Счастье.
Слово из семи букв, содержащее в себе самый различный смысл: счастье ребенка, счастье матери, счастье ученика, счастье влюбленного, счастье карьериста… нет определенного материального носителя счастья, есть лишь образы, связанные с ежеминутными желаниями, сменяющимися, повторяющимися, возникающими снова и снова потребностями, удовлетворив которые, ищешь что-то, чтобы стать счастливым. Что-то непонятное, чего не хватает, что очень нужно, чтобы стать счастливым. А, найдя, опять пускаешься в поиск, вдруг понимая: то, которого ты так долго и упорно желал и в конце концов добился – на самом деле проходящая цель, достижение которой ничего тебе не дало. Ищешь, ищешь, ищешь. Изнываешь, томишься в ожидании его – счастья…
Счастье – чем-то сходно со словом «сейчас». Может, потому что захотев пить, мы говорим: «если я сейчас выпью воды, буду самым счастливым на земле»?! Может быть… У каждого счастье свое, но почти каждый второй видит его – в больших деньгах, в должности шефа какой-либо крупной фирмы, в лимузине, в собственной вилле. Они по-своему правы, но обычно такие-то как раз и не достигают поставленных целей, точнее они преднамеренно делают их невозможными для себя, подсознательно, внутренне (даже не зная сами) задавливая саму мысль о том, что такое выполнимо. И достигая каких-то высот на пути, говорят: «этого мало, мне нужно большее», не замечая, упуская из виду то, что уже сделали, чего добились на данный момент – и вместо того, чтобы порадоваться за себя, утверждают: «рано расслабляться, нужно еще, еще усилий – и я сделаю это, и тогда буду доволен жизнью». Может, они правы… Может, действительно нельзя останавливаться, нужно стремиться к идеалу, идти вперед, бить рекорды… Да, нужно. Надо. Вот только каждый раз необходимо еще гордиться собой и своими делами на пути к совершенству. Нет счастья, которое валится как снег на голову. То, что есть сейчас, обусловлено и является следствием прошлых успехов человека.
Счастье – оно как мозаика, как паззл, который только нужно правильно сложить и получить от этого огромное удовольствие. Причем довольствоваться и первыми тремя верно сложенными кусочками, и четвертью всей картины, и половиной – и уж конечно, завершенной работой. Неужели те люди, которые хотели заработать (получить, украсть, выиграть) миллион для «полного счастья», получив его, сказали, что им хватит? Вот у таких-то, вечно недовольных жизнью и собой, и получается неправильно сложенная мозаика, в которой перепутаны были местами всего лишь три частички, сложенные в самом начале… И картина ломается, никаким образом не способная соответствовать запросам своего составителя. Любое, пусть минимальное достижение уже должно быть кусочком паззла, который вы закладываете в фундамент своей гармонии, своего счастья – единственного, неповторимого, созданного лишь вами и только для вас.
Не может быть счастья на двоих, вернее, такое случается просто кошмарно редко, ужасающе редко. Может, и к лучшему. Это счастье любящих, вполне возможно, что любящих безответно, любящих жертвенно, самозабвенно, отдавая себя и питаясь лишь тем, чтобы видеть предмет своего обожания, знать, что он где-то там, дышит, живет, пусть даже далеко. Пусть этот кто-нибудь и не знает, что существует некто, кому важно просто знать, что есть объект поклонения, ради которого он принес себя на священный алтарь любви. Таким бывает и счастье матери, особенно одинокой и имеющей лишь одного ребенка, в котором ее душа, она вся – не станет чада, не станет и ее. Не берусь судить, да и не хочу. Не навязываю свою точку зрения. Рассуждаю.
Счастье. Любовь. Надежда. Вера. Абстрактные понятия, говорить о которых можно бесконечно и не наговориться, спорить и не придти к согласию. Я лишь пытаюсь приоткрыть (наверно, прежде всего себе) эту дверцу в безграничность, в безмерность понимания сути этих вещей. И у меня есть свое счастье. Даже сейчас, изложив все эти мысли, я счастлива. Не тем, что абсолютно ничего не понимаю, а тем, что сделав это, уже стала другой. Мы меняемся каждое мгновение – и того, что было пять минут, десять дней, восемь лет назад, не вернуть – а и там было что-то, что хотелось бы сохранить: детскую непосредственность, способность смотреть на мир глазами ребенка, впитывающего все новое с невероятной скоростью. Сейчас кому-то под грузом проблем, в «вечном поиске счастья» - даже в душе трудно найти ребенка. А как хочется иногда побыть им, чтобы не думать о том, что готовить завтра на обед и какой стиральный порошок купить в магазине… Себя считаю еще ребенком, и хотя мне просто по окружающей действительности и условиям существования необходимо проявлять «взрослость» - я стараюсь не терять в себе эту частичку детства, в которой – два из трех первых кусочков, лежащих в основании моей мозаики. И я счастлива, что могу чувствовать себя ребенком, счастлива, что «можно быть смешной, распущенной и не играть словами» - счастлива быть собой. Я радуюсь каждому мгновению своей жизни, я иду к своей цели, к своему идеалу, но прежде всего я люблю себя за то, что уже сделала. Тело, разум могут добиться всего, чего угодно – если захотеть, но если душа не в порядке – не будет удовольствия, не будет именно того абстрактного, в широком смысле слова, «счастья». Она так и дальше будет мучить человека вечным стремлением к несуществующей черте, перейдя которую станешь самым удачливым, везучим, богатым… На самом деле это лишь «глухой телефон»: пока разум не будет ловить и собирать мгновения в «копилку» таких же моментов, из которых складывается жизнь, пока мозгами не будем понимать, что то, что мы делаем сейчас, также важно, как и сама вершина, к которой стремишься – душа не успокоится. Нужно жить настоящим, никак не прошлым (в смысле, одним лишь прошлым) и не ожиданием будущего удовлетворения. Обернись назад и посмотри – сколько ты пропустил. Взгляни вперед – сколько будет всего еще, но то было и будет…
Счастье – сейчас.
(с)
