Кое-что о жизненной энергии
Кое-что о жизненной энергии Не было бы счастья, да несчастье помогло.
Когда нам надо что-то сделать, но мы сомневаемся в своих силах или нас одолевает Тетушка Лень, или нам просто страшно браться за дело, мы начинаем обращать внимание на обстоятельства.
Эти обстоятельства могут активно мешать нам, и тогда появляется возможность честно глядя себе в глаза, сказать «нет, не буду я этого делать, все против меня». Но мы можем упереться, что называется, рогом, и назло всем завершить или хотя бы начать задуманное. Иногда такая упёртость приносит нам победу и радость, иногда разочарование и досаду из-за потерянного времени.
Но бывает и по-другому. Бывает так, что всё вокруг отходит само в сторону, компьютеры перестают работать, телефоны отключаются, мобильники забываются дома, детей забирают в гости к бабушкам, мужья испаряются на рыбалку, а у подружек срочно возникают важные дела. И человек остается практически в полной изоляции, задаваясь вопросом классика «что делать?» Вот, например, вязать лень, да и нового не сочинено, а старое уже закончено. После того как все возможные варианты раскрашивания свободного времени опробованы, а все бытовые дела переделаны, наступает время тишины. Именно в этот момент можно точно понять насколько то, задуманное, дело важно. Потому как уже ничего не мешает. Уже не на что сослаться. Уже надо решать – буду или нет. Заодно можно попытаться определить степень своей честности.
Но это на данный момент мне уже не важно. Я оказалась в такой ситуации теперь решаю – напишу. Напишу о цигун. Я не буду популяризировать академические знания. Я напишу о цигун в моей жизни.
Цигун в до-осознанный период.
Знания, которые должны попасть в нашу голову, сделают это все равно.
Я заметила, что если от чего-то важного для тебя пытаешься отказаться, отмазаться, оно продолжает преследовать тебя, встречаясь практически на каждом шагу, чтобы ты точно заметила и не отвертелась.
***
Зима. Мы гуляем с дедом в Перовском парке. Мне года три. На мне кроличья черно-белая шубка и варежки. Дед одет в мотоциклетное кожаное пальто на лисьей подстёжке. Мы кормим белок и буруним снег ногами. Дед высокий. Я вижу его серьезное лицо, задрав голову. Я ему по колено.
- А где твои варежки?
- В кармане. Я сняла варежки, потому что они намокли от снега.
- Ты представь, - говорит дед, - что держишь горячую чашку, станет теплее.
Дед помогает мне продеть руки в рукава так, словно на мне муфта. Именно сегодня мы почему-то не взяли мою черно-белую кроличью муфточку.
Скажете, что ж он не отдал свои перчатки? А он их никогда и не носил. Впрочем, и кашне он стал носить много позже.
Я закрываю глаза и представляю себе горячую чашку с ароматным какао, которое недавно мы пили с делом в «стекляшке» у входа в парк. Руки согреваются и мы, не торопясь, идем домой.
Это был цигун.
***
Мне лет 10. Мы приехали всей семьей на служебный спортивный праздник. Тогда еще никто не называл это гадостным словом «корпоратив». Да и не было это пиршество мороза, солнца, азарта и вечерних победных шашлыков гнилым корпоративом в добровольно-принудительном порядке.
Это Праздник был.
Место старта лыжников – «охотников на лис». Кто-то смеётся, переговариваясь через ограничительную ленту с болельщиками. Кто-то просто ждёт. Папа стоит, развернувшись к Солнцу, закрыв глаза, держа руки так, словно обнимает большой мяч. Он медленно, я вижу – намеренно медленно, вдыхает и выдыхает воздух.
Они пришли к финишу последними, он и два его товарища. Третьего они привезли на сделанной из лыж, поясов и лыжных палок волокуше. Нет, никто ничего не сломал, но нога у привезенного была вывернута основательно.
Вечером все жгли костры, ели шашлыки, пили красное вино и веселились, рассказывая и слушая о создании волокуши и переваливании через сугробы.
Это тоже был цигун.
Все в этом мире двигается Ци
Ци – это жизненная энергия. Её можно назвать как угодно, придавая то или иное значение словам.
Мы не сделаем ни шага к пониманию Ци, пока не почувствуем ее и не научимся использовать.
Человек, впрочем, всё живое тоже, живёт с тремя видами Ци. Назовем их пренатальная Ци, натальная Ци и постнатальная Ци.
Пренатальную Ци дают нам наши предки, наши родители, это условия жизни нашего рода и условия нашего пребывания в утробе матери. Это данность, которую нельзя изменить после нашего рождения.
Натальную Ци мы получаем при рождении – от нашей мамы, от условий нашего появления на свет, от тех, кто нас тут встречает. Эту Ци мы тоже получаем такой, какая она есть, и изменить ее не можем.
Постнатальную Ци получаем, собираем, накапливаем, выращиваем сами. Она зависит от наше жизни, от наших мыслей, от того, что мы едим, от того, что и как мы делаем и чем дышим в прямом и переносном смысле.
Собирание и пестование Ци – то, с чего начинают практикующие цигун, чем занимаются всю жизнь, доводя владение Ци до максимально доступного уровня. «Фокусы» из китайских, корейский и японских исторических боевиков – далеко не так пусты и смешны, как видятся непосвященному зрителю. Спецэффекты спецэффектами, но когда я сама впервые увидела, как мой мастер плавным движением руки задувал расположенные на другом конце зала свечи, не для зрителей, для себя, я поняла каким мощным может быть человек и чего он может достичь тренировками.
Я таких высот не достигла. Тем не менее многие уроки усвоены, а навыки и знания прочно вошли в жизнь, став бесценным опытом.
Жизнь определяется Ци, а Ци управляется мыслью.
Только чтобы управлять Ци нужно очистить свою глову от посторонних мыслей, а душу от лишних привязок. В цигун нет жесткого требования по способу очистки.
Можно читать молитву, можно произносить вслух или мысленно любимую мантру, можно петь звук «у» или «о» или «м-м-м». Можно слушать музыку, можно представлять себе море или поляну в лесу. Главное – убрать мысли. Которые в этот момент, казалось бы ничегонеделания, начинают просто рваться в голову.
Итак, всё лишнее мы убираем. Ци должна течь беспрепятственно, а думая лишнее, мы направляем ее не туда, куда стоило бы.
Учиться «опустошать» голову можно везде, контролируя появление мыслей и пропуская их мимо, или отбрасывая, или прогоняя как мух – картинка зависит лишь от личных предпочтений.
Многим людям нужно почувствовать Ци. Они говорят: «Как мне узнать, есть ли у меня Ци». Конечно, есть, раз человек живой. Своим ученикам (да, у меня есть ученики) я предлагаю вспомнить, что они делают, когда ударятся. Почти все отвечают, что потирают ушибленное место. Тогда я прошу их потереть ладошки друг о друга и развести руки так, будто держат они большой надувной мяч, охватывая его по окружности.
Покалывание, потепление в кончиках пальцев – это свидетельство протекания через руки Ци.
Это Ци, что уже у нас есть. Но она имеет свойство расходоваться. Тогда мы печалимся, злимся, устаем, болеем.
Жить в печали и болезни не интересно.
Что же делать? Ци можно накапливать. Основной способ работы с Ци – «стояние столбом». Для слабых здоровьем есть вариации – «сидение в покое» и «лежание в покое».
Итак, в то утро, день или вечер (лучше, конечно, каждое утро, день или вечер), когда мы чувствуем усталость, недомогание или нам предстоит трудный день, мы встаем лицом к приятной глазу картинке. Неважно, что это будет – дождь за окном, Моне на стене или разноцветные корешки книг. Можно закрыть глаза и представить себе все, что хочется. Главное – постараться, чтобы внимание не перескакивало с одного образа (картинки) на другое, чтобы не отвлекалось.
Итак, мы стоим. Поставим ноги на ширине плеч, слегка присядем, согнув и немного разведя наружу колени. Руки положим на живот, одна на другую, на два цуня (примерно два наших пальца – по ширине) ниже пупка. При этом середины ладоней должны совпасть друг с другом. Наши руки таким образом находятся на области «киноварного поля», места, где собирается, накапливается и пестуется наша Ци.
Рот держим закрытым, но зубы не сжимаем сильно, а кончик языка упираем туда, где верхнее нёбо переходи в десну.
При сидении или лежании в покое всё это мы проделываем соответственно сидя или лежа. Приседать уже не надо.
В таком положении мы собираем свою Ци, концентрируя свое внимание, а значит, и Ци (помните – мысль управляет Ци) на киноварном поле. Для улучшения эффекта можно представлять себе в этой области растущий цветок (в традиционной практике - лотос) или разгорающийся огонь, или растущую жемчужину.
В принципе, для начала этого достаточно. Когда наши руки начнут разогреваться, значит, мы набрали достаточное количество Ци и готовы к подпигам в нашей жизни.
Это самое начало практики цигун.
И что с этим делать?
Зачем я потратила пятнадцать минут свое драгоценного времени?
«Стояние столбом» по утрам помогает сконцентрироваться перед работой и , если надо, преодолеть недосыпание.
Вечером, «лежание в покое» помогает отрешиться от дневных проблем, успокоиться и быстро заснуть.
Наша Ци нас лечит и поддерживает, она творит вместе с нами и побеждает.
Умение получать ее, накапливать и выращивать дает цигун. Умение грамотно ее использовать дает цигун.
Цигун есть внешний и внутренний. Не знаю, что сложнее. Сложнее то, что не по душе. Мне нравится смотреть, как работают мастера внешних школ. Но я практикую внутренний.
Цигун – это философия. Цигун – это гимнастика. Цигун – это образ жизни. Цигун не ревнив и прощает ошибки и падения.
Было бы желание встать.
