Смерть автомата Калашникова. Часть 1. Воевать чем будем ?
Смерть автомата Калашникова. Часть 1.
Посетил недавно я славный город Ижевск, побывал в музее Калашникова. Вместо того, чтобы преисполниться имперской гордостью или хотя бы чувством приятной ностальгии по былой военной мощи, стало мне совсем грустно. Сразу предупреждаю, что следующие "многабукафф" читать людям, не отличающим приклад от цевья, вряд ли будет интересно.
В конце прошлого года рунет сотрясла небольшая буря, вызванная якобы инициативой Сердюкова похоронить семейство стрелкового оружия Калашникова и начать закупку "передовых" образцов за границей. В качестве альтернативы АК74 и его предшественнику АК47, до сих пор состоящему на вооружении, называлась французская штурмовая винотовка FAMAS. Досталось на орехи и снайперской винтовке СВД, дескать, устаревшей и неточной.
Серьезно воспринимать эту шумиху, разумеется, нельзя, потому что замена АК на импортную оружейную систему для миллионной армии невозможна в принципе. И уж тем более не подходит для этой роли FAMAS - винтовка откровенно дерьмовая. Как-то я смотрел фильм о подготовке немецких коммандос на базе французского спецназа в Южной Америке и меня удивило, что мелькавшие периодически в кадре негры во французской военной форме вооружены германскими винтовками G36. Оказывается, ничего удивительного в этом нет, французский спецназ вооружен немецким оружием, как более качественным. FAMAS состоит на вооружении французского Иностранного легиона, но лишь до тех пор, пока он пребывает в казармах. В зоне боевых действий легионеры стараются как можно быстрее обзавестись трофейными АК, пусть даже это суррогаты китайского, египетского и югославского производства. По крайней мере, один лично знакомый мне бывший легионер с нескрываемым презрением отзывался о французской винтовке, годной лишь для показухи на полигоне.
Но все же серьезный повод задуматься о перспективах системы АК имеется, особенно в преддверие большой войны, остаться в стороне о ткоторой нам никак не удастся. По отношению к автомату Калашникова существуют мнения совершенно противоположные. Калашизм - это своего рода религия. Ее приверженцы свято верят, что ничего лучше автомата Калашникова в мире нет и быть не может, потому что это невозможно в принципе. Не смотря на слабость аргументации, в пользу этой точки зрения говорит тот факт, что большинство солдат в мире в боевых условиях до сих пор отдают предпочтение именно этой системе. Конечно, не у всех есть право выбора оружия, но если бы оно было, то в этом конкурсе АК занял бы заслуженное первое место.
Противники калашистов вполне резонно говорят о недостатках системы Калашникова, созданной 60 лет назад в соответствие с давно устаревшими требованиями. Кто же из них прав? Как ни странно, правы обе стороны. Дело не в ТТХ самого оружия, а в военной доктрине, под которую проектируется оружие. 100 лет назад на вооружении русской армии состояло всего три вида стрелкового оружия - винтовка Мосина (для кавалеристов в модификации карабина и без штыка), пулемет Максима и револьвер Ногана. Для того времени эта концепция была вполне адекватной. Собственно практически все огневые задачи возлагались на винтовку, пулемет воспринимался как оружие поддержки и был крайне мало распространен, ну а пистолеты у офицеров особого боевого значения, разумеется, не имели. Причем, хоть это и кажется сегодня смешным, огневой бой накануне Первой мировой войны виделся русским генералам лишь как прелюдия к штыковой атаке, без которой победа в бою считалась недостижимой. Впрочем, и в других европейских армиях, штык тогда никто не собирался сдавать в музей. Но массированные штыковые атаки в ходе войны применяли только две армии - русская и германская, причем вполне успешные (вспомним хотя бы знаменитый брусиловский прорыв).
Именно в России и Германии родился новый класс оружия - автомат. Но здесь необходимо кое-что пояснить. В германской армии под зановес общеевропейской бойни на вооружение поступил пистолет-пулемет системы Шмайссера MP-18, как оружие штурмовых групп. MP-18 - оружие ближнего боя, метла для окопа, как его называли, разработанное под пистолетный 9-мм патрон Парабеллум. А вот автомат Федорова, или как он сам его классифицировал ружье-пулемет можно считать образцом штурмового ружья или по современной западной классификации, штурмовой винтовки. Принципиальным отличием русского автомата было то, что он использовал патроны не пистолетные, а винтовочные, но малоимпульсные - калибра 6,5 мм от японских винтовок Арисака.
Почему первым образцом штурмовой винтовки считают StG-44, разработанный Хуго Шмайссером во время Второй мировой войны? Наверное, потому что StG-44 производился серийно, был принят на вооружение Вермахтом и использовался в рамках действительно новой концепции пехотного боя, в то время как автомат Федорова был произведен небольшой партией и не смотря на успех боевого применения, не стал массовым оружием ни императорской, ни Красной Армии. Стандартное объяснение таково: Россия не обладала промышленным потенциалом для совершения революции в стрелковом деле, и таким образом, революция не состоялась по чисто экономическим причинам. На самом деле причина гораздо более глубока - автомат Федорова опередил свое время не технически, а концептуально, он не вписывался в доктрину общевойскового боя 1920-1930-х годов.
Советские лыжники на финском доте с автоматами Федорова. 1940 г.
Наконец, германская концепция штурмового оружия базировалась на новом патроне промежуточного типа - средним по мощности между винтовочным и пистолетным калибром 7,92 мм. У нас за патроном этого типа так и закрепилось название промежуточного. А Федоров по требованию военных, любящих во всем унификацию, вынужден был переделать свое оружие под стандартный винтовочный патрон калибра 7,62 мм, в каковом виде и было изготовлено 3200 единиц автомата. Но использование мощного патрона фатально отразилось на кучности огня, весе самого оружия, ограничило носимый боекомплект, что лишило автомат Федорова преимуществ перед самозарядной винтовкой.
В чем же новизна немецкого подхода? В начале войны ставка делалась на действительно отличные пулеметы MG-34 и его модернизированный вариант - MG-42. Это оружие тоже является революционным, став первым образцом единого пулемета. Пулемет являлся основным огневым средством пехотного отделения, а стрелки, вооруженные винтовками Mauser 98 воспринимались как своего рода обслуживающий персонал. В их задачу входило охрана пулеметчика, а после того, как пулемет выполнит свою задачу, то есть подавит огнем оборону противника, стрелки должны ворваться на вражеские позиции и принять капитуляцию выживших под шквальным огнем "циркулярок Гитлера", как называли американцы и англичане MG-42 за звук, издаваемый издаваемый при стрельбе.
Однако этот подход был пересмотрен после того, как на Восточном фронте немцы столкнулись с массированным применением Красной Армией автоматического оружия. Атака советской пехоты строилась на быстром сближении (в идеале при поддержке танков и штурмовой авиации после массированной артиллерийской подготовки) с противником на дистанцию 50 м, после чего в дело вступали пистолеты-пулеметы ППШ, обладающие чудовищной огневой мощью. На близких дистанциях снабженные оптическими прицелами MG-42, способные выкосить батальон на расстоянии 800 м, были во-первых, очень уязвимы, во-вторых, утрачивали свое основное преимущество - способность создавать большую плотность огня на большом фронте. А германские пехотинцы, вооруженные в массе своей устаревшими винтовками с ручным перезаряжанием, ничего не могли противопоставить в ближнем бою советским солдатам, обрушивающих на них шквал огня из своих ППШ.
Для того, чтобы выправить ситуацию, на вооружение Вермахта и было принято штурмовое ружье Шмайссера StG-44, способного создавать высокую плотность огня на дистанциях, с которых эффективный огонь из пистолетов-пулеметов был невозможен. Таким образом пехотное отделение германской армии получило огневую мощь, достаточную для отражения советской атаки даже в случае выхода из строя пулемета. Впрочем, данное новшество уже не могло спасти Германию, да и времени для перевооружения своей пехоты у немцев не было.
Но главное преимущество штурмовой винтовки, на мой взгляд, раскрылось не на Восточном фронте и даже не на Западном, где пехота союзников не демонстрировала той же стойкости, что и советская. В полной мере возможности нового класса оружия были продемонстрированы в горах Югославии, где немцы столкнулись с широкомасштабной иррегулярной войной, которая стала новым словом в военной науке. Для контрпартизанских операций были сформированы специализированные егерские части. Именно StG-44 позволял егерям эффективно противостоять партизанским засадам, с первых же секунд добиваясь превосходства в огневой мощи. Как легко понять, развернуть пулемет, будучи внезапно атакованным на горной тропе из засады, невозможно, а винтовки Mauser 98 не способны достичь огневого преимущества, особенно если противник использует ручные, а то и станковые пулеметы.
Интуитивно советская военная мысль была на правильном пути, поэтому программой перевооружения РККА, начатой в конце 30-х ставилось полное перевооружение советской пехоты автоматическими винтовками, что кардинально бы увеличило ее огневую мощь. Но, во-первых, принципиальной ошибкой было разрабатывать новое оружие под старый патрон от винтовки Мосина, малопригодный для автоматических винтовок. Во-вторых, на вооружение был принят очень неудачный образец - самозарядная винтовка Токарева (СВТ-38, СВТ-40), обладающая фатальными конструктивными недостатками. Гораздо более эффективнм оружием пехоты могла бы стать самозарядная винтовка Симонова АВС-36 (серийно было выпущено почти 66 тыс. штук), но тот образец, что принимал участие в конкурсе, был изготовлен с браком, из-за чего предпочтение было отдано конструкции Токарева, АВС-36 снята с производства. Впрочем, СВТ-40 вполне по душе пришлась немецким пехотинцам, вообще не имевшим на вооружении самозарядных винтовок (это было привилегией десантников).
Итак, в 1949 г. на вооружение Советской Армии был принят автомат системы Калашникова АК47. Конструктивно он не был развитием StG-44, как о том заявляют некоторые дилетанты, базируясь на внешнем их сходстве. Хуго Шмайссер после войны действительно сотрудничал с советскими оружейниками, но не в разработке оружия, а в вопросах технологии его производства.
Что же касается доктрины общевойскового боя, то она была вольно или невольно позаимствована нами у поверженного противника. Что такое мотострелки, как стали называть в Советской Армии пехотинцев? По сути это то, что в Вермахте и современном Будесвере называется панцергренадерами - то есть тяжело вооруженная моторизованная пехота. Германские стратеги еще до начала Второй мировой войны видели тяжелую пехоту исключительно моторизованной, передвигающейся по полю боя на бронетранспортерах, что позволяло стремительно преодолевать простреливаемое пространство, да еще при поддержке легких танков. Танки давят огневые точки противника, в это время пехотинцы, выскакивают из бронетранспортеров, разворачиваютися в боевые порядки, и при огневой поддержке размещенных на бронетранспортерах пулеметов, одним броском занимают позиции врага, понеся при этом минимальные потери. После успешного завершения боя панцергренадеры вновь садятся в боевые машины и продолжают преследование противника, чего не способно сделать "классическое" пехотное подразделение, которое после успешной атаки должно закрепиться на занятом рубеже и быть готовой отразить контратаку противника. Суть блицкрига состояла в том, чтобы не дать противнику самой возможности контратаковать, то есть наступление должно продолжаться до достижения оперативного успеха.
В теории это выглядело блестяще, но на практике полная моторизация германской пехоты оказалась невозможной не в последнюю очередь из-за непреодолимого дефицита горючего. А для действий на Восточном фронте эта доктрина вообще оказалась малоприменимой из-за колоссальной ресурсоемкости маневренной механизированной войны, которая могла быть в то время осуществима лишь на ограниченных театрах военных действий. То есть в техническом смысле слова Вермахт, проведя значительную ДЕмоторизацию в 1940 г. и вновь вернувшись к массовому использованию архаичной конной тяги, сделал шаг назад. Но тут уж выбирать не приходилось - качеством пожертвовали в пользу количества.
Но то, что не по силам было Германии в 1941 г. - создать массовую моторизованную армию, представлялось возможным советскому военному руководству после войны, и именно эта военная доктрина лежит в основе строительства наших вооруженных сил по сию пору. Именно в этой канве следует оценивать ту роль, которая отводится автомату Калашникова - основному оружию пехотинца, оружию, работающему "по площадям", создающему всесметающую стену огня силами даже пехотного взвода. По сути Калашников сконструировал идеальное оружие для прошедшей войны. И то, что на Западе долго не могли создать равноценного оружия пехоты, говорит не только о гениальности Михаила Тимофеевича, но и о недальновидности западных военных стратегов. Тут следует учитывать, что хорошо учатся только битые военачальники, а генералы, например, американские, не только мало воевали во Второй мировой войне, но и воевали практически всегда в тепличных условиях, при колоссальном преимуществе над противником в живой силе, технике и подавляющем преимуществе в огневой мощи. Поэтому они в меньшей степени были склонны воспринимать уроки войны и пересматривать концепции ведения боя. Англичане, например, вплоть до 80-х годов считали автоматический огонь из личного оружия непозволительной роскошью, полагая, что пехотинец должен стрелять точно и быстро, а вовсе не плотно. Американцы озаботились созданием полноценной штурмовой винтовки, только увязнув во Вьетнамской войне, где партизаны устроили им настоящую кровавую баню с помощью советских АК47.
Ближневосточные военные конфликты 60-80-х годов - это классические войны прошлого, что не удивительно, учитывая молодость арабских государств, которые вынуждены были создавать массовые армии по чужим лекалам. Я подчеркиваю, что речь в данном случае идет лишь о сухопутных силах и об их основе - пехоте, в то время как авиация, например, развивалась довольно бурно именно в послевоенные десятилетия. Если посмотреть на итоги арабо-израильской войны 1973 г., то мы увидим, что успехи египетских войск базировались на тактических разработках немцев периода Первой мировой войны - применении штурмовых отрядов и советском опыте Великой Отечественной, когда себя блестяще зарекомендовали инженерно-штурмовые бригады. Но уже массированное применение танков ничего не дало, танк - безнадежный анахронизм прошлого века. Не сомневаюсь, что многие готовы с этим яростно поспорить, но прошу приберечь свой пыл до того случая, когда я напишу отдельный пост на танковую тему.
Во всех этих войнах прошлого автомат Калашникова демонстрировал бесспорное преимущество над своими пусть и более молодыми, но концептуально еще более устаревшими соперниками. Что такое винтовка М-14? По сути это неплохое воплощение концепта 30-х годов. То же самое можно сказать и о британской самозарядной винтовке L1A1, являющейся развитием широко распространенной бельгийской FN-FAL, в которой часто вообще отсутствовала возможность ведения автоматического огня. Даже первый представитель второго поколения штурмовых винтовок - американская М16 калибром 5,56 мм демонстрировала свое преимущество над АК47 разве что в условиях полигона, а в джунглях Индокитая тягаться с советским автоматом она была не в состоянии. Израиль вооружил свой спецназ именно трофейными АК, хотя это оружие вовсе не создавалось для спецподразделений.
Итак, говоря об автомате Калашникова, следует иметь в виду, что это оружие проектировалось для условий Второй мировой войны, и иначе просто быть не могло. Конкурс 1974 г. для создания оружия под патрон 5,45 мм Калашников проиграл, но военные сделали выбор в его пользу исключительно по соображениям сиюминутной "целесообразности": переход на новую систему стрелкового оружия потребует переучивания войск и, самое главное, переучивания многомиллионного мобилизационного резерва, а генералы, консервативные по своей сути, категорически не желают чему-то переучиваться, пока их не заставит это сделать противник. Ну и, наконец, перевод советской промышленности на производство нового автомата повлечет за собой столь большие затраты, которые не будут компенсированы преимуществами новой модели.
Теперь перейдем непосредственно к обсуждению характеристик самого АК. Из плюсов достаочно перечислить всего три:
- исключительную надежность и нетребовательность в эксплуатации;
- фантастическую дешевизну и технологичность в производстве;
- потрясающую простоту в обращении.
Все минусы, как водится, производные от плюсов. Начну с самого главного - АК жутко неэргономичен, то есть стрелять из него неудобно. Лежа неудобно из-за большого магазина, который значительно увеличивает силуэт стрелка. Стоя неудобно стрелять из-за того, что приклад расположен ниже линии ствола, в результате чего ствол подбрасывает при стрельбе. Управлять одной рукой АК невозможно, стрелять с закрытой позиции (то есть попросту из-за угла), не высовывая корпус, крайне трудно. Маневренность оружия совершенно неприемлема, из-за чего применять его в штурмовых операциях сложно. Да и, скажем, при передвижении в тактической походной колонне контролировать правый сектор, если вы не левша, неудобно. Для этого надо долго упражняться стрелять с левой руки и целиться левым глазом, а это тот еще геморрой. Переключатель огня расположен настолько неэргономично, что для того, чтобы его переключать, нужно иметь третью руку. До сих пор мне не ясна логика, по которой режим одиночного огня следует за автоматическим, а не наоборот, как принято во всех прочих оружейных системах.
Ну и, наконец, любой моддинг или тюнинг оружия сталкивается с колоссальными трудностями. Хотите разместить на автомате боевой фонарь? Примотайте его изолентой. Сошки? Что за буржуйская роскошь? Передняя тактическая рукоятка? Забудьте! А про лазерный целеуказатель или дальномер даже не заикайтесь. Спасибо, хоть оптический (коллиматорный, ночной и т.д.) прицел можно установить, благодаря появлению в 1974 г. кронштейна… с левого бока ствольной коробки. Правда, если вы используете прицел, то сложить приклад уже нельзя, потому что складывается он именно влево, а разработать приклад, складывающийся вправо, как это сделали румыны на клоне АК, Калашников отчего-то счел нецелесообразным. Разобрать автомат для чистки, не сняв кронштейн с прицелом, уже невозможно, а этот кронштейн, сцуко, зимой почему-то примерзает. А еще он больно натирает хребет, если автомат переносится за спиной, а спина не прикрыта бронежилетом. И уж не приведи господи подскользнуться и упасть на спину - позвоночник может не выдержать удара от эту угловатую железяку.
Можно, конечно, не заморачиваться всякими там "излишествами" в виде коллиматоров или оптики, да вот беда - со штатным механическим прицелом воевать ночью - это просто жопа. Знаете, что пишут в наставлениях по стрелковому делу? Обхохочитесь! Типа, наведите автомат на луну, совместите мушку с целиком, жестко зафиксируйте оружие в руках и после этого наведите на цель, если она еще там, где была до того, как вы начали упражняться с прицеливанием на луну. Правда, после первого же выстрела стрелок будет ослеплен нехилой вспышкой, поэтому стрелять должен, зажмурив глаза, что согласитесь, не очень удобно. Удобным в данном случае был бы коллиматорный прицел в сочетании с прибором беспламенной и бесшумной стрельбы, который в просторечье именуется глушителем. Глушитель к АК - ПБС-1 и ПБС-4 , надо отдать должное, разработан хороший. Но он сконструирован отдельно от автомата, и потому неудобен - нарушает баланс оружия, не очень быстро одевается и снимается, да и вес имеет немалый.
Еще бойцам почему-то очень хочется иметь магазины большой емкости, но конструкторы и тут ничем не хотят их порадовать. Дисковые магазины на 75 патронов сложны в снаряжении, ненадежны и потому от них отказались, а применение рожковых магазинов на 45 патронов настолько безобразно увеличивает габариты оружия, что стрелять можно разве что от пуза. Вот и вынуждены наши солдатушки приматывать два магазина изолентой друг к другу. Спрашивается, что мешает изготовить пластиковые кронштейны для таких спарок? А мешает этому только одно: издевательское пренебрежение наших генералов к солдату. По их мнению трудности бойца закаляют, а всякое удобство расслабляет иизбаловывает.
Вот, казалось бы, такая мелочь, как цвет магазина к АК-74. Какому идиоту пришла в голову мысль изготавливать их из ярко-оранжевого пластика? Почему бы не сделать его зеленого цвета, да и сам автомат красить не в черный цвет, а камуфлировать под окружающую среду - спросит здравомыслящий человек, не служивший в армии. Но тот, кто в армии служил, знает, что это совершенно неприемлемо. Ведь для всякого офицера самый большой кошмар - это утеря солдатом своего оружия где-нибудь на стрельбище или во время учений. Утерять в траве закамуфлированный автомат - дело нехитрое. А вот ярко-оранжевый цвет в нашей природной среде нигде не встречается, кроме как на тыквенной грядке, и потому оброненное в суматохе оружие легко обнаружить даже в густой траве, если с вертолета смотреть на луг. Думаете я шучу? Да нифига подобного. Если говорить серьезно, то цвет магазина может быть только один - прозрачный, для того, чтобы во время стрельбы можно было визуально контролировать расход боеприпасов. На худой конец можно сделать с той же целью прозрачную вставку.
Даже такая, казалось бы, мелочь, как удобный тактический ремень, нашему бойцу недоступен. Стандартный брезентовый имеет металлическую фурнитуру, которая мало того, что предательски бренчит по оружию (а это не есть гуд, если вы в ночной тиши пытаетесь скрытно приблизиться к позиции противника), так она, пилять, еще и бликует на солнце своей зеркальной поверхностью. Выкрасить ее в матовый зеленый цвет - это уже, разумеется, за гранью возможностей нашего ВПК. А уж про всякие там трехточечные тактические ремни, цевье с "рельсами" для крепления всвозможного боевого навеса или регулируемые приклады лучше и не заикайтесь!
Итак, воевать с автоматом Калашникова неудобно, он морально устарел и все такое прочее. Но он еще долго будет оставаться на вооружении десятков армий мира, пока эти армии будут воевать по шаблонам прошлого. Однако в XXI веке кое-кому уже надобно готовиться к войне будущего, и потому АК следует заменять в боевых частях. Чем же его заменить? Об этом я расскажу в следующий раз.
P.S. Даже не пытайтесь угадать ответ. Те, кто глубокомысленно хмыкает, имея в виду АН-94, АЕК-971 или ОЦ-14, будут несколько удивлены, но, надеюсь, не разочарованы.
