Это должно быть привилегией.


Понадобится всё больше и больше
тюрем. Для этих целей станет можно использовать больницы. Часть новых
больниц будет проектироваться таким образом, чтобы их можно было приспособить
под тюрьмы.


Если вам нужен образ
будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека – вечно. И помните, что это
– навечно.


 


Партия стремится к власти исключительно ради неё самой. Нас
не занимает чужое благо, нас занимает только власть. Ни богатство, ни роскошь,
ни долгая жизнь, ни счастье — только власть, чистая власть.


Свобода – это рабство.


Ничто не постоянно. Будут заново проложены и переименованы
улицы. Районы, в которых вы какое-то время не бывали, станут [казаться]
незнакомыми. Наряду с прочими элементами, эти изменения будут вызывать у
пожилых людей ощущение, что пора уходить, что им уже не поспеть за переменами
когда-то хорошо знакомых мест. Дома будут намеренно держать незаселёнными, и
они будут ветшать, а в некоторых районах разваливаться будут целые улицы. Для
тех, кто не приспособится к такому, это создаст подавляющую атмосферу
“джунглей”.


Здания и мосты будут возводиться с таким расчетом, что через
какое-то время они будут обрушаться. Увеличится число автомобильных,
авиационных и железнодорожных катастроф. Это ещё больше усилит чувство
незащищённости, [подтверждая тезис о том], что безопасных мест не существует.


При этом в некоторых районах город будет содержаться, как
положено. Так что не везде в городах будут трущобы.


Будут создаваться и трущобы, и районы, в которых будет
поддерживаться порядок. Люди, которые смогут выбраться из трущоб, научатся
больше ценить важность успеха. То есть, если они, так сказать, «покинут»
джунгли и придут в цивилизацию, то смогут гордиться собственными достижениями.
И не будут испытывать жалости к тем, кто остался в наркоджунглях и
разваливающихся кварталах.


Соединённые Штаты будут удерживать в числе лидеров в области
информации, средств коммуникаций, высоких технологий, образования и сельского
хозяйства. Америку предполагалось и дальше рассматривать как некий краеугольный
камень этой глобальной системы. Однако тяжёлую промышленность предстоит вывести
за пределы страны. Хватит с нас вреда, наносимого экологии через трубы заводов
и промышленные отходы. Пусть это возьмёт на свои плечи кто-то другой.


И в этой связи [в результате ликвидации] промышленности люди
будут терять работу, что повлечёт за собой возможности по переквалификации, а
главное – по перемещению больших масс населения.

Подвижки масс необходимы для того, чтобы люди стремились перебраться в
“солнечный пояс” [2]. На новом месте они окажутся как бы людьми без корней, а в
таком месте, где находится много “пересаженных” людей, изменить их традиции
легче, чем там, где они выросли, где были большие семьи и где находятся их
“корни”.


А такие вещи, как, например, новая система медицинского
обслуживания… Если вы “снимаетесь” из с северо-восточного промышленного города
и “пересаживаетесь”, скажем, в “солнечный пояс” или на юго-запад, то вы с
большей готовностью согласитесь на любое медобслуживание, которое там будет,
вроде [жёстко] контролируемого, нежели в местах, где у вас были “корни” и
поддержка вашей семьи.


“Мы” первым делом возьмём под контроль портовые города.


Физкультура для девочек будет навязываться для того, чтобы
стать заменой играм с куклами. Куклы по-прежнему будут в продаже, но такого
количества и разнообразия, как сейчас, не будет. Их не будут популяризировать
потому, что девочки не должны думать о детях и деторождении. Девочки должны
находиться на спортплощадке – там же, где и мальчики. Никакой особой разницы
между ними быть не должно. За куклами должны будут последовать и детские чайные
сервизы, и всё прочее из того, что традиционно считалось “девчоночьим”. Всё это
будет угасать, и у девочек будут появляться всё более “мальчишечьи” увлечения и
занятия.


Страницы спортивных журналов заполнятся результатами
состязаний девичьих команд – наряду с мальчишечьими.


Постепенно кинофильмы будут становиться всё более
откровенными в плане секса и сквернословия. Ведь, в конце концов, секс и
сквернословие существуют, так зачем притворяться, что их нет? В кинотеатрах и
на телевидении будут демонстрировать порнографические фильмы. “Вы увидите, как
люди делают в фильмах всё, что только можно себе представить ”.


Целью всего этого, выставить секс напоказ.

Насилие будет изображаться более реалистично, чтобы притупить восприимчивость
людей к подобным вещам. То есть насилие в индустрии развлечения станет более
реалистичным, в результате чего людям станет легче адаптироваться к нему.


Изменится и отношение к смерти. Люди перестанут бояться её,
и будут легче принимать её; и при виде мёртвых или раненных людей не будут
приходить в ужас. Не нужно утончённое население, которое будет впадать в ступор
от того, что оно может увидеть. Люди просто научаться говорить: “Не хотел бы я,
чтобы такое произошло со мной”. План включает в себя многочисленные
человеческие жертвы, которые увидят те, кто выживет.


Музыка станет ещё хуже. Тексты станут более откровенными в
сексуальном плане. Больше не будут издавать сладкую романтичную музыку – вроде
той, которую сочиняли до этого. Всю старую музыку уберут.


Пожилые люди будут просто отказываться слушать тот хлам,
который будут предлагать молодёжи, а молодёжь примет этот хлам, потому что он
стал символом молодого поколения и позволил ему обособиться от пожилых.

В
музыке будут заложены
некие инструкции и месседжи
для молодых, хотя никто даже не
будет знать, что там что-то есть; все будут думать,
что это просто
громкая музыка.


Путешествия, вместо того, чтобы быть доступными для пожилых,
строго ограничат. Людям понадобится получать разрешения на поездку, и для них
будет необходимо наличие какой-то уважительной причины. Нет важного повода для
поездки – нет разрешения. И ещё всем нужно будет иметь при себе удостоверение личности.
Сначала это будет что-то вроде идентификационной карты с вашими данными, и вы
будете обязаны предъявлять её по первому требованию. И уже тогда было
запланировано, что со временем будет разработано специальное устройство
с вашими данными, которое вам будут вживлять под кожу.


Было заявлено, что проблема с такими подкожными имплантатами
заключалась в создании материала, который не будет вызывать инфекцию или
реакцию отторжения со стороны организма, и при этом, будет обладать
способностью, хранить и передавать записанную информацию на некое сканирующее
устройство.


Поставки продовольствия будут взяты под жёсткий контроль.
Если прирост населения не будет замедляться, то будет спешно создана нехватка
продовольствия.


Но вне зависимости от того, замедлится ли демографический
рост или нет, продовольственное снабжение должно быть взято под
централизованный контроль с тем, чтобы людям хватало [еды] на пропитание самих
себя, но при этом исключалась возможность поддержки каких-то беженцев или
беглецов, не принимающих новую систему. Иначе говоря, друзей или родственников,
которые не будут поставлены на учёт. А выращивание собственных продуктов будет
поставлено вне закона.


Управление погодой


 


Затем была упомянута погода. И прозвучало ещё одно
совершенно поразительное заявление. Он сказал: “Мы можем или [уже] вскоре
сможем управлять погодой”. И уточнил: “Я говорю не просто о рассеянии
кристаллов йодида в облаках для вызывания дождя; это уже и так применяется. Я
имею в виду НАСТОЯЩЕЕ управление”.


 


Погода рассматривалась в качестве средства ведения войны,
средства влияния на государственную политику. С помощью [такого оружия] можно
вызывать дожди или не допускать их с целью оказания влияния на определённые
районы и взятия их под свой контроль. В этом смысле было два весьма
удивительных момента. Он сказал: “С одной стороны, можно вызвать засуху в
период роста, и ничего не вырастет, а с другой – вызвать проливные дожди в
период жатвы, и поля так “развезёт”, что урожай не смогут убрать. А можно
сделать и то, и другое”.


Политика.

Он сказал, что лишь очень немногие люди действительно знают, как функционирует
правительство. Что-то в том смысле, что на выборных должностных лиц влияют
таким образом, что они даже не осознают этого и осуществляют планы,
составленные для них, при этом считая, что это их собственные планы. Но на
самом деле ими манипулируют так, что им и невдомёк


Понимание того, как люди реагируют, означает умение
заставить их делать то, что тебе нужно


Затем примерно в этом же контексте прозвучало заявление, по
сути, признающее, что результаты некоторых научных исследований были
сфальсифицированы для достижения желаемых результатов.


Люди будут всё больше и больше свыкаться с идеей об отказе
от национального суверенитета.


Если в нужных местах будет слишком много людей, которые
будут оказывать этому [процессу] сопротивление, то, наверное, придётся
применить пару, (а возможно и больше) ядерных зарядов. К этому возможно
придётся прибегнуть, чтобы убедить людей, что “мы не шутим”.


 


И за этим последовали такие слова: “К тому времени, как пара
таких [зарядов] сработает, все – даже самые упрямые – согласятся”. И он ещё
добавил: “Такой мир, достигнутый путём переговоров, будет [выглядеть] очень
убедительно” – в том смысле, что всё было отрепетировано, но никто об этом не
будет знать. Те, кто услышат [эту новость], будут уверены, что между военными
противниками велись переговоры, и они, в конце концов, пришли к осознанию того,
что мир лучше войны.


Ещё одно оправдание войны было таким. Если бы многие
миллионы жертв I-й и II-й Мировых войн не погибли, а продолжали бы жить и
рожать детей, то перенаселение уже наступило бы. Так что те две великие войны
послужили благотворной цели.  Но в наши
дни у индивидов и правительств есть технологичные средства демографического
контроля, и в этом отношении война устарела. В ней больше нет необходимости.


Терроризм будет широко применяться в Европе и в других
частях мира. В то время предполагалось, что необходимости применять терроризм в
Соединенных Штатах не будет. Необходимость в этом может появиться, если Америка
будет недостаточно быстро продвигаться в сторону принятия новой системы. По
крайней мере, на обозримое будущее таких планов не строилось. Такое вот
великодушие с их стороны.


Он также рассмотрел тему денег и банковского дела. Одно из
его утверждений звучало так: “Инфляция бесконечна. После любого числа можно
поставить бесконечное число нулей, и десятичные знаки можно ставить, где
угодно”, – намёк на то, что инфляция является одним из
инструментов-регуляторов. Преимущественно деньги будут существовать в виде
кредита. На тот момент оно так и было. Деньги это прежде всего и есть кредит.
Но расчёты будут осуществляться уже не через наличность или что-то осязаемое, а
через электронные сигналы. Любая покупка будет осуществляться электронным
способом. Ваши доходы и зарплаты будут в электронном виде перечисляться на ваш
счёт (и сниматься когда угодно, и сколько угодно, особенно если человек будет
экономить (или бунтовать)).


Образуется единая банковская система. Со стороны будет
казаться, что она не одна, но по существу и в конце концов будет всего одна
система. Так что когда вам будут начисляться выплаты, на ваш балансовый счёт
будет поступать [соответствующее] начисление, а при покупке чего-либо на месте
покупки с вашего счёта будут сниматься надлежащие суммы, и вам не придётся
иметь при себе [наличные]. В компьютерах будут храниться записи обо всех совершённых
вами покупках, так что, если вы будете покупать что-то в очень больших
количествах, и кто-то из официальных органов захочет узнать, на что вы тратите
свои деньги, они легко смогут просмотреть историю ваших покупок и выяснить, что
вы покупали.


Любую покупку значительных размеров, такую как автомобиль,
велосипед, холодильник, радиоприёмник, телевизор и любой товар, на который
можно будет нанести идентификационный код, можно будет отслеживать. Возможность
делать накопления будет в огромной мере сокращена. Люди просто не смогут
накапливать какие-либо существенные сбережения.


Богатство олицетворяет власть, а власть в руках большого
числа людей нежелательна для тех, кто осуществляет управление, так что если у
вас появятся большие сбережения, их можно будет облагать налогом (или просто
снять). Чем больше вы скопите, тем выше будет налог на ваши сбережения, так что
вы с вашими сбережениями далеко не уедете. К тому же, если будет замечено, что
вы слишком много экономите и сберегаете, то вашу зарплату смогут урезать. Вам
скажут что-то вроде: “Ну, раз вместо того чтобы тратить, вы экономите, значит
вам столько денег и не нужно”.


Суть этой идеи заключалась в одном: не допустить, чтобы люди
могли скопить богатство, которое сможет негативно повлиять на систему. Людей
одновременно будут стимулировать брать кредиты, и также поощрять их прекращать
делать выплаты за них и разрушать свою кредитную историю. Суть здесь опять-таки
в том, что, если вы настолько глупы, что не способны благоразумно обращаться с
кредитом, то у властей появится возможность “наехать на вас” за “завал
кредита”.


Первоначально все электронные платежи будут осуществляться с
помощью разных видов кредитных карт. Но как только у людей появятся карты с
электронной полоской, и они привыкнут к ним, будет предложено объединить всё
это в единой кредитной карте, служащей единой денежной системе. И тогда уже не
нужно будет носить с собой “кучу пластмассы”.


Итак, следующим шагом станет единая [кредитная] карта, а
затем её заменят подкожным имплантатом. Единую карту можно потерять, её могут
украсть, что повлечёт за собой проблемы; картами можно будет обмениваться для
сокрытия личности. Имплантат же нельзя потерять, подделать или передать другому
человеку, так что и вас, и ваши счета идентифицируют со стопроцентной
точностью.


Подкожный имплантат придётся размещать в каком-то удобном
месте, – например, в правой руке или во лбу.


Через имплантаты можно будет осуществлять слежку через
отправку радиосигналов. Они могут находиться под кожей или в зубном протезе или
пломбе, так что беглецов или каких-то других граждан можно будет опознавать по
определённой частоте их персональных передатчиков – в любое время, в любом
месте, любым службам, которые захотят их найти.


Также было упомянуто о наблюдении за конкретными людьми.
[Дэй] сказал: “Вы будете смотреть телевизор, а в это же время кто-то будет
наблюдать за вами, сидя за центральной станцией мониторинга”. В телевизорах
будет установлено соответствующее устройство. И для этой функции исправность
самого телевизора не важна. Кроме того, телевизор можно будет использовать для
отслеживания того, что [именно] вы смотрите. Можно будет узнать, [и] что вы
смотрите, и как вы на это реагируете. А вы даже не будете знать о том, что за
вами наблюдают. Они будут покупать их, покупая телевизор. На первых порах они
даже не будут подозревать о существовании этих устройств.


Обсуждались также и аудиоустройства – на случай, если власти
захотят услышать, что происходит в других комнатах, кроме той, в которой
находится видеоконтрольное устройство. По этому поводу было заявлено: “Для
этого может быть использован любой провод, входящий в ваш дом, например, телефонный”.



Частное домовладение станет рудиментом прошлого. Стоимость
жилищного строительства и плата за него постепенно будут увеличены настолько,
что большинству людей это станет не по карману. Всё больше непроданных домов
будут стоять и пустовать. Их просто не смогут купить. Однако стоимость жилья
снижать не будут.


Вы тут же решите: допустим, дом пустует; цена упадёт, и его
купят. Но прозвучало пояснение в том духе, что цену будут держать высоко,
несмотря на то, что предложение будет большим, так что [законы] свободного
рынка не будут действовать. Люди не смогут покупать их и постепенно будут
вынуждены перебираться в маленькие квартиры, в которых не будет места для
большого количества детей.


Затем, после того, как число реальных собственников жилья
уменьшится, они останутся в меньшинстве. Большинство граждан, обитающих на
съёмных квартирах, не будет испытывать к ним никакой симпатии. И тогда эти дома
можно будет забрать через повышение налогов и другие нормативно-правовые акты,
которые окажутся губительными для домовладельцев, а остальное большинство
примет это [на ура]. В конце концов, появятся предписания на то, где кому жить,
и обычным делом станет проживание посторонних людей вместе с семьями. Тут уж вы
не будете знать, насколько и кому можно доверять. И всё это будет находиться
под контролем центрального управления жилищным хозяйством.


Когда эта новая система вступит в силу, от людей потребуется
“присягнуть ей на верность”, указав, что у них нет никаких оговорок и утаек,
связывающих их со старой системой. “Для людей, которые будут с [новой системой]
не согласны, там просто не будет места”, – сказал он. – “Мы не можем допустить,
чтобы она оказалась засорена людьми, создающими проблемы.


Примерно в этом же отношении он сказал, что “не будет
никаких мучеников”. Услышав это, я поначалу решил, что таких людей не убьют, но
по ходу лекции стало ясно, что он имел в виду, что они не умрут смертью,
которая вдохновит других, как это бывает с мучениками. Он сказал нечто иное.
“Люди просто исчезнут”.


Наступление этой новой системы, произойдёт на выходных в
зимнее время. В пятницу (13) вечером всё закроется, а в понедельник утром,
когда все проснутся, будет объявлено, что в силу вступила Новая Система.


Было сказано кое-что интересное об автомобилях. Будет
казаться, что имеется огромный выбор автомашин, однако при ближайшем
рассмотрении можно будет заметить, что в массе своей это дубликаты. Их будут
изготавливать так, чтобы они выглядели по разному – с хромированием, разными
колпаками на колесах и прочими тому подобными деталями, но при внимательном
рассмотрении станет очевидно, что один и тот же автомобиль производят несколько
производителей.


И возникает вопрос: что же делать?


Думаю, прежде всего, мы должны довериться Богу, обратить к
нему свои молитвы и попросить Его о водительстве. А во-вторых – сделать
всё от нас зависящее для того, чтобы в максимальной мере передать эту
информацию другим людям, – всем, кого она заинтересует. Кому-то на всё это
наплевать, потому что они заняты своими личными делами. Но я считаю, что мы
должны попытаться проинформировать тех, кому это небезразлично.


 


… А молодёжь мы будем «лепить» по тому образу, который нам
нужен».


 


А теперь я хочу дополнить тему про гомосексуализм. Озвучено
было следующее. Во-первых: «Мы будем пропагандировать гомосексуализм». А
во-вторых: «Мы, признаём, что это – странный и ненормальный [тип] поведения. Но
он [станет] ещё одним элементом «закона джунглей». И если люди [будут]
достаточно глупы и примут его, то они не достойны того, чтобы жить на этой
планете, и они [тоже] "устареют"».


 


Не берусь утверждать, что это буквальные цитаты, но они
близки [по сути]… Прозвучало упоминание о болезнях, которые создаются
[искусственным путём]. И когда я вспоминаю одно утверждение, а затем другое, то
считаю, что СПИД – это болезнь, которую создали в лаборатории. И я думаю, что
она как раз и служит тому, чтобы избавиться от людей, которые настолько глупы,
что соглашаются на программу по гомосексуализму. «Пусть сами себя уничтожат».


 


Сейчас мне уже трудно понять, что из того я помню с большой
уверенностью, действительно воспоминания, а что – всего лишь предположение. Но,
собрав всё воедино, я получил следующий [принцип]... «Если вы настолько тупы,
что даёте убедить себя нашей пропагандой гомосексуализма, то вам [здесь] не
место, и, рано или поздно, вы вымрете. Мы от вас избавимся. Выживут те, кто
среди прочего будут достаточно умны и не «попадутся» на нашу пропаганду». Смысл
вам понятен?


 


РЕ: Ну, для них он, конечно, понятен. Я также полагаю, что и
у этой ранней «сексуальной инициации» есть общая цель, и о ней мы ещё поговорим
более подробно. Но вот что касается «сексуализации» населения… Когда он сказал,
что, в общем-то, «все средства хороши»… По-моему, это как раз то, что мы и
наблюдаем сегодня. Дело не столько в том, примет ли кто-либо гомосексуализм или
нет, а в том, что в результате этой пропаганды он определённо будет относиться
к такому типу поведения намного более терпимо.


 


Так что, даже у тех, кто не примет этого сам, произойдёт
снижение чувствительности (десенсибилизация).


 


ЛД: Под
гнётом такой пропаганды вы не посмеете выступить
против гомосексуализма.
В противном
случае,
вас
«заклеймят» гомофобом.
Вы не осмелитесь выступать против «женских» программ, иначе вас нарекут
шовинистской свиньёй мужского пола. Тут как с антисемитизмом: если ярлык
набирает достаточно баллов культурной популярности, люди от него испытывают
шок. Проще делать это по-тихому.


            А короткая
ремарка о том, что «слова будут изменены»… «В контексте мессы, вместо слова
«алтарь» [теперь] говорят «престол»; вместо «жертвоприношение» – «трапеза»». И
люди говорят: «Это не важно». Но вы-то, понятное дело, знаете, что это ОЧЕНЬ
важно, иначе, чего ради они взялись изменять значения [этих слов]? Иначе
говоря, если это не важно, то зачем заниматься всей этой канителью? Очевидно,
что [для регуляторов] это важно, ибо они знают, что ИЗМЕНЯЯ СЛОВА, ИЗМЕНЯЕШЬ
ИДЕЮ.


 


ЛД: Они прилагают огромные усилия и тратят массу времени на
[важные] изменения, и не прикладывают усилий ради того, что НЕ важно; так что,
да, Вы абсолютно правы. У священника больше нет той роли..., в некоторых
случаях он уже не играет той роли, которая была у него прежде. Ведь слова несут
[определённый] смысл. Есть словарное определение слов, но полагаю, всем также
известно, что определённые слова несут в себе смысл, который [бывает] непросто
выразить словами... Но при этом они несут [с собой] смысл.


 


            Так вот,
управление языком... Вы [ведь] ДУМАЕТЕ на своём языке. Вы думаете про себя на
английском или испанском – на родном для вас языке, но когда вы размышляете и
ведёте внутренний монолог, то вы делаете это с помощью слов, точно так же, как
когда вы разговариваете с другими людьми. А если кто-то способен контролировать
язык, на котором человек «говорит сам с собой» или разговаривает с другими
людьми, то это куда более продвинутое управление тем, о чём человек СПОСОБЕН
думать, когда он В СОСТОЯНИИ думать. И у этого есть как включающие, так и
исключающие компоненты. Этим задаётся характер и тон...


 


РЕ: Возьмём, к примеру, слово «гей». У меня есть старые
записи Франца Легара, где он рассуждает об [оперетте] «Весёлые Гусары», [4] ну,
знаете..., про весёлых солдат... Но сегодня вы уже вряд ли сможете использовать
это же слово в прежнем смысле. Как Вы знаете, то, что слова «гомосексуалист» и
«содомит» заменили термином «гей», – это олицетворение целой идеологии, а не
одного слова. И, когда Вы используете его [в своей речи], Вы по умолчанию
заявляете: «Да, я согласен с вашей трактовкой [значения] этого слова».


 


ЛД: Наверное, у них там целый комитет работал месяцами,
подбирая слово, которое они будут для этого использовать. Во-первых, слово
«гей» несёт в себе коннотацию, но она неправильная. Большинство
гомосексуалистов вовсе не «жизнерадостные» [в изначальном смысле этого слова].
Как правило, это весьма несчастные люди. И, несмотря на всю пропаганду о том,
что они могут и должны спокойно делать то, чем они занимаются, большинство из
них в глубине души не...


 


РЕ: Полагаю, они придумают термины вроде «садофобии» в
отношении тех, у кого комплекс по поводу садомазохистов, и «педофобии» в
отношении тех, у кого неприязнь к педофилам. Остаётся лишь ждать [чего-то
подобного]. Думаю, ожидать этого можно в той мере, насколько мы позволим...
позволим противной стороне получить доступ к нашему мозгу.


 


ЛД: И навязывать нам понятие о правде, которым мы
пользуемся. Половое воспитание – это НЕ образование. Это выработка условного
рефлекса. И нам никогда не следует использовать термин – «половое воспитание».
Это неправильный термин. Если они контролируют словарный запас, значит могут
контролировать и [алгоритмику] нашего мышления и способы выражения идей. А вот
[термины] «выработка условного сексуального рефлекса» и «сексуальная инициация»
гораздо более точны, и на них нам и следует настаивать. Мы не должны
использовать слова «гомофобия» и «гей». Гомосексуалисты – это гомосексуалисты,
никакие они не жизнерадостные-геи.


            Так что,
думаю, один из видов оружия, которое у нас есть в борьбе против этих
«регуляторов» – это не дать им получить доступ к нашему сознанию. И тогда у нас
появится шанс избежать манипулирования – если не полностью, то хотя бы
частично. Если помните, в одной из книг о китайских военнопленных отмечалось,
что некоторые из выживших, для того, чтобы избежать промывки мозгов, разрывали
себе ушные барабанные перепонки. И, в результате, поскольку они не могли ничего
слышать, противник не мог добраться до их сознания, и они смогли выжить в
условиях, в которых остальные не смогли.


 


[Также] в нашей поп–культуре есть целый ряд вещей. В первую
очередь телевидение и радио, вероятно, являются постоянными средствами
[воздействия], при помощи которых противная сторона получает доступ к нашему
сознанию и сознанию наших детей. Так что я считаю, что логический и интуитивный
вывод состоит в том, что, если вы не хотите, чтобы у врага имелся [такой]
доступ, вы должны отсечь все линии доступа... Если мы говорим о жилых домах, то
или просто демонтировать [эти линии] или как-то контролировать [это] другими
средствами...


ЛД: [Нужно] взять телевизионные сети за их же слоганы. Они
говорят: «Если Вам не нравятся наши программы, выключите их». Так нам и следует
поступить. Мы должны сказать: «Да. Вы правы», – и выключить. И пусть
рекламодатели тратят свои деньги на «пустую аудиторию».


Дети похожи на взрослых. И идёт ли речь о международной
политике, когда одна страна идёт войной на другую, или о [поведении] детей на
игровой площадке, [всегда] есть определённые схожие вещи. Просто детишки на
игровых площадках делают это в меньшем масштабе. Вот Вы упомянули о
[возможностях] обрыва доступа к [нашему] сознанию. Скажем, кто-то говорит: «Я
не хочу это слышать». А я вспоминаю, как слышал ребятишек на детской
площадке... Один начинает дразниться: «Бе-бе-бе!», – и остальные
подхватывают... И что делает ребёнок? Он закрывает ушки руками, как бы говоря:
я не буду [тебя] слушать. И тот, который старается «замучить» его, попытается
[силой] убрать его руки от ушей, чтобы он точно всё слышал. И тут – то же
самое...


РЕ: Слова. Слова проникают [в нас]. И ребёнок об этом знает.
У слов есть смысл. И слова причиняют ему боль.


ЛД: Геббельс об этом знал. Ленин об этом знал. «Си-Би-Эс» об
этом знает. Интересное дело: принцип везде один и тот же. Просто с годами он
усложняется. Становится более изощрённым. Но понаблюдайте за детьми на игровой
площадке, и вы много чего узнаете о взрослых.


 


         …Когда он, например,
рассказывал о сфере половой жизни, то сделал ряд интересных замечаний. И одно
из них для меня было как удар обухом по голове: «Мы должны быть открытыми в
вопросах секса!». Как если бы не существовало никакого страха и стеснения
откровенничать на публике. А теперь, если вы посмотрите на эти так называемые
программы по «сексуальной инициации» в школах, где детей заставляют письменно
или устно вести разговоры обо всех аспектах сексуальной сферы...


Доктор Лоуренс Дунеган (ЛД): «...нашего права изучать даже
вашу сексуальную жизнь. С вашими деньгами будет просто. У нас всё это будет на
компьютере. Мы о них будем знать [даже] больше, чем вы сами. Но нам нужно
сформировать [новое] поколение – такое, у которого [даже] самые интимные
действия между двумя людьми становились бы публичными, или могли бы стать
публичными». Соответственно, станет труднее иметь какие-либо личные мысли, и вы [попросту] не сможете «бодаться» с
системой, если всё, о чём вы думаете и что вы делаете, [станет] достоянием
окружающих. При этом сами «плановики» не будут «распространяться» о своей
личной жизни. Для них неприкосновенность частной жизни сохранится. [Эти] планы
– для всех, кроме них.


Рэнди Энгель (РЕ): Да. По аналогии с тем, как они сами
слушают концерты [классики] и оперу, а в средства массовой информации
закачивают хард-рок.

К примеру (я знаю, что это уже сбылось, поскольку много общаюсь молодёжью), у
молодёжи есть свои радиостанции со своей музыкой, а у взрослых – свои, и
никогда им не сойтись. [1] А если это и происходит, то, как правило, возникают
конфликт. И думаю, то же самое правомерно и в отношении большинства
классических кинофильмов.


Раньше музыка, была как бы общей. Дети не говорили: «Пап,
мне эта музыка не нравится, переключи на другую станцию». А сейчас имеет место
[целенаправленно] сформированный разрыв между поколениями, который несёт ущерб
семье.


ЛД: И это создаёт конфликт внутри семьи, который является
одной из сопутствующих «выгод» для [«регуляторов»]. [Ведь], если вы постоянно
ссоритесь со своими детьми, и вам не нравится музыка, которую они слушают, то и
они, [в свою очередь], постоянно пререкаются с вами из-за того, что им не
нравится то, что слушаете вы... И это пагубно влияет на узы любви, которые вам
хотелось бы взращивать в своей семье.


 


РЕ: Получается так, что всякого рода сопротивление этим
«регуляторам» численности населения, вероятно, могло бы быть основано на
самоукреплении семьи несколькими способами. Один из них заключается в том, что
дети непременно должны знать о своих бабушках и дедушках, о том, откуда они…
Доставать [и вместе рассматривать] семейные альбомы, чтобы, во-первых, дети
обязательно знали, что у них есть «корни». А, во-вторых, – знали, что их семья
устойчива: один отец, одна мать, дети, дедушки [с бабушками]. И те из нас, у
кого [они] есть, должны [крепко] «держаться за них».


…Мы уже обсуждали «секс без деторождения», и Вы ещё сказали,
что появится технология для «деторождения без секса», и это ещё одна большая
[тема], – и к тому же спорная. Если какая-то страна перенаселена, то вы,
наверное, захотите понизить сексуальную активность [людей], избавиться