Пробужденная Глава 1
Неферет
Беспокойное чувство раздражения разбудило Неферет. Но перед тем как покинуть то неясное место между сном и реальностью, она вытянула свои длинные, элегантные пальцы и ощупью нашла Калону. Рука, до которой она дотронулась, была мускулистой. Его кожа была гладкой и сильной и приятной под ее пальцами. Все, что было надо, так это небольшое, легкое прикосновение. Он пошевелился и охотно повернулся к ней.
"Моя Богиня?” Его голос был хриплым от сна и возбуждения.
Он раздражал ее.
Они все раздражали ее, потому что они были не он.
"Оставь меня…Кронос.” Ей пришлось сделать паузу, чтобы порыться в своей памяти и вспомнить его странное, чрезвычайно амбициозное имя.
"Богиня, я сделал что-то, что вам не нравится?”
Неферет взглянула на него. Молодой Воин Сын Эреба полулежал на кровати рядом с ней, его привлекательное лицо открыто, выражение лица наполнены желанием, его бирюзовые глаза также сверкали в полумраке освещенной свечами спальни, как они делали это раньше, днем, когда она наблюдала за его тренировкой во внутреннем дворе замка.
Проблема была в том, что Неферет бывала в постели с бессмертным, поэтому она знала слишком хорошо, насколько не так было с Кроносом на самом деле.
"Дыхание,” сказала Неферет, встречаясь своим широким взглядом с его голубыми глазами.
"Дыхание, Богиня?” Его лоб, украшенный узором из татуировок, на котором изображалось оружие: ядро и булава, но для Неферет все это казалось больше похожим на цветистый фейерверк ко Дню Независимости, сморщился от замешательства.
"Ты спросил у меня, что ты сделал, что не нравится мне, и я сказала тебе: ты дышишь. И слишком рядом со мной. Это не нравится мне. Пора тебе покинуть мою постель.” Неферет вздохнула и слегка ударила его своими пальцами, показывая, что ему пора уходить. "Иди. Сейчас.”
Она почти засмеялась вслух над его нескрываемым видом, выражающим обиду и шок.
Неужели юноша и в правду поверил, что он сможет заменить ее божественного Спутника? Наглость этой мысли наполнила ее гневом.
В углах спальни Неферет тени внутри теней задрожали в предвкушении. Хотя она и не знала о них, она чувствовала их движение. Это радовало ее.
"Кронос, ты был отвлечением, и на короткое время ты удовлетворил меня.” Неферет снова коснулась его, на этот раз не так уже нежно, и ее ногти оставили два одинаковых шрама на его толстом предплечье. Молодой воин не вздрогнул и не отстранился. Вместо этого он затрясся от ее прикосновения, и его дыхание участилось. Неферет улыбнулась. Он знала, что ему нужна боль для того, чтобы испытать желание, в тот самый момент как его глаза встретили ее.
"Я бы принес вам еще большее наслаждение, если бы вы позволили мне,” сказал он.
Неферет улыбнулась. Она медленно вытащила язык, облизнула губы, наблюдая, как он наблюдает за ней. "Возможно в будущем. Возможно. А сейчас я требую, чтобы ты оставил меня и, конечно же, продолжил почитать меня.”
"Если это случится, я смогу показать, насколько сильно мне хочется почитать тебя снова.” Последние слова были сказаны как словесная ласка, и – ошибочно – Кронос дотронулся до нее.
Как будто ему полагалось касаться ее.
Как будто ее желания отвечали на его потребности и желание.
Один небольшой отголосок далекого прошлого Неферет – времени, которое, как она думала, она похоронила вместе со своей человечностью – просочился из ее скрытых воспоминаний. Она почувствовала прикосновение ее отца и даже почувствовала запах его противного отдающего алкоголем дыхания, в то время как ее детство захватило настоящее.
Реакция Неферет была мгновенной. С большой легкостью она подняла руку с предплечья воина и вытянула ее, ладонью наружу, навстречу к ближайшей тени, скрывающейся в углах ее спальни.
Тьма ответила на ее прикосновение даже быстрее, чем Кронос. Она почувствовала ее мертвый холод и порадовалась ощущению, особенно после того, как она убрала всхлынувшие воспоминания. Небрежным движением она швырнула Тьму в Кроноса, сказав при этом, "Если ты желаешь боль, тогда испытай мой ледяной огонь.”
Тьма, которую Неферет отправила к Кроносу, с жадностью пропитывала его молодую, нежную кожу, оставляя красные полоски на предплечье, в том месте, которое совсем недавно ласкала Неферет.
Он застонал, в этот раз больше от страха, чем от страсти.
"Теперь делай то, что я тебе приказала. Оставь меня. И запомни, молодой воин, богиня выбирает, когда, где и как до нее будут прикасаться. Не переступай эту черту больше.”
Прижав к себе кровоточащую руку, Кронос низко поклонился Неферет. "Да, моя Богиня.”
"Какая богиня? Будь точным, Воин! У меня нет никакого желания, чтобы меня называли неоднозначными титулами.”
Его ответ был мгновенным. "Воплощение Никс. Это твой титл, моя Богиня.”
Ее прищуренный взгляд смягчился. Лицо Неферет расслабилось, и на нем появилась маска красоты и тепла. "Очень хорошо, Кронос. Очень хорошо. Видишь, как легко угодить мне?”
Потерявшись в ее изумрудных глазах, Кронос кивнул, затем, прижав правую руку к сердцу, он сказал, "Да, моя Богиня, моя Никс,” и с трепетом вышел из спальни.
Неферт вновь улыбнулась. Было неважно, что на самом деле она не Воплощение Никс. Правда была в том, что Неферет не интересовала роль воплощения богини. "Это означает, что я ниже богини,” сказала она теням, собравшимся вокруг нее. Что было важно, так это власть – и если титул Воплощения Никс делал ее ближе к приобретению власти, особенно среди Сынов Эреба, тогда этим титлом ее и должны были называть. "Но я желаю большего – гораздо большего, чем стоять в тени богини.”
Скоро она будет готова сделать следующий шаг, и Неферет знала, что некоторыми сынами Эреба можно будет манипулировать, и они поддержат ее. Ох, недостаточно конечно, чтобы выиграть сражение, но достаточно, чтобы пошатнуть мораль Воинов и настроить одного брата против другого. Мужчин, подумала она с призрением, так легко одурачить маской красоты и титулом, и так легко использовать это преимущество.
Мысль понравилась ей, но ее не было достаточно, чтобы помешать Неферет беспокойно покинуть постель. Она обернулась шелковой простыней и вышла из своей спальни в коридор. До того как она осознала свои действия, она пошла к лестнице, которая привела ее к внутренней части замка.
Тени внутри теней следовали за Неферет, темные магниты, притянутые ее возрастающим возбуждением. Она знала: они двигались с ней. Она знала, они были опасны и они питались ее беспокойством, ее гневом, ее беспокойным умом. Но как бы странно это не было, их присутствие придавало ей покой.
Она остановилась только один раз, когда спускалась вниз. Почему я иду к нему вновь? Почему я позволила ему вторгнуться в мои мысли сегодня ночью? Неферет покачала головой, как будто пытаясь избавиться от безмолвных слов и произнесла в узкий пустой проход, обращаясь к Тьме, внимательно кружащейся вокруг нее. "Я иду, потому что я хочу это сделать. Калона мой Спутник. Он был ранен прислуживая мне. Вполне естественно, что я думаю о нем.”
С самодовольной улыбкой Неферет продолжила спускаться вниз по винтовой лестнице, легко сдерживая правду: что Калона был ранен, потому что она захватила его, и заставила служить ей.
Она достигла подземелья, сделанного много веков назад из каменистой почвы, которая была на острове Капри у основания замка, и молча спустилась вниз в освещенный факелами проход. Воин Сын Эреба, стоявший на страже около закрытой комнаты, не смог спрятать свое удивление. Улыбка Неферет расширилась. Его потрясенный взгляд с оттенком страха сказал ей, что ей все лучше и лучше удавалась появиться почти из ниоткуда: из тени и темноты. Это подняло ей настроение, но недостаточно, чтобы добавить нежности к улыбке и смягчить нотку жестокости в ее голосе.
"Уйди. Я хочу побыть одна с моим Спутником.”
Сын Эреба засомневался только на секунду, но этой небольшой паузы было достаточно для Неферет, чтобы мысленно отметить про себя, отправить именно этого Воина назад в Венецию через несколько дней. Возможно по причине несчастного случая, связанного с его близкими…
"Жрица, я оставлю вас наедине. Но знайте, что я на расстояние звука вашего голоса и отвечу на ваш зов, как только понадоблюсь вам.” Не встречаясь с ней взглядом, Воин прижал свою руку к сердцу и кивнул – хотя слишком легонько, чтобы удовлетворить ее. Неферет посмотрела, как он спустился вниз по узкому проходу.
"Да,” прошептала она теням. "Я прямо так и чувствую, что что-то неприятное случится с этим парнем.”
Придерживая шелковое покрывало, она повернулась к закрытой деревянной двери. Неферет глубоко вдохнула сырой воздух подземелья. Она отбросила густой локон своих рыжих волос с лица, обнажая свою красоту, как будто готовясь к битве. Неферет взмахнула рукой в сторону двери, и она открылась для нее. Она зашла в комнату.
Калона лежал прямо на земляном полу. Она хотела сделать кровать для него, но ею двигала осмотрительность. На самом деле она не держала его в заточении. Она просто была мудрой. Ему необходимо выполнить ее задание – это было лучше всего для него. Если бы его тело восстановило слишком много своей бессмертной силы, это бы отвлекло его внимание не в лучшую сторону. Особенно после того, как он поклялся стать ее орудием в Потустороннем мире и избавить их от затруднений, которые Зои Редберд создала им в этом времени, в этой реальности.
Неферет подошла к его телу. Ее Спутник лежал на спине, голый, только черные крылья служили ему своеобразным покрывалом. Она мягко опустилась на колени и откинулась назад, наблюдая за ним, на толстой меховой шкуре, которую она приказала расстелить около него для своего удобства. Неферет вздохнула. Она коснулась лица Калоны.
Его плоть была прохладной, как всегда, но безжизненной. Он также никак не реагировал на ее присутствие.
"Что задерживает тебя, моя любовь? Не можешь ли ты избавиться от одного неугомонного ребенка быстрее?”
Неферет снова коснулась его; в этот раз она провела рукой от лица вниз к изгибу его шеи, его груди, и остановила ее на горе его мускулов на животе и талии.
"Помни свою клятву и выполни ее, чтобы я смогла открыть мои объятия и постель для тебя вновь. Кровью и Тьмой ты поклялся не дать Зои Редберд вернуться в ее тело, таким образом уничтожить ее, чтобы я смогла править этим магическим современным миром.” Неферет снова провела рукой по тонкой талии бессмертного, слегка улыбаясь себе. "Ох, и конечно, ты должен быть со мной, когда я буду править.”
Невидимые для дураков Сынов Эреба, которые, как предполагалось, должны были стать шпионами Верховного Совета, черные нити, похожие на паутину, держащие Калону прижатым к земле, трепетали и передвигались, касаясь своими холодными щупальцами руки Неферет. Мгновенно отвлеченная их соблазнительной прохладой, Неферет открыла ладонь Тьме и позволила ей обвить свое запястье, которая слегка врезалась ей в плоть – недостаточно, чтобы причинить ей невыносимую боль – только достаточно для того, чтобы временно удовлетворить ее бесконечную жажду крови.
Помни ты поклялась…
Слова кружились вокруг нее, как зимней ветер среди обнаженных ветвей.
Неферет нахмурилась. Ей не надо было напоминать. Конечно, она помнила о своей клятве. В обмен на то, что Тьма выполнила ее просьбу – сдерживала тело Калоны и заставила его душу отправиться в Потусторонний мир – она согласилась пожертвовать жизнью невинного, которого не смогла коснуться Тьма.
Клятва останется. Сделка состоится, даже если Калона не справится, Тси Сгили…
Вновь слова кружились вокруг нее.
"Калона не провалится!” закричала Неферет, полностью возмущенная тем, что даже Тьма осмелилась наказать ее. "А если он и провалится, я связала его дух с моим и буду командовать им до тех пор, пока он бессмертен, поэтому даже в случае поражения, победа за мной. Но он не провалится.” Она повторила слова, медленно и отчетливо, беря под контроль свои эмоции.
Тьма облизала ее ладонь. Боль, хотя она и была легкой, нравилась ей, и она с нежностью смотрела на щупальца, как будто они были всего лишь встревоженными котятами, ищущими ее внимания.
"Дорогие, будьте терпеливыми. Его миссия не закончена. Мой Калона еще всего лишь оболочка. Я могу только предположить, Зои вянет в Потустороннем мире – не полностью живая, и к несчастью, еще не мертвая.”
Нити, державшие ее запястье пошевелились, и на некоторое мгновение Неферет подумала, что слышит издевательский смех вдалеке.
У нее не было времени, чтобы подумать о значении такого звука – неважно реальный он был или просто частью расширяющегося мира Тьмы и силы, который поглощал все больше и больше того, что она, когда-то знала как реальность – потому что в этот момент захваченное тело Калоны нервно вздрогнуло и он сделал глубокий судорожный вдох.
Ее взгляд тут же переместился на его лицо, поэтому она увидела, как с ужасом открылись его глаза, хотя они были всего лишь пустыми, кровяными впадинами.
"Калона! Моя любовь!” Неферет на коленях наклонилась к нему, ее руки трепетали вокруг его лица.
Тьма, гладившая ее запястья, запульсировала от внезапного толчка силы, заставив ее вздрогнуть, перед тем как они оторвались от ее тела и присоединились к тысячи липких щупалец, которые наподобие паутины обвивали и пульсировали на каменном потолке подземелья.
До того, как Неферет смогла приказать щупальцам вернуться к ней – потребовать объяснение за такое странное поведение – ослепительная вспышка света, такая яркая и сияющая, что ей пришлось закрыть глаза, спустилась с потолка.
Паутина Тьмы поймала ее, прорываясь через свет с нечеловеческой остротой и захватывая его.
Рот Калоны открылся в беззвучном крике.
"Что это? Я требую знать, что происходит!” закричала Неферет.
Твой Спутник вернулся, Тси Сгили.
Неферет уставилась на круг заключенного света, который кружился в воздухе, издавая ужасное шипение, Тьма вливала душу Калоны через впадины его глаз назад в его тело.
Крылатый бессмертный корчился от боли. Его руки поднялись вверх и закрывали лицо, он тяжело и с усилием дышал.
"Калона! Мой Спутник!” Также как она делала, когда была молодым целителем, Неферет двигалась автоматически. Она положила ладони на руки Калоны, быстро и действенно уравновесила себя, и сказала, "Успокой его…сними его боль…сделай его агонию похожей на красное солнце, садящееся за горизонт – уходящее быстро с ожидающего ночного неба.”
Конвульсии, в которых билось тело Калоны, почти сразу же стали уменьшаться. Крылатый бессмертный глубоко вздохнул. Хотя его руки тряслись, он сильно сжал руки Неферет, убирая их с его лица. Затем, открыл глаза. Они были насыщенного янтарного цвета виски, чистые и четкие. Он был снова сам собой.
"Ты вернулся ко мне!” На мгновенье Неферет почувствовала облегчение от того, что он проснулся и был в сознании, она почти рыдала. "Твоя миссия закончена.” Неферет оттолкнула щупальца, которые упрямо держали тело Калоны, хмурясь из-за того, что они неохотно отпускали ее любовника.
"Подними меня с земли.” Его голос был сиплым от молчания, но его слова были понятными. "В небо. Мне нужно увидеть небо.”
"Да, конечно, любовь моя.” Неферет махнула двери и она открылась. "Воин! Мой Спутник проснулся. Помоги ему подняться на крышу замка!”
Сын Эреба, который недавно ее разозлил, подчинился ее команде без вопросов, хотя Неферет заметила, что он был шокирован внезапным воскрешением Калоны.
Подожди пока ты все узнаешь. Неферет пронзила его надменной самодовольной улыбкой. Очень скоро ты и другие Воины будут выполнять мои приказы – или вы умрете. Мысль понравилась ей, когда она шла за двумя мужчинами, поднимающимися вверх в крепости Капри, вверх и вверх пока, наконец, они не достигли длинной каменной площадке на крыше.
ыло уже за полночь. Луна висела над горизонтом, желтая и тяжелая, хотя и неполная.
"Доведите его до скамейки и затем оставьте нас.” приказала Неферет, указывая на украшенную мраморную скамейку, находящуюся на краю крыши замка, с которой открывался по-настоящему замечательный вид на сверкающее Средиземное море. Но Неферет не интересовала окружающая ее красота.
Она махнула Воину, убирая его из своего сознания, хотя и знала, что он оповестит Верховный Совет о том, что душа ее Спутника вернулась к его телу.
Сейчас это не имело значения. Это можно решить позже.
Только две вещи имели значения сейчас: Калона вернулся к ней, и Зои Редберд была мертва.
Пробужденная Глава 2
Неферет
«Говори со мной. Расскажи мне все, медленно и ясно. Я хочу насладиться каждым словом». Неферет подошла к Калоне, становясь перед ним на колени, гладя его темные, мягкие крылья, что раскрылись вокруг бессмертного, который сидел на лавке, подняв лицо к ночному небу, и его бронзовое тело купалось в золотистом сиянии луны. Неферет пыталась удержать дрожь в себе в ожидании его касания – возвращения этой холодной страсти, его леденящей жары.
«Что ты хочешь, чтобы я сказал?» Калона избегал ее взгляда. Вместо этого он обратил свое лицо к небу, как будто мог испить небеса над ним. Его вопрос отрезвил Неферет. Страсть утихла, а рука перестала гладить крыло.
«Я хочу, чтобы ты посвятил меня во все детали нашей победы, и мы сможем насладиться ею с тобой вместе». Неферет говорила медленно, думая о том, что, возможно, его сознание все еще было немного запутано из-за недавнего перемещения его души.
«Наша победа?» - спросил Калона. Зеленые глаза Неферет сузились.
«Да. Ты мой Супруг. Твоя победа – это моя победа, а моя – твоя».
«Твоя доброта почти божественна. Ты стала богиней, пока меня не было?»
Неферет рассмотрела его поближе. Калона все еще не смотрел на нее; его голос был бесцветным. Был ли он дерзким? Неферет не обратила внимания на его вопрос, хотя продолжала пристально смотреть.
«Что произошло в Потустороннем мире? Как умерла Зои?»
Она осознала, что он собирался сказать, в то самоемгновение, когда его янтарные глаза наконец встретились с ее взглядом, Неферет по-детски закрыла уши и начала трясти головой, пока Калона произносил слова, словно меч пронзающие ее душу.
«Зои Редберд не мертва».
Неферет стояла, сильно прижав руки к ушам. Она прошла несколько шагов к Калоне, слепо уставившись на жидкий сапфир ночного неба. Неферет вздохнула, медленно, осторожно, пытаясь контролировать бурлящие в ней эмоции. Когда же все-таки она поняла, что нужно сделать, то, без всякой злости, начала говорить.
«Почему? Почему ты не выполнил свое задание?»
«Оно было твоим, Неферет. Не моим. Ты заставила меня вернуться в мир, из которого я был изгнан. То, что случилось, было предсказуемо. Друзья Зои соединились, чтобы помочь ей. С их помощью Зои сумела излечить свою разбитую душу и снова найти себя».
«Почему ты дал этому случиться?» Ее голос был безжизненным. Неферет смогла только мельком взглянуть на Калону.
«Никс».
Неферет услышала имя, сорвавшееся с его губ, как будто он произносил молитву, -- мягко, низко, трепетно. Ревность закипала в ней.
«И причем тут богиня?» Неферет почти прошипела свой вопрос.
«Она вмешалась».
«Что она сделала?» Неферет ходила кругами. Недоверие, смешанное со страхом, сделали ее слова шипящими, непонятными.
«Ты думаешь, что я поверю в то, что Никс вмешивается в дела смертных?»
«Нет», - устало сказал Калона. «Она не вмешивается; она вмешалась, но только тогда, когда Зои сама себя исцелила. Никс благословила ее за это. Это благословение было частью спасения ее и ее Воина».
«Зои жива». Голос Неферет был ровным, холодным, безжизненным.
«Жива».
«Тогда ты должен отдать свою бессмертную душу мне в рабство». Она развернулась и направилась к выходу с крыши.
«Куда ты идешь? Что ты собираешься делать?»
Испытывая отвращение к слабости, прозвучавшей в его голосе, Неферет повернулась к Калоне. Она гордо выпрямилась и протянула свои руки так, что клейкие нити, пульсирующие вокруг нее, свободно и нежно заструились по ее коже.
«Что я буду делать? Все просто. Я побеспокоюсь о том, чтобы Зои вернулась в Оклахому, и там, я своими силами закончу задание, которое ты провалил».
Бессмертный спросил удаляющуюся Неферет:
«А что со мной?»
Неферет остановилась и оглянулась через плечо.
«Ты тоже вернешься в Талсу, но отдельно от меня. Ты мне нужен, но ты не можешь быть со мной в открытую. Разве ты не помнишь, любовь моя, что ты убийца? Кровь Хита Лака на твоих руках».
«На наших руках», - сказал Калона.
Неферет мягко улыбнулась.
«Но не для Высшего Совета».
Она встретилась с ним взглядом.
«Вот что должно произойти. Ты должен быстро вернуть свою силу. До завтрашнего заката я должна доложить Высшему Совету о том, что твоя душа вернулась в тело, и что ты признался мне в убийстве человеческого парня, потому что думал, что его ненависть – угроза для меня. Я скажу им, что ты верил, что защищаешь меня, и поэтому твое наказание будет мягким. Ты всего лишь получишь сто ударов плетьми, а потом будешь отлучен от меня на одно столетие».
Калона не хотел сидеть. Неферет была рада увидеть вспышку гнева в его янтарных глазах.
«Ты думаешь, что сможешь протянуть без моих прикосновений целый век?»
«Конечно же, нет. Я милостиво позволю тебе вернуться ко мне, как только заживут твои раны. До этого момента мы все еще будем вместе, только не у всех на глазах».
Калона поднял брови. Неферет подумала, каким дерзким он выглядит, даже ослабленный и побежденный.
«И как долго, по-твоему, я должен буду прятаться в тени, притворяясь, что залечиваю несуществующие раны?»
«Я предполагаю, что тебя не будет рядом со мной до тех пор, пока ты не оправишься от своих ран»,
Быстрым, точным движением Неферет поднесла свое запястье к губам, мгновенно нарисовав круг крови. Затем она взмахнула поднятой рукой, рассекая воздух, в то время как липкие нити Тьмы жадно скользили вокруг ее запястий, потянувшись к крови, словно пиявки. Неферет сжала зубы, заставляя себя остаться непоколебимой даже тогда, когда острые щупальца резали ее снова и снова. Когда они показались достаточно раздувшимися, Неферет тихо заговорила.
«Вы взяли свою плату. Теперь вы должны исполнить мой приказ».
Она оторвалась от пульсирующих нитей Тьмы и посмотрела на своего бессмертного возлюбленного.
«Хорошенько его накажите. Ударьте сто раз».
Неферет швырнула Тьму в Калону. Ослабевший бессмертный смог только раскрыть крылья и прыгнуть в конец крыши замка. Острые как бритва нити словили его на середине. Они обвились вокруг его чувствительных крыльев и добрались до позвоночника. Вместо прыжка с крыши Калона был пойман в ловушку, прибит к каменным перилам балюстрады, в то время как Тьма медленно, но верно секла его голую спину. Неферет смотрела до того момента, пока гордая, красивая голова Калоны не склонилась в поражении, а его тело не стала конвульсивно дергаться с каждым режущим ударом.
«Не сильно испортьте его тело. Я еще собираюсь насладиться красотой его кожи», - сказала Неферет перед тем, как отвернуться от Калоны и уйти с залитой кровью крыши.
«Похоже, что я все должна делать сама, а так много нужно сделать…так много нужно сделать…», - прошептала Неферет Тьме, обвившейся вокруг ее лодыжек. Ей показалось, что она увидела очертания большого быка, смотревшего на нее с одобрением и удовольствием, в своей тени.
Неферет улыбнулась.
Пробужденная Глава 3
Зои
В тысячный раз я подумала о том, каким удивительным местом был тронный зал Ских. Она была древней королевой вампиров, Великой Охотницей за Головами, супер-могущественной и окруженной своими личными воинами, которых называли Хранителями. Черт возьми, много лет назад она даже сразилась с Верховным Советом Вампиров и выиграла, но ее замык не был мерзкой-с-удобствами-на-улице-средневековой-версии-боевого-форта (гадость какая). Замок Ских был крепостью, но он был - как говорят здесь, в Шотландии - шикарным замком. Клянусь, вид из любого выходящего на море окна, но особенно из ее тронного зала, был настолько невероятным, что было похоже, будто вы видите это на HD-телевизоре, а не прямо перед вами, в реальной жизни.
«Здесь так красиво». Ладно, возможно было не самой хорошей идеей разговаривать с самой собой, особенно так скоро после того, как я, ну, своего рода сошла с ума будучи в Потустороннем мире. Я вздохнула и пожала плечами. «Какая разница. Налы со мной нет, Старк еще не пришел в себя, Афродита с Дарием занимаются чем-то, о чем я бы предпочла не догадываться, а Ских делает всякие магические штучки или задает жару в супергеройских тренировках с Шорасом, так что, кажется, единственным для меня вариантом остается разговор с самой собой».
«Я просто проверяла свою электронную почту – ничего магического или суперкрутого»
Думаю, она должна была заставить меня подпрыгнуть. Я имею в виду, королева, казалось, материализовалась из воздуха прямо рядом со мной, но я полагаю, что, пока я была в Потустороннем Мире с разбитой душой и немного съехавшей крышей, я научилась удивительной выдержке. Кроме того, я почувствовал странную связь с этой королевой вампиров. Да, она была впечатляющей и обладала сумасшедшими полномочиями, и все такое, но в течение нескольких недель после нашего со Старком возвращения, мы с ней постоянно были вместе. В то время как Афродита и Дарий были заняты друг другом, постоянно целовались как влюбленные голубки и гуляли по пляжу, держась за руки, пока Старк все спал и спал и спал, Ских и я проводили время вместе. Иногда мы разговаривали, иногда нет. Она была, как я это решила для себя несколько дней назад, самой крутой женщиной среди всех вампиров и обычных людей, которых я когда-либо встречала.
«Вы шутите, да? Вы древняя королева воинов, которая живет в замке на острове, куда никто не может добраться без вашего позволения, и вы проверяете электронную почту? Звучит как нечто магическое для меня»
Ских рассмеялась: «Наука часто представляется скорее загадочной, чем магической, или, по крайней мере, я всегда так думала. Кстати, я тут думала о том, как странно, что дневной свет оказывает настолько ослабляющее действие на твоего Хранителя».
«Дело не только в Старке. Я имею в виду, ему стало хуже с некоторых пор, потому что, ну, потому что он ранен», - я запнулась, не желая признавать, как тяжело было видеть моего воина и хранителя в таком состоянии. «Это действительно не является нормальным для него. Он, как правило, остается в сознании в течение дня, даже несмотря на то, что он не переносит прямых солнечных лучей. И это касается всех красных вампиров и недолеток. Солнце сжигает их».
«Что же, юная королева, это может быть явным недостатком, что твой Хранитель не может защитить тебя в течение светового дня».
Я пожала плечами, хотя от ее слов по моей спине пробежала дрожь, похожая на предчувствие. «Да, это так, но за последнее время я научилась заботиться о себе сама. Я думаю, что несколько часов в день смогу справиться и одна», - сказала я с резкостью, что удивило даже меня.
Взгляд янтарно-зеленых глаз Ских встретился с моим «Не допускай, чтобы она сделала тебя ожесточенной».
«Она?»
«Тьма и борьба с ней»
«Разве я не должна быть ожесточенной, чтобы бороться?»
Она покачала головой и ускользающий луч заходящего солнца заблестел в прядках ее седеющих волос, как будто корица и золото смешались вместе. «Нет, ты должна быть сильной. Ты должна быть мудрой. Ты должна знать себя и доверять только тем, кто этого достоин. Если ты позволишь битве против тьмы ожесточить тебя, ты потеряешь все шансы».
Я отвела взгляд в сторону, на серо-голубые воды, которые окружали остров Скай. Солнце садилось в океан, отражая нежные розовые и коралловые оттенки темнеющего неба. Эта красивая и мирная картина смотрелась совершенно нормально. Находясь здесь, трудно было представить себе, что за пределами этого существует зло и Тьма и смерть.
Но Тьма существовал там, вероятно, умноженная в миллиарды раз. Калона не убил меня, и это действительно, на самом деле должно было очень сильно взбесить Неферет. Только лишь мысль о том, что это означало, что я собиралась иметь дело с ней и с Калоной, и всеми ужасными вещами, которые их сопровождали, заставила меня почувствовать себя невероятно уставшей.
Я отвернулась от окна, расправила плечи, и посмотрела на Ских «Что, если я не хочу больше бороться? Что, если я хочу остаться здесь, по крайней мере, на некоторое время? Старк сам не свой. Ему нужно отдохнуть и поправиться. Я уже отправила это сообщение о Калоне в Верховный Совет. Они знают, что он убил Хита, а затем пришел за мной, и что Неферет тоже участвовала во всем этом, став союзницей Тьмы. Высший совет может разобраться с Неферет. Черт возьми, взрослые должны справиться с ней и тем мерзким злом, которое она пытается превратить в жизнь»
Ских ничего не сказала, поэтому я перевела дух и продолжила: «Я ребенок. Мне семнадцать. Я не шарю в геометрии. Мой испанский отстой. Я даже еще не могу проголосовать. Борьба со злом – не моя ответственность, мне бы школу окончить и, надеюсь, пройти Превращение. Моя душа была разрушена и мой парень был убит. Разве я не заслуживаю перерыв? Совсем небольшой?»
Совершенно удивив меня, Ских улыбнулась и сказала: «Да, Зоя, я полагаю, ты заслуживаешь».
«Вы хотите сказать, я могу здесь остаться?»
«Столько, сколько пожелаешь. Я знаю, что это значит, когда на тебя слишком сильно давит весь мир. Сюда же, как ты и сказала, мир допускается только с моего разрешения, и в большинстве случаев я говорю ему держаться подальше»
«А что же делать с борьбой против Тьмы и зла и тому подобное?»
«Это никуда не денется и подождет до твоего возвращения»
«Ух ты. Серьезно?»
«Серьезно. Оставайся здесь, на моем острове, до тех пор пока твоя душа по-настоящему не отдохнет и восстановиться, и когда твоя совесть скажет тебе, что пора вернуться в твой мир и твою жизнь там»
Я проигнорировала внезапную боль на слове совесть. «Старк тоже может остаться, не так ли?»
«Конечно. Хранитель всегда должен быть рядом со своей Королевой».
«Кстати о Хранителях», - проговорила я быстро, обрадовавшись возможности увести разговор от вопросов совести и борьбы со злом, «Как долго Шорас является Вашим Хранителем?»
Взгляд королевы смягчился и ее улыбка стала милее, теплее, и даже еще красивее. «Шорас принес присягу мне клятвой Хранителя более пятисот лет назад»
«Святые небеса! Пятьсот лет? Сколько же Вам лет?»
Ских засмеялась. «В определенный момент времени возраст перестает иметь значение, ты так не думаешь?»
«И спрашивать у дамы о ее возрасте невежливо»
Даже если бы он ничего не сказал, я знала, что в комнату вошел Шорас. Лицо Ских менялось, когда он был рядом. Это было подобно тому, как будто он щелкнул переключатель, и внутри нее появилось какое-то мягкое и теплое свечение. И когда он смотрел на нее, лишь короткое мгновение, он не выглядел таким грубым и закаленным в боях и похожим на «я лучше надеру тебе задницу, чем заговорю с тобой».
Королева рассмеялась и дотронулась до руки своего Хранителя интимным прикосновением, которое дало мне надежду, что Старк и я сможем найти маленький кусочек того, что есть между ними двумя. И если он будет называть меня своей девочкой после пятисот лет, то это было бы здорово, тоже.
Хит называл бы меня своей девочкой. Ну или как-то так. Или просто Зо – навсегда только своей Зо.
Но Хит был мертв, и он никогда не вернется, и он больше никогда не назовет меня как бы то ни было.
«Он ожидает тебя, юная Королева»
Я в шоке уставилась на Шораса «Хит?»
Взгляд Воина был мудрым и понимающим, а голос мягким. «Да, твой Хит возможно ждет тебя где-нибудь, в будущем, но я говорил сейчас о твоем Хранителе»
«Старк» О, Боже, он проснулся». Я знаю, что в моем голосе звучали нотки вины. Я не собиралась продолжать все время думать о Хите, но было тяжело совсем не думать. Он был частью моей жизни с 9 лет, и всего несколько недель прошло с его смерти. Я мысленно встряхнулась, быстро поклонилась Ских, и направилась к двери.
«Он не в вашей комнате» - сказал Шорас. «Он возле рощи. Он попросил, чтобы вы встретились с ним там».
«Он на улице?» Я остановилась в удивлении. С тех пор как Старк вернулся из Потустороннего Мира, он был слишком слаб и сам не свой, чтобы заниматься чем-то большим, чем есть, спать, и играть в компьютерные игры с Шорасом, что на самом-то деле выглядело супер-странным – все равно что старшеклассники только распробовали Храброе сердце и Зов долга.
«Да, перестал как девчонка волноваться о своем внешнем виде, и снова начал вести себя как настоящий Хранитель»
Я прижала кулак к бедру, и сузила глаза, глядя на старого воина. «Он чуть не умер. Вы изрезали его на кусочки. Он был в Потустороннем мире. Дайте ему немного отдохнуть. Вот черт!»
«Да, ну он же не умер на самом деле, не так ли?»
Я закатила глаза «Вы сказали, он в роще?»
«Да».
«Клево-плево»
Когда я перешагнула порог, меня догнал голос Ских «Возьми с собой этот прекрасный шарф, который ты купила в деревне. Сегодня холодный вечер».
Я подумала, что это был своего рода странным для Ских говорить такое. Я имею в виду, да, на острове Скай было холодно (и чаще всего влажно), но недолетки и вампиры не чувствуют изменений погоды так как люди. Но неважно. Когда королева воинов говорит вам что-то сделать, то лучше это сделать. Так что я свернула к огромной комнате, в которую нас поселили со Старком, и схватила шарф, который свешивался с балдахина кровати. Шарф из кашемира был кремового цвета, с вплетенными золотистыми нитками, и я подумала, что он, наверное, выглядел красивее на фоне алых занавесок постели, чем на моей шее.
Я остановилась на секунду, посмотрев на кровать, которую я делила со Старком последние недели. Я сворачивалась клубком около него, держала его руку, и клала голову ему на плечо, наблюдая за ним спящим. И это было все. Он даже не пытался подразнить меня о поцелуях с ним.
Черт! Он был тяжело ранен!
Я мысленно съежилась, вспомнив, сколько раз он страдал из-за меня: стрела почти убила его, потому что он принял удар, предназначенный для меня; его разрезали на кусочки, и затем разрушила часть его, чтобы дать пройти в Потусторонний мир и присоединиться ко мне; он был смертельно ранен Калоной, потому что верил, что это был единственный способ достучаться до того, что было разрушено внутри меня.
Но я спасла его тоже, напомнила я себе. Старк был прав – наблюдая за тем, как Калона издевается над ним, я взяла себя в руки, и из-за этого Никс заставила Калону вдохнуть частичку бессмертия в тело Старка, вернув его к жизни и отплатив долг, который он мне был должен, убив Хита.
Я шла по красиво украшенному замку, кивая Воинам, которые кланялись мне с уважением, и думала о Старке, автоматически ускоряя шаг. Что он думал, вытаскивая себя наружу, после того через что он прошел?
Черт возьми, я не знала, что он думал. Он изменился с нашего возвращения.
Ну, конечно он был другим, говорила я себе сурово, чувствуя себя жалкой дурой. Мой Воин проделал путешествие в Потусторонний мир, умер, был воскрешен бессмертным, и затем вернулся в ослабленное и израненное тело.
Но до этого. До того как мы вернулись в реальный мир, что-то произошло между нами. Что-то изменилось для нас. Или, по крайней мере, я так думала. Мы были очень близки в Потустороннем мире. То, что он пил мою кровь стало невероятным опытом. Это было больше, чем секс. Да, было здорово. Очень, очень хорошо. Это излечило его, дало ему сил, и – каким-то образом – это скрепило то, что было сломано внутри меня, позволив моим татуировкам вернуться.
И это новая близость со Старком сделала боль от потери Хита сносной.
Итак, почему я чувствовала себя такой подавленной? Что было не так со мной?
Какашки собачьи! Я не знала.
Мама знала бы. Я подумала о маме и почувствовала неожиданное и ужасное одиночество. Да, она запуталась и по сути выбрала нового мужа, а не меня, но она все еще была моей мамой. Я скучаю по ней, признал маленький голос в моей голове. Затем я покачала головой. Нет. У меня все еще была «мама». Моя бабушка была ей и даже больше для меня.
«Это по Бабушке, вот по кому я скучаю». И затем, конечно, я почувствовала вину, потому что я даже не позвонила ей после моего возвращения. Хорошо, конечно, я знала, что Бабушка почувствует, что моя душа вернулась – что я была в безопасности. У нее всегда была отличная интуиция, особенно когда дело касалось меня. Но я должна была позвонить ей.
Чувствуя настоящее разочарование в самой себе и грусть, я зажевала губу и обвернула кашемировый шарф вокруг своей шеи, придерживая за концы и шагая через навесной мост. Холодный ветер кружил вокруг меня. Воины зажигали факелы, и я приветствовала парней, которые кланялись мне. Я пыталась не смотреть на жуткие, посаженные на кол черепа, обрамляющие факелы. Серьезно. Черепа. Как у настоящих мертвецов. Ну, они были все старыми и скукоженными и большей степенью полыми, но все еще, отвратительными.
Продолжая отводить глаза, я пошла по поднимающейся тропинке через болотистую местность, которая окружала полевые стороны замка. Когда я добралась до узкой дорожки. Я повернула налево. Священная Роща начиналась недалеко от замка, и казалось бесконечно тянулась на длинное расстояние на другой стороне улицы. Я знала, где она была, не потому что я помнила, как меня несли, похожую на труп, через эту рощу к Ских. Я знала, где она, потому что последние недели, в то время как Старк выздоравливал, я чувствовала, что меня тянуло к роще. Когда я не была с Королевой, или Афродитой, или со Старком, проверяя его состояние, я долго гуляла по ней.
Она напоминала мне Потусторонний мир, и тот факт, что это воспоминание одновременно и успокаивало и наводило на меня ужас, пугал меня.
Все равно, я ходила в Священную Рощу, или как Шорас называл ее, Кроабх, но я всегда приходила туда в дневные часы. Никогда после заката. Никогда ночью.
Я шла вдоль дороги. Факелы тянулись вдоль улицы. Они отбрасывали на края рощи мерцающие тени, предоставляя достаточно света, чтобы я смогла различить мшистый, магический мир за границами многолетних деревьев. Роща выглядела иначе без солнца, создавая живой навес из ветвей. Она не была больше знакомой, и я почувствовала покалывание по коже, как будто мои чувства накалились.
Мои глаза устремились к теням в роще. Были ли они чернее, чем должны быть? Было ли там что-то неспокойное, выглядывающее оттуда? Я вздрогнула, и именно в этот момент движение внизу улицы попало в мое боковое зрение. Мое сердце бешено билось в груди, пока я вглядывалась перед собой, полуожидая крылья и холод, зло и безумие…
Вместо этого то, что я увидела, заставило мое сердце бешено забиться по другой причине.
Там был Старк, он стоял перед двумя деревьями, которые свивались и образовывали одно. Сплетенные ветви деревьев были украшены полосками ткани связанных вместе – некоторые были яркими, некоторые были потертыми и выцветшими и изорванными. Это была земная версия висячего дерева, стоявшего перед рощей Никс в Потустороннем мире, но только то, что это было в «настоящем» мире, не означало, что оно было менее зрелищным. Особенно, когда парень, стоявший перед ним, и смотрящий вверх на его ветви, был одет в шотландку клана МакУаллис земляного цвета, в традиционную одежду Воинов, дополненную кинжалом и спорраном и всевозможной сексуальной кожаной с металлическими клепками амуницией (как сказал бы Дэмьен).
Я уставилась на него, как будто не видела его много лет. Старк выглядел сильным и здоровым и совершенно неотразимым. Я отвлеклась, думая о том, что шотландцы носят или не носят под этими кильтами, когда он повернулся ко мне.
Его улыбка зажглась в его глазах. «Я могу практически слышать твои мысли».
Мои щеки сразу же покраснели, принимая во внимания тот факт, что у Старка была способность чувствовать мои эмоции. «Подразумевается, что ты будешь слушать, только если я нахожусь в опасности».
Его ухмылка стала дерзкой и его глаза по-мальчишески засверкали. «"Тогда не думай так громко. Но ты права. Я не должен был подслушивать, потому что то, что я получил от тебя, было совершенной противоположностью того, что я назвал бы опасностью».
«Наглец», сказала я, но не могла не улыбнуться в ответ.
«Угу, это я, но я твой наглец».
Старк протянул свою руку ко мне, и я подошла к нему, наши пальцы переплелись. Его касание было теплым – его руки – сильными и прочными. Находясь так близко с ним, я могла видеть, что у него все еще были круги под глазами, но он уже не был таким мертвенно бледным. «Ты снова стал самим собой!»
«Да, у меня это заняло некоторое время; мои сны были странными – не такими спокойными, как должны были быть, но сегодня как будто переключатель сработал внутри меня и я полностью перезарядился».
«Я рада. Я так беспокоилась о тебе». Сказав это, я поняла насколько правдивым это было, и я сказала, не подумав, «Я тоже скучала по тебе».
Он сжал мою руку и придал меня ближе к себе. Вся его дерзость испарилась. «Я знаю. Ты чувствовала себя отдаленной и испуганной. Из-за чего это?»
Я начала говорить ему, что он ошибается – что я только давала ему пространство для выздоровления, но все слова, которые сформировались и просочились из моих уст были более честными. «Ты был сильно ранен из-за меня».
«Не из-за тебя, Зет. Я был ранен, потому что это то, что Тьма сделала – она пытается разрушить тех из нас, кто сражается за Свет».
«Да, хорошо, я бы хотела, чтобы Тьма выбрала кого-то другого на некоторое время и позволила тебе передохнуть».
Он толкнул меня своим плечом. «Я знал, во что ввязываюсь, когда я поклялся тебе. Для меня это было круто – для меня это круто и сейчас – и будет круто даже через 50 лет. И, Зет, это не заставляет меня звучать очень мужественным и похожим на Воина, когда ты говоришь, что Тьма ‘цепляется’ ко мне».
«Послушай, я серьезно. Ты хочешь знать, что со мной происходит, хорошо, я беспокоилась, что тебя слишком сильно ранили в этот раз». Я колебалась, сдерживая неожиданные слезы, когда я наконец поняла. «Так сильно, что ты не поправишься. И затем ты бы тоже оставил меня».
Присутствие Хита было таким ощутимым здесь между нами, что я почти ожидала увидеть его, выходящим из рощи и говорящим Привет, Зо. Не плачь. Ты слишком много хлюпаешь, когда плачешь. И конечно, от этой мысли мне стало еще сложнее не разрыдаться.
«Послушай меня, Зои. Я твой Хранитель. Ты моя королева; это больше, чем Верховная Жрица, поэтому наша связь еще сильнее, чем обычная связь Воина, давшего присягу».
Я с усилием моргнула. «Это хорошо, потому что мне кажется, плохие вещи пытаются разлучить меня со всеми, кого я люблю».
«Ничто никогда не разлучить меня с тобой, Зет. Я поклялся в этом». Он улыбнулся, и в его глазах была такая уверенность и доверие и любовь, что он заставил меня задержать дыхание. «Ты никогда не избавишься от меня, моя банн ри».
«Хорошо», сказала я мягко, кладя голову ему на плечо, в то время как он сильнее обнял меня. «Я устала от всех вещей, связанных с расставанием».
Он поцеловал меня в лоб, пробормотав «Да, я тоже».
«На самом деле, я думаю, правда в том, что я устала. Точка. Мне тоже нужна перезарядка». Я посмотрела вверх на него. «Ты не против, если мы останемся здесь? Я – Я просто не хочу уезжать и возвращаться к… к…» Я колебалась, неуверенная как передать чувства словами.
«Ко всему – хорошему и плохому. Я знаю, что ты имеешь ввиду», сказал мой Хранитель. «Ских не против?»
«Она сказала, мы можем оставаться так долго, как позволяет мне моя совесть», сказала я, слегка улыбаясь. «И прямо сейчас моя совесть позволяет мне».
«Звучит отлично для меня. Я не спешу возвращаться ко всей драме связанной с Неферет и к тому, что ожидает нас».
«Итак мы остаемся на некоторое время?»
Старк обнял меня. «Мы останемся до тех пор пока ты не скажешь, что мы уходим».
Я закрыла глаза и удобно устроилась в объятиях Старка, чувствуя как будто с меня сняли огромный груз. Когда он спросил, «Эй, ты сделаешь кое-то со мной?» мой ответ был мгновенным и легким: «Угу, все, что угодно».
Я смогла почувствовать, как он захихикал. «Этот ответ заставляет меня изменить то, что я собирался попросить тебя сделать».
«Не это все, что угодно». Я легонько толкнула его, даже хотя я чувствовала облегчение от того, что Старк вел себя определенно как Старк снова.
«Нет?» Его взгляд переместился с моих глаз на мои губы, и он вскоре выглядел уже менее дерзким и более голодным – и этот взгляд заставил мой желудок сжаться. Затем он наклонился и поцеловал меня, крепко и долго, и полностью захватил мое дыхание. «Ты уверена, что не имела ввиду это все, что угодно?» спросил он, его голос был более низким и грубоватым, чем обычно.
«Нет. Да.»
Он усмехнулся. «Так что же?»
«Я не знаю. Я не могу думать, когда ты меня так целуешь», сказала я ему честно.
«Тогда мне придется целовать тебя так чаще», сказал он.
«Хорошо», сказала я, чувствуя головокружение и слабость в коленях.
«Хорошо», повторил он. «Но позже. Прямо сейчас я собираюсь показать тебе, какой я сильный Хранитель и придержаться первоначального вопроса, который я собирался задать тебя». Он опустил руку в кожаный мешочек, который был пристегнут ремнями на теле и вытащил длинную, узкую ленту из шотландки МакУаллисов, и поднял ее так, чтобы она мягко покачивалась на ветру. «Зои Редберд, свяжешь ли ты свои желания и мечты о будущем со мной в узел на висячем дереве?»
Я колебалась только секунду – достаточно долго, чтобы ощутить острую боль из-за отсутствия Хита, отсутствия нити будущего, которого никогда не будет – и затем я стряхнула слезы с глаз и ответила своему Хранителю Воину.
«Да, Старк, я свяжу свои желания и мечты о будущем с тобой».
Пробужденная Глава 4
Зои
«Что я должна сделать со своим кашемировым шарфом?»
«Оторви от него полоску, » сказал Старк.
«Ты серьезно?»
«Да, мне так сказал Шорас. При этом он еще добавил пару остроумных комментариев о моем образовании, которое, к сожалению, отсутствует, и о том, что я не смогу отличить свой зад от уха или локтя, а также он меня назвал «кончитой » и я ни черта не знаю, что это значит».
«Кончита? Это имя девушки?»
«Я так не думаю…»
Старк и я кивнули головой, что означало полное согласие относительно нашего общего мнения о Шорасе и его странностях.
«В любом случае», продолжил Старк, «он сказал, что куски ткани должны быть от чего-то, принадлежащего мне, и чего-то, принадлежащего тебе, и это должно быть что-то особенное для каждого из нас». Он улыбнулся и потянул мой мерцающий, дорогой, прекрасный новый шарф. «Тебе очень нравится этот шарф, не так ли?»
«Да, достаточно сильно, чтобы мне не хотелось его рвать».
Старк засмеялся, вытащил кинжал из ножен на талии и протянул мне. «Хорошо, тогда будучи связанным с моей шотландкой, они образуют очень прочную связь между нами».
«Да, но эта шотландка не обошлась тебе в 80 евро, что больше, чем 100 долларов. Я так думаю,» пробормотала я, протягивая руку за кинжалом
Вместо того, чтобы дать мне кинжал, Старк помедлил. Он посмотрел в мои глаза. «Ты права. Я не платил за него деньги. Я заплатил своей кровью».
Я ссутулилась. «Прости. Ты только послушай меня, хнычу из-за денег и шарфа. Вот, черт. Я стала говорить совсем как Афродита».
Стар перевернул кинжал так, что его острие теперь было прижато к его груди около сердца. «Если ты превратишься в Афродиту, я убью себя».
«Если я превращусь в Афродиту, убей сначала меня». Я снова потянулась за кинжалом, и на этот раз он позволил мне его взять.
«Договорились». Он усмехнулся.
«Договорились, » сказала я, а затем проткнула край моего нового шарфа и быстрым рывком оторвала от него длинный, тонкий кусок. «Что теперь?»
«Выбери ветку. Шорас сказал, что я должен держать свою ленту, а ты свою. Мы свяжем их, и желания, которые мы загадаем, будут также связаны вместе».
«Правда? Это очень романтично».
«Да, я знаю». Он протянул руку и погладил пальцем мою щеку. «Хотелось бы мне, чтобы это я придумал – для тебя одной».
Я заглянула в его глаза и сказала то, о чем думала. «Ты самый лучший Хранитель в мире».
Старк помотал головой с упрямым выражением лица. «Нет, это не так. Не говори этого».
Также как прежде сделал он, я дотронулась пальцем до его щеки. «Для меня, Старк. Для меня ты самый лучший воин в мире».
Он немного расслабился. «Я постараюсь им быть, для тебя».
Я отвела взгляд в сторону старинного дерева. «Там». Я указала на низко висящую, пушистую ветку с листьями и сучками, переплетение которых было похоже прекрасное сердце. «Это наше место».
Вместе мы направились к дереву. Затем, как сказал Воин Ских, Старк и я связали земляного цвета шотландку клана МакУаллис с моей мерцающей кремовой ленточкой от шарфа. Наши пальцы легко касались друг друга, и как только мы связали узел, встретились и наши глаза.
«Я желаю, чтобы наше будущее было таким же прочным, как этот узел, » сказал Старк.
«Я желаю, чтобы в нашем будущем мы всегда были вместе, как и этот узел, » сказала я.
Мы скрепили наши желания поцелуем, лишившим меня способности дышать. Я прижималась к Старку, чтобы снова его поцеловать, когда он взял мою руку в свою и сказал:
«Позволишь ли ты мне показать тебе кое-что».
«Конечно», сказала я, думая лишь о том, что я позволила бы Старку показать мне что угодно.
Он повел меня в рощу, но почувствовав мою неуверенность, так как сжимал мою руку, он улыбнулся мне. «Эй, здесь нет ничего, что может навредить тебе, а если бы и было, я смогу защитить тебя. Я обещаю».
«Я знаю. Извини». Я сглотнула оставшийся комок страха, застрявший в моем горле, сжала его руку и направилась в рощу.
«Ты вернулась, Зет. Правда, вернулась. И сейчас ты в безопасности».
«А разве это место не напоминает тебе Потусторонний Мир также, как мне?» Я говорила тихо, и Старку приходилось нагибаться, чтобы услышать меня.
«Да, но только в хорошем смысле».
«Мне тоже, по большей части. Я чувствую здесь что-то, что наводит меня на мысли о Никс и ее мире».
«Я думаю это из-за того, что это очень древнее место, и оно отдалено от остального мира. Ладно, мы уже здесь», сказал он. «Шорас рассказывал мне об этом, и я думаю, что видел его как раз перед тем, как ты появилась. Вот, что я хотел показать тебе». Старк указал прямо и направо от нас, и у меня перехватило дыхание от восторга. Одно из деревьев светилось. Сквозь неровные просветы под толстой корой дерева сиял мягкий синий свет, как будто у дерева были светящиеся вены.
«Как удивительно! Что это?»
«Я уверен, что этому есть научное объяснение – возможно, что-то, связанное с фосфором, содержащимся в растениях, и все такое, но я все равно верю, что это магия, шотландская магия», сказал Старк.
Я взглянула на него, улыбнулась и потянулась к его шотландке. «Я бы тоже назвала это магией. И говоря о шотландских штучках, ты мне очень нравишься в этом наряде».
Он мельком взглянул на себя. «Да, странно, что нечто похожее на платье из шерсти может выглядеть столь мужественным».
Я хихикнула. «Мне бы хотелось услышать, как ты скажешь Шорасу и остальным Воинам, что они носят шерстяные платья».
«Черт, нет. Я только что вернулся из Потустороннего мира, но это не значит, что я мечтаю о смерти». В тот момент, казалось, он осознал, что я сказала, и добавил, «Так говоришь, я нравлюсь тебе в этом, хех?»
Я скрестила руки и обошла его вокруг, рассматривая его оценивающим взглядом, пока он наблюдал за мной. Цвета шотландки клана МакУаллис всегда напоминали мне о земле – достаточно таинственной, если быть точной, о грязно-красной земле Оклахомы. Этот особенный, ржаво-коричневый цвет был смешен с цветом светлых только что сменившихся листьев и темных как кора серо-черных листьев. Старк носил шотландку старинным способом, как его учил Шорас, плиссируя все эти ярды материала вручную, а затем, оборачивая его вокруг себя и пристегивая ремнями и классными старинными брошами (но я не думаю, что Воины называют это брошью). У него оставалась часть шотландки, которую он мог перекинуть через плечо, и это хорошо, потому что за исключением надетых крест-накрест ремней, все, во что он был одет, это футболка без рукавов, которая почти не прикрывала его обнаженную кожу.
Он откашлялся. Из-за усмешки, он выглядел немного по-мальчишески и слегка нервничающим. «Итак, я прошел ваш осмотр, моя королева?»
«Полностью». Я усмехнулась. «На пять с плюсом».
Мне нравилось, что, несмотря на то, что он был большим и крепким Хранителем, чувствовал он себя свободно. «Рад слышать это. Проверь сама, насколько удобная эта шерсть». Он взял меня за руку и подвел ближе к светящемуся дереву и, подложив часть шотландки на мох, сел. «Садись, Зет». «Я не против, » сказала я, прижимаясь к нему. Старк обнял меня и накинул край килта так, чтобы мне было тепло, будто в коконе, я чувствовала себя эдаким примиленьким сэндвичем из Воина и пледа.
Мы лежали так, казалось, вечность. Мы не разговаривали. Просто наслаждались чудесной тишиной. Я чувствовала, что это было правильно – вот так лежать в объятиях Старка. В безопасности. И когда он начал водить пальцами по узору моих татуировок, сначала на лице, а затем и на шее, я снова почувствовала, что это все правильно.
«Я рад, что они вернулись, » мягко сказал Старк.
«Благодаря тебе», прошептала я. «Благодаря тому, что ты заставил меня почувствовать в Потустороннем Мире».
Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб. «Ты имеешь ввиду страх и волнение?»
«Нет,» сказала я, касаясь его лица. «Ты помог мне почувствовать, что я жива».
Его губы направились от моего лба к губам. Он глубоко поцеловал меня, и затем, оторвавшись от моих губ, сказал, «Приятно слышать это, потому что то, что случилось с Хитом и то, что я чуть не потерял тебя, заставило меня увидеть реальность, ту, которую я вроде как знал, но не осознавал раньше. Я не могу жить без тебя, Зои. Может быть, я просто буду твоим Хранителем, и у тебя будет другой супруг или даже спутник, и кто бы еще ни был в твоей жизни, это не изменит того, кто я для тебя. Я никогда не взбешусь и не стану эгоистичным и никогда тебя не оставлю. Чтобы ни случилось. Я буду иметь дела с другими парнями, и это не отразится на нас. Я клянусь». Он вздохнул и прижался своим лбом к моему.
«Спасибо, » сказала я. «Даже, несмотря на то, что кажется, будто ты готов отдать меня другим парням».
Он отстранился, нахмурился и сказал: «Что за бред, Зет»
«Ну ты только что сказал, что это клево, когда я с...»
«Нет!», он слегка встряхнул меня, «Я не говорил, что это классно, когда ты с другими парнями. Я сказал, что не позволю этому разрушить все, что у нас есть». «А что у нас есть?»
«Мы есть друг у друга. Навсегда».
«Для меня этого достаточно, Старк». Я обвила руками его плечи. «Ты не сделаешь кое-что для меня?»
«Ага, что угодно, » он повторил мой ответ, и мы оба улыбнулись.
«Поцелуй меня, как и раньше, чтобы я потеряла способность думать».
«Я позабочусь об этом» сказал он.
Сначала поцелуй Старка был медленным и сладким, но он недолго оставался таким. Его поцелуй становился глубже, а руки начали исследовать мое тело. Когда он нашел край моей футболки, он заколебался, и именно в этот крошечный момент его сомнений я приняла решение. Я хотела Старка. Хотела его всего. Я отстранилась от него так, чтобы заглянуть в глаза. Мы оба тяжело дышали, и он автоматически наклонился ко мне, как будто не мог находиться на расстоянии от моего тела.
«Подожди». Я положила руку на его грудь.
«Прости». Его голос был хриплым. «Я не хотел на тебя давить».
«Нет, ты не так понял. Ты на меня не давишь. Я просто хотела…ну…» Я колебалась, пытаясь заставить свой разум работать через туман желания, которое я чувствовала к нему. «Ах, черт. Я покажу тебе, что хочу». Пока я не успела смутиться и растеряться, я встала. Старк смотрел на меня с выражением любопытства, смешанного со страстью, но когда я стянула с себя кофту, расстегнула и сняла джинсы, любопытство исчезло, и его глаза, казалось, потемнели от желания. Я вернулась в объятия его рук, дарящих мне безопасность, наслаждаясь ощущением его шершавой шотландки на моей гладкой голой коже.
«Ты такая красивая» сказал Старк, обводя узор моих татуировок на талии. Его прикосновения вызвали дрожь. «Ты боишься?» Спросил он, придвигаясь ближе.
«Я дрожу, не потому что боюсь,» прошептала я ему в губы между поцелуями. «Я дрожу, потому что так сильно хочу тебя».
«Ты уверена?»
«Абсолютно. Я люблю тебя, Старк».
«Я тоже люблю тебя, Зои».
Старк обнял меня, и с помощью своих рук и губ он изолировал меня от всего мира, я могла думать лишь о нем, о том, как я хочу быть с ним. Его прикосновения изгнали ужасные воспоминания о Лорене, и об ошибке, которую я совершила, отдавшись ему, в туманное прошлое. В то же время Старк успокаивал боль внутри меня, вызванную смертью Хита. Я всегда буду скучать по нему, но он был человеком, и так как Старк занимался любовью со мной, я поняла, что в конце концов должна была сказать Хиту прощай.
Старк был моим будущим – моим Воином – моим Хранителем – моей любовью.
Когда Старк развернул шотландку клана МакУаллис, обмотанный вокруг его тела, и голый лег рядом со мной, он наклонился, и я почувствовала его язык у пульса на моей шее, а затем короткое, сомневающееся прикосновение его зубов.
«Да, » сказала я, удивившись запыхавшемуся, незнакомому звуку моего голоса. Я подвинулась так, чтобы губы Старка более плотнее прижались к моей шее, в то время как я целовала его сильное, гладкое плечо, переходящее в бицепс. После моего собственного безмолвного вопроса, я позволила себе коснуться его кожи зубами.
«О, Богиня, да! Пожалуйста, Зои. Пожалуйста».
Я больше не могла ждать. Я сделала надрез на его коже, и в то же время он мягко укусил меня в шею, и с теплым, сладким вкусом его крови мое тело наполнилось нашими общими чувствами. Наша с ним связь была как огонь – она горела и поглощала, почти болезненно из-за своей интенсивности. Это было почти невыносимое удовольствие. Мы впились друг в друга, прижимаясь ртами к коже, телами друг к другу. Все, что я могла чувствовать, это был Старк. Все, что я могла слышать, это были наши сердца, бьющиеся вместе. Я не могла сказать, где заканчивалась я, и начинался он. Я не могла сказать, какое удовольствие было моим, а какое его.
Позже, когда я лежала в его объятиях, наши ноги были сплетены, наши тела все еще блестели от пота, я прочла тихую молитву моей Богине: Никс, спасибо за то, что подарила мне Старка. Спасибо, за то, что позволила ему любить меня.
•
o
Мы не покидали рощу еще несколько часов. Позже я буду вспоминать эту ночь как одну из счастливейших в моей жизни. В хаосе будущего, память об объятьях Старка и о том, как мы делили с ним наши прикосновения и мечты, и о том, что на тот момент я была абсолютно удовлетворенной, все это станет чем-то, что я буду лелеять, как теплый блеск света горящей свечи в самую темную из ночей.
Намного позже мы шли обратно в замок. Наши пальцы были сплетены, наши бока интимно прикасались. Мы только пересекли мост надо рвом, я была так погружена в объятия Старка, что даже не заметила наблюдавших за нами людей. На самом деле, я не замечала никого, пока не услышала голос Афродиты.
«Охренеть просто! Вы двое можете быть еще очевиднее?»
Я мечтательно подняла голову с плеча Старка и увидела Афродиту, стоявшую в свете фонаря у входа в замок, раздраженно постукивая ногой.
«Красота моя, оставь их. Они заслужили свой кусочек счастья». Из тени позади нее послышался глубокий голос Дария.
Ее прекрасная светлая бровь насмешливо поднялась. «Я не думаю, что счастье – это тот кусочек, который она только что отдала Старку».
«Честно говоря, сейчас даже твоя грубость не испортит мне настроение», сказала я ей.
«Тем не менее, это может обеспокоить меня», сказал Старк. «Разве ты не должна выдергивать крылышки у чаек или клешни у крабов?»
Афродита вела себя так, будто Старк ничего и не сказал ей, она подошла ко мне. «Это правда?»
«Что правда? Что ты заноза в заднице?» сказала я.
Старк фыркнул. «Это уж точно правда».
«Если это правда, то ты должна сказать ему. Я не буду слушать его рыдания». Афродита демонстративно помахала iPhone в подтверждение своих слов.
«Мда, ты ведешь себя чересчур ненормально, даже для тебя», сказала я. «Тебе нужна шопинг-терапия? Что. За. Правда?» я говорила медленно, притворяясь, будто английский для нее неродной язык.
«Это правда, то, что Королева Каждой Проклятой Вещички на Острове Скай только что мне сказала, что вы не едете с нами завтра? Что ты остаешься здесь?»
«О», - я переступила с ноги на ногу, удивляясь, почему я должна чувствовать себя виноватой. «Да, это правда».
«Прекрасно. Просто замечательно. Тогда, как я сказала ранее, расскажи ему».
«Кому ему?»
«Джеку. Он на телефоне. Он скоро расплачется и испортит весь макияж, из-за которого будет реветь еще сильнее. А я не хочу иметь ничего общего с соплями гея. Совсем». Афродита ударила кулаком по экрану телефона. Он звонил, когда она отдала его мне.
Голос Джека был милым, но настороже, когда он мне ответил. «Афродита, если ты хочешь сказать еще что-то плохое о Ритуале, тогда, я думаю, тебе лучше просто помолчать. Плюс, я не собираюсь слушать тебя, потому что я занят, я бросаю вызов силе земного притяжения. Вот так».
«Ммм, привет, Джек,» сказала я.
Я почти могла через телефон видеть его сверкающую улыбку.
«Зои! Привет! Ооох, так классно, что ты не умерла или даже совсем не похожа на мертвую. О, о, Афродита рассказала тебе, что мы планируем на завтра, как только ты прилетишь? Омоябогинечка, это будет полный отпад!»
«Нет, Джек. Афродита не рассказала мне, потому что…»
«Ну и ладно, я сам тебе расскажу. И так, у нас будет Праздничный Ритуал Дочерей Тьмы и Сынов Эреба, потому что то, что ты собрала свою душу и вернулась, это грандиозное событие».
«Джек, я должна…»
«Нет, нет, нет, тебе не нужно ничего делать. Я все сам приготовлю. Я даже распланировал еду, ну с помощью Демьена, конечно. Я имею ввиду…»
Я вздохнула и ждала, когда он закончит.
«Вот видишь, я же говорила», шепотом сказала Афродита, пока Джек говорил. «Он разревется, когда ты лопнешь его маленький розовый пузырик».
«…и моя любимая часть, когда ты войдешь в круг, я спою «Defying Gravity*». Ну ты знаешь, как сделал Курт в сериале «Лузеры», только я попытаюсь взять ту высокую ноту. Итак, что ты об этом думаешь?»
Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и сказала «Я думаю, ты очень хороший друг».
«Ооох! Спасибо!»
«Но давай отложим ритуал».
«Отложим? Каким образом?» - его голос уже дрожал.
«Потому что…» - я колебалась. Дерьмо. Афродита была права. Он, скорее всего, расплачется.
Старк мягко забрал у меня телефон и нажал кнопку громкой связи.
«Эй там, Джек» сказал он.
«Привет, Старк!»
«Ты можешь сделать мне одолжение?»
«Омоябогинечка! Конечно!»
«Ну я все еще не пришел всебя после возвращения из Потустороннего мира и все такое. Афродита и Дарий приедут завтра, но Зои останется здесь, на острове Скай со мной, пока я не окрепну. Так что не мог бы ты рассказать всем, что мы не вернемся в Талсу еще пару недель или около того? Просто передай мои слова и успокой всех».
Я задержала дыхание, ожидая слезы, но вместо этого Джек повел себя по-взрослому. «Конечно. Ни о чем не волнуйся, Старк. Я передам Ленобии и Демьену и всем остальным. И Зет, никаких проблем. Мы конечно можем все отложить. У меня будет больше времени, чтобы попрактиковаться в пении, и сделать мечи из оригами для оформления. Я думаю повесить их на леску, чтобы не было видно, таким образом, будто они, ну вы знаете, бросают вызов силе земного притяжения».
Я улыбнулась и губами поблагодарила Старка. « Звучит прекрасно, Джек. Мне не о чем волноваться, зная, что ты отвечаешь за декорации и музыку».
Счастливый смех Джека разлетался пузыриками. «Это будет замечательный Ритуал. Вы подождете и увидите. Старк, выздоравливай. О, и Афродита не думай, что я буду плакать при первом же изменении в планах на вечеринку».
Афродита, нахмурившись, смотрела на телефон. «Как, черт возьми, ты узнал, о чем я думала?»
«Я – гей. Я разбираюсь в таких вещах».
«Не важно. Скажи пока, Джек. Я в роуминге» сказала Афродита.
«Пока, Джек!» сказал Джек, хихикая, в тот момент, когда Афродита выхватила телефон у Старка и нажала закончить разговор.
«Все прошло лучше, чем ты думала» сказала я Афродите.
«Да, наша «девочка» восприняла все спокойно. Но я беспокоюсь о том, как воспримет это другая, так как она в геометрической прогрессии хуже, чем Мисс Джек».
«Послушай, Афродита, Демьен не трепещущий гей, у него с этим все в порядке. И я очень хочу, чтобы ты относилась к ним обоим нормально».
«Ой, я умоляю! Я говорю не о твоих геях. Я о Неферет».
«Неферет!» мой голос был четким, я ненавидела даже произносить ее имя. «Что ты слышала от нее?».
«Ничего, именно это меня и волнует. Но, эй, Зет, не стоит теперь терять из-за этого сон. В конце концов, ты остаешься здесь, на острове Скай, с несметным количеством сильных парней и Старком, который защитит тебя, в то время как мы, простые смертные, продолжаем борьбу добра против зла, Света против Тьмы, эпическое сражение, бла-бла-бла, и так далее и тому подобное». Афродита развернулась и пошла по главной лестнице замка.
«Афродита – простая смертная? Я думал, будучи такой занозой в заднице она находится гораздо выше уровня простой смертной» сказал Старк.
«Я все слышала,» крикнула Афродита через плечо. «О, и для вашей информации, Зет, у меня была чрезвычайная ситуация с багажом, так как у меня его было недостаточно, поэтому я заберу тот чемодан, который ты купила на днях. Я удаляюсь, чтобы упаковать все. До встречи, деревенщины». Она сильно хлопнула деревянной дверью замка, на что понадобилось немало сил.
«Она великолепна,» сказал Дарий, гордо улыбаясь и, перепрыгивая через ступеньку последовал за Афродитой.
«Я могу придумать много слов на «в», которые опишут ее. Великолепная не является одним из них» ворчал Старк.
«Мне на ум приходит вероломная и вредная,» сказала я.
«А мн
