Китайские наглядные макеты, демонстрирующие в уменьшенном масштабе горы, реки, дома, скот и даже людей --- «пенжин» (penjing).
Сформировались целые школы последователей этого искусства, склонявшихся к тому или иному направлению —
бонсэки---дословно: камни на подносе — пейзажи, изготовленные исключительно из неживого материала: камней и песка, который является полноправным элементом произведения.
суйсэки, (слово, составленное из двух иероглифов — «вода» и «камень»), где камни, в силу своей необычной формы или текстуры становившиеся объектами любования, а песок играет роль подушки, оттеняющей изящество камня.полноправный элемент произведения.
сайкэй,
бонкэй---пейзаж на подносе.
бонсай…
Бонсай.
Япония сегодня № 9-10, 2005.
Более двух тысяч лет тому назад китайский император Ши Хуан-ти захотел побольше узнать о своей стране. Самому побывать во всех уголках Поднебесной, конечно же, было невозможно, поэтому из столицы были направлены десятки образованных людей во все провинции Китая с тем, чтобы изучить местные условия и достопримечательности, а затем изобразить их в миниатюре. Но это должны были быть не рисунки, а наглядные макеты, демонстрирующие в уменьшенном масштабе горы, реки, дома, скот и даже людей. У своего дворца император велел подготовить широкую мраморную площадку, напоминающую своими очертаниями карту страны. Вот на этом огромном стенде и предстояло разместить привезенные пейзажи провинций. Приказ императора был в точности исполнен, и с тех пор он ввел себе в привычку каждое утро прогуливаться по площадке, озирая красоты своей страны. Макеты получили название «пенжин» (penjing). Периодически их обновляли, внося сезонные коррективы. Как это часто бывает, привычки начальства были быстро переняты подчиненными. Создание рукотворных пейзажей вошло в моду, и спустя некоторое время собственные пенжины появились в домах чиновников, ученых, богатых купцов. Практика создания миниатюрных пейзажей, изображающих малую родину, приглянувшийся горный или морской вид, сохранилась до наших дней. Это искусство проделало большой путь от древних пенжинов до современных инсталляций. По мере своего развития оно диверсифицировалось. В каменно-песочные композиции стали включать живую натуру — специально уменьшенные деревца и кустики, мох, траву. Сформировались целые школы последователей этого искусства, склонявшихся к тому или иному направлению — бонсэки, суйсэки, сайкэй, бонкэй, бонсай.
Суйсэки и бонсэки.
Япония познакомилась с первыми образцами пенжинов много позже, лишь в начале VII века, когда ко двору императрицы Суйко прибыло посольство из Китая. Среди многочисленных даров японскому престолу были и пенжины. Их японцы стали называть по-своему — бонкэй (пейзаж на подносе). Классические панорамные пейзажи бонкэй изготовляли из глины, камней, песка и небольших растений, как засушенных, так и живых. Но уже тогда можно было усмотреть предпочтения отдельных художников в подборе исходных материалов. Так, огромную популярность завоевали бонсэки (дословно: камни на подносе) — пейзажи, изготовленные исключительно из неживого материала: камней и песка, а также сами камни, в силу своей необычной формы или текстуры становившиеся объектами любования. Такие камни называли суйсэки (слово, составленное из двух иероглифов — «вода» и «камень»). Ведь в отличие от китайских коллекций, куда попадали, как правило, камни с резко обозначенными гранями, дырами, сколами, углублениями, напоминающими маленькие гроты, японцы предпочитали более спокойную фактуру. Им нравились камни, как бы обкатанные водой. (Может быть, отсюда и название?) Их собирали в руслах пересохших ручьев, на морском побережье, а также в пустынях, где суйсэки формировались под воздействием не текущей воды, а сухого ветра, за многие тысячелетия способного придать камням неожиданный вид.
Суйсэки ценились не за высокую стоимость минералов, их образующих. Отнюдь. Бесконечно ценным и уникальным мог стать простой булыжник. Главное, чтобы своей формой, цветом, текстурой он напоминал зрителю о чем-то другом, подчас трудноуловимом, но тревожащем память и чувства. Есть немало суйсэки, в очертаниях которых можно углядеть контуры горы, острова, водопада, похилившейся хижины, животного, человека и даже Будды. Размеры этих камней варьируются от нескольких сантиметров до нескольких дециметров. Чаще всего суйсэки легко умещается на ладони.
19
Со временем была разработана классификация таких камней. Среди них были камни-горы (напоминавшие вулканы, горные кряжи, вершины в снежных шапках), камни-плоскогорья, камни-водопады, камни-предметы (намек на фигуру человека, животного, птицы, рыбы, насекомого, корабля, моста). Кроме того, суйсэки различались по цвету (японцам более всего нравятся оттенки черного), характеру поверхности (особенно ценились камни, прожилки которых складывались в рисунок цветка), по месту обнаружения.
Конечно, камнем можно любоваться, держа его в руках, согревая его теплом ладоней и ощущая скрытую в нем энергетику. Но гораздо чаще суйсэки выставляют в токонома — комнатной нише красоты. При этом правилами предусмотрены два варианта обустройства: расположение камней на подносе, засыпанном слоем песка (суйбан), или на деревянной подставке (дайдза). Выбор зависит от характеристики камня. «Горы», «плоскогорья», «водопады» отлично дополняются песчаной подушкой, как бы вырастая из нее. А для самодостаточных камней-предметов, например, подобий фигурок людей или животных, лучше подходит твердая лакированная поверхность.
Изначально искусство любования камнями было предназначено для узкого круга лиц — императора и его придворных, способных оценить тончайшие нюансы прекрасного. Одним из заядлых суйсэкистов (если допустим такой термин) стал император Го-Дайго (1288–1339). С ростом торговых обменов с Китаем с материка в Японию стали проникать идеи дзэн-буддизма, горячо воспринятые самурайским сословием. Искусство суйсэки очень четко отразило каноны новой религии — простоту, граничащую с аскетизмом, медитацию и интуитивное прозрение. Под влиянием буддийских монахов любование камнями, отыскивание в них скрытого смысла стало методом духовного самосовершенствования. Так суйсэки вошло в жизнь сотен тысяч самурайских семей.
Эпоха Эдо (1603–1868) вывела на арену экономической и культурной жизни страны купечество. Толстосумы из низшего сословия, к которому относились торговцы, стали соперничать с аристократией за приобретение лучших камней. Конкуренция обострилась потому, что страна вступила в период самоизоляции и поставки исходного материала для суйсэки из соседних стран прекратились. Эта же причина обусловила развитие искусства суйсэки исключительно на национальной почве, без влияния со стороны.
20
Лишь снятие запретов на общение с иностранцами, последовавшее после реставрации Мэйдзи (1868), открыло пути для поставок из-за рубежа. Однако многие аристократы к тому времени утратили былое благосостояние, и дорогостоящее увлечение камнями стало постепенно стихать. Лишь в ХХ веке интерес к суйсэки вспыхнул вновь, подогретый к тому же модой на это искусство, охватившей ряд западных стран. По всему миру стали возникать ассоциации любителей суйсэки.
Параллельно развивалось и искусство бонсэки, хотя провести грань между ним и суйсэки бывает весьма затруднительно. В самом деле, составными элементами произведения искусства в обоих случаях становятся камни и песок, выложенные на сравнительно небольшом подносе. Разница, пожалуй, лишь в том, что в одном случае песок играет роль подушки, оттеняющей изящество камня, а в другом — он полноправный элемент произведения. Соответствующим образом расположенные слои песка то создают картину моря, лижущего подножие каменистого острова, то снегов, засыпающих обледеневшую вершину горы, то потока, шумно пробивающегося сквозь каменную гребенку речного переката. Отсюда становится понятным то придирчивое внимание, с которым любители бонсэки подбирают песок для своих произведений. Как правило, в ходу девять сортов песка — от крупных зерен до мельчайшей пудры. Так, для обозначения речных берегов нужен крупный темный песок, а течение ассоциируется с полосками более светлого и мелкого песка. Так же есть наработанные приемы для воспроизведения отражения горы Фудзи в глади озера или, скажем, журавлиного клина, пролетающего над рекой. Контраст оттенков темного камня и белого песка на черной поверхности лакированного подноса усиливает реализм изображения, в то же время заставляя разум зрителя искать в увиденном что-то недосказанное, затаенное.
Для создания этих картин требуется минимум технических средств — небольшая ложка, птичье перо — и бесконечное терпение мастера. Дело в том, что песчаные волны не закрепляются каким-то растительным или химическим составом. Неудачное движение, легкий сквозняк в комнате, и созданная с огромным трудом картина перестает существовать. Иногда новички прибегают к помощи клеящих субстанций, но истинные мастера относятся к такому «трюку» с осуждением. Бонсэки создаются как сугубо временные композиции, срок существования которых исчисляется часами, в лучшем случае — днями. Их готовят, например, для свадьбы, Нового года, официального приема.
21
При этом художник стремится отразить в каменно-песочном пейзаже не только свое настроение, но и характерные черты сезона, состояние погоды, время суток. В этом тоже можно усмотреть что-то от восточной философии: изображение вечными материалами (камнем и песком) изменчивости сиюминутного момента.
Надо отметить, что, несмотря на свою теснейшую близость с другими формами пейзажной миниатюры — суйсэки, бонкэй, бонсай, искусство бонсэки в своем первоисточнике впрямую связано с религией. Еще при зарождении этого вида изобразительного искусства «горы», возникавшие на подносе, символизировали либо Хорайсан, в представлении последователей таоизма представлявший собой остров вечной молодости, либо священную для всех буддистов гору Шумеру. Позднее эти ощущения были дополнены и обогащены воззрениями японских синтоистов. В результате бонсэки стало своеобразным зеркалом, в котором пытливый ум мог попытаться рассмотреть небесные и земные основы бытия, место человека, и в частности собственное, в системе мироздания.
Дальнейшее развитие бонсэки впрямую связано с садово-парковым искусством Японии. В конце концов знаменитые философские сады камней, в том числе и сад храма Рёандзи в Киото, можно рассматривать как увеличенные до огромных размеров бонсэки. Во всяком случае для монахов, искавших пути философского осмысления мира, и миниатюрный поднос бонсэки, и играющие в прятки на большом пространстве сада Рёандзи камни говорили одним языком.
Как суйсэки, так и бонсэки можно считать квинтэссенцией канонов, определяющих развитие национального искусства Японии. Здесь легко усмотреть большинство основополагающих принципов японской эстетики. Камни, не тронутые молотком скульптора, а сохраняющие в полной мере свой природный вид, не служат реальной картиной сущего, но лишь намекают на какое-то явление или изображение. Незавершенность образа открывает бесконечные возможности для его личной трактовки. Наиболее подходят для этих видов искусства камни, чья расцветка как бы пробивается из глубины на поверхность, как будто внутри камня находится источник света.
Без глубокого погружения в такие понятия, как ваби (эстетический и моральный принцип ухода от шума и роскоши света в меланхолическое одиночество самопознания), саби (предпочтение истинной старины ценностям новоделов), сибуи (элегантность простого), югэн (поиски истины не логическими построениями разума, а через внезапное озарение), занятие искусством суйсэки и бонсэки невозможно.
К сожалению, искусство «камней на подносе» с течением времени утратило популярность и находится ныне практически на грани исчезновения. Хотя в Японии продолжают функционировать некогда знаменитые школы искусства бонсэки — Эндзан, Хосокава, Сэкисю, Тикуан и Хино, — в стране вряд ли найдется несколько сот человек, отдающихся этому делу с душой и пониманием. Для большинства бонсэки, если и сохранилось, то лишь как форма игровых поделок, развлечения в свободное время или как средство снятия накапливающихся за трудовую неделю стрессов.
Япония сегодня № 10, 2005
18
Существование многих школ и направлений в искусстве создания миниатюрного пейзажа (бонкэй) вполне объяснимо. Кому-то по душе философские изыски дзэн-буддизма, предлагающего искать сложные истины космогонии и мироздания путем медитации в окружении простых предметов. Другим дороже колористические решения, затрагивающие не столько философские глубины, сколько эстетику и дизайн произведения. Третьи вообще отдают дань моде, равняясь на соседа. Есть даже мнение, что суйсэки и бонсэки, как более абстрактные виды этого искусства, характерны скорее для мужчин, а, скажем, бонсай, как конкретное общение с живой природой, гораздо ближе эмоциональным женщинам. Надо сказать, это не совсем верно, точнее, совсем не верно. Среди мастеров бонсэки есть немало женщин, а мужчины не менее трепетно и нежно, чем их подруги, способны перебирать пальцами каждый листик, каждую травинку композиции.
Сначала нужно разобраться с терминами. Итак, если материалом для изготовления миниатюрного ландшафта служат только камни и песок, речь идет о суйсэки и бонсэки (№9 ЯС), если же в композицию автор добавляет элементы живой природы — траву, мох, деревца, — то следует употреблять термины бонсай и сайкэй.
Все основные направления и методики составления искусственного пейзажа на подносе (бонкэй) родились в Китае. Не является исключением и мастерство бонсай (выращивание миниатюрных деревьев в горшках), хотя многие считают его явлением, относящимся исключительно к японской культуре. Как свидетельствуют старые рукописи и рисунки, обнаруженные на стенах древних китайских погребений, уже более тысячи лет назад китайские мастера научились уменьшать размеры некоторых видов растительности в десятки раз. Затем эти изящные растения высаживали вдоль дорожек в садах императоров или вельмож. Маленькие деревца китайцы стали добавлять и в пенджины (миниатюрные искусственные рельефы из камней и песка), придавая мини-пейзажам дополнительную достоверность.
Эти знания с интересом были восприняты в соседних странах — Корее, Вьетнаме, Таиланде. А до Японии они дошли лишь в эпоху Камакура (1185–1333) вместе с другими культурными заимствованиями с континента, сопровождавшими распространение буддизма, особенно его дзэнской разновидности. Впрочем, надо отдать должное и японским умельцам, серьезно рафинировавшим навыки приезжих мастеров и превратившим декоративные приемы иностранных садоводов в настоящее искусство.
19
Именно японцы сделали бонсай самодостаточным искусством, перестав рассматривать его лишь как один из составных компонентов китайского пенджина. Более того, именно в Японии это искусство, перешагнув заборы императорских вилл, стало поистине всенародным.
Наибольшей популярности это искусство достигло в XVIII — XIX веках. Потом был еще один всплеск между 1926-м и 1940-м . И сейчас немало людей пытаются раскрыть тайны бонсай, причем не только в Японии, но это скорее хобби, занятие для времяпрепровождения, нежели бескорыстная дань искусству. В Японии первая общественная демонстрация мини-деревьев была проведена в октябре 1927 года в столичном парке Хибия. Аналогичные вернисажи продолжались ежегодно до 1933 года, после чего экспозиционная площадка была перенесена в залы художественного музея в Уэно. А западный мир познакомился с бонсай много раньше — в конце XIX века. Несколько образцов карликовых растений было выставлено в японском павильоне на Всемирной выставке в Париже (1889). А вот экспозиция 1909 года в Лондоне была встречена протестами. Англичане обрушились с критикой на японских мастеров за «бесчеловечное мучение» деревьев.
20
Искусство бонсай зиждется на технике искусственного уменьшения размеров живых растений. Для этого их высаживают в горшки или контейнеры не более 30 см в диаметре. Тщательная дозировка подкормки, полива, освещения позволяет добиться поразительных результатов. За несколько десятилетий растение, сохраняя свои видовые признаки, вырастает в высоту всего на полметра. Конечно, этого добиться можно далеко не со всеми видами растений. Для бонсай лучше всего подходят такие хвойные породы, как сосна, кипарис, кедр, а из лиственных — вишня, клен, дзельква, бук. Лучшие экземпляры миниатюризированной сосны не превышают 65 см, дзельквы — 50 см, бука — 37 см, клена — 17 см. То есть уменьшение по сравнению с нормальными размерами происходит в 60–80 раз. При этом следует иметь в виду, что для выращивания берут семя или черенок обычного, а не гибридного, с заданными генетически пропорциями, растения.
Занятие бонсай требует огромного терпения. Чтобы освоить основные принципы выращивания миниатюрных деревьев, нужно потратить 5–10 лет. Утверждают, что требуется не менее трех лет, чтобы научиться правильно поливать бонсай. Легко понять, что это искусство больше привлекает людей пожилых. Дело не только в наличии свободного времени и умении подходить к любой работе без суеты, что дается лишь жизненным опытом. Существует некая символическая связь между бонсаем и бессмертием, ведь нередко деревце передается в семье из поколения в поколение вместе с памятью о тех, кто его сажал и выращивал. При хорошем присмотре бонсай может прожить сотни лет. Так, наиболее известным из сохранившихся до наших дней экземпляров является сосна, первым владельцем которой был сёгун Иэмицу Токугава (1604–1651). Недаром сосна считается у японцев символом вечности.
Более старые образцы бонсай ценятся выше, чем молодые. Но возраст здесь не единственный критерий. Главное, чтобы растение производило задуманное художественное впечатление, соответствовало размерам своего контейнера и было здоровым. В классификации бонсай приняты два основных направления — котэн (классическое) и бундзин (неформальное). Классика предполагает, что ствол деревца должен быть толще у основания и тоньше у вершины. Бундзин исходит из противоположного критерия, чего, надо отметить, бывает очень сложно добиться. Настоящий художник, а именно так и следует относиться к мастерам этого искусства, никогда не стремится продублировать до мельчайших подробностей увиденное в природе. Работая с растением, он пытается выразить собственное ощущение эстетики живого. Прообразом могут послужить, скажем,
21
декорации спектакля театра Кабуки, гротесковая иллюстрация к древним стихам, собственное представление о деревьях, гнущихся под ураганным ветром. Но в любом случае бонсай должен выглядеть естественно, так, как будто его никогда не касались руки человека.
Несколько слов о стилях, характерных для этого искусства: вертикальный, наклонный, каскадный (когда деревце склоняется над краем контейнера и ствол уходит вниз), со скрученным стволом, с двойным стволом (когда единый ствол раздваивается у основания), групповой (когда боковые побеги под влиянием мастера формируются так, что напоминают группу растущих рядом деревьев), со скальным основанием (когда особенно красиво на камне проступают корни). Всего 34 стиля.
Бонсай со скальным основанием по своей эстетике вплотную примыкает к искусству суйсэки. При этом умелое использование достоинств каждого направления способствует скрашиванию возможных слабых мест, существующих как у живых, так и у мертвых компонентов композиции. Например, вялость, невыразительность какой-то грани камня можно прикрыть мхом или корнями растения, а не совсем классический изгиб деревца замаскировать миниатюрной скалой.
Бонсай выращивают не в домашних теплицах, а на открытом воздухе — на столах, установленных во дворе или на балконе. На достаточно короткие сроки бонсай можно вносить в дом, например, украшая комнату по поводу какого-либо праздника или торжественного события. Тут необходимо постоянно следить за световым и водным балансом, ибо любые отклонения от привычного режима могут оказаться фатальными.
Очень важно правильно подобрать контейнер для выращиваемого растения. Он должен фокусировать внимание на растении точно так же, как рама не просто ограничивает размер полотна, но и подчеркивает содержание картины. Иные предпочитают японские контейнеры — простые, солидные, сдержанной или нейтральной расцветки, не отвлекающие внимания от самого деревца. Другие делают выбор в пользу китайских контейнеров, богато декорированных, что позволяет придать дополнительный блеск скромному растению. Предпочтительнее мелкие контейнеры, глубиной не более 5 см, овальные, прямоугольные, многогранные, в зависимости от внешнего вида растения.
При посадке очень важно соблюдать выработанные веками эстетические принципы. Дерево-бонсай должно быть посажено так, чтобы в дальнейшем избежать хоть какого-то напоминания о симметрии. Приемлемая и даже предпочитаемая для европейской культуры симметричность — табу для японцев. Поэтому саженец в контейнере надо располагать несколько в стороне от центра. Тут дело не только в эстетике внешнего вида, но и в поверье, что Земля и Небо сходятся именно в центральной точке контейнера. Это место занимать не рекомендуется.
Есть одна из разновидностей бонсай, которая постепенно отпочковывается от основного направления, обретая самостоятельность. Это сайкэй. Он отличается от бонсай тем, что композиция миниатюрного пейзажа на подносе строится не из одного растения, а из нескольких, причем зачастую относящихся к разным породам. Поклонники сайкэй любят включать в композицию травы, в том числе цветущие. На подносе с сайкэй допустимо размещать маленькие фигурки — людей, животных, домов, мостов. Белый песок символизирует водный поток у подножия деревьев. Размеры таких композиций требуют подносов большего размера, но они мельче, чем контейнеры у бонсай. То есть речь идет о явлении, занимающем промежуточную позицию между бонкэй и бонсай. Это отражено и в названии искусства, состоящего из двух иероглифов, обозначающих «растение» и «вид».
Л. А.
Иллюстрации:
http://www.mini-bonsai.com
http://www.venuscomm.com
Ещё.http://www.ivd.ru/document.xgi?id=4865
Лошадь – самое «человечное» из животных - неиссякаемый источник вдохновения для фотографа Тима Флэча
