Земля содрогнулась и вздрогнул небосвод, и весь мир замер в ожидании..
На поле боя сошлись ОНИ - те, кто не может жить друг без друга, но и не может жить, пока другой существует рядом. Свет и тьма, извечные соперники за власть над миром людей и магов...
Да полноте, правда ли это?
Вот двое стоят и пристально вглядываются друг в друга, напряженно ожидая малейшего движения противника, чтобы сорваться, разразиться движением убийственного проклятия. и замер мир вокруг, замер Темный орден и замер орден Феникса, с напряжением ожидая разрешения так опостылевшей уже всем войны.
Зеленые и красные глаза не отрываются друг от друга, напряжение возрастает в геометрической прогрессии, заставляя воздух звенеть, землю мелко дрожать и небосвод клубиться грозовыми тучами.
И вот - движение, одновременное стремительное, такое быстрое, что даже опытный дуэлянт с трудом разберет, какие именно движения сделали соперники.
...и мир раскололся, напряжение осыпалось неожиданно мягкими и холодными хлопьями снега, на зеленой траве стремительно расползался круг поблекшей и как будто выжженой растительности. Смерть уже неслась к сопернику... победа...да... вот она, уже показала свои крылья прекрасная Афина!
- Стоять!
Вокруг соперников засветился купол, который однако позволял видеть, что происходит внутри, а прямо за границей этого круга стояла девушка. Красива ли она была? никто не может сказать точно, но все уверены в одном - она потрясающа! хотя одни описывали ее потом синеглазой брюнеткой, а другие - кареглазой блондинкой, третьи и вовсе плели что то несусветное.
- Вы нарушили равновесие, ибо зло несете оба в мир. Расплата будет достойной. Отныне, пока не найдете вы существо, любившее вас, скитаться вам между небом и землей, не зная покоя и имея сил изменить ничего вокруг. Идите.
И палочки падают, и руки опускаются у вечных соперников, Света и Тьмы, неразлучных и неспособных жить друг без друга... Так и бродят они по миру, пытаясь найти ту душу, что буде любить их, а не те преимущества и силы, что способны они дать. и пока стоит мир - есть у них еще шанс, ибо Мать-Магия не настолько жестока, чтобы обрекать детей своих на бесконечные блуждания, но первое дитя - Мир, все же не в силах она отдать на поругание. и где то в мире есть та душа, которая спасет их. надо только найти ее...
...
Гарри подскочил на кровати, грудь тяжело вздымается и слезы наворачиваются на глаза - он знает, что что такое, быть одному, без надежды на лучшее. И слезы текут по щекам, когда вспоминает он свой сон, где два неприкаянных, хоть и могучих духа, бесцельно болтаются между небом и землей.
И когда рыдания захлестывают его, он чувствует прикосновение теплой руки к плечам.
- Спасибо, дитя. Уже потеряла я надежду, что прольют над моими детьми слезы и стало казаться мне, что наказание слишком сурово. Сердце матери отходчиво и страдания детей переживает оно как свои. - мягкий женский голос казалось проникает в самую душу, даря тепло и успокоение. Для Гарри у этой женщины рыжие волосы и зеленые глаза, только на лице морщинки, которых не было у его матери.
- Они... они... найдут? - и столько надежды было в его голосе, что женщина порывисто прижала его к своей груди.
- Уже нашли они... тебя. - Голос ласкал и нежные руки гладили по голове и Гарри первый раз в жизни был не один, а был с Ней, Матерью, пусть это и не Лили.
- Ты плакал за моих детей и вымолил им прощение, скажи, чего ты хочешь? Если это в моих силах, я подарю тебе это...
Гарри опустил глаза, слова не шли с его губ. а потом, будто решившись, он вскинул глаза на Мать.
- Я хочу семью, то чего у меня никогда не было. Но это, наверное, невозможно?! - и хоть в голосе звучал вопрос, столько надежды было в его словах, такая тоска, что руки женщины сжались сильнее.
Слегка отстранившись, она прошеплата:
- Оживить я их не смогу миленький, но... я могу дать тебе другого отца.. живого. есть одна вероятно и в моих силах сделать ее сбывшейся.
Надежда засветилась в глазах паренька, хотя настороженность наконец то тоже стала проснулась в нем.
-Какая вероятность? Я не буду больше Поттером?
- Но у тебя будет живой отец. - мягкая улыбка осветила глаза женщины, а ее рука ласково встрепала его и так взъерошенные локоны.
- Кто? - тело мальчика ощутимо напряглось.
Улыбка женщины стала грустной, в глазах появилось какое-то странное выражение, напоминающее сочувствие
- Кроме Поттера твоя мать любила только одного человека - своего друга детства, товарища по играм и урокам, Северуса Снейпа.
Мальчик замер, а потом безнадежность проявилась во всей его фигурке, казалось разом потерявшей стержень.
- Это невозможно. Профессор ненавидит меня, он никогда не согласится на это...
- Спросим его? - рука Матери ободряюще легла на его плечо.- Если ты хочешь, конечно...
- А можно?!
- Конечно.
***
Профессор Зельеварения Северус Снейп сидел в своих покоях в Хогвартсе. Его положение его устраивало, он был свободен и от Темного лорда и от этого светлого манипулятора, у него есть прекрасное дело, дело всей его жизни - зельеварения, и его наконец то все оставили в покое... Он спокоен и счастлив... Счастлив, он сказал! И ничуть не расстроен, и чай совсем не отдает горечью одиночества, это просто неудачно подобран компонент...
Серверус Снейп сидел в кресле перед камином, с чашкой чая с капелькой меда, зажатой в руках.
Чай остывал, и камин затухал... Совсем как его жизнь. Он не видел пути вперед, не видел цели, его месть свершилась, долги отданы, и жизнь, несмотря на молодой еще возраст, повернула к закату.
Так он и заснул у камина, и снился ему сон, что сидит он в кафе Фортескью, вместе с Лили, они смеются и едят мороженное. и она такая молодая и живая, что хочется закричать: остановись мгновенье, живи, Лили!
За соседним столиком сидят пожилая женщина с пареньком, смутно знакомым, но кто он, Северус определить не может.
Вдруг Лили серьезнеет, и внимательно вглядывается в лицо сидящего напротив мужчины.
- Северус, скажи, только честно, ты бы хотел, чтобы я родила тебе ребенка?
Снейп замер, хватая воздух ртом. и только одна мысль билась в голове: "А как же Поттер?"
- Северус, Поттер здесь не причем. - Лили непривычно пристально смотрела ему в глаза - Скажи, что бы ты сделал, если бы Гарри был твоим сыном? Смог бы ты стать ему семьей? Отцом?
- Что бы я сделал? - выдавил из себя зельевар - высек бы так, чтобы сидеть не смог! Головой думать надо а не с темными Лордами в догонялки играть, учиться, а не в неприятности ввязываться... - зельевар несколько раз вздохнул глубоко, взглянул на озабоченное лицо своей любимой и тихо проговорил - Поседел бы в раньше времени, Лили, - и вдруг почти с улыбкой закончил - Знаешь, Лили, парнишка, хоть и Поттер, получился хороший. - и вдруг почувствовал, как что то отпускает сердце, проходит боль, с которой так сжился, что понял что она была только тогда, когда ее не стало. и лицо Лили расслабилось, задорная улыбка снова вернулась на ее лицо.
- Так проверь! Кто у нас зельевар с большой буквы З?
Вздрогнув, Северус Снейп проснулся в своих подземельях и проклиная свою чересчур бурную фантази и дурацкую надежду, направился в лабораторию.
Через полчаса Зельева сидел за своим рабочим столом, сжимая в руке пробирку по щекам его текли тихие слезы.
- Спасибо, Лили, спасибо - беззвучно шептали его губы а глаза не могла поверить пристально вглядываясь в темно синее зелье родства, доказывающее однозначно, что Гарри - его ребенок, его и Лили.
***
Через несколько лет.
- Пап, а мы пойдем сегодня на выставку магических артефактов?
- Сын, у меня эксперимент..
- Пошли, пап, у меня хорошее предчувствие. Почти такое же как, тогда, как ты пришел за мной, потрясая синей колбочкой - на лице молодого мужчины расплылась счастливая улыбка.
Северус пристально посмотрел на сына - последнее время он был каким то задумчивым и ему никак не удавалось узнать, что с ним происходит. Возможно это шанс.
- Ну хорошо, только заморожу эксперимент...
...
- Здравствуйте, вы пришли посмотреть на мою коллекцию? - Мягкий голос из-за спины заставил бышего упивающегося судорожно схватиться за палочку. Давно никто не мог застать его врасплох.
Резко развернувшись, он утонул в лазоревых глазах, излучающих ласковый свет. Благородный отблеск бронзы в волосах, мягкая улыбка, тонкий стан... она была совершенством для него.
И кому теперь интересно, что у нее было уже несколько седых волосков от непростой жизни, исполосованная шрамами спина и иногда неприятные сны.
Она была его, а он ее, а Гарри обожал своих маленьких братика и сестренку, а они его, старшего брата, на которого всегда можно опереться...
