Поток вина - родник душевного покоя,
Врачует сердце он усталое, больное.
Потоп отчаянья тебе грозит? Ищи
Спасение в вине: ты с ним в ковчеге Ноя.

Венец с главы царя, корону богдыханов
И самый дорогой из пресвятых тюрбанов
За песнь отдал бы я, на кубок же вина
Я б четки променял, сию орду обманов.


Не зарекайся пить бесценных гроздий сок,
К себе раскаянье ты пустишь на порог.
Рыдают соловьи, и расцветают розы...
Ужели в час такой уместен твой зарок?

Друг, в нищете своей отдай себе отчет!
Ты в мир ни с чем пришел, могила все возьмет.
"Не пью я, ибо смерть близка", - мне говоришь ты;
Но пей ты иль не пей - она в свой час прядет.

Тревога вечная мне не дает вздохнуть,
От стонов горестных моя устала грудь.
Зачем пришел я в мир, раз - без меня ль, со мной ли -
Все так же он вершит свой непонятный путь?

Водой небытия зародыш мой вспоен,
Огнем страдания мой мрачный дух зажжен;
Как ветер, я несусь из края в край вселенной
И горсточкой земли окончу жизни сон.

Несовместимых мы всегда полны желаний:
В одной руке бокал, другая - на коране.
И так вот мы живем под сводом голубым,
Полубезбожники и полумусульмане.

Из всех, которые ушли в тот дальний путь.
Назад вернулся ли хотя бы кто-нибудь?
Не оставляй добра на перекрестке этом:
К нему возврата нет, - об этом не забудь.

Нам с гуриями рай сулят на свете том
И чаши, полные пурпуровым вином.
Красавиц и вина бежать на свете этом
Разумно ль, если к ним мы все равно придем?

От вешнего дождя не стало холодней;
Умыло облако цветы, и соловей
На тайном языке взывает к бледной розе:
"Красавица, вина пурпурного испей!"

Вы говорите мне: "За гробом ты найдешь
Вино и сладкий мед. Кавсер и гурий". Что ж,
Тем лучше. Но сейчас мне кубок поднесите:
Дороже тысячи в кредит - наличный грош.

В тот час, как свой наряд фиалка расцветит
И ветер утренний в весенний сад влетит,
Блажен, кто сядет лить вдвоем с сереброгрудой
И разобьет потом бокал о камень плит.

Я пьяным встретил раз пред дверью кабака
С молельным ковриком и кубком старика;
Мой изумленный взор заметив, он воскликнул:
"Смерть ждет нас впереди, давай же пить пока!"

Сей жизни караван не мешкает в пути:
Повеселившись чуть, мы прочь должны уйти.
О том, что завтра ждет товарищей, не думай,
Неси вина сюда, - уж рассвело почти.

Пред взором милых глаз, огнем вина объятый,
Под плеск ладоней в пляс лети стопой крылатой!
В десятом кубке прок, ей-ей же, не велик:
Чтоб жажду утолить, готовь шестидесятый.

Увы, от мудрости нет в нашей жизни прока,
И только круглые глупцы - любимцы рока.
Чтоб ласковей ко мне был рок, подай сюда
Кувшин мутящего нам ум хмельного сока.


Омар Хайям

От одиночества схожу с ума,
Как перст одна я здесь, совсем одна.
И слёзы горести утру сама,
Печали луч оставит в них луна.

Не от любви кружиться голова,
Ах, лучше б от неё сошла с ума!
И в чём же я была так не права?
В душе горячей лютая зима...

И для кого найти любви слова?
Сказать кому? Не приложу ума...
Сплела б из слов заветных кружева,
Чтоб от стихов кружилась голова.

А может, как цветы, собрать слова,
Развеять по –ветру! Неси молва!
Подхватит ветер лепестки слогов,
И разнесёт не тысячи ветров.

И пусть в душе застрянут хоть одной!
Не буду одинокой я такой,
Бросаю людям я любви слова: -
Любите, радуйтесь! Любовь жива!


Светлана Сирена

Как скрыть души нежданное волненье,
Когда горит костёр из раскалённых чувств,
И ты боишься откровенья,
Которое страшнее всех безумств!

Как быть, когда она тебя не знает?
И видишь ты: она кого-то ждёт,
И море на волнах тоску качает,
И вдаль за горизонт зовёт!

Я посмотрел в глаза. Они кричали:
«Любимый мой, когда вернёшься ты?»
И чайки ей надрывно отвечали:
«Он не достоин Вашей красоты!»

Уж много дней стою я на причале.
И вижу вновь: она идёт!
Но нет уже трагической печали…
И день счастливый мой грядёт!

Мы познакомились. Она спросила:
«Кого Вы ждёте пятый день?»
И я сказал: «Вот это мило!..
Конечно, Вас! Моя Вы грустная сирень!..»

Она смущённо улыбнулась.
О, боже мой, глаза – костёр из чувств!
И вдруг внезапно содрогнулась,
Боясь очередных безумств!..

Как всё легко вдруг получилось!
А я боялся, горевал.
И всё же сердце гулко билось,
И я, что было сил, скрывал!

Салют тебе, счастливый случай!
Ведь ты важней всего в судьбе!
Прошу тебя, ты нас не мучай
На долгой жизненной тропе.


Валерий Алалыкин
Моей дочери Анне

Осень появилась у порога,
Золотом дохнула на листву.
Листьями усыпана дорога
Та, что ведет к дому твоему.

В синем небе с кличем пролетает
Стая запоздалых журавлей,
Словно нас с собою приглашает
В дальний край отправиться за ней.

Крики журавлей тревожат душу -
Пусть счастливым будет их полет!
Где еще, когда я вновь услышу
Журавлей кружащих хоровод?

Есть в народе верная примета -
Счастлив тот, кто встретит журавлей!
Сбудется примета эта -
Тороплюсь я к девушке своей.

Выйди, дорогая, на минутку,
Выйди поскорее на крыльцо!
Обниму тебя я словно в шутку,
Загляну в желанное лицо.

Взгляд любимой радость излучает,
А глаза - как в поле синий лен!
Только тот влюбленных понимает,
Кто и сам когда - то был влюблен.

Наши встречи с каждым днем желанней,
Крепче поцелуи наших губ.
Радость встречь и горечь расставаний
Вихрем жизни закрутило вдруг.

Ветер за окном или ненастье -
Нет преград для любящих сердец.
Для влюбленных в жизни - это счастье
Повстречать друг друга, наконец


Саша Ермаков

В высоком небе стая журавлей
Красивым клином облако пронзала.
Спускаясь, песня рек, лесов, полей,
Тревожа душу, сердце волновала…

В текучке жизни вдруг возникнет сбой,
И в легкой дымке прошлое вернется -
Там, в прошлом, молодые мы с тобой,
И сердце, словно птица, встрепенется.

Но ум, едва ослабив чувствам вожжи,
Их быстро приберет под свой контроль:
Сложилась жизнь - зачем ее тревожить,
И вспоминать о прошлой, о другой…

Есть настоящее, есть перспектива жить.
Не так уж много, и в руках с синицей...
Но заставляет память ворошить
То, прошлое, что иногда мне снится.

А снится мне крик журавлиной стаи.
Летящей клином с севера на юг…
Курлыкая, нам журавли желали,
Что б души наши старились не вдруг.

Сейчас мы, скажем мягко, повзрослели,
Но молоды, по-прежнему, душой…
Познали жизнь, немного помудрели,
А души, как и прежде, рвутся в бой.

Пройдет еще совсем немного лет
И память будет меньше беспокоить,
И только журавлиный в сердце след
Нам души не позволит успокоить…

В осеннем небе стаи журавлей
Летят, грядущих холодов изгои…
Тревожа осенью сердца людей,
Вновь пробуждая души их весною.


Влад Макеев

Когда над счастьем горести довлеют,
Всем существом своим у Бога я прошу:
Пусть любят вас и берегут, жалеют…
Лишь эту боль я к Богу возношу!

Пусть каждый ощутит любовь при жизни
И пусть любимым будет до последних дней.
Пусть каждый станет для другого ближним,
Лишь это я хотел бы поскорей.

Кто ищет истину, в конце пути познает,
Что истина прозрачна и чиста! –
Любви всем в этом мире не хватает!
И доброты людской, пусть даже без креста…

Когда мы ранены чужою болью,
Когда мы думаем со скорбью о других,
Мы освещаемся Божественной любовью
За всё, что делаем для благ людских!


Валерий Алалыкин

Низами Гянджеви
(около 1141 — около 1209, там же)
— классик персидской поэзии,
один из крупнейших поэтов средневекового Востока.

Ведь железо железным смягчают ударом.
Глупость глупостью гни, это верная хватка.

Дарование каждое тяжкие слышит укоры.
Даже в сахаре яд.

Единицу к себе тянет сотня всегда,
К одному не потянется сто никогда.

Если боль и страданья содействуют смерти,
Это воля судьбы благодетельной, верьте.

И все то, что создашь, что упрочишь с отрадой,
В долгой жизни твоей тебе станет наградой.

Лес новый не вырастет, если не срыть
Пни старые, ставшие поросль глушить.

Много книг я прочел, все я ведал науки,
Но бессильны они в час последней разлуки.

Согласуй с его мненьем дела своей славы,
Ибо мудрый советник дороже державы.

Старайся быть полезным людям.
Лучше иметь добрый нрав, как роза, дабы благоухать по всему миру.

Там, где ценится знанье, — недремное счастье
Тотчас в звездах правителя примет участье.

Человек, за лепешку принявший луну,
Может рухнуть в колодец, в его глубину.

Будь подобен весам, будь в деяниях точен, размерен,
Взвесив сердце свое, в верном сердце ты будешь уверен....

В наше время всё перевернулось с ног на голову,
Вор стал богатым "мудрецом", а мудрец стал простым нищим.

Бывает, что любовь пройдет сама,
Ни сердца не затронув, ни ума.

Влюбленный слеп, но страсти зримый след,
Ведет его, где зрячим хода нет.

Дни свои влачить без друга - наигоршая из бед,
Жалости душа достойна, у которой друга нет.

Какой-нибудь друг неизбежен везде,
Но лучший - когда он помощник в труде.

Коль порою жало горя поражает в грудь,
В эти дни броню терпенья, сын мой, не забудь.

Мир ради радости и счастья - не ради притеснений и нужды.
Потворствуй преданным друзьям, их за поступки не гони,

Как напоит тебя сосуд, тобой разбитый в черепки?
Слово, идущее от сердца, проникает в сердце.

Разве соколом ловчим ты будешь кормить соловья
Чтоб клады счастья обрести, прибегни ко всесилью слов.

"Momento more" - помни о смерти.
/Древняя мудрость/

Быть может скоро уходить,
Окинув взглядом прошлый путь,
Порвав прижизненную нить -
Причинно-следственность замкнуть.

И в свете этих перспектив
Бледнеют сотни мелочей,
Что распаляют негатив
Души блуждающей моей.

И как-то стыдно день за днем,
Всю жизнь – куда ни посмотри -
Служить покладистым рабом
У мелко-будничных интриг.

Смахнуть всю эту канитель
И взять бы курс на свой маяк,
Вернув надежду той мечте,
Чей свет не смеет тронуть мрак.

Как ни темни – когда-нибудь
Увижу правду без прикрас,
Окинув взглядом прошлый путь,
Пойму… что ясно и сейчас:

В сеть предрассудков угодив,
Свой путь кривою изогнул…
…
Быть может, скоро уходить,
Причинно-следственность замкнув…