-Рубрики

 -Цитатник

Павел Константинович Голубятников (1892-1942) - (0)

ПАВЕЛ КОНСТАНТИНОВИЧ ГОЛУБЯТНИКОВ - ВТОРОЙ РУССКИЙ АВАНГАРД   П.К. Голубят...

Христос и Пилат в живописи - (0)

Суд и поругание. Брюллов Карл Павлович. Голова Христа в терновом венце. 1849 И отвели Его...

Николай Иванович Кульбин - военный врач, художник авангарда - (0)

ДОКТОР-АВАНГАРДИСТ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ КУЛЬБИН (1868-1917) Пасха у футуристов в мастерской художн...

Волков Ефим Ефимович (1844 -1920) - (0)

Забытые имена.Художник  Волков Е.Е.   ВОЛКОВ  ЕФИМ ЕФИМОВИЧ ...

Михаил Петрович Цыбасов (1904-1967) - (0)

«МАСТЕРА АНАЛИТИЧЕСКОГО ИСКУССТВА» МИХАИЛ ЦЫБАСОВ М.П. Цыбасов (1904-1967) Цветы Востока (Порт...

 -Кнопки рейтинга «Яндекс.блоги»

 -Всегда под рукой

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Томаовсянка

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 20.04.2011
Записей:
Комментариев:
Написано: 51453

Памяти Николая Степановича Гумилева (1886 - 1921)

Понедельник, 24 Августа 2015 г. 15:34 + в цитатник

  Николай Степанович Гумилев родился в 1886 году в Кронштадте в семье корабельного врача. В 1906 он окончил Николаевскую Царскосельскую гимназию.

   Первое стихотворение Гумилева «Я в лес бежал из городов...» было опубликовано в 1902 в «Тифлисском листке», первая книга «Путь конквистадоров» - в 1905. С тех пор поэтические сборники следовали один за другим: 1908 - «Романтические цветы», 1910 - «Жемчуга».

...Юноша был тонок, строен, в элегантном университетском сюртуке с очень высоким, темно-синим воротником (тогдашняя мода), и причесан на пробор тщательно. Но лицо его благообразием не отличалось: бесформенно-мягкий нос, толстоватые бледные губы и немного косящий взгляд (белые точеные руки я заметил не сразу). Портил его и недостаток речи: Николай Степанович плохо произносил некоторые буквы, как-то особенно заметно шепелявил, вместо «вчера» выходило у него — «вцера»

С. К. Маковский. "На Парнасе серебряного века"

У камина

Наплывала тень... Догорал камин,
Руки на груди, он стоял один,
Неподвижный взор устремляя вдаль,
Горько говоря про свою печаль:
"Я пробрался в глубь неизвестных стран,
Восемьдесят дней шел мой караван;
Цепи грозных гор, лес, а иногда
Странные вдали чьи-то города,
И не раз из них в тишине ночной
В лагерь долетал непонятный вой.
Мы рубили лес, мы копали рвы,
Вечерами к нам подходили львы.
Но трусливых душ не было меж нас,
Мы стреляли в них, целясь между глаз.
Древний я отрыл храм из-под песка,
Именем моим названа река.
И в стране озер пять больших племен
Слушались меня, чтили мой закон.
Но теперь я слаб, как во власти сна,
И больна душа, тягостно больна;
Я узнал, узнал, что такое страх,
Погребенный здесь, в четырех стенах;
Даже блеск ружья, даже плеск волны
Эту цепь порвать ныне не вольны..."
И, тая в глазах злое торжество,
Женщина в углу слушала его.

<1911> 

1912 - «Чужое небо», 1916 - «Колчан», 1918 - «Костер», «Фарфоровый павильон» и поэма «Мик», 1921 - «Шатер», «Огненный столп».

«Темно-зеленая, чуть тронутая позолотой книжка, скорей даже тетрадка Николая Гумилева прочитывается быстро. Вы выпиваете её, как глоток зеленого шартреза», - писал Ин. Анненский в рецензии на «Романтические цветы».



 

  Каждая публикация Гумилева резко критиковалась современниками. Так, Вяч. Вс. Иванов рекомендовал читателям не обставлять знакомство с ним «академически, в хронологическом порядке первых сборников, которые могут только от него оттолкнуть...». Он предлагал сразу открыть «Огненный столп», начиная разговор непосредственно с «Заблудившегося трамвая» - самого знаменитого стихотворения книги, и в дальнейшем останавливаясь исключительно на позднем Гумилеве, его связях как с русской, так и с мировой культурой.

Вяч. Иванов, с легкостью перемещаясь вслед за своим героем во времени и пространстве, касается и отношений Гумилева с русским символизмом, с Блоком в частности. Тщательно фиксируя и подробно разбирая совпадения между поэтами, Иванов почему-то оставил в стороне полемику между ними, в последние годы особенно напряженную. И интересную читателям прежде всего потому, что именно в этой полемике Гумилев обретает отчетливый гражданский темперамент, в чем ему принято - с легкой руки того же Блока - решительно отказывать.

Гумилев считал Блока величайшим современным поэтом, учился у него, но
был резко не согласен с важнейшими идеями Блока, получившими завершение после революции. И это несогласие выплескивалось не только в прямые, спонтанно вспыхивающие споры, о которых в один голос вспоминают современники, но и в стихи, потом составившие «Огненный столп».



Гумилев был приверженцем идей акмеизма (от греч. a k m e - высшая степень чего-либо, цветущая сила) - течения в русской поэзии 1910-х. Акмеизм провозгласил освобождение поэзии от символистских порывов к «идеальному», от многозначности и текучести образов, усложненной метафоричности, возврат к материальному миру, предмету, стихии «естества», точному значению слова.

В «Чужом небе», самой акмеистской книжке, Гумилев воодушевленно утверждал собственный поэтический характер, тщательно выстраивал систему координат, четко определяясь в симпатиях и антипатиях, находил силы на мгновение остановиться. Остановиться в разгаре этих хлопот, чтобы задуматься о правомерности только что рожденного лирического героя - «сильного, злого, веселого». Правомерности с точки зрения христианской традиции. Стихотворение «Отрывок» («Христос сказал: убогие блаженны, завиден рок слепцов, калек и нищих...») отражает эти раздумья.



 

  Цветение не только плоти, но в первую очередь духа («Расцветает дух, как роза мая, как огонь, он разрывает тьму, тело, ничего не понимая, слепо повинуется ему») все более занимало поэта, становясь темой многих поздних стихов, в одном из которых Гумилев непосредственно приходит к церковным дверям:

«Я дверь толкнул. Мне ясно было, -

Здесь не откажут пришлецу,

Так может мертвый лечь в могилу,

Так может сын войти к отцу...»

С волнением Гумилев внимает мелодиям в
«евангелической церкви»:

«А снизу шум взносился многий,

То пела за скамьей скамья,

И был пред ними некто строгий,

Читавший книгу Бытия.

И в тот же самый миг безмерность

Мне в грудь плеснула, как волна,

И понял я, что достоверность

Теперь навек обретена».

Этим «мелодиям» Гумилев внимал и раньше. Ими определялось неустанное движение его поэтического характера, та «смена душ», о которой говорится в стихотворении «Память». Ими же исподволь внушено и представление о человеческой и поэтической миссии:

«Я - угрюмый и упрямый зодчий

Храма, восстающего во мгле,

Я возревновал о Славе Отчей,

Как на небесах, и на земле».



Внимательное чтение гумилевских сборников убеждает, что поэт имел сложившуюся концепцию русской и европейской жизни (1921).

Гумилева не страшит перспектива перерождения «культуры» в
«цивилизацию», поэт вообще не понимает, почему эти понятия надо противопоставлять. За всеми этими абстракциями он видит просто жизнь -
«жестокую, милую жизнь», как говорится в стихотворении «Мои читатели», видит «родную, странную землю» - и именно они имеют для него абсолютную ценность.

   Если чего и боится этот храбрый человек, то только того, что отвлеченная идея, пусть самая высокая и заманчивая, возьмет и восторжествует над жизнью, пусть жестокой, несовершенной. От чего он и предостерегает в поэме «Звездный ужас». И вовсе не случайно, что «звезды» называются там чужими, - ведь это символистские «кормчие звезды». А вот«ужас» - свой, акмеистский, гумилевский ужас, как и плач по «прежнему» времени. И это сам Гумилев вместе с одним из героев поэмы восклицает: «Горе! горе! Страх, петля и яма для того, кто на земле родился».

«Звездным ужасом» завершается «Огненный столп», последний сборник, который Гумилев составлял самолично, хотя вышел он уже после смерти поэта.

Рыцарь счастья

Как в этом мире дышится легко!
Скажите мне, кто жизнью недоволен,
Скажите, кто вздыхает глубоко,
Я каждого счастливым сделать волен.

Пусть он придёт, я расскажу ему
Про девушку с зелёными глазами,
Про голубую утреннюю тьму,
Пронзённую лучами и стихами.

Пусть он придёт! я должен рассказать,
Я должен рассказать опять и снова,
Как сладко жить, как сладко побеждать
Моря и девушек, врагов и слово.

А если всё-таки он не поймёт,
Мою прекрасную не примет веру
И будет жаловаться в свой черёд
На мировую скорбь, на боль — к барьеру!

июнь 1917

    «Я знаю главные темы Гумилева. И главное - его тайнопись. В последнем издании Струве отдал его на растерзание двум людям, из которых один его не понимал (Брюсов), а другой (Вяч. Иванов) - ненавидел. Невнимание критиков (и читателей) безгранично. Что они вычитывают из молодого Гумилева, кроме озера Чад, жирафа, капитанов и прочей маскарадной рухляди? Ни одна его тема не прослежена, не угадана, не названа. Чем он жил, к чему шел ? Как случилось, что из всего вышеназванного образовался большой замечательный поэт, творец стихотворений: «Памяти», «Шестого чувства», «Трамвая».
      Фразы вроде «Я люблю только «Огненный столп»», отнесение стих «Рабочий» к годам Революции и т.д. ввергают меня в полное уныние, а их слышишь каждый день... Дело в том, что и поэзия, и любовь были для Гумилева всегда трагедией. Оттого и «Волшебная скрипка» перерастает в «Гондолу».
    Оттого и бесчисленное количество любовных стихов кончается гибелью (почти все «Ром цветы»), а война была для него эпосом, Гомером. И когда он шел в тюрьму, то взял с собой «Илиаду»».

Анна Ахматова, 1963

ШЕСТОЕ ЧУВСТВО

Прекрасно в нас влюбленное вино
И добрый хлеб, что в печь для нас садится,
И женщина, которою дано,
Сперва измучившись, нам насладиться.

Но что нам делать с розовой зарей
Над холодеющими небесами,
Где тишина и неземной покой,
Что делать нам с бессмертными стихами?

Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.
Мгновение бежит неудержимо,
И мы ломаем руки, но опять
Осуждены идти всё мимо, мимо.

Как мальчик, игры позабыв свои,
Следит порой за девичьим купаньем
И, ничего не зная о любви,
Все ж мучится таинственным желаньем;

Как некогда в разросшихся хвощах
Ревела от сознания бессилья
Тварь скользкая, почуя на плечах
Еще не появившиеся крылья;

Так век за веком - скоро ли, Господь? -
Под скальпелем природы и искусства
Кричит наш дух, изнемогает плоть,
Рождая орган для шестого чувства.

1921

    Гумилев был бездоказательно причислен к участникам контрреволюционного заговора.  Его участие в заговоре строятся лишь на двух упоминаниях  – Одоевцевой и Таганцева. Одоевцеву, впрочем, не допрашивали. А Таганцев в показаниях дважды говорил о близости Николая Гумилева к советским идеям. Однако, следователь Якобсон записал: «Гражданин Гумилев утверждал курьеру финской контрразведки, что Гумилев связан с группой интеллигентов, которой последний  может распоряжаться и которая в случае выступления готова выйти  на улицу для активной  борьбы с  большевиками, желал  бы иметь в  распоряжении  некоторую сумму для технических надобностей». Николай Степанович умел создавать мифы, а еще не боялся смерти, она казалась ему занимательной. Никто не стал защищать Гумилева (кроме Горького, у которого ничего не вышло), никто даже не установил, а участвовал ли поэт, в котором Честертон  незадолго до ареста увидел коммуниста,  в Таганцевском заговоре. Герой, одержимый любовью к слову, красоте, опасностям и странствиям – Гумилев накликал смерть.

 

24 августа 1921 года Николай Степанович Гумилев был расстрелян.

KazEdu.kzreferat/28880

 В духовном развитии нашего общества мы бесконечно многое потеряли в сравнении с пушкинским и гумилёвским романтизмом. Гумилёв погиб потому, что был, как и его великий предшественник, невольником чести.

Владислав Ходасевич



Николай Гумилёв. "Идти по линии наибольшего сопротивления"

 

Послесловие

 

   В Санкт-Петербурге историки установили точную дату гибели поэта Николая Гумилева. При работе с документами о расстрелах в период с 1918 по 1941 год, ученым удалось обнаружить отметки о выдаче поэта для исполнения смертного приговора. Гумилева расстреляли в ночь на 26 августа 1921 года в числе 57 осужденных по делу о заговоре против советской власти.

  «До сих пор годовщиной гибели поэта считалось либо 24 августа, когда был вынесен приговор, либо 25 августа, потому что обычно приговоры приводились в исполнение на следующий день. Теперь же у нас есть две отметки на актах о выдаче и расстреле, которые дают точную информацию», — сообщил руководитель центра «Возвращенные имена», редактор книги памяти «Ленинградский мартиролог» Анатолий Разумов, обнаруживший свидетельства.

  Место расстрела и захоронения поэта до сих пор считаются неизвестными: «Ни в одном из документов той поры не отмечались места расстрела и погребения. По каким-то причинам это было не принято» — говорит ученый.

http://lenta.ru/news/2014/10/27/gumilev/

Серия сообщений "Гумилёв":
Часть 1 - Николай Гумилёв. Поэзия Моханга Сингха
Часть 2 - Лев Гумилёв
...
Часть 16 - Лев Николаевич Гумилёв (11912 — 1992)
Часть 17 - Николай Степанович Гумилёв. Поэт, путешественник
Часть 18 - Памяти Николая Степановича Гумилева (1886 - 1921)
Часть 19 - Николай Гумилёв "Записки кавалериста"
Часть 20 - Блок, Гумилёв и Чуковский
...
Часть 25 - Африка в жизни и творчестве Николая Гумилёва и Артюра Рембо
Часть 26 - Николай Гумилёв "Благословленная Беатриче".
Часть 27 - 15 апреля 1886 года в Кронштадте родился поэт Николай Гумилёв

Метки:  

Процитировано 5 раз
Понравилось: 11 пользователям



alyonabat61   обратиться по имени Понедельник, 24 Августа 2015 г. 23:19 (ссылка)
Как жаль человека!
Поразительный факт - Учился он плохо и однажды даже был на грани отчисления, но директор гимназии И. Ф. Анненский настоял на том, чтобы оставить ученика на второй год: «Всё это правда, но ведь он пишет стихи».
Спасибо, Томочка, за работу!
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Вторник, 25 Августа 2015 г. 19:18ссылка
Спасибо, Алёна, за комментарий! Анненского очень люблю!
Ugolieok   обратиться по имени Понедельник, 24 Августа 2015 г. 23:40 (ссылка)
С благодарностью цитирую.
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Вторник, 25 Августа 2015 г. 19:28ссылка
Спасибо, Валечка! Хорошего настроения тебе и интересных встреч!
ГалаМаг   обратиться по имени Вторник, 25 Августа 2015 г. 17:14 (ссылка)
Спасибо! Для меня сделали пост)))
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Вторник, 25 Августа 2015 г. 19:33ссылка
И для тебя, Галина, но и для себя: очень интересен мне Николай Гумилёв и его сын тоже.
Перейти к дневнику

Вторник, 25 Августа 2015 г. 20:03ссылка
Тамара, иногда думаю - кто более интересен? Отец передал лишь гены. Ахматова то же была далека от сына. Гумилев-младший сделал себя сам. И все трое - личности!
Перейти к дневнику

Вторник, 25 Августа 2015 г. 20:30ссылка
Ты очень права! Каждый из них в различных условиях, по разному, но гениально прожили жизнь!
Svetlana-k   обратиться по имени Вторник, 25 Августа 2015 г. 21:01 (ссылка)
Читала с интересом! Талантливый человек, но жизнью распорядился очень вольно.
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Среда, 26 Августа 2015 г. 20:12ссылка
В этом его самость и заключена! Таких поэтов не было у нас и не будет! Светлая память его безрассудству!
SvetaSlava50   обратиться по имени Среда, 26 Августа 2015 г. 14:24 (ссылка)
СпасибО! Замечательно! Самого доброго Вам, Тамара!
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Среда, 26 Августа 2015 г. 20:14ссылка
Спасибо, Светочка! Рада, что тебе понравилось!
Комментировать К дневнику Страницы: [1] [Новые]
 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку