-Рубрики

 -Цитатник

Богданов-Бельский Николай Петрович. - (0)

Художник Богданов-Бельский Николай Петрович. Часть- 7. Николай Петрович Богданов-Бель...

Ян Стен - (0)

Маурицхёйс открыл картину голландского живописца Золотого века Яна Стена. Осмеяние Самсо...

Зарубин Виктор Иванович (1866-1928 - (0)

Пейзаж с рыбаками. 1906  Холст, масло. 102 x 142 см     Государ...

Красавица эустома - лизиантус - ирландская роза - техасский колокольчик - (2)

Красавица эустома Эустома (лат. Eustoma), также называемая лизиантус (лат. Lisianthus – горьк...

Русская музыка "До Глинки" - (0)

Из истории музыкальной культуры России.: какой она была? Петровская Эпоха положила начало раз...

 -Кнопки рейтинга «Яндекс.блоги»

 -Всегда под рукой

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Томаовсянка

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 20.04.2011
Записей:
Комментариев:
Написано: 50602

Касьян Ярославович Голейзовский (1892–1970) - артист балета и балетмейстер

Среда, 05 Марта 2014 г. 16:23 + в цитатник

  «Сближаясь с прозой, симфонический танец теряет, растворяясь в облаках поэзии; приобретает способность самыми яркими и убедительными красками слагать пластические гимны высоким душевным порывам: человечности, свободе, гневу, любви, радости, борьбе, отчаянию, ненависти, миру, героизму; изображать бушующее пламя, мерцающие звёзды, воздушные миражи…»

   Касьян Ярославович Голейзовский родился 5 марта 1892 года в Москве. Получив аттестат зрелости, он стал изучать английский, французский, польский и персидский языки. Обучался в школе живописи художника Леблана, в скульптурной мастерской Попова посещал драматические и режиссёрские курсы в московской филармонии. Касьян Ярославович занимался прикладными искусствами; учился музыке: на скрипке у профессора Крейна и игре на рояле; изучил массаж, с увлечением занимался физкультурой в школе Пытлясинского, спортом в обществе «Сокол». В 1909 он был принят в труппу Мариинского театра, но с 1 августа, по личной просьбе, был переведен в труппу Большого театра, где и служил артистом до октября 1918.  

  Исполнял партии в спектаклях: «Спящая красавица» Чайковского, балетмейстер Петипа; Голубая птица, «Конёк-Горбунок» Пуни, балетмейстер Сен-Леон — Гений вод «Саламбо» Арендса, балетмейстер Горский - Камон.

 Голейзовский в балете 'Арлекинада'

  Ученик таких новаторов, как Александр Горский и Михаил Фокин, Касьян Голейзовский быстро освоил репертуар и заскучал: «Моя карьера классического танцовщика тянулась долго и нудно. Но, любя больше всего наше балетное искусство, я перенёс главную деятельность на созидательную - балетмейстерскую».

  Голейзовский стал выдающимся, уникальным балетмейстером, оставившим наследие, которое необходимо бережно охранять. Перед его талантом преклонялся балетмейстер Баланчин. «Уважаемый Касьян Ярославович, я служу у Дягилева балетмейстером и мне поручено найти хороших актёров, умеющих делать всевозможные акробатические трюки. Так вот я имею смелость обратиться Вам с просьбой, устроить мне гарсона, умеющего быть настоящим премьером, танцующего, кроме того, хорошо классику. Вы знаете, что я поклонник Вашего творчества». — Заранее благодарный, Жорж Баланчивадзе

  

  Первые опыты постановки танцев Касьян Ярославович Голейзовский осуществил в 1916 на сценах московских театров. Тогда же основал студию, которая в 1922–25 носила название Московского камерного балета. В 1922 создал миниатюры Фавн на музыку Дебюсси и Саломея на музыку Штрауса. Эксперименты Голейзовского, его поиски соответствия балетного движения эмоциональной выразительности музыки, а также обращение к конструктивизму как в сценическом оформлении танцев, так и в хореографии, привлекли внимание. Касьян Голейзовском - лидер авангарда 1920-х.

 В 1925 он поставил в Большом театре балет Иосиф Прекрасный (музыка Василенко); бурные дискуссии вызвали новизна пластики, оформление спектакля Эрдманом, а отчасти и тема: конфликт между личностью и властью. Начиная с середины 1930-х, когда официальная идеология провозгласила формальные искания «формализмом», Голейзовскому редко удавалось работать в Москве (если не считать постановки физкультурных парадов на Красной площади). Интерес к фольклору привел его в Белоруссию, Украину, Узбекистан, Таджикистан, где он поставил ряд спектаклей и участвовал в подготовке декад национального искусства: лучшая его работа – таджикский балет Ду гуль (музыка Ленского, 1941). Возможность вернуться в Большой театр возникла лишь в 1960-х годах. Голейзовский поставил балеты Скрябиниана (1962) и Лейли и Меджнун (музыка Баласаняна, 1964).

 

  Касьян Голейзовский всю свою жизнь будет обращаться к творчеству композитора Александра Скрябина. По описанию начала творческого пути Голейзовского в книге Шереметьевской: художник навсегда останется верен любви к музыке Скрябина и будет отдавать предпочтение режиссёрским приёмам Мейерхольда. Одна из первых постановок, которую он назвал «Белой мессой», на музыку Десятой сонаты, была трактована балетмейстером, как «Стремление человека к прекрасному, через ошибки, падения, препятствия». Голейзовский держал внимание зрителя на центральной фигуре, образе Человека, а антураж превращал в хор, слившийся в едином порыве, вторящем переживаниям Человека. Это было в одном стиле c режиссёрским направлением Мейерхольда. Когда же Человек достигал своей цели - жертвенного подвига, его тело исчезало. «Я хотел передать бренность телесного».

Из интервью с Екатериной Максимовой.

- Вы работали с разными хореографами, и одним из первых был Голейзовский .
- То, что он был в нашей жизни, — огромное счастье. Ему не разрешали ничего ставить, тем более в столичных театрах, его ранние спектакли были сняты с репертуара. Потом позволили сочинять номера для учеников балетной школы. Для нас, детей, это было открытие совершенно новой хореографии, неизвестного стиля. С ним было безумно интересно работать и общаться. Он писал стихи, рисовал, лепил. Его эрудиция была безгранична. Мы часто бывали у него дома и завороженно слушали его рассказы. Удивительно, что несмотря на трудную жизнь, гонения, он оставался поразительным жизнелюбом. Не потому, что не видел много несправедливого вокруг. Видел, но считал, что в жизни все равно побеждает красота. Были такие случаи, когда кто-то начинал описывать какую-то женскую внешность: она такая — нос крючком… "Какая? — прерывал Касьян Ярославич. — Посмотри, какая она прекрасная". Красоту он видел во всем, вырезал из каких-то сухих коряг великолепные фигурки.

  Бывало, приходим к нему усталые, кислые, он спрашивает: "Почему такое настроение?" "Погода ужасная: дождь, слякоть, холодно", — отвечаем. Он удивляется: "Да посмотрите в окошко, какой прозрачный дождик идет, как сверкают лужицы!" И в природе, и в людях умел находить прекрасное.

- Голейзовский, похоже, оказался хореографом, танцы которого невозможно восстановить, хотя многие исполнители помнят его номера …

- Дело в том, что его способность найти в каждом человеке что-то прекрасное, обернулась обратной стороной. Когда мы начали с ним работать, то не были звездами, а сколько было таких случаев, когда с посредственными танцовщиками он делал потрясающие номера, которые потом никто не мог повторить! Касьян Ярославич открывал такие глубины в ребятах, из которых танцовщиков, увы, не получилось. Он лепил из человека, какой он есть, из фактуры, которая ему дана.

А его манера работать! Когда он сочинял, то никогда не употреблял балетные термины — встань-де в первый арабеск или в аттитюд. Он говорил образами. В "Мазурке" просил нарисовать солнышко, заглянуть в лужицу, раздвинуть облака. В "Русской" — проплыть лебедушкой, поднять руку и полюбоваться колечками и браслетами. Лепилось из тебя, создавалось на твоих глазах. Как такое повторить?

 Тонко чувствуя экспрессивность и эротизм музыки Скрябина, Голейзовский с наслаждением и неисчерпаемой фантазией воплощал свои идеи в танцевальных композициях, показывая красоту и выразительность обнажённого тела, он  оставлял на исполнителях минимум одежды. И в музыке Скрябина он выделял чувственные интонации. Тонкость чувств требовала для выражения изысканной пластики. И в «Мимолётностях» Прокофьева эротикой дышали сложные пластические композиции, с мимолётно меняющимися настроениями и движениями, которые переливались одно из другого. Голейзовский придумал термин «эксцентрическая эротика» и под этим названием создаёт целую программу. Рецензии того времени определяли его создания, как «Экстрат фантазии и эротики, жгучей, напряжённо дрожащей на грани возможного, порой судорожно-грубой, порой  целомудренной»


  Елена Рябинкина: "Касьян Голейзовский возобновил для меня «Вальс» Штрауса, я с первых же репетиций старалсь ухватить верный характер, стиль. В 1961 у Голейзовского родилась идея создания вечера новых хореографических композиций, и он предложил нам, тогда молодым артистм балета Большого: Максимовой, Васильеву и мне, стать организаторами и зачинщиками этого вечера. В течение зимы работа кипела вовсю. Артисты и концертмейстеры работали без вознаграждения. Успех премьеры превзошёл все наши ожидания. Творчество Голейзовского предстало и засверкало новыми красками. Я танцевала «Печальную птицу» Равеля, «Мелодию» Дворжака, «Радость» Рахманинова. Касьян Ярославович как никто чувствовал индивидуальные качества того или другого исполнителя, и при сочинении танца отталкивался от этого. " 


  Майя Плисецкая Голейзовскому: «Дорогой Касьян Ярославович. Наша с Вами встреча на первом моем сольном концерте принесла мне очень много, несмотря на неудачу. Я думаю, что неудача произошла из-за полной недоделанности, поспешности и несрепетированости моего концерта. Я была слишком неопытна и не понимала всей серьезности этой работы.» — Поклоняюсь Вам, ваша Майя 
Постановки в Большом: 1934 - поставил «Половецкие пляски» в опере «Князь Игорь»; 1953 - возобновил «Половецкие пляски»; 1959 — для хореографического училища - «Вечер хореографических миниатюр»; 1960 - 62 — Концертные программы, с участием молодых артистов Большого театра.

   В 1962 Касьян Голейзовский осуществил постановку балета «Скрябиниана» в Большом театре; в 1964 - поставил балет «Лейли и Меджнун» на музыку Баласаняна. Концертные номера: «Нарцисс», исполнитель: Владимир Васильев; «Мазурка», исполнитель: Екатерина Максимова; «Печальная птица» (Равеля), «Мелодия» (Дворжака), «Радость» (Рахманинова), исполнитель: Елена Рябинкина.

 

 
  Савва Ямщиков: «В 1961 году на сцене Концертного зала им. Чайковского состоялось долгожданное возвращение Касьяна Голейзовского к столичным зрителям. Надо было видеть всех людей, пришедших на премьерный показ „Хореографических миниатюр", чтобы оценить высокую знаковость этого события. Мне же посчастливилось стать свидетелем работы мастера над каждым номером тщательно подготовляемой программы. Касьян Голейзовский обладал редким даром тонко чувствовать индивидуальность каждого танцовщика и использовать весь его творческий потенциал. Даже посредственным исполнителям помогал он раскрыть их незаметные для других достоинства и поставить номера так, что зритель долго не отпускал артистов со сцены. На репетицию Касьян Ярославович всегда приходил с зарисовками поз и движений будущих миниатюр, которые являлись непременным подспорьем в нелегкой работе. Я видел многие рисунки постановщика, любовно воспроизводящие божественную кантилену танца Володи Васильева в номере „Нарцисс" на музыку Черепнина, но особо меня поразил цикл зарисовок Кати Максимовой, танцующей скрябинскую „Мазурку". А когда виртуозные па балерины соединились на сцене с ее великолепным даром актрисы, восхищение зрителей достигло запредельного уровня. Я вспомнил провидческие пушкинские строки, посвященные русским балеринам XIX века, и ощутил живую связь времен, которую не удалось разрушить никаким революциям и войнам.»
 
«Если бы Терпсихора существовала в действительности, воплощением ее была бы Марина Кондратьева»
Касьян Голейзовский.
   Кондратьева: Оценка Голейзовского вызвала мое удивление, когда я прочла его книгу. Касьян Ярославич видел меня на сцене, мы были знакомы, но в работе не встречались. Он не раз говорил, что хочет поставить на меня номер. И у меня было огромное желание, но нагрузка в театре не позволила.

 

  Илзе Лиепа: «Здесь Голейзовский предстает в совершенстве своего дара. Когда хореографию этих номеров мне передавали артистки, работавшие еще с самим Касьяном Ярославичем, то они не просто показывали движения, а за каждым движением выявляли некий текст.

Вот цыганка… Вот она вспоминает того юношу, который оставил неизгладимый след в ее сердце… Вот она вспоминает его бровь – и это движение руки… Вот она вспоминает его черные усы – и это уже движения двух рук… Потом руки раскрываются, словно крылья… Потом она хочет всё забыть и падает наземь…

Каждое движение таит в себе текст, которым хореограф наполнял своих исполнительниц, поэтому оторваться от этих танцев было невозможно. Существовать в такой “говорящей” пластике для танцовщика бесконечно интересно. Но удивительный секрет этой хореографии заключается в том, что она не раскрывается, если лишить ее этого внутреннего содержания – она становится сухой и бледной. Может быть, именно поэтому так трудно восстанавливать хореографические миниатюры Голейзовского…».

После войны Касьян Голейзовский вновь надолго остается без работы. Последующие его триумфы в Большом театре связаны с постановками блистательных хореографических номеров для концертных программ театра, балетами «Скрябиниана» на музыку обожаемого Скрябина и «Лейли и Меджнун» советского композитора С.А. Баласаняна. Все эти постановки приходятся на 60-е годы и знаменуют последний период творчества великого мастера.

Последние годы жизни Касьян Голейзовский проводит в любимой Тарусе. Там он собирал необычные камни, выстругивал фигуры из корней деревьев, писал: «Пью чай на террасе, любуюсь на далекую Тарусу, воздух так прозрачен, и различаются домики…».

www.muzcentrum.ru › ... › Программы › Балет FM

  Вера Петровна Васильева - жена Голейзовского, солистка балета Большого театра, педагог, заслуженная артистка РСФСР

Серия сообщений "Балетмейстеры":
Часть 1 - Испанский хореограф Начо Дуато в Михайловском.
Часть 2 - Знаменитый танцовщик Никита Александрович Долгушин
...
Часть 4 - Мария Ивановна Вальберхова (1789—1867) - известная драматическая актриса
Часть 5 - Танцовщица и балетмейстер Бронислава Нижинская (1881 - 1972)
Часть 6 - Касьян Ярославович Голейзовский (1892–1970) - артист балета и балетмейстер
Часть 7 - Великий балетмейстер Мариус Иванович Петипа (1818-1910)
Часть 8 - Выдающийся танцовщик и балетмейстер Вахтанг Чабукиани (1910 - 1992)
...
Часть 21 - Сергей Лифарь (1905 - 1986)
Часть 22 - В Большом состоялся гала-концерт в честь Михаила Лавровского
Часть 23 - Балетные «Страсти по Матфею» на музыку И.С. Баха

Метки:  

Процитировано 4 раз
Понравилось: 5 пользователям



Musia-mamusia   обратиться по имени Среда, 05 Марта 2014 г. 18:18 (ссылка)
Спасибо, Томочка, какой насыщенный пост! Я профан, если и любуюсь, например, половецкими плясками, то и не знаю постановщика:( Очень интересно и познавательно.
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Среда, 05 Марта 2014 г. 21:19ссылка
Если любуешься, Милочка, то уже не профан! Я, когда любуюсь танцем никогда не вспоминаю создателя. А вот послушать, как они созидают, мне интересно! Хороших дней тебе!
Татьяна_Бойко-Назарова   обратиться по имени Среда, 05 Марта 2014 г. 19:12 (ссылка)
Цитирую с благодарностью и желаю весеннего настроения!
Весна-03 (200x165, 78Kb)
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Среда, 05 Марта 2014 г. 21:23ссылка
Какие дивные цветочки! Спасибо, Танечка! У вас уже тепло и зелено!
Jo-Ann   обратиться по имени Среда, 05 Марта 2014 г. 22:56 (ссылка)
Томаовсянка, Цитирую с признательностью. СПАСИБО.
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Четверг, 06 Марта 2014 г. 22:40ссылка
Очень рада Вам, Жанна! Радостного праздника!
Jo-Ann   обратиться по имени Четверг, 06 Марта 2014 г. 22:44 (ссылка)
И Вас с весной,С ПРАЗДНИКОМ! Здоровья побольше и хорошего настроения!
687df8f2f111 (540x343, 62Kb)
Ответить С цитатой В цитатник
Комментировать К дневнику Страницы: [1] [Новые]
 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку