КАК ПОД ПЕТРА ЦАРСКУЮ ДИНАСТИЮ ВЫРЕЗАЛИ
Весной 1681 года полностью разбитые на полях сражений заговорщики скрывались в осажденной Москве. Среди иноземцев царила паника, вход в столицу православных сил ожидался со дня на день. «Число мятежников умножилось до двухсот тысяч… пожар мятежа охватил столь многие земли, что занялся уже в 12 милях от самой Москвы» (Маньков. Западные Сообщения). Как видно из источника, Разин остановился под самой Москвой, всего в 12 милях. Штурмовать Москву русско-ордынские силы не планировали, оставляя место для переговоров. Оборонять столицу западники собирались на улицах города, где спешно возводятся укрепления: «Степан Разин, московский мятежник, выступивший против царского величества, допустил ошибку, когда он промедлил с походом на Москву, ибо теперь весь деревянный город из улицы в улицу перекрыт заставами» (Маньков. Западные Сообщения). Вот оказывается как обстояли дела того времени - Разин под стенами Москвы, а иноземные части перегородили баррикадами весь город. Разве что-нибудь подобное нам рассказывают историки?
Откроем другого очевидца событий. Вот как Ю. Марций описывает настроения в лагере иноземцев: «Приходил час последних испытаний, неся царю свидетельства непрочности его судьбы, а Разину - свидетельства его взлета. Настроения простого народа были различны и в Москве: часть начала разбегаться, радуясь мятежу, другие в ужасе глядели на надвигающуюся опасность.… Вскоре призваны были войска и число защитников сильно увеличено с тем, чтобы горожане не оказались добычей Разина или, оказавшись без защиты при вести о его приближении, с перепугу сами не отворили бы ему ворота, как открывали подступы и дороги».
Многие жители столицы радуются скорому приходу православных войск. Фактически иноземные наемники едва сдерживают горожан, чтобы те «с перепугу» сами не открыли ворота «кровожадным мятежникам". Такое вот массовое сумасшествие. Ворота перед разбойниками обычно закрывают на все засовы, а открывают перед освободителями. А ведь настроения в Москве были вполне определенными: «Человек один, уже в летах, будучи спрошен, что надобно делать, ежели Стенька подступит к стенам города Москвы, ответствовал, что надобно выйти ему навстречу с хлебом-солью, а это, как известно, является в России знаком дружелюбия и приязни. Человек тот был схвачен и повешен» (Западные сообщения о Разине).
Ю. Марций, представляющий лагерь иноземцев очень ярко описывает безысходность положения: «…предчувствие бедствий усугубилось, когда стало известно, что сторонники бунтовщиков с факелами уже в городе и, наслаждаясь мщением, в своем безудержном гневе уже совершили несколько поджогов. Мне самому было видно, как недалеки все от погибели, особенно же царские сановники, - ведь именно их Разин обвинял во всех бедах и многих из них требовал выдать, так что их ожидала верная смерть, если бы отважный Долгоруков, сам более чем кто-либо другой находившийся под угрозой, не выручил всех».
Из источников известно, что Разин выдвигал царю некие условия мира, главным из которых было выдать бояр-изменников. Эти условия имели характер ультимативных, которые следует немедленно обсудить на переговорах. Марций считает эти переговоры спасительными для иноземцев, ибо другого выхода из западни не было: «Оттого ли, что Разин устрашен был сознанием своего преступления, или оттого, что он решил сначала успокоить их, чтобы потом обмануть в нужный и выгодный для себя момент, но, во всяком случае спустя немного времени он решил вступить в переговоры с царем, выставляя определенные условия» (Ю. Марций).
Комментатор записок Ю. Марция понимает всю опасность сведений о переговорах Разина с царем и делает обширный комментарий: «Сведения о том, что С. Разин после поражения под Симбирском, но в разгар борьбы в Среднем Поволжье пытался вступить в переговоры с царем и выставлял определенные условия, неоднократно появлялись на страницах западноевропейских газет (см. с. 137), откуда их, очевидно, и почерпнул наш автор. Однако эти сведения представляются маловероятными и, надо полагать, являются вымыслом». Комментарии очень невнятные, якобы Марций все придумал. А зачем ему фантазировать? Марцию было явно не до шуток, ибо в его мемуарах описывается смертельная угроза самому Марцию и всем иноземцам в Москве. Но историки такую правду принять не могут и списывают все эти известия на некие домыслы. Очень научный подход...
Подведем промежуточную черту. Разгромив в феврале 1681 года армию Долгорукова, Разин подошел к столице и встал со своими войсками в 12 милях от Москвы. Для русских войск Москва представляла собой символ православия, резиденцию божественных царей, Иерусалим. Штурмовать имперскую столицу для Разина было делом богопротивным. Более того, в руках заговорщиков оставался последний козырь – находящийся в роли заложника действующий царь Федор Алексеевич. Именно поэтому старая боярская знать и предложила западникам вступить в переговоры. При этом Разиным всегда подчеркивалось, что переговоры будут вестись не с изменниками боярами, а только с царем. Степан Тимофеевич, который вел эти переговоры от всех православных сил Империи, выдвинул следующие условия: «Все еще продолжают сообщать о том, что армия великого князя московского совершенно разбита и что мятежник предложил ему шесть следующих условий: 1. Если великий князь хочет избежать дальнейшего преследования, он должен признать [Разина] царем Казани и Астрахани. 2. Восстановить [на престоле] патриарха. 3. Выплатить 20 миллионов деньгами. 4. Выдать десятерых из своих князей. 5. Выставить портрет [Разина]. 6. Ежегодно выплачивать определенную дань. Что здесь так, а что не так, будет видно из исхода событий» (Западные сообщения).
Рассмотрим эти условия. В первом пункте выявленная при переводе оригинала правка [Разин]. Что заменили тут романовские историки? По моей версии вместо [Разин] в оригинале стояло имя царевича Алексея. Именно он мог быть признан царем Казани и Астрахани, ибо это титулы великого князя всея Руси, которым он являлся. Разин не мог претендовать на великокняжеский титул ни при каких условиях, ибо это утопия. Во втором пункте в место «Восстановить [на престоле] патриарха», следует читать «Восстановить Никона патриарха». Первые два пункта абсолютно понятны в русле нашей реконструкции, ибо и царевич Алексей Алексеевич и патриарх Никон действительно были в стане Разина. Но для ТИ они смерти подобны, поэтому опасные имена затерли и сделали безопасные вставки.
В пятом пункте тоже очевидная правка «Выставить портрет [Разина]». На самом деле на Руси в то время портретов не было, были парсуны. Парсуны, как правило, писались с людей царской крови, или с патриархов. В данном случае, видимо, Разин требует выставить по монастырям парсуны невинно убиенного царя Алексея Михайловича. Эти парсуны были нещадно уничтожены просветителями. Царь Алексей был для Европы воплощением тирании, последним грозным царем. Именно поэтому оригинальных изображений царя Алексея сохранилось так мало.
Со стороны просветителей переговоры проводил В. В. Голицын, спешно прибывший из Европы и еще не запятнавший себя кровью. Это первое появление В.В. Голицына на исторической сцене. О французском происхождении В.В. Голицына мы расскажем позже. Кстати, Франция, как и Швеция, тоже была вовлечена в политическую игру, связанную с восстанием Разина: «Французская сторона вела некоторое время с Москвой специальную переписку, вероятно, о военном выступлении, но теперь это будет затруднено, так как все приезжающие из Москвы подтверждают [вести] о мятеже. Глава его велит себя титуловать «князь Степан Разин, атаман. Он, можно сказать, держит в своих руках оба больших царства — Астраханское и Казанское и берет один город за другим. …Всех тамошних немцев и шведов он взял на службу и из их числа, так же как и из бывших пленных поляков, приблизил к себе самых умных, назначил их государственными советниками и, таким образом, основал настоящее государство. Его армия насчитывает сейчас свыше 100 000 человек. Он требует [выдать ему] московского генерала Долгорукова и еще 14 других знатных людей, а иначе он намерен их сам захватить» (Маньков. Западные сообщения). Интересно, почему от Франции ждали военное выступление на усмирение Разина?! Историки промолчат, ибо сказать тут нечего. А мы повторим: и Франция, и Англия, и Швеция, и Персия, и Турция оставались верными имперскими провинциями, которые не поддержали Латинский переворот в Москве. А в немецких землях уже не осталось мужского населения для участия в русской мясорубке. Франция своих солдат на верную погибель не отправила, при этом делегировала Голицына для мирного исхода войны. Обратите внимание на 14 фамилий вместе с Долгоруковыми, которых просил выдать Степан Разин. Они выплывут в 1682 году, полностью подтвердив правильность нашей реконструкции этого периода. Запомните этот важный момент. А сейчас вернемся к переговорам.
По ТИ эти переговоры отразились как заключение в 1681 году Бахчисарайского Мира. Читаем энциклопедию: «Бахчисарайский Мир - России с Турцией и Крымским ханством. Заключен в Бахчисарае 13.1.1681 на 20 лет. Признание воссоединения с Россией Левобережной Украины и Киева - русского подданства запорожских казаков» (БСЭ). По трактовке современных историков этот мир как бы признавал за Москвой новые земли и объединение Украины. Москва выступает в роли победителя. Но источники в корне противоречат этому. Читаем летопись: «О Воскресенії Христовом посел его царского величества, прозиваемій Тяпкин, повернул от турецкого монарха , с которим и татарскій посел в килкадесять коней ишол до его царского величества, бо турецкій монарха злецил ханові кримскому зачинати згоду чинити з его царским величеством. О которой так трактовавши з оним Тяпкиним у Криму и постановивши, якую дань мает давати его царское величество турчинові през руки ханскіе и на том поприсягши в Криму, и до его царского величества поехали ...» (Летопись Самовидца)
Говоря понятным языком, русского царя обязали признать поражение и выплачивать постоянную дань. С послом Тяпкиным в Москву отправляется некий татарский посол с огромной свитой. Обратите внимание, дата подписания договора вовсе не 13.01.1681, как уверяет БСЭ, а день православной Пасхи – Воскресения Христова. Это строго согласуется с нашей хронологической цепочкой: в феврале Разин разгромил Долгорукого под Муромом, в марте подошел к Москве, и в это же время заключается мир на «татарских» условиях, в начале апреля делегация отправляется к царю в Москву. Кстати, в договоре говорится о навязывании русскому царю признать воссоединение Украины с Россией. Если под воссоединением понимать объединение двух частей России, разделенных гражданской войной, то будет очень точно.
Согласно апрельскому договору старое благочестие и древнее православие возвращались в Москву. Знатные бояре должны были вновь занять свои места в Думе. Клику заговорщиков во главе с Одоевским, Ромодановским и Долгоруким ждала лютая казнь. Их этот сценарий никак не устраивал, и они начали действовать.
КАК ПОД ПЕТРА ЦАРСКУЮ ДИНАСТИЮ ВЫРЕЗАЛИ
Весной 1681 года полностью разбитые на полях сражений заговорщики скрывались в осажденной Москве. Среди иноземцев царила паника, вход в столицу православных сил ожидался со дня на день. «Число мятежников умножилось до двухсот тысяч… пожар мятежа охватил столь многие земли, что занялся уже в 12 милях от самой Москвы» (Маньков. Западные Сообщения). Как видно из источника, Разин остановился под самой Москвой, всего в 12 милях. Штурмовать Москву русско-ордынские силы не планировали, оставляя место для переговоров. Оборонять столицу западники собирались на улицах города, где спешно возводятся укрепления: «Степан Разин, московский мятежник, выступивший против царского величества, допустил ошибку, когда он промедлил с походом на Москву, ибо теперь весь деревянный город из улицы в улицу перекрыт заставами» (Маньков. Западные Сообщения). Вот оказывается как обстояли дела того времени - Разин под стенами Москвы, а иноземные части перегородили баррикадами весь город. Разве что-нибудь подобное нам рассказывают историки?
Откроем другого очевидца событий. Вот как Ю. Марций описывает настроения в лагере иноземцев: «Приходил час последних испытаний, неся царю свидетельства непрочности его судьбы, а Разину - свидетельства его взлета. Настроения простого народа были различны и в Москве: часть начала разбегаться, радуясь мятежу, другие в ужасе глядели на надвигающуюся опасность.… Вскоре призваны были войска и число защитников сильно увеличено с тем, чтобы горожане не оказались добычей Разина или, оказавшись без защиты при вести о его приближении, с перепугу сами не отворили бы ему ворота, как открывали подступы и дороги».
Многие жители столицы радуются скорому приходу православных войск. Фактически иноземные наемники едва сдерживают горожан, чтобы те «с перепугу» сами не открыли ворота «кровожадным мятежникам". Такое вот массовое сумасшествие. Ворота перед разбойниками обычно закрывают на все засовы, а открывают перед освободителями. А ведь настроения в Москве были вполне определенными: «Человек один, уже в летах, будучи спрошен, что надобно делать, ежели Стенька подступит к стенам города Москвы, ответствовал, что надобно выйти ему навстречу с хлебом-солью, а это, как известно, является в России знаком дружелюбия и приязни. Человек тот был схвачен и повешен» (Западные сообщения о Разине).
Ю. Марций, представляющий лагерь иноземцев очень ярко описывает безысходность положения: «…предчувствие бедствий усугубилось, когда стало известно, что сторонники бунтовщиков с факелами уже в городе и, наслаждаясь мщением, в своем безудержном гневе уже совершили несколько поджогов. Мне самому было видно, как недалеки все от погибели, особенно же царские сановники, - ведь именно их Разин обвинял во всех бедах и многих из них требовал выдать, так что их ожидала верная смерть, если бы отважный Долгоруков, сам более чем кто-либо другой находившийся под угрозой, не выручил всех».
Из источников известно, что Разин выдвигал царю некие условия мира, главным из которых было выдать бояр-изменников. Эти условия имели характер ультимативных, которые следует немедленно обсудить на переговорах. Марций считает эти переговоры спасительными для иноземцев, ибо другого выхода из западни не было: «Оттого ли, что Разин устрашен был сознанием своего преступления, или оттого, что он решил сначала успокоить их, чтобы потом обмануть в нужный и выгодный для себя момент, но, во всяком случае спустя немного времени он решил вступить в переговоры с царем, выставляя определенные условия» (Ю. Марций).
Комментатор записок Ю. Марция понимает всю опасность сведений о переговорах Разина с царем и делает обширный комментарий: «Сведения о том, что С. Разин после поражения под Симбирском, но в разгар борьбы в Среднем Поволжье пытался вступить в переговоры с царем и выставлял определенные условия, неоднократно появлялись на страницах западноевропейских газет (см. с. 137), откуда их, очевидно, и почерпнул наш автор. Однако эти сведения представляются маловероятными и, надо полагать, являются вымыслом». Комментарии очень невнятные, якобы Марций все придумал. А зачем ему фантазировать? Марцию было явно не до шуток, ибо в его мемуарах описывается смертельная угроза самому Марцию и всем иноземцам в Москве. Но историки такую правду принять не могут и списывают все эти известия на некие домыслы. Очень научный подход...
Подведем промежуточную черту. Разгромив в феврале 1681 года армию Долгорукова, Разин подошел к столице и встал со своими войсками в 12 милях от Москвы. Для русских войск Москва представляла собой символ православия, резиденцию божественных царей, Иерусалим. Штурмовать имперскую столицу для Разина было делом богопротивным. Более того, в руках заговорщиков оставался последний козырь – находящийся в роли заложника действующий царь Федор Алексеевич. Именно поэтому старая боярская знать и предложила западникам вступить в переговоры. При этом Разиным всегда подчеркивалось, что переговоры будут вестись не с изменниками боярами, а только с царем. Степан Тимофеевич, который вел эти переговоры от всех православных сил Империи, выдвинул следующие условия: «Все еще продолжают сообщать о том, что армия великого князя московского совершенно разбита и что мятежник предложил ему шесть следующих условий: 1. Если великий князь хочет избежать дальнейшего преследования, он должен признать [Разина] царем Казани и Астрахани. 2. Восстановить [на престоле] патриарха. 3. Выплатить 20 миллионов деньгами. 4. Выдать десятерых из своих князей. 5. Выставить портрет [Разина]. 6. Ежегодно выплачивать определенную дань. Что здесь так, а что не так, будет видно из исхода событий» (Западные сообщения).
Рассмотрим эти условия. В первом пункте выявленная при переводе оригинала правка [Разин]. Что заменили тут романовские историки? По моей версии вместо [Разин] в оригинале стояло имя царевича Алексея. Именно он мог быть признан царем Казани и Астрахани, ибо это титулы великого князя всея Руси, которым он являлся. Разин не мог претендовать на великокняжеский титул ни при каких условиях, ибо это утопия. Во втором пункте в место «Восстановить [на престоле] патриарха», следует читать «Восстановить Никона патриарха». Первые два пункта абсолютно понятны в русле нашей реконструкции, ибо и царевич Алексей Алексеевич и патриарх Никон действительно были в стане Разина. Но для ТИ они смерти подобны, поэтому опасные имена затерли и сделали безопасные вставки.
В пятом пункте тоже очевидная правка «Выставить портрет [Разина]». На самом деле на Руси в то время портретов не было, были парсуны. Парсуны, как правило, писались с людей царской крови, или с патриархов. В данном случае, видимо, Разин требует выставить по монастырям парсуны невинно убиенного царя Алексея Михайловича. Эти парсуны были нещадно уничтожены просветителями. Царь Алексей был для Европы воплощением тирании, последним грозным царем. Именно поэтому оригинальных изображений царя Алексея сохранилось так мало.
Со стороны просветителей переговоры проводил В. В. Голицын, спешно прибывший из Европы и еще не запятнавший себя кровью. Это первое появление В.В. Голицына на исторической сцене. О французском происхождении В.В. Голицына мы расскажем позже. Кстати, Франция, как и Швеция, тоже была вовлечена в политическую игру, связанную с восстанием Разина: «Французская сторона вела некоторое время с Москвой специальную переписку, вероятно, о военном выступлении, но теперь это будет затруднено, так как все приезжающие из Москвы подтверждают [вести] о мятеже. Глава его велит себя титуловать «князь Степан Разин, атаман. Он, можно сказать, держит в своих руках оба больших царства — Астраханское и Казанское и берет один город за другим. …Всех тамошних немцев и шведов он взял на службу и из их числа, так же как и из бывших пленных поляков, приблизил к себе самых умных, назначил их государственными советниками и, таким образом, основал настоящее государство. Его армия насчитывает сейчас свыше 100 000 человек. Он требует [выдать ему] московского генерала Долгорукова и еще 14 других знатных людей, а иначе он намерен их сам захватить» (Маньков. Западные сообщения). Интересно, почему от Франции ждали военное выступление на усмирение Разина?! Историки промолчат, ибо сказать тут нечего. А мы повторим: и Франция, и Англия, и Швеция, и Персия, и Турция оставались верными имперскими провинциями, которые не поддержали Латинский переворот в Москве. А в немецких землях уже не осталось мужского населения для участия в русской мясорубке. Франция своих солдат на верную погибель не отправила, при этом делегировала Голицына для мирного исхода войны. Обратите внимание на 14 фамилий вместе с Долгоруковыми, которых просил выдать Степан Разин. Они выплывут в 1682 году, полностью подтвердив правильность нашей реконструкции этого периода. Запомните этот важный момент. А сейчас вернемся к переговорам.
По ТИ эти переговоры отразились как заключение в 1681 году Бахчисарайского Мира. Читаем энциклопедию: «Бахчисарайский Мир - России с Турцией и Крымским ханством. Заключен в Бахчисарае 13.1.1681 на 20 лет. Признание воссоединения с Россией Левобережной Украины и Киева - русского подданства запорожских казаков» (БСЭ). По трактовке современных историков этот мир как бы признавал за Москвой новые земли и объединение Украины. Москва выступает в роли победителя. Но источники в корне противоречат этому. Читаем летопись: «О Воскресенії Христовом посел его царского величества, прозиваемій Тяпкин, повернул от турецкого монарха , с которим и татарскій посел в килкадесять коней ишол до его царского величества, бо турецкій монарха злецил ханові кримскому зачинати згоду чинити з его царским величеством. О которой так трактовавши з оним Тяпкиним у Криму и постановивши, якую дань мает давати его царское величество турчинові през руки ханскіе и на том поприсягши в Криму, и до его царского величества поехали ...» (Летопись Самовидца)
Говоря понятным языком, русского царя обязали признать поражение и выплачивать постоянную дань. С послом Тяпкиным в Москву отправляется некий татарский посол с огромной свитой. Обратите внимание, дата подписания договора вовсе не 13.01.1681, как уверяет БСЭ, а день православной Пасхи – Воскресения Христова. Это строго согласуется с нашей хронологической цепочкой: в феврале Разин разгромил Долгорукого под Муромом, в марте подошел к Москве, и в это же время заключается мир на «татарских» условиях, в начале апреля делегация отправляется к царю в Москву. Кстати, в договоре говорится о навязывании русскому царю признать воссоединение Украины с Россией. Если под воссоединением понимать объединение двух частей России, разделенных гражданской войной, то будет очень точно.
Согласно апрельскому договору старое благочестие и древнее православие возвращались в Москву. Знатные бояре должны были вновь занять свои места в Думе. Клику заговорщиков во главе с Одоевским, Ромодановским и Долгоруким ждала лютая казнь. Их этот сценарий никак не устраивал, и они начали действовать.
/avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/1209363/pub_5ad5d3de5991d3f666c3c118_5ad5d4df5991d3f666c3c124/scale_1200" target="_blank">https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/1209363...4df5991d3f666c3c124/scale_1200 2x" />
