Я не чувствую счастья. Его как будто нет. В принципе, я ничего не чувствую. Как описать те прекрасные вещи, что находятся вокруг, если я их просто не чувствую. Я помню, что они есть, понимаю, что они находятся тут, рядом со мной, вижу их, могу потрогать, но не чувствую ничего. Словно что-то ушло из меня. Та способность, к пониманию. Я осталась одна среди всех этих вещей, людей, их ощущений, чувств и эмоций. Как понять это?
За окном дождь? Или мне это кажется? Я вижу его или только хочу видеть? Нет ни звука. Это потому что дождя нет или кто-то выключил звук? Закрываю глаза. Или мне кажется, что я их закрыла. Могу ли я быть уверенна в том, что это я их закрыла, а не кто-то другой. В любом случае больше ничего нет. А может, и не было.
Есть только одно чувство, что еще говорит мне о том, что я жива, и я здесь. Грусть. Точнее печаль. Или тоска. Не могу точно описать. В сущности, я лишь понимаю, что оно астенично. То ноющее чувство, не дающее мне сбежать из этой пустоты повседневности, от этих жалеющих взглядов, тихих перешептываний, криков и беззвучных ударов. Все они направленны на меня. Я не понимаю этого.
Кто-то из нас совершил не правильный поступок. Не правильный? А кто решил, что он не правильный? Не правильным его назвали, только потому, что он пришелся кому-то не по вкусу, противоречил чьим-то убеждениям и, конечно же, его сочли аморальным. А что такое мораль? Фредерик Ниш: «Мораль это выдумка, используемая стадом посредственности, для того, чтобы сдерживать не многочисленных выдающихся личностей». Отрицание и согласие.
Надо проверить. Резко вскакиваю и открываю глаза. Вокруг темно. Открыла ли я их? Как понять, и можно ли быть уверенной? Постепенно вещи вокруг приобретают свои очертания. Да, они открыты. У меня застревает ком в горле. Трудно дышать. Слишком много всего нахлынуло. Я дома. Рядом никого нет. Можно бы заплакать, но это не даст мне ничего. На кровать что-то шмякнулось. Наверное, кот. Он всегда приходит проверять, все ли со мной хорошо, если я открываю глаза. Может просто хочет попросить поесть. Встаю и накладываю ему еды, он сразу набрасывается на миску. Хоть у кого-то из нас есть аппетит. Это все, на что обычно у меня хватает сил. Оказавшись на кровати, я слышу писк, доносящийся из-под подушки. Телефон. Он крякает, в надежде получить желаемого кусочка электричества. Я давно им не пользовалась. Лежит и пищит себе время от времени. Мама звонила. Она волнуется. Хотя, что обо мне волноваться. Мне ничего не угрожает кроме меня самой, но тут уже она ничего не сможет сделать. Больше ничего. Это не удивительно, после моей потери себя, рядом ни осталось никого, кто мог бы мне написать по пустякам. Ну, разве что мама и сестра напишут или позвонят, время от времени.
Ни осталось ничего, о чем можно было пожалеть или что могло бы порадовать меня приятным воспоминанием. Существовать и не мешать другим. Вот основная задача для меня.
